В 46. Первая любовь вернулась моим заказчиком

— Склад принадлежал музею? — спросила Анна.

Архивист проверил приложение.

— Арендовали у районного потребительского общества. Договор закончился в декабре 1999 года. Часть имущества вернули, часть передали в другое помещение. Полной описи передачи у нас нет.

— Кто отвечал за склад?

— Здесь две фамилии. Оба умерли. Личные дела находятся в другом фонде, доступ по отдельному запросу.

Мы заказали заверенные копии ведомости, договора аренды и страницы журнала. Ни один документ не объяснял, как картина оказалась у Лисова. Но теперь существовала подтвержденная точка: в 1998 году она оставалась временно принятой музейной работой семьи художницы.

Архивист предупредил, что заверение сделают только к четырем. До этого времени мы не могли уехать с фотографиями экрана вместо документов: для отчета требовались копии с реквизитами фонда. Анна переставила обратный звонок, Константин вышел поговорить с производством, а я осталась проверять опись склада.

В приложении нашлась фамилия водителя, который перевозил работы во второе помещение в 1999 году. Она не совпадала с Лисовым. Связи с галереей тоже не было. Я внесла фамилию в запрос, но не стала считать ее новым подозреваемым. Человек мог выполнить обычную перевозку и больше никогда не видеть картину.