Проклятье академии Ардман, или Всё равно ты будешь мой 2

– Я так и поняла, что ты это специально делал, – я наградила друга укоризненным взглядом. – Ну, и зачем?

– Здоровая конкуренция усиливает чувства, – заявил он уверенно. – Никогда не замечала? Пока ты никому не нужна, вокруг никого в плане поклонников. Но стоит хоть одному начать оказывать тебе знаки внимания, всё, вокруг сразу целая толпа ухажёров нарисовывается. Так что считай, что я помогаю тебе наладить личную жизнь.

– А давай я как-нибудь без твоей помощи обойдусь, хорошо?

– Ну, сама, так сама. Я ж как лучше хотел.

Дообеденные занятия тоже прошли без происшествий. Бастельфис сделала несколько ехидных замечаний по поводу присутствия Алкура, который за целый месяц был на её занятиях лишь один раз, однако до откровенных оскорблений не опустилась. Тарий и вовсе отнёся к появлению «нового» студента так, словно в этом не было ничего необычного.

Вместо обеда же мы вчетвером – я, Мина, Алкур и Титвин, – направились в кабинет к Кее, наводить порядок.

Титвин предлагал сначала сходить в столовую и подкрепиться, но Алкур воспротивился, заявив, что сначала дело – потом еда. О том, что дело это исключительно его, а мы тут вроде как на добровольных началах и вполне можем уйти, он как-то весьма удачно позабыл.

– Итак, как будем действовать? – окинув фронт работ мрачным взглядом, деловито уточнил Титвин.

– Думаю, сначала стоит отмыть пол и стены, а потом уже опускать мебель, – высказала своё мнение Мина.

– Согласна, – кивнула я. – Так будет сделать проще всего.

– Тогда я пошёл за ведром и тряпками, – вызвался Титвин.

– Иди-иди, – улыбнулся Алкур. – А я пока намучу растворитель.

После чего плюхнулся на пол, сложил ноги по-турецки и вывалил содержимое своей сумки, в которой, помимо тетрадей и писчих принадлежностей, обнаружилась целая батарея разномастных баночек-скляночек непонятного назначения и пара глиняных чашек.

– Ты что, аптеку ограбил? – удивилась я. – Или кабинет зельеварения?

– Пф, с чего бы? – насмешливо фыркнул Алкур. – Это всё мои личные запасы. Для дела так сказать.

Ну, в принципе, это было логично. Как-то же он «усовершенствовал» краску так, что её невозможно было смыть стандартными средствами, включая чистящие чары.

Пока Титвин ходил за водой и тряпками, Алкур в одной из чашек смешал содержимое нескольких своих таинственных флакончиков – запах у получившегося состава был просто убойный, так что у меня аж глаза заслезились, – а затем, как только Титвин принёс ведро с водой, влил в него эту гадость.

Вода тут же приобрела странный сине-зелёный оттенок, словно она была не водопроводная, а болотная, что вызвало у меня ещё больше подозрений.

– А мне ты говорил, что краску можно смыть заклинанием, – напомнила я.

– Можно и заклинанием, но это будет дольше. А так мы быстренько тряпочками шик-шик – и готово.

– Давай тогда ты первый, – решила я. – Тряпку в руки и вперёд. Если после этого чудо-зелья у тебя кожа с рук не слезет, а руки не превратятся в щупальца, мы присоединимся.

Алкур весело фыркнул, взял тряпку, окунул в ведро с сомнительной водичкой, отжал и направился к стене.

Эффект был впечатляющим: одно движение тряпкой, и от первого схематичного писюна не осталось и следа.

Убедившись, что его зелье работает и даже вроде как не представляет опасности, мы с Миной и Титвином взяли каждый по тряпке и присоединились к уборке.

– Адепт Хайот, мне казалось, магистр Кея ясно выразился, что свои художества вы должны смывать самостоятельно.

Спустя буквально пять минут после начала работы донёсся от двери недовольный голос Вирайна.

Я, в этот момент как раз активно занятая тем, что намывала пол, ползая на корячках попой кверху, вздрогнула, резко выпрямилась и обернулась.

Профессор Кьет стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди. При этом его лицо напоминало непроницаемую маску, так что совершенно невозможно было понять, что именно он думает относительно увиденного.

С другой стороны, а что, собственно, такого страшного он увидел? Ну, моем мы Кее кабинет. Так это не преступление!

– Мы просто решили помочь другу, – выступила я в роли переговорщика. – По факту, Алкур делает всё сам. Мы так, на подхвате.

Вирайн повернул голову в мою сторону и смерил меня холодным взглядом.

– Каждый должен нести ответственность за свои поступки, – отстранённо заметил он. – Сам.

– Алкур и несёт, – продолжила настаивать я на своём. – Своими руками отмывает свои художества.

– Вас здесь при этом быть не должно.

– Разве магистр Кея запретил входить в его кабинет кому-то кроме Алкура? – деланно удивилась я и повернулась к Хайоту. – Алкур, это правда?

– Ничего подобного не было, – расплывшись в широкой улыбке, заверил меня тот. – Титвин может подтвердить.

Я повернулась обратно к Вирайну. Он сверлил меня откровенно недовольным взглядом, однако я и не думала сдаваться.

То, что у нас вроде как изменились отношения, совершенно не означает, что я вдруг резко стану тихой и послушной и не буду и слова говорить ему поперёк.

Ну, уж нет! У меня есть своё мнение, и я буду его высказывать. И либо Вирайн примет это, либо…

О том, что будет, если Вирайн не захочет мириться с моим своеволием, думать совершенно не хотелось.

Глава 12. Дурная голова ногам покоя не даёт

– Могу только порадоваться за вас, адепт Хайот, – прохладно проговорил Вирайн, переведя хмурый взгляд с меня на Алкура. – Вы нашли хороших друзей. Жаль только, что вы им совершенно не соответствуете.

– Вы просто предвзяты ко мне, профессор Кьет, – с широкой улыбкой заявил Алкур. – Я – шикарный друг. Просто не для всех.

Вирайн лишь презрительно скривился на это, но ничего больше не сказал и попыток прогнать нас не возобновил. Но и не ушёл, продолжив стоять в дверном проёме, подпирая плечом косяк.

Мы все сочли это своеобразным разрешением и продолжили заниматься уборкой.

– Можешь потихоньку спускать мебель с потолка, – минут через двадцать сказала Мина Алкуру. – Мы почти закончили.

– Эм, – Алкур смущённо почесал переносицу. – На самом деле, не могу. Это специальные чары… В общем, каждый предмет нужно спускать вручную, при этом не разрывая физический контакт.

Мы с Миной и Титвином синхронно вскинули головы и оценили пушистость песца, который к нам пришёл.

– Тут высота не меньше двух метров! – воскликнула я возмущённо, обращаясь к виновнику всего этого безобразия. – Как ты предлагаешь всё это спускать? И ладно стулья и тумбочка. Шкаф и письменный стол мы как вручную должны опустить?

– По изначальной задумке мучиться с этой проблемой должен был магистр Кея, – пожал плечами Алкур, похоже, ни чуточки не раскаивающийся в содеянном. – А теперь я понятия не имею, как выкручиваться.

– Стремянка? – предположил Титвин.

– А лучше две, – кивнула Мина. – Только где мы их возьмём?

Тяжело вздохнув, я повернулась к Вирайну, понимая, что без его помощи нам точно не обойтись.

– Профессор Кьет, – обратилась я к нему, смиренно склонив голову.

– Да, адептка Лоуи, – откликнулся тот бесцветным голосом.

– С нашей стороны будет большой наглостью попросить вас о помощи?

– Это будет огромной наглостью, – заверил меня он. А затем добавил насмешливо: – Но вам ведь с Хайотом наглости не занимать?

Я вскинулась и посмотрела Вирайну прямо в глаза. В них уже не было и тени недовольства. Напротив, на дне зрачка плясали задорные огоньки, вызвавшие очень странное чувство у меня в животе, подозрительно напоминающее пресловутых бабочек – верный признак влюблённости.

– Профессор Кьет, помогите нам раздобыть стремянки, чтобы спустить мебель, – светло улыбнувшись, попросила я, не разрывая зрительный контакт.

– Хорошо, – неожиданно легко согласился он. – Я снабжу вас всем необходимым. А в знак благодарности вы, адептка Лоуи, столь же тщательно приберётесь в моей мастерской.

«Это что, флирт?» – не поверила я своим ушам.

– Когда? – уточнила я. – Сегодня вечером у меня назначена встреча с мастером Лакурж.

– Послезавтра? – предложил Вирайн, кажется, совершенно не смущаясь того, что у нашего разговора имеются свидетели.

– Да, послезавтра я свободна.

– Отлично, значит, послезавтра. Хайот, – он повернулся к Алкуру. – Пойдёмте, я на своём горбу стремянки тащить не намерен.

– Ректор Фейтман будет недоволен, – заметила Мина, стоило только Вирайну с Алкуром и Титвином выйти из кабинета. – А ваш отец тем более.

– Чем они будут недовольны? – весьма правдоподобно изобразила я недоумение. – Тем, что я буду помогать преподавателю с уборкой? Так в этом вроде нет ничего предосудительного. Более того, в Уставе академии это является одним из официальных способов наказания провинившихся студентов.

– Вы понимаете, о чём я говорю, – Мина была серьёзна как никогда. – Ваши отношения с профессором Кьетом… ничего не выйдет.

– Не тебе об этом судить, – осадила я её, не скрывая своего недовольства.

– Я вынуждена доложить обо всём графу Эрину, – с вызовом вздёрнув подбородок, непреклонно заявила Мина.

– Докладывай, – пренебрежительно бросила я. – Но не забывай, кому и о чём ты собираешься сообщить. Мой отец, бесспорно, король. Только вот он не вечен. – Я вперила в Мину немигающий взгляд и, зловеще усмехнувшись, поинтересовалась: – Уверена, что я недостаточно злопамятна, чтобы отомстить тебе за предательство спустя пару-тройку десятков лет?

Ответить Мина ничего не успела. Потому что сверху донёсся какой-то странный скрежещущий звук, а затем вся мебель, что была на потолке, с оглушительным грохотом рухнула прямо нам на головы.

Глава 13. Наказание

Я вскинула вверх руки, чисто автоматически накрывая и себя, и Мину магическим щитом, спасая нас обеих если не от летального исхода, то от серьёзных травм так точно.

Мысленно я порадовалась тому, что Лортис вместе с Алваро с раннего детства мучили меня бесконечным обрабатыванием именно щитовых чар, доведя этот навык буквально до автоматизма.

– В очередной раз убеждаюсь, что телохранительница из тебя просто отвратительная, – заметила я, окинув обломки письменного стола, едва не прибившего нас, мрачным взглядом, после чего перевела взгляд на ошеломлённую Мину. – Разве это не ты должна меня защищать, а не на оборот?

От необходимости отвечать её спасло появление Вирайна, буквально влетевшего в кабинет с искажённым от беспокойства лицом.

– Все целы? – первым делом спросил он.

И хотя спрашивал он вроде как о самочувствии нас обеих, его встревоженный взгляд пристально осматривал именно меня.

– Мы в порядке, – улыбнувшись, заверила я его.

Тут как раз подоспели и Титвин с Алкуром, нёсшие в руках две стремянки.

– Ничего себе! – присвистнул Алкур, окинув взглядом бедлам, царивший в кабинете. – Похоже, зря мы тащили стремянки – они нам явно больше не понадобятся.

– Вы считаете это забавным, Хайот? – тут же набросился на него Вирайн, буквально полыхая гневом. – Из-за вашей глупой выходки и неумения правильно оценивать свои силы и возможности чуть не пострадали студентки, одну из которых вы вроде как считаете своим другом!

– Ну, не пострадали же, – пожал плечами Алкур. – А то, что мебель упала… Признаю, мой косяк, видимо, недостаточно силы влил в закрепляющие руны – учту в следующий раз.

Вирайн взмахнул рукой, и Алкура подбросило вверх, впечатав спиной в потолок, после чего парень с диким воплем полетел вниз прямо на обломки мебели.

Я испуганно вскрикнула, понимая, что при подобном падении, да ещё и лицом вниз, без переломов – как минимум носа, – точно не обойтись. Однако за мгновение до встречи Алкура с полом Вирайн резко вскинул руку, сжав её в кулак, и Алкур замер в паре миллиметров от пола, при этом выглядел так, словно уже успел испачкать штаны от страха.

А Вирайн, между тем, и не думал останавливаться. Его рука вновь взлетела вверх, и Алкур последовал за ней, снова впечатавшись спиной в потолок и болезненно застонав.

– Я так смотрю, адепт Хайот, мозгов у вас совершенно нет, – холодно проговорил Вирайн, «роняя» Алкура вниз, заставляя перепугано визжать, точно девчонка, увидевшая мышь. – Как и понимая того, что допустимо делать в стенах академии, а чего – нет. – Очередной взмах руки, Алкур летит вверх, встречается спиной и затылком с потолком и снова падает вниз, совсем чуть-чуть не долетая до пола. Вирайн же спокойно продолжает наставления обманчиво равнодушным голосом: – Это очень прискорбно. Мозгов раздобыть вам я, конечно, не сумею. Но вот вдолбить правила поведения, пожалуй, смогу.

– Профессор Кьет, – обратилась я к нему взволновано. – Прошу вас.

– Просите о чём, адептка Лоуи? – холодно уточнил он, вперив в меня тяжёлый взгляд. – Чтобы я так же, как и ректор Фейтман, закрывал глаза на выходки вашего безмозглого дружка? Так вот, нет. Никогда этого не будет. Ни я, ни Кея не позволим ни одному студенту подвергать опасности других. Кем бы он ни был.

Вирайн разжал ладонь, и Алкур, в этот момент висевший возле самого пола, упал, сдавленно застонав и потирая ушибленный локоть.

– Приберитесь здесь, – ледяным тоном велел Вирайн, ни к кому конкретно не обращаясь. – И чтобы к вечеру вся мебель была восстановлена. И мне плевать, как вы это сделаете.

Одёрнув рукава сюртука, он резко развернулся и вышел, больше ни на кого не взглянув.

Я на секунду замерла, а затем, наплевав на конспирацию, бросилась за ним следом, равнодушно переступив через охающего и ахающего Алкура.

Глава 14. Чужая душа – потёмки

– Профессор Кьет, – окликнула я Вирайна, нагнав его в коридоре.

– Ну, что ещё? – он остановился и повернулся ко мне, скрестив на груди руки и наградив весьма красноречивым – и крайне недовольным, – взглядом.

– Мы можем поговорить?

– А сейчас мы что, по-вашему, делаем? Танцуем?

– Нет, мы не танцуем, а разговариваем, – мысленно сетуя на этого невыносимого упрямца с ядовитым языком, признала я. – Но я бы хотела поговорить с вами наедине. Если, конечно, вы позволите.

Вирайн смерил меня равнодушным взглядом, а затем коротко кивнул и направился в сторону своего кабинета.

– Моё общение с Алкуром расстраивает тебя? – едва за моей спиной закрылась дверь, прямо спросила я, моментально отбросив официоз и перейдя на «ты», подчёркивая, что сейчас я разговариваю с Вирайном не как с преподавателем, а как с мужчиной, с которым у меня намечается романтическая связь.

– Я уже сказал: ты в праве сама выбирать себе друзей.

– Мы сейчас говорим не о том, в праве я что-то делать или нет, а о твоём отношении к Алкуру и моей дружбе с ним.

– Хайот – безответственный глупый мальчишка, совершенно не отдающий себе отчёта в том, что делает, – в голосе Вирайна слышалось тщательно сдерживаемое негодование. – Общение с ним на пользу тебе точно не пойдёт. А возможно даже и навредит.

– Ты так говоришь, потому что правда так считаешь, или в тебе говорит ревность?

Вирайн презрительно фыркнул.

– Ревность – признак неуверенности в себе и недоверия к партнёру, – назидательно проговорил он. – От первого я не страдаю, а причин для второго ты мне ещё не давала.

– Тогда почему каждый раз, когда я оказываюсь рядом с Алкуром, ты смотришь на нас так, словно мысленно расчленяешь и прикапываешь под ближайшим кустом?

– Никаких даже отдалённо похожих мыслей в моей голове при виде вас не возникает, – заверил меня Вирайн. – Очевидно, ты неверно интерпретируешь то, что видишь.

Ну, тут мне нечего было возразить. Мы с ним не настолько давно и близко знакомы, чтобы я с лёгкостью могла определять по одному только взгляду оттенки его настроения.

– Тогда что означают эти твои мрачные, убийственные взгляды, которые ты нам посылаешь?

– Пожалуй, слово «беспокойство» здесь будет уместней всего, – после небольшой паузы ответил Вирайн. – Мне не нравится Хайот. Он ведёт себя легкомысленно, а его так называемые шалости с каждым разом становятся всё менее безобидными. – Вирайн тяжело вздохнул. – Я беспокоюсь, что он может втянуть тебя в серьёзные неприятности, а меня не окажется рядом, чтобы помочь.

От этих его слов у меня за спиной словно распахнулись невидимые крылья.

Счастливо улыбнувшись, я вплотную подошла к Вирайну и обняла его за талию, уткнувшись носом в широкую грудь – руки мужчины как-то совсем привычно легли мне на плечи, даря чувство защищённости и умиротворения.

– Обещаю, что не позволю Алкуру втянуть меня в неприятности, – уверенно заявила я. – Все свои, как ты выразился, шалости он проворачивает самостоятельно: ни я, ни Титвин, ни кто бы то ни было ещё в них участия не принимаем. И впредь будет также. Так что не переживай, спасть меня точно не придётся.

– Очень на это надеюсь. Хотя сегодняшняя уборка в кабинете Кеи доказала: даже устранение последствий фокусов Хайота может быть смертельно опасно.

– Он уже извинился и обещал быть в следующий раз внимательней и осторожней.

– Что-то я не припомню слов извинений, – проворчал Вирайн. И не предпринял ни малейшей попытки отстраниться, продолжая нежно прижимать меня к своей груди. – И на будущее: если ты ещё раз будешь со мной пререкаться при других студентах, я тебя накажу.

– Так же, как Алкура?

– Нет. Но тебе всё равно не понравится.

Я весело фыркнула на эту угрозу, ничуточки не испугавшись, напротив, даже слегка заинтригованная.

В этот момент раздался вежливый стук в дверь, и мы с Вирайном тут же отступили друг от друга, восстанавливая социально приемлемую дистанцию.

– Войдите, – разрешил Вирайн.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл мастер Тарий.

– Адептка Лоуи, – он коротко кивнул мне в знак приветствия, после чего повернулся к Вирайну. – Идём, ректор собирает всех преподавателей перед Центральными ворота.

– Зачем? – насторожился тот.

– У нас гости. Делегация из Холдора прибыла во главе с принцем Торбианом.

Глава 15. Встреча гостей

– Но ведь они должны были приехать только через три дня! – воскликнула я возмущённо.

– Видимо, планы изменились, – пожал плечами Тарий. – В любом случае, Алваро приказал всему преподавательскому составу встречать гостей.

Вирайн бросил в мою сторону быстрый взгляд, однако я его проигнорировала, спешно обдумывая ситуацию.

Если принц Торбиан уже приехал, мне, как принцессе, стоит поприветствовать его должным образом, чтобы не уронить репутацию отца.

Но это означает, что моё инкогнито будет раскрыто.

– Профессор Кьет, передайте ректору, что я буду через пятнадцать минут, – не глядя на Вирайна, попросила я.

– Вы или Эллина? – уточнил тот безэмоционально.

– Эллина.

– Я передам.

Благодарно кивнув ему, я поспешила покинуть кабинет.

Мину, как ни странно, искать не пришлось: она ждала меня буквально за первым поворотом с крайне обеспокоенным выражением лица.

– Ректор просил передать… – начала было она, но я резко её перебила.

–Да, я знаю, что мой жених уже здесь. Мне нужно переодеться.

– Парадное платье ждёт вас в кабинете ректора.

– Отлично. Тогда идём, поможешь мне привести себя в порядок.

Платье, разложенное на диване в кабинете крёстного, мне совершенно не понравилось: белое, с вышитыми нежно-розовыми цветами на лифе и пышной юбкой с кринолином – в таком не то что ходить, стоять тяжело. Но выбирать не приходилось, так что я шустро переоделась, с помощью Мины затянув шнуровку корсажа на спине.

На столе обнаружилась открытая шкатулка, в которой на атласной подложке лежала бриллиантовая диадема и пара серёжек из белого золота – всё просто, но со вкусом, а главное сразу показывает, что я не абы кто, а особа королевских кровей.

На сложную причёску времени не было, поэтому Мина собрала волосы у висков и закрепила их на макушке шпильками, после чего аккуратно водрузила мне на голову диадему, в то время как я сама надевала серёжки.

– Не отходи от меня ни на шаг, – велела я ей строгим голосом. – И будь готова к любым неожиданностям.

– Да, Ваше Высочество.

Порадовавшись, что под длинной юбкой не видно моих простых чёрных ученических туфель – видимо, о подходящей к платью обуви Алваро как-то позабыл, – я сделала глубокий вдох и, постаравшись придать лицу невозмутимое выражение, направилась навстречу своей судьбе.

Перед Центральными воротами, вполне закономерно, собралась небольшая толпа. Новость о том, что в академию прибыл целый принц, моментально разнеслась по корпусам, и встречать Торбиана вышли абсолютно все, начиная первокурсниками и заканчивая техническим персоналом.

Преподаватели во главе с Алваро выстроились ровненькой шеренгой вдоль центральной аллеи – я, высоко вскинув голову, двинулась в их сторону, игнорируя изумлённые взгляды студентов и громкие шепотки.

Я ни на кого не обращала внимание, лишь скользнула взглядом по Вирайну, стоявшему между Кеей и Тарием, а затем посмотрела на делегацию из Холдора.

Их было десять человек. Впереди стоял пожилой мужчина средних лет, с аккуратной бородкой и умными тёмными глазами – очевидно, посол, официальный глава дипмиссии или начальник стражи. А вот рядом с ним расположился тот, кого отец прочил мне в мужья.

Принц Торбиан оказался весьма привлекательным молодым мужчиной лет двадцати трёх лет. Короткие волосы цвета первого снега были элегантно зачёсаны назад и прекрасно гармонировали с белоснежным же костюмом, расшитым золотой нитью.

Помимо бриллиантовых запонок и массивного медальона на груди – знака принадлежности к королевской династии в Холдоре, – украшений на принце не было, что я, пусть и неохотно, добавила в копилку плюсов.

Мне никогда не нравились мужчины, увешивающие себя украшениями, точно девицы. Было в них нечто отталкивающее и одновременно смешное.

Принц Торбиан смешным не выглядел. Напротив, он источал спокойную уверенность и силу.

– Ваше Высочество, – спутник принца отвесил мне низкий поклон, стоило мне приблизиться. – Князь Вилферд Греджерс к вашим услугам.

– Рада приветствовать вас, Ваша Светлость, и Его Высочество в академии Ардман, – вежливо откликнулась я. – Правда мы ожидали вас лишь через два дня.

– Это моя вина, – неожиданно раздался мелодичный женский голос, и из-за спин мужчин выступила хрупкая девичья фигура в пышном белом платье, украшенном богатой вышивкой. – Мне захотелось поскорее увидеть академию и познакомиться с вами, Ваше Высочество.

Девушке на вид было около двадцати пяти лет, и внешне она была точной копией принца: те же белоснежные волосы, те же серые глаза, светлая кожа и тонкие черты лица. Так что кровное родство не вызывало сомнений, тем более что мне доподлинно было известно, что у принца Торбиана есть старшая сестра.

– Ваше Высочество, – я присела в реверансе, приветствую принцессу Холдора.

– Можно просто Мейра, – добродушно заметила та. – Если Ваше Высочество, конечно, не против.

– Для меня это честь, Мейра, – с готовностью заверила я её. – Надеюсь, вы ответите мне взаимностью и будете тоже называть просто по имени.

«А она милая, – отметила я про себя. – И невероятно красивая».

Мой взгляд невольно метнулся к Вирайну – тот, как и все присутствующие, внимательно разглядывал гостей. И хотя его взгляд не выражал ничего, кроме вежливого интереса, я всё равно ощутила лёгкий укол ревности.

«Так, нужно успокоиться, – мысленно велела я себе. – Изводить Вирайна беспочвенными подозрениями и ревностью – верный путь потерять его».

– Герцог Мейкло, – между тем Мейра уверенно направилась к Вирайну, наградив его радостной улыбкой. – Вот мы и снова встретились!