Спецназ апокалипсиса. Книга третья. Брошенный мир

Неупокоенные души умерших людей обступили их, пытаясь дотянуться до бойцов. Карбон сорвал с шеи свой крестик и, выставив его перед собой, громогласно начал читать молитву. Призраки, словно натолкнувшись на невидимую стену, замерли и с ненавистью уставились на беглецов.

Так получилось, что до внедорожника первым добежал Харон. И именно он сел за руль. Как «Хаммер» заехал на пятнадцатый этаж рушащегося от подземных толчков высокоэтажного бизнес-центра внятно объяснить Леший так и не смог. В тот момент он вместе со всеми с закрытыми глазами вопил от ужаса. Однако, то, как внедорожник отправился в свободный полет, вылетев через окно падающего здания, Антон описал во всех подробностях.

«Хаммер» на полной скорости перепрыгнул на крышу стоящего через дорогу десятиэтажного жилого дома. Автомобиль упал на бок и с инерцией бронепоезда покатился по плоской крыше здания, беспощадно сминая и коверкая обшивку. Зависнув на самом краю крыши, машина остановилась, оставшись лежать кверху колесами. Кое-как выбив вмятые в корпус двери, спецназовцы, выбрались на свободу. Вепрь сбил замок чердачной двери прикладом автомата, и отряд начал спускаться вниз. Как раз там-то Карбон и ударил Харона кочергой, когда несколько призраков застали их врасплох.

— Откуда в многоквартирном доме железная кочерга? — удивился Слава, поежившись от холодного пронизывающего ветра пустошей.

— Почем мне знать, — отмахнулся Леший. — А вообще, как ты тогда так быстро сориентировался? Откуда ты знал, что привидения боятся именно кочерги?

— Кочерга здесь не причем, — скромно ответил парень. — Это все чистое железо. Оно обжигает призраков словно огонь, — и в ответ на удивленный взгляд друга, пояснил. — Прочитал на досуге пару интересных книжек. А что было дальше?

Что было дальше и в страшном сне никому не могло присниться.

Выскочив на улицу (Прохоров с рассеченным лицом, Леший с разрезанной рукой, Юлия Сергеевна, заляпанная кровью то ли Вепря, то ли Харона, сам Янук, хромающий и с разбитым носом, и Карбон, получивший подзатыльник от майора), вся группа побежала по проспекту, перепрыгивая через разверзнувшиеся трещины в асфальте и уворачиваясь от падающих на головы обломков домов.

Творилось нечто ужасное. Все вокруг выло, гремело, тряслось, рушилось… Мощные порывы ветра сбивали с ног. Небо приобрело багрово-серый оттенок. Огромные здания целиком уходили под землю, а из образовавшихся провалов вырывались огненные всполохи, поджигая все в округе.

На вопрос Славы, как так получилось, что он потерял память, Антон отвел взгляд в сторону и пробормотал:

— Харон тогда был очень зол на тебя. Да и ты еще что-то крикнул про его командирские способности…

— И?

— И получил в голову кирпичом.

— Кирпичом? — переспросил Карбон. — Это же, наверное, жутко больно было.

Заморосивший ледяной дождь, ударив крупными каплями в лицо, вернул его в реальность. В голове все произошедшее окончательно сложилось в цельную картинку.

— Если не хочешь облысеть, накинь на голову пакет, — донеслась до него насмешливая фраза Харона, адресованная Юлии Сергеевне.

Слава впервые за долгое время почувствовал на душе спокойствие. Все возвращалось на круги своя. И парень был твердо уверен в одном — пока они все вместе, они выживут в этом брошенном мире. Ведь по-другому и быть не может.

* * *

окрестности Великого Новгорода промзона

— Чего ты там возишься? — нетерпеливо спросил майор, озираясь по сторонам. — Мы здесь как на ладони.

Леший, пытавшийся снять лицевую панель с электронного блока управления замком, обиженно засопел. Вепрь, некоторое время наблюдавший за его безуспешными стараниями, не вытерпел и, подойдя, бесцеремонно сорвал пластиковую крышку с настенного короба.

— Спасибо, — смущенно буркнул Антон и принялся разбирать переплетения проводов, вывалившихся наружу.

Найти среди них нужный было не так-то просто.

— Вот интересно, кому взбрело в голову устроить военный склад госрезерва прямо в центре промзоны? — Карбон, сидел неподалеку и следил за местностью через прицел своего автомата «Калашникова».

От обилия проржавевших ангаров и цехов, переплетения труб и лестничных пролетов у него рябило в глазах.

— Если хочешь что-то спрятать, оставь это на самом видном месте, — улыбнулась Юлия Сергеевна.

— А, черт! — чертыхнулся Леший, отскакивая в сторону.

Электронный блок обдал его снопом искр. Завоняло паленой проводкой.

Тяжелый створ гермоворот, окрашенный в серо-матовый цвет, отъехал в сторону, пропуская путников в скрытое кромешной тьмой нутро склада.

— Карбон, ты закончил? — спросил Харон, держа вход на прицеле.

— Да! — отозвался Слава и протянул майору деревянную ножку от стула, с намотанной на нее тряпкой.

Ткань была пропитана машинным маслом вперемешку с соляркой. Последние были найдены неподалеку в ржавых металлических бочках. Вспыхнул огонек зажигалки, и самодельный факел занялся ярким пламенем. Прохоров, осветив себе путь, сжал пистолетную рукоять и первым шагнул через порог гермодвери.

Остальные последовали за ним.

Карбон, идущий замыкающим, еще раз взглянул на надпись, нанесенную красной краской на стену: «ГОРЕТЬ ВАМ ВСЕМ В АДУ, ИРОДЫ!» Фраза была адресована обитателям бункера.

Бойцы шли молча, словно боялись нарушить гнетущую тишину. К удивлению, за все время пути на них никто не набросился с дикими воплями из непроглядной тьмы коридоров. Автоматические пулеметы, подвешенные под потолком, не активировались, а коридор, ведущий к уносящейся вниз лестнице, не встретил незваных гостей яркими лучами пограничных прожекторов и предупредительными выстрелами. Бункер был пуст.

Отряд беспрепятственно спустился до самого низа. Там располагались склады. Внезапно потух факел. Выматерившись под нос, Харон отбросил его в сторону. Вновь все погрузилось в темноту.

— Карбон, если бы я тебя сейчас видел, то без раздумий снес бы башку, — прорычал Прохоров откуда-то из темноты.

Парень не отозвался, стараясь не выдать своего местоположения.

— Все складские помещения строились однотипно. Где-то на стене должен быть рубильник аварийного освещения, — сказала Юлия Сергеевна, на ощупь двигаясь вдоль бетонной стены. — Автономные генераторы электропитания должны все еще работать.

После недолгих поисков раздался заветный щелчок реле. От вспыхнувшего яркого света глаза, привыкшие к тьме, непроизвольно заслезились.

Харон одобрительно хмыкнул.

Длинные ряды металлических стеллажей, окрашенные в стандартный для военных объектов зеленый цвет, были сплошь забиты всевозможным вооружением, боеприпасами к нему, спец-формой и разгрузочными жилетами. Особняком стояли шкафы с медикаментами и продовольствием.

Вепрь снял с ближайшей полки АК-105 и отвел затвор, заглядывая в ствольную коробку:

— Новые, — прокомментировал он, обтирая ладонь от оружейной смазки о свой бронежилет.

Справка:

АК-105 — автомат Калашникова малогабаритный, оснащенный складывающимся прикладом. В конструкции применены современные материалы, обладающие высокой ударопрочностью.

Скорострельность: 600 выстрелов/мин.

Прицельная дальность: 500 метров.

Калибр: 5,45 мм.

Магазин: 30 патронов.

Майору даже не пришлось давать команду на переснаряжение. Все сами с каким-то диким восторгом ринулись к оружию, разбредаясь по складу среди бесчисленных стеллажей.

Срывался упаковочный целлофан с камуфляжной формы, раскрывались коробки с патронами, сметались с полок кожаные берцы… Новая военная форма придавала некое чувство уверенности в себе, готовности ко всему. Ощутимый запах оружейного масла разнесся повсюду.

Отдаленный звук металлического удара услышали все. Чувство эйфории сменилось зарождающимся где-то в глубине души страхом. Все мгновенно замерли, прислушиваясь, не повторится ли посторонний звук вновь.

— Что это было? — Юлия Сергеевна осторожно сняла с полки кевларовый шлем с бронестеклом.