Не Время Умирать

Ян Митчук

Не Время Умирать

Глава 1.

2035 год. Байкал. Дом Олега Александровича. 07:00.

Озеро дышало холодом. Мартовский лёд ещё держался у берегов, но в воздухе уже пахло весной — мокрой хвоей и оттаявшей землёй. Олег Александрович, сухой, как старый корень, старик с глазами, не потерявшими стального блеска, сидел на веранде в старом плетёном кресле. Чай с кардамоном — единственная роскошь, которую он позволял себе последние двадцать лет. Чайник на спиртовке тихо булькал. На столе лежала потрёпанная «Теория струн» Грина и блокнот с формулами. Он по-прежнему работал. Для себя. В стол.

«Хеклер-Кох», с которым он не расставался со времён Ирана, лежал в сейфе в спальне, смазанный и готовый к бою. Он не доставал его пять лет, но каждое первое число месяца разбирал и чистил. Привычка. Рефлекс. Как дыхание.

Олег чувствовал: тишина обманчива. Слишком долго она длилась.

Звук гравия под колёсами разорвал утреннюю тишину. Чёрная «Аурус Сенат» с тонированными стёклами остановилась у калитки. Из машины вышел молодой человек в штатском — тёмный костюм, белая рубашка без галстука, короткая стрижка. Но Олег заметил, как носок его левого ботинка машинально прощупывает землю перед каждым шагом. Привычка сапёра или штурмовика. Этот парень не был кабинетным.

— Олег Александрович? — голос ломкий от напряжения, но взгляд твёрдый.

— Допустим, — Олег даже не обернулся.

Он смотрел на озеро.

— Меня зовут майор Соколов. Федеральная служба безопасности.

— Я уже не работаю, майор. Давно на пенсии.

— Знаю. Но это касается вас лично. Программа «От нуля до девяти».

Чайная ложка замерла в воздухе, звякнула о край чашки. Тридцать пять лет. Он не слышал этого названия с 1990 года — с того дня, когда лично подписал рапорт о закрытии программы и уничтожил все файлы. Кроме одного. Кроме своего.

— У тебя тридцать секунд, майор. Кто послал и зачем.

— Ноль. Он хочет возродить программу. Финальный этап называется «Зачистка». Вы — главная цель. Но это прикрытие. У него вирус.

Олег наконец повернулся. Морщины на лице, казалось, стали глубже, но взгляд загорелся холодной яростью — той самой, которую когда-то боялись курсанты КГБ.

— Вирус? Конкретнее.

— «Пенная чума». Модифицированная сибирская язва, размножающаяся в ячменном солоде. Он зальёт её в пивные цистерны по всей стране. Через месяц — эпидемия.

Олег встал одним слитным движением. Семьдесят пять лет, а спина прямая, плечи развёрнуты. Он устал. Последние годы он только и делал, что отдыхал. Но он знал: если звонят из прошлого — надо отвечать. Иначе прошлое придёт само и выломает дверь.

— Оружие?

— В багажнике. Но это не всё. Есть данные по агентурной сети.

— Потом. Сначала оружие. Поехали.

Глава 2.

2035 год. Москва. Подземный бункер ФСБ на Лубянке. 11:00.

Экран монитора пульсировал картой России. Красные точки обозначали пивные заводы — сотни предприятий по всей стране. Соколов нервно курил, стоя у оперативного стола, пока Олег изучал старые файлы с грифом «Совершенно секретно. Личное дело 9». Бумага пожелтела, но текст был чётким. Список агентов. Даты операций. Имена. Некоторые были замазаны чёрным — даже теперь, спустя десятилетия.

— «От нуля до девяти» — программа подготовки агентов КГБ в 1980-х, — докладывал Соколов. — Вы были лучшим из выпуска. Девятка. Ноль — тот, кто её создал. Личность неизвестна.

— Неизвестна вам, и мне — поправил Олег, не поднимая глаз.

— Так Ноль теперь работает вместе с...Полковник Джонсон вам это имя ничего не говорит?

Олег ответил

—Мой ровесник. Американец. Но я думал, он умер.

— Он жив. Ему семьдесят пять. Как и вам. И он и Ноль хотят, чтобы вы умерли. Потому что вы — единственный, кто помнит.