Как писать книги в удовольствие

Это приемы для развития сюжета, но так же можно брать и мелкие детальки, какие-то удачные моменты, которые откликнулись в вас самих, как в читателе. В этом вообще суть такого «писательского» чтения. Мне тут понравился персонаж, яркий такой, а как его таким сделали? Вот оно – главное! Всегда задавать вопрос «как». И копить себе чужой опыт.

На не художественной литературе отлично можно научиться структурированию текста, четкой, но в тоже время, интересной подаче. Нон-фикшн помогает сделать одну важную вещь: рассказать о сложном просто, но коротко и ясно. Художественная литература – огромное поле для сбора мелких «фишек», как создавать красивую «упаковку»: приемы создания описаний персонажей и мест, описаний действий, строение диалогов, главное, воплощению атмосферы.

Но да, как это не банально, начать лучше с классики. Когда я рассказывала о приоритетах читателя, то вынесла весь «золотой запас» мировой литературы прошлых веков в отдельную тему. Да, классику читают потому что «нужно», но и потому что «интересно». Что это значит?

Начнем с того, что мало кто может воспринимать классику, как художественные произведения в современном смысле этого понятия. Короче, это точно не чтение для удовольствия. Отсюда столько шума от «старшего» поколения, когда дети и внуки начинают возмущаться слабым сюжетом или плохо прописанными персонажами в каком-то из фундаментальных и великих шедевров прошлого, или находят там кучу логических дыр в повествовании. Да и язык прошлых веков тяжеловат, по сравнению с тем, какой мы привыкли воспринимать сейчас. Точно удовольствия по прочтению мало.

Чаще всего такие «жалобы» связаны именно с русской классической литературой, созданной в период с конца 18 и до начала 20 века. Очень сочувствую тем, кому в школе учителя не смогли или не захотели объяснить, что все эти книги создавались с особой целью. Тогда это была не художественная, а социальная литература. Она имела совсем другие цели – показать те самые глобальные проблемы их современности, картину того общества со всеми недостатками или плюсами. А еще многие из этих произведений – основы жанров. Они писались именно с такой целью – показать, как это делается.

Если использовать тут «писательское» чтение, так именно для этого! Каждое написанное в те годы в России произведение – уже учебник! Сначала – идея. Сегодня мы ее «упаковываем», а в тех «социальных» произведениях, этого делать было не нужно. Каждая книга – вот она, сама идея. Классика потому так и называется, что актуальна всегда, писатели того времени говорили о том же, что важно для нас и сейчас, в этом плане ничего не изменилось, и «мораль» та же. А вот как они тогда ее описывали, этому можно поучиться.

Скажем честно, можете возмущаться, если угодно, но с сюжетами в нашей литературе прошлых веков полный швах. Просто потому, что они были не важны. Все и всегда просто, линейно. Потому что в бытовой ситуации надо было как раз раскрыть персонажей. И это урок номер два. Тут точно есть, чем восхищаться и что оставить себе на осмысление.

У меня уже давно сложилась четкая версия, что для нас всех, читателей и писателей, русская классика, это реально «портретная галерея» персонажей. Каждый из них – уже архетип. Поставьте эксперимент, посмотрите, и вы увидите Онегиных, Базаровых или Волконских во многих героях современных книг. Каждый из них – это шаблон в самом наилучшем смысле этого слова. Он всем понятен и близок, потому что знаком.

Чацкий – логичный, язвительный, резкий в высказываниях, неудачник тогда, вполне себе победитель в нашей действительности. Тот же Волконский – да почти паладин и рыцарь, с его вдумчивостью, благородством, несмываемой даже кровью положительностью. Печорин! Мое восхищение Лермонтову – его персонаж, первый в литературе герой с той самой «серой» моралью. Распределила их грубо и топорно, но ведь на самом деле, каждый из них многогранен, расписан до мелочей, только по-прежнему узнаваем в тысячах лиц.

И опять же, нам, писателям, это запас – готовые «карточки» персонажей, реальные «шаблоны». От которых можно оттолкнуться, создавая новых героев. И урок, как конкретно их раскрыть, показать, потому что каждый из них – это сценарий, вполне годный к использованию в тысячах вариаций.

А теперь иностранная классика. Для жителей тех стран, где создавались эти произведения, на самом деле, те книги тоже кажутся «социальными», они так же шаблонны, потому что рассказывали об обществе, нравах и проблемах тех лет в тех странах. Но для нас все немного иначе. Мы чаще берем из этих произведений как раз иные инструменты. Те самые сюжетные приемы, атмосферные «фишки». Многие поджанры существующие и даже модные сейчас, возникли там, в той литературе во второй половине 19го в начала 20го века. И мы всем этим пользуемся. И та классика – тоже учебник, где все правила и рамки жанров видны ярче. Да и многие персонажи могут дополнить наш родной русский «пантеон», начиная с того же Гамлета.

И последнее, в классике мы находим основы, а в современной литературе вылавливаем мелкие «фишки», нюансы, новинки и даже те же тренды. А дальше… Вывод: «писательское чтение» - это умение анализировать, как было сделано чужое произведение, как созданы те моменты, какие вам же и понравились, какими способами авторы этого добились. А читаем мы это для того, чтобы набрать себе «технический» инструментарий, учимся делать красиво и вкусно самостоятельно, так же как они, но по-своему!

И главное: вот такой найденный прием станет еще одним дополнительным кусочком мозаики в вашей собственной книге. Вы знаете, о ком и как писать, примерно накидали основные точки сюжета, догадываетесь о развязке, и теперь еще нашли, как туда, к этому финалу красиво все вывернуть, как тот или иной момент вкусно подать.

Полезное чтение-обучение

Опять же, это очевидно многим, но написать книгу, не читая что-то при этом самому, нереально. Кроме художественной литературы и изучения по ней основ писательского мастерства, есть еще обучающее чтение. Мы это называем «сбором материала».

Тут речь точно о научной или хотя бы публицистической литературе. В этом моменте написание собственного произведения можно сравнить с работой над дипломной работой в ВУЗе. Когда в помощь идут толстые фолианты пера серьезных специалистов. Но только если для научной работы копаем материал в одном направлении, то при написании романа – надо заглянуть как минимум в десяток разных тем.

Печально, но нельзя написать книгу, опираясь только на личный прикладной или интеллектуальный опыт. У вас его просто не хватит, потому что нельзя объять необъятное. Лезть в Интернет или идти в библиотеку приходится иногда даже ради пары строчек своего текста. Приведу пример. Работая над одной из частей серии «По следам городских легенд», я просто хотела «нарисовать» сцену, когда, выписавшись из больницы, одна из героинь спешит домой, чтобы выпить чашку кофе. Врачи крепкий напиток ей не рекомендовали, и ее приятель предлагает ей изменить привычке, заварить что-то полегче, чем американо. Казалось бы, в быту все просто, всем знакомый капучино, как раз может заменить черный кофе! Но правильно ли это?

А на самом ли деле кофе с молоком и знаменитой пенкой будет не таким крепким, как американо? Пришлось тут же искать ответ. Так вот, оба напитка приготавливаются на совершенно одинаковой порции эспрессо. То есть обладают одинаковой крепостью. Молоко смягчает вкус, но не снижает дозу кофеина.

Можно было бы такую мелочь и пропустить. Кому это важно? Вам, как автору, может быть и нет, а вот среди ваших читателей могут найтись знатоки и профессионалы кофейной индустрии, кто точно заметит ошибку. Именно вот эта мелочь может испортить все. Пусть это не имеет отношения к основному действию романа, не влияет на сюжет, но читатель увидит, что автор ошибся, что-то не учел. И невольно возникнет сомнение в правильности всего остального. Читатель перестанет верить писателю . Что неприятно для обеих сторон.

Но можно и без негатива. Мелкие детали, найденные, уточненные, изученные, делают текст ярче и объемнее. Они создают нужную атмосферу и да, снова, помогают читателю верить в истинность созданного автором мира. Если вы описываете реальность, например, какой-то другой город, нельзя просто написать, что напротив такой-то достопримечательности стоит некое кафе, где персонажи едят блинчики. Картина для читателя будет смазанной, не яркой, а значит, неинтересной. Придется точно узнать, что там за кафе, и точно ли оно одно, какое конкретно в нем меню. И даже, теперь уже самостоятельно, обосновать, почему ели именно там. Так картинка станет яркой, персонажи более глубокими и правдоподобными.

Когда я писала «Хозяина мрачного замка», я полностью составила маршрут туристической поездки, которая была там прописана. Каждый объект, каждая достопримечательность, с ее историей, с картинками, даже с хронометражем, как долго группа пробудет в том или ином месте. В результате многие читатели, кто реально побывал в Чехии, Австрии и Польше, узнавали места, которые посещали, и это дарило им дополнительное удовольствие от прочтения.

Так же все персонажи в произведении имеют какую-то работу, род деятельности. И это тоже должно быть достоверно. Потому что в каждой профессии свой сленг, который должен присутствовать и на страницах романа. Это характеристики речи персонажей, их знания, которыми они обязаны делиться с читателем. А значит, писатель тоже должен хоть что-то понимать в описываемых сферах деятельности и не выглядеть профаном.

А недавно сокрушалась на тему того, что сама люблю медицинские триллеры, но мне такого ни за что не написать, именно потому, что я сама не медик! Даже при написании обычного детектива, мне нужно быть и полицейским, и судмедэкспертом, и иногда психиатром. По крайней мере, мои персонажи точно должны соответствовать выбранным для них профессиям и смотреться достойно, достоверно.

Если вы думаете, что писать фэнтези в этом плане легче, ничего подобного. Описать персонажа: «на нем был короткий доспех, в правой руке он держал меч, а в левой кинжал», это убить своего героя в глазах читателя. Какой конкретно доспех? А как он вообще выглядит, а как в нем двигаться? А меч какой? А что за кинжал?

И здесь уже разговор не о красоте описания героя, это часть логики всего произведения. Если у вас реально парень в полном рыцарском облачении, да еще на лошади, вы должны понимать, что потеряете его в первом же бою, когда его снесут со скакуна. Упадет один раз и это будет навсегда! Потому что больше он не встанет. А вот почему так, это надо искать и изучать. Заодно найдете ему новое более удачное обмундирование. Сюда же – манеру боя, мобильность, возможные раны, какие он может получить из-за минусов все того же обмундирования. Опять объяснять, зачем это, я уже не буду, это очевидно.

Однажды у меня состоялся спор с коллегой. Он напоминал, что писатель, это творец, и может сам устанавливать законы в своем выдуманном мире. Я уверена, это не так. У любого мира есть логика, потому в ней появляются эти самые законы. Уже приводила этот пример и еще раз повторю. Нельзя писать славянское фэнтези, где идет с Иваном-Царевичем в поход за Марьей-Маревной знаменитый Серый Волк, и где встречают герои толпу заложных покойников, где вытаскивает Волк откуда-то из-под хвоста базуку и одним выстрелом укладывает всю Навь! Вот это уже не фантазия. Это уже бред. Потому что в мире славянского фэнтези нет и быть не может базуки.

Невольно ссылаюсь на всю ту же русскую классику, уважаемого Антона Павловича Чехова, и напоминаю про его висящее на стене ружье. Если оно висит, то стрелять будет, если его там не было, вдруг появиться и выстрелить оно не сможет.

Еще могу напомнить о мире Толкина. Казалось бы вот оно – созданное с нуля, великое, изначальное Средиземье. Там есть свои расы, свои обычаи у каждого народа, даже у некоторых – свой язык! Сам придумал! Как же! На самом деле, у всего чудесного мира «Властелина колец» огромная реальная основа, именно потому он так красочен, красив и достоверен. Даже знаменитый эльфийский язык автор не от балды сочинял, даже у этого языка своя историческая грамматическая реальная основа. Каждому, кто хочет свое Средиземье – копать и копать! Историю, мифологию, лингвистику.

Страшно? Занудно? Трудно? Ничего подобного. Можете сами спросить любого писателя, он подтвердит, что вот именно это чтение-обучение, ради создания произведения – самые счастливые минуты в творческом процессе. Это увлекает и затягивает. Мало того, что сам узнаешь кучу нового, а нормальных людей процесс наращивания интеллекта делает счастливыми, так еще это дает возможность прожить жизнь своих будущих персонажей, просуществовать в личной сказке, параллельной жизни. Стать на время – создателем и творцом, пусть и не богом.

Наконец-то сюжет

Итак, мы собрали целую пригоршню кусочков мозаики, но ещё так и не добрались до того исторического момента, когда можно садиться за компьютер и начинать работать. На самом деле, если остановиться и задуматься, именно сейчас вы - счастливый человек. Вокруг вас целая Вселенная, созданная вашим разумом. Она есть, существует, дышит, но... Она не исследована. Никем, даже вами! Настоящая терра инкогнита.

У вас впереди ещё много наилучших, ярчайших моментов, пока вы её упорядочите, создадите в ней что? Саму историю.

Один из самых простых способов сложить настоящие пазлы, соединить элементы, составляющие рамку. Или найти кусочки, формирующие какой-то знаковый, узнаваемый эпизод.

Так вот, та "печка", откуда все танцуют, это, конечно, сюжет. И да, у нас снова три варианта, как в русских сказках, у того волшебного камня. По классике, по опыту лучших, стоит создать чёткую структуру, расписать подробный план всех событий, которые будут происходить в вашем произведении, причём, как основную линию, так и все второстепенные. Проще говоря, сделать краткий технический пересказ будущего произведения или даже составить сразу сценарный план. "Рыба" или рамка романа, которую потом просто заполняем описаниями, диалогами и экшеном. Напомню, это классный способ получить произведение, вроде бы его и не написав ещё. Хорошая правильная основа.

Однако, не всегда возможно вот так от и до разложить свою задумку, или пока в голове есть варианты развития и вы прикидываете, какой будет более логичным и выигрышным. Или, как у меня, темперамент не тот, жить правильно и систематизировано, просто скучно.

Второй компромиссный вариант, продумать, можно и на бумаге, несколько основных точек сюжета. Или ярких сцен, какие ваши внутренний цензор уже одобрил. Это та самая завязка, зачин, который был изначальным куском мозаики, и пара эпизодов: сейчас пойдут сюда, дальше там у них боёвка, потом встретят того-то и узнают вот это, а там дальше, как сложится. Вполне себе план! Его достаточно, потому что по сути это тоже описание сюжета, куда ведёт, где повернёт и примерно на чем сердце успокоится, тоже понятно.

Вариант последний - спонтанный. Есть всё тот же зачин, и дальше ломаем голову, что героям с этим делать, при этом наслаждаемся процессом, потому что, считай, сами проживаем их путь с не меньшими приключениями, сами, как читатель, смакуем интригу - а что там дальше-то? А как тут выкрутиться?

Даже в этом варианте сюжет тоже есть. Вы знаете всё те же несколько точек чисто логически. Первое событие, потом встреча персонажей и начало движения. Более-менее все равно есть понимание, продиктованное жанром, куда идём. А еще даже не финал, а снова - на чем сердце успокоится, то есть, последняя глава, с традиционными: в общем, все умерли, или главные герои всё же живы и вместе ушли в закат, а главный гад, конечно, наказан.

Вот этот пунктир: пять-шесть точек, даже просто понимание, что они будут, пусть пока неизвестно, чем их наполнить, - вот это уже сюжет. Реально: рамка или хребет произведения. Первичная грубая логика развития вашей идеи.

Типы сюжетов

Немного теории. Какими бывают сюжеты. Их разделяют по структуре или в прямом смысле слова, по ходу действия. Самый традиционный – линейный сюжет. Еще его называют хроникальным, то есть последовательным. Тут все просто, это когда действие развивается плавно, от завязки до развития, в хронологическом порядке.

Большая часть произведений строится именно по этой схеме. Линейный сюжет можно было бы посчитать «топорным» и «скучным», но на самом деле это не так. Такой метод построения действия совершенно не отрицает поворотов или неожиданных «открытий». Просто в этом случае одна «сцена» следует за другой, вот и все. Он может включать те же «флэшбеки», воспоминания персонажей, может иметь пролог, где рассказывается предыстория. Просто логика развития тут прямая.

Самым частым подвидом таких сюжетов являются линейные параллельные. Две истории, которые в финале соединятся в одной точке. Так часто прописывают линию детектива: убийство, расследование, охота на преступника, арест. И параллельно ведут линию от лица убийцы: от убийства, и до ареста, но его глазами. Финал: противостояние.

Есть такой подвид: линейный дискретный. Все так же: действия развиваются логически и располагаются в том же хронологическом порядке, но не прямо день за днем, а с пропусками. Так, опять же, в прологе может быть рассказана предыстория, потом в первой части идет рассказ о каких-то событиях, скажем так, предпосылках, к основному действию, потом уже во второй части случаются все основные события, и в концовке все сходится. По такому принципу часто строятся детективы и фэнтези.

Пример: много лет назад в мире проходила какая-то крупная битва добра со злом, вроде бы «наши» победили, да не совсем, зло уничтожить не случилось, но его пленили, как всегда, оставив не самым надежным людям ключи. Это тот самый пролог с предысторией. Дальше первая часть, где рассказывается о становлении героя, кто должен найти ключи и завершить начатое, так как он избранный и может таки зло уничтожить. И основная часть, когда появляется некто, с противоположными целями, он убивает носителей ключей, чтобы собрать комплект и дать злу свободу. Тут на его пути встает герой, которому наконец-то сообщили, зачем он вообще существует, и все плавно катится к тому моменту, когда зло уже собралось на фиг из своей темницы и торчит на пороге, а герой и враг выясняют отношения.

Следующий подвид линейных сюжетов: линейный с экскурсами. Вот тот самый повод украсить текст «флэшбеками». Сюжет идет плавно, в одном времени, но герой время от времени что-то вдруг вспоминает из своей прошлой жизни или реального прошлого, детства, например, или встречает тех, кто ему эти истории рассказывает, но в тексте это оформляется отдельными эпизодами, вставками, отличающимися по стилю или даже языку, от основного повествования.

Сюда логичнее вставить еще один вид: круговой. Соответственно, это когда действие закольцовано. Вначале показываем ту самую великую битву, потом рассказываем в хронологическом порядке, как персонажи до жизни такой докатились, и в финале та же битва и победа ли поражение.

Линейный сюжет с обратной хронологией. От конца к началу. Такой прием используется редко. Чаще он выглядит как вступление, где прописана финальная часть, битва глобальная, суд над преступником, даже смерть героя, а уже после, действие возвращается назад и снова плавно приходит к той же точке, рассказывая всю цепочку событий, как предысторию.

Интереснее такой сюжет построить можно, если опять же начать с финала, потом вернуться к зачину, а дальше основные вехи пути, прописывать тоже, как яркие сцены, случающиеся в разное время. Можно даже это делать от лица разных персонажей. Вот начало: та же битва добра со злом. И герой победил, а оптом сел и скорбит о поверженном враге. Дальше зачин, где показываем, что враг и герой – друзья детства или даже братья, и вот они вместе растут и клянутся всегда быть горой друг за друга. Потом другая сцена, их родителей убили, и мальчики вынуждены расстаться, их забрали в разные семьи. Потом сцена от лица какого-то «великого учителя», кто воспитывает героя. А параллельно главный гад растит «врага». Потом сцена какого-то события, и оба парня узнают об этом и реагируют уже по-разному. И так дальше, пока они не встанут по разные стороны, друг против друга в той самой решающей битве.

Противопоставлением линейным сюжетам становится – концентрический. Когда в основе лежит событие, а все остальное вертится вокруг него. К примеру, это все та же наша великая битва, и дальше истории всех персонажей, как они к ней идут. Но чаще такой вид сюжета встречается не в больших произведениях, а в малой прозе. В романе используется микс, когда вроде бы и есть то самое единое важное событие, но событий и историй персонажей много и они сами по себе закончены и полноценны.

Есть и другие классификации сюжетов. Например, однолинейная и многолинейная. Это когда в произведении, соответственно, раскрывается либо только один, но важный и большой конфликт с кучей участников, либо несколько «веток», несколько разных конфликтов, перекликающихся друг с другом.

Самая забавная с моей точки зрения классификация: динамичный и адинамичный сюжеты. Один увлекательный, с быстрым развитием, острыми конфликтами и прочими прелестями. Второй – медленный. Полный описаний, отступлений и размышлений на фоне. В художественной литературе большого формата, как-то второй тип не выживет. А вот для нон-фикшн или для мелкой прозы он вполне нормально подойдет. Особенно для эссе.

Итак, а зачем нам это знать? Да потому что начинающий автор интуитивно и сам видит все эти типы сюжетов, когда читает, но проще же использовать, подобрать для своей идеи, уже готовый инструмент, техническую заготовку, по которой разложить свой замысел просто. Кто сказал, что нельзя миксовать типы сюжетов? В творчестве можно все, но когда есть готовая основа, играть с ней легче. Так мы получим не просто кусочек для своей мозаики, а целую рамочку.

Трехчастный и четырехчастный тип сюжетов

Очень долгое время мы все знали только самое простое построение сюжетов. Когда есть завязка, развитие и концовка. Понятно, что вначале мы знакомим читателя с миром (или лором) произведения, с основными персонажами, задаем зачин будущих событий.

В средней части идет весь положенный набор приключений. Тут можно все, что подходит под рамки жанра. В детективах идет расследование, сбор улик, выявление связей жертвы, первые подозреваемые, возможно, если это было задумано, еще парочка преступлений, вся история до момента озарения, что моет вывести на след убийцы. В романах ужасов и триллерах все примерно так же, до момента пока выжившие не получают надежду, что победить зло и выжить шанс все же есть. В фэнтези, весь путь героя или всей его команды с победами и поражениями, до того момента, когда приходит осознание – последняя битва неизбежна. В любовном романе в средней части мы наблюдаем развитие отношений, пока кто-то из главных действующих лиц не осознает – это все любовь.

В этой самой средней части может быть несколько важных сцен, поворотов сюжета, или именно тут будут развиваться параллельные линии. Важно, что заканчивается этот этап на некоей «высокой» точке. Не на утро перед решающей битвой, а на моменте принятия решения. Это своеобразный период «взросления» ваших персонажей, или созревание конфликта.

А после этого «внутреннего» завершения или принятия следует последний этап – развязка. И это не только кульминация – самый внешний решающий момент, то есть та самая битва, разоблачение и арест преступника, получение желанного артефакта или признание в любви. Там есть еще и знаменитое – «жили они долго и счастливо». То есть краткое описание того, что стало с героями, с миром в целом, когда решающее событие случилось. Без этой концовки произведение не будет полным и логичным. Важно не только победить, надо еще выжить и понять, что на самом деле принесла эта победа, как она изменила всех и вся.

Для желающих могу посоветовать прочесть «Герой с тысячью лицами» Джозефа Кэмпбелла. Там очень хорошо расписаны все этапы развития сюжета, все то, что скрывается за каждым из них. По сути, это книга о том как построен конфликт, исследование, как происходит рост героя внутри сюжета. Там же, кстати, можно архетипы персонажей, это интересно, но следовать им совершенно не обязательно. Это лишь персональная точка зрения автора.

Вот такая простая структура очень долгое время считалась в России единственной. На ней построены практически все шедевры как нашей, так и западной культуры. Но еще есть Восток! Как всегда таинственный и полный иных смыслов. Там встречается иное построение сюжетов – четырехчастное.

В такой структуре по-прежнему есть зачин и предыстория. Есть развитие. Но в этом случае оно идет до порога кульминации. Но сама битва уже не так важна. Часто в этом варианте она даже может закончиться поражением или сама победа потеряет свое значение. Но случится это именно благодаря следующей неожиданной части. Ее можно назвать переосмыслением.