Лицейская Сага. Книга 3.

Ян Митчук

Лицейская Сага. Книга 3.

Глава 1

Колян Артуров закончил десятый класс. За этот год он узнал о своих учителях больше, чем за всю предыдущую жизнь. Иван Николаевич, Юлия Васильевна, Виктор Германович, Олег Александрович, Татьяна Викторовна — каждый из них оказался не просто педагогом, а целой вселенной тайн, приключений и опасностей.Но, как говорится, всё хорошее когда-нибудь заканчивается. И настало время подвести черту под этой удивительной историей.Всё началось с того, что в школе сменился директор. Алексей Борисович, который крышевал казино и делил прибыль с Иваном Николаевичем, неожиданно уволился. Поговаривали, что он уехал на ПМЖ в Таиланд с чемоданом денег и молодой любовницей. На его место прислали новую — Людмилу Васильевну.

— Здравствуйте, дети! — бодрым голосом объявила она на первой линейке. — Я ваш новый директор и учитель географии. Бойцова Людмила Васильевна . Коммунистка с тридцатилетним стажем, член КПРФ, борец за справедливость!

— Я наведу здесь порядок! — продолжала она. — Никакой коррупции, никаких махинаций! Школа будет работать для детей, а не для обогащения отдельных личностей!

Иван Николаевич, стоявший в толпе учителей, помрачнел. Он сразу понял, что эта женщина — враг.

— Она будет искать казино, — шепнул он Коляну после линейки. — Чует моё сердце, найдет.

— А что тогда? — спросил Колян.

— Тогда война, Артур. Тихая, подковерная, но война.

Людмила Васильевна оказалась просто отличным педагогом, справедливым и мудрым. Она ходила по школе с блокнотом, записывала подозрительные моменты, задавала неудобные вопросы.

— А почему у вас, Иван Николаевич, такая дорогая машина? На учительскую зарплату не похоже, — приставала она.

— Родственники помогли, Людмила Васильевна, — спокойно отвечал Иван Николаевич.

— А почему у вас, Виктор Германович, в кабинете такое сложное оборудование? Для информатики многовато.

— Хобби у меня, — улыбался Виктор. — Радиолюбитель.

— А у вас, Олег Александрович, почему из подвала так странно пахнет?

— Химические опыты, — басил Олег. — Для углубленного изучения физики.

Но Людмила Васильевна не унималась. Она чувствовала: здесь что-то нечисто.

В помощь себе Людмила Васильевна взяла новую учительницу химии — Наталью Валерьевну. Они были одногодками, с хорошим юмором, с умными глазами и вечно дрожащими руками.

— Это наш новый педагог, — представила её Людмила Васильевна.

—Курбатова Наталья Валерьевна будет вести химию и помогать мне с инвентаризацией школьных помещений.

Колян сразу заметил, как странно переглянулись Олег Александрович и Виктор Германович, когда увидели Наталью. А Иван Николаевич едва заметно покачал головой.

— Что-то здесь не так, — шепнул он Коляну. — Присмотрись к ней.

И Колян присмотрелся. Наталья Валерьевна действительно вела себя странно. Она постоянно отпрашивалась с уроков, бегала в подвал, нервничала, когда кто-то подходил к её шкафам с реактивами. А однажды Колян заметил, как она выносила из школы большие черные пакеты и грузила их в чужую машину.

— Она что-то скрывает, — сказал Колян Ивану Николаевичу.

— Ещё бы, — усмехнулся тот.

— Но что именно — узнаем.

Разгадка пришла неожиданно. Однажды Колян задержался после уроков, чтобы помочь Ивану Николаевичу с документами по казино (он уже был своим в этом деле). Проходя мимо подвала, он услышал странные звуки — шипение, бульканье, чьи-то голоса.Он приоткрыл дверь и обомлел.Под школой, в старом бомбоубежище, была оборудована настоящая химическая лаборатория. Колбы, пробирки, реторты, какие-то сложные установки. А посреди всего этого стояла Наталья Валерьевна в белом халате и противогазе, колдовавшая над огромной колбой с бурлящей жидкостью.

— Твою ж дивизию, — прошептал Колян.В этот момент сзади подошёл Иван Николаевич.

— Видишь, Артур? — сказал он спокойно. — Наша химичка варит наркотики. Прямо под носом у директорши.

— Какие наркотики? — не понял Колян.

— Самые разные, — Иван Николаевич прищурился. — Синтетику, судя по запаху. Метамфетамин, МДМА, может, что покрепче. У неё тут целая фабрика. Как в Сургуте.

— И что теперь?

— А ничего, — усмехнулся учитель. — Теперь у нас есть козырь. Наталья Валерьевна думает, что она одна тут такая умная. Но она не знает, что мы о ней знаем. И если что — мы сможем её прижать.

Глава 2

Через неделю в баню Ивана Николаевича собрались все старые друзья. Виктор Германович, Олег Александрович, Татьяна Викторовна (специально прилетела из Молдавии), ну и сам хозяин. Колян, по традиции, сидел в предбаннике и подслушивал.

— Так, мужики (и женщина), — начал Иван Николаевич, разливая самогон.

— Ситуация патовая. Людмила Васильевна роет носом землю. Казино она скоро найдет — это вопрос времени. Наталья Валерьевна, конечно, наш тайный союзник, сама того не зная, но если её лабораторию прикроют, нам это не поможет.

— А что ты предлагаешь? — спросил Виктор Германович.— Нужно отвлечь Людмилу, — сказал Иван Николаевич. — Подсунуть ей какую-то другую проблему, чтобы она забыла про казино.

— Можно организовать ей вызов в горком партии, — предложил Олег Александрович. — У меня там есть знакомые. Скажут, что срочно нужно отчитаться о работе.

— Это на день, максимум на два, — покачал головой Виктор. — А нам нужно больше.

— А если... — Татьяна Викторовна задумалась. — А если подставить её? Сделать так, чтобы её саму заподозрили в коррупции?

— Это как? — удивился Иван Николаевич.

— Ну, не знаю... подбросить деньги в кабинет, анонимку написать... — предложила Татьяна.

— Не пойдет, — отрезал Иван. — Она чистая, как слеза комсомолки. Её не подставишь. Нужно что-то другое.

В предбаннике Колян затаил дыхание. И тут его осенило.

— А можно? — он высунул голову. — Я придумал!

Все обернулись.

— Ну давай, Артур, — кивнул Иван Николаевич.— А нужно Наталью Валерьевну сдать Людмиле Васильевне! — выпалил Колян. — Но не по-настоящему, а так, чтобы они друг друга нейтрализовали!

— Поясни, — нахмурился Олег.

— Смотрите, — Колян вошел в комнату и встал в позу оратора. — Людмила Васильевна ищет врагов. Если она узнает, что под школой нарколаборатория, она туда сразу полезет. А Наталья Валерьевна, когда её прижмут, может сдать всех, кого знает, лишь бы спастись. Но если мы предупредим Наталью, что её вот-вот накроют, она может... ну, не знаю, уничтожить улики и сбежать. А Людмила останется с носом.

— А что нам с того? — спросил Виктор.

— А то, — продолжал Колян, — что Наталья Валерьевна будет нам благодарна за предупреждение и станет нашим союзником. А Людмила, потратив время на поиски лаборатории и ничего не найдя, ослабит бдительность. И мы выиграем время!

В комнате повисла тишина.

— Артур, — сказал наконец Иван Николаевич, — а из тебя вышел бы неплохой стратег. Может, после школы ко мне в казино работать пойдешь?

— Я еще учусь, — смутился Колян.

— Ладно, — подвел итог Иван Николаевич. — План принимается.

Глава 3

На следующий день Виктор Германович через свои хакерские каналы отправил Людмиле Васильевне анонимное письмо: "В подвале школы, в старом бомбоубежище, находится нарколаборатория. Проверьте срочно!".

Людмила Васильевна, получив письмо, сразу же бросилась к Наталье Валерьевне.

— Наталья Валерьевна! — закричала она, врываясь в кабинет химии. — У меня информация, что в подвале... что там у вас?

Наталья Валерьевна побледнела, но быстро взяла себя в руки.

— В подвале? А что в подвале? Там старые реактивы, я иногда провожу там опыты для старшеклассников.

— Опыты? — прищурилась Людмила. — Сейчас проверим!

Они спустились в подвал. Но когда открыли дверь бомбоубежища, там было пусто. Ни колб, ни пробирок, ни установок. Только старые парты и дохлые мыши в банках.

— Странно, — пробормотала Людмила. — Анонимка была точная.

— Мало ли кто пишет анонимки, — пожала плечами Наталья. — Врагов у вас, наверное, много.

Людмила ушла ни с чем. А Наталья Валерьевна, вернувшись в кабинет, нашла записку: "Мы знаем о твоем деле. Но мы молчим. Если будешь помогать нам против Людмилы, останешься на свободе. Если нет — завтра полиция найдет твою лабораторию в другом месте. Жди указаний".Наталья поняла: её взяли в оборот. Но выбора не было.

Глава 4

Прошло полгода.Казино Ивана Николаевича процветало. Официально это называлось "Клуб интеллектуального досуга 'Березка'". Там стояли игровые автоматы, столы для покера и рулетка. Половина прибыли шла на ремонт школы, половина — в карман Ивана Николаевича и его партнеров. Людмила Васильевна так и не нашла казино — оно было замаскировано под бывший тир в подвале соседнего дома.Юлия Васильевна, бывшая учительница истории, обезумела окончательно. Вернувшись в Германию, она попыталась организовать неонацистский переворот. Собрала группу таких же фанатиков, захватила небольшую радиостанцию в Баварии и объявила о создании Четвертого рейха. Но НАТО среагировало быстро: через три часа спецназ ФРГ при поддержке американских вертолетов взял штурмом её убежище. Юлию Васильевну арестовали и отправили в психиатрическую клинику строгого режима. Говорят, она до сих пор поёт нацистские марши и требует встречи с канцлером.Олег Александрович и Виктор Германович продолжали тусоваться и бухать. Они открыли небольшой бизнес по продаже самогона (легального, конечно) и каждую пятницу сидели в бане Ивана Николаевича, вспоминая былые приключения. Иногда к ним присоединялась Наталья Валерьевна — она оказалась своей в доску, особенно после того, как Иван Николаевич помог ей легализовать её химические таланты. Теперь она варила элитные настойки на травах для казино.Татьяна Викторовна так и осталась в Молдавии. Поселилась в Гагаузии, открыла там маленькую школу, где учила детей биологии и, по слухам, готовила следующее поколение борцов за независимость. Иногда её видели в компании башкана Гуцул, которую наконец выпустили из тюрьмы. Сестра-президент Майя Санду публично заявляла, что у неё нет сестры-близнеца, но многие молдаване шептались, что видели "двойника" на митингах оппозиции.Людмила Васильевна так и не сдалась. Она продолжала бороться с коррупцией, но её постоянно отвлекали ложными сигналами. То ей сообщали о подпольном цехе по производству взрывчатки (который оказывался старым складом школьного инвентаря), то о незаконном игорном доме (который был просто компьютерным клубом), то о шпионском гнезде (где на самом деле собирались пенсионеры-шахматисты). В конце концов она махнула рукой и сосредоточилась на преподавании географии. Говорят, её уроки были самыми скучными в школе, но зато честными.Наталья Валерьевна стала правой рукой Ивана Николаевича. Она отвечала за качество напитков в казино и за химическую чистку оборудования. Людмила Васильевна подозревала её в нечестности, но доказательств не было. К тому же Наталья всегда первой предлагала помощь в любых школьных мероприятиях, создавая образ идеальной учительницы.

А Колян Артуров продолжал учиться в школе. Он перешёл в одиннадцатый класс и теперь готовился к выпускным экзаменам. Уроки ОБЖ по-прежнему вёл Иван Николаевич, и Колян сидел на них с особенным вниманием. Ведь кто знает, когда пригодятся навыки выживания, которым учит бывший полковник?Иногда, вечером, Колян заходил в баню к Ивану Николаевичу. Там уже собирались свои: Виктор с Олегом, иногда Наталья, а однажды даже заезжала Татьяна Викторовна проездом из Молдавии. Они пили чай (или не чай), вспоминали прошлое и строили планы на будущее.

— А что дальше будет? — спросил как-то Колян, сидя на лавке и глядя на догорающие угли.

— Дальше, Артур, — ответил Иван Николаевич, затягиваясь сигаретой, — дальше будет жизнь. Обычная, скучная, предсказуемая. Без переворотов, без погонь, без тайн.

— Врёте, — улыбнулся Колян. — Вы без этого не можете.

Иван Николаевич посмотрел на него долгим взглядом и вдруг усмехнулся.

— А ты прав, Артур. Не могу. Поэтому... готовься. Через месяц у нас новая операция.— Какая? — насторожился Колян.

— Говорят, в Антарктиде наши ученые нашли что-то интересное. Американцы тоже туда лезут. Надо бы опередить.

Колян закатил глаза.

— Иван Николаевич, ну сколько можно? Я же в школу хожу!

— Успеешь в школу, — хлопнул его по плечу учитель. — Жизнь — она длинная. А такие приключения выпадают раз в сто лет. Так что собирайся. Через две недели вылетаем.

Колян вздохнул, но в душе у него пели птицы. Потому что на самом деле он любил эти приключения. Любил этих странных, безумных, но родных людей. Любил свою школу, где каждый учитель — легенда.А за окном светило солнце. И мир, такой огромный и загадочный, ждал новых героев.

Глава 5

Колян Артуров сидел в бане Ивана Николаевича и слушал, как за стенкой веселятся старики. Олег Александрович и Виктор Германович уже изрядно набрались и травили байки из молодости. Иван Николаевич, как всегда, курил в углу и только покачивал головой.

— А помнишь, Олег, как мы в девяносто восьмом познакомились? — заржал Виктор, разливая самогон.

— Ещё бы не помнить! — крякнул Олег.— Ты тогда такой тощий был, очкастый, я думал — студент-заочник.

— А ты — медведь медведем, в телогрейке, с ящиком чего-то запрещённого и даже вес не изменился.

— Это был не ящик, — обиделся Олег. — Это был стратегический груз.

— Стратегический, ага, — засмеялся Виктор. — Тридцать килограмм тротила. Для школьных опытов, да?

Колян высунул голову из предбанника.

— А расскажете? — попросил он. — Как всё начиналось?

Иван Николаевич кивнул старикам:— Расскажите, чего уж там. Всё равно Артур теперь свой.

Олег Александрович откинулся на лавке и начал рассказ.

— Это был девяносто восьмой год. Страна после дефолта лежала в руинах. Я тогда работал в НИИ ядерной физики в подмосковном Обнинске. Умный был, молодой, перспективный. Но зарплату не платили полгода. А у меня семья, дети. Надо было выживать.

— А я тогда из ФСБ уволился, — подхватил Виктор, поправляя очки. — Системным администратором работал, имел доступ к секретным базам. Но когда понял, что мои данные используют для зачистки неугодных, плюнул и ушёл. Думал, в IT-бизнес подамся. А куда там — в девяносто восьмом бизнес был только криминальный.

— И как вы встретились?

— На вокзале, — усмехнулся Олег. — Я приехал в Москву продавать кое-что из лаборатории. Не спрашивай, что. Просто скажу — радиоактивное. Виктор там же крутился, искал покупателей на базы данных ФСБ. Мы оба были голодные, злые и отчаявшиеся.

— Я к нему подошёл, — продолжил Виктор. — Увидел, что мужик с ящиком нервничает. Спросил: "Торгуешь?" Он говорит: "Торгую". Я говорю: "Я тоже". И пошли пить пиво.

— А потом появился Иван, — вставил Олег, кивая на учителя ОБЖ.

— Я тогда уже был в бегах, — негромко сказал Иван Николаевич.— Из Сургута сбежал, за мной ФСБ охотилось. Прятался у знакомых в Москве, в коммуналке на окраине. Деньги кончались, вариантов не было.

— Нас познакомил общий знакомый, — вспоминал Виктор. — Сказал: "Есть человек, которому нужно свалить из страны. Очень нужно. Поможете — и вам перепадёт".

— Мы тогда сидели в этой самой коммуналке, — Олег разлил ещё по одной. — Иван нам всё рассказал. Про Сургут, про наркомафию, про побег. Мы слушали и офигевали. Мент, который крышевал наркоту, да и ещё заядлый взяточник, сбежал из-под стражи, за ним Интерпол охотится.

— А вы не побоялись? — спросил Колян.

— А чего бояться? — удивился Виктор. — Мы сами были по уши в дерьме. Олег с его радиоактивными материалами, я с крадеными базами. Нас бы тоже надолго не хватило. А Иван предложил дело.

— Какое дело? — Колян подался вперёд.

— Иван сказал, — продолжил Олег, — что ему нужно уйти в Афганистан. Там у него знакомые моджахеды ещё с первой войны. Спрячут, дадут работу. Но границы тогда были на замке. Особенно для такого беглого полковника.

— А я знал, как это сделать, — усмехнулся Виктор. — У меня остались доступы к базам ФСБ. Я мог сделать такие документы, что сам чёрт не отличит.

— А у меня был товар, — добавил Олег. — Радиоактивные изотопы. Ценный груз для тех, кто хотел сделать грязную бомбу. Я думал продать их каким-нибудь чеченцам, но Иван предложил лучше: обменять на услуги контрабандистов.

— И вы согласились?

— А куда деваться? — развёл руками Виктор. — Либо мы помогаем Ивану, и он нас потом вытаскивает, либо мы поодиночке сгниём в тюрьме или под забором.

— Маршрут был сложный, — Иван Николаевич сам взял слово. — Через Казахстан, потом через Таджикистан, потом через горы в Афганистан. На каждом этапе нужны были люди, проводники, взятки.

— Мы с Виктором стали логистами, — гордо сказал Олег. — Я отвечал за груз, Виктор — за документы и связь.

— Первая партия изотопов ушла в Казахстан в ноябре, — вспоминал Виктор. — Завернули в свинец, упаковали как запчасти для тракторов. Провезли через границу в фуре с удобрениями. Таможенники даже не посмотрели.

— А вторая партия — уже в Таджикистан, — кивнул Олег. — Там было сложнее. Горы, блокпосты, везде люди с автоматами. Но у меня там знакомый был, ещё по старым временам. Бывший советский военный, перешёл на сторону полевых командиров. Он пропустил.

— А я в это время сидел в Москве и делал документы, — добавил Виктор.

— Иван стал "Иваном Петровичем Сидоровым", коммерсантом из Новосибирска, едущим закупать овец в Казахстане. Смешно, да?

— Не смешно, — покачал головой Иван Николаевич. — Если бы меня тогда поймали, расстреляли бы без суда.

— Самый опасный момент был на таджикско-афганской границе, — Олег понизил голос. — Там река Пяндж, мосты, пограничники. Мы шли ночью, с проводниками. Изотопы — в рюкзаке у Ивана. Я нёс автомат, Виктор — рацию.

— Я тогда впервые в жизни стрелял, — признался Виктор. — Не в людей, слава богу. Просто в воздух, когда пограничники начали палить. Сработал эффект неожиданности.

— А я чуть с обрыва не сорвался, — усмехнулся Олег. — Рюкзак тяжелый, темно, нога соскользнула. Иван меня за шкирку вытянул. Сильный был мужик.

— Мы перешли границу в районе кишлака Московский, — вспоминал Иван Николаевич. — Там уже ждали люди Ахмад-шаха. Старые знакомые. Они меня узнали, приняли как брата.

— А изотопы? — спросил Колян.

— Отдали им, — пожал плечами Иван. — Не мне же их с собой в горы таскать. Ахмад-шах потом сделал из них какую-то бомбу, говорят, продал талибам. Но это уже не моя забота.

— Мы простились на берегу Пянджа, — Виктор снял очки и протёр их. — Иван ушёл в темноту, в горы. А мы с Олегом остались стоять, смотреть вслед. Думали, что видим его в последний раз.

— А я думал, — добавил Олег, — что если он выживет, то мы обязательно встретимся. Почему-то был уверен.

— И встретились, — улыбнулся Иван Николаевич. — Через два года в Ираке, но это история на другой раз.

— А что было после? — спросил Колян.

— После? — переглянулись Виктор и Олег. — После мы вернулись в Москву. Деньги у нас были — Иван отсыпал щедро. Я купил квартиру, — сказал Виктор.

— А я открыл маленькую мастерскую по ремонту техники, но и потом меня по работе отправили в Ирак— добавил Олег. — Легализовались, затихарились. А потом, в две тысячи десятом, переехали в этот город. Иван позвал. Сказал, что хочет открыть казино, нужны надёжные люди.

— Почему вы согласились?

— А чего нет? — пожал плечами Олег. — Свои люди, общее прошлое. Да и скучно нам без приключений было.

— А изотопы те? — спросил Колян. — Не жалко было отдавать?

— Жалко, — признался Олег. — Но это была плата за свободу. И за дружбу. Иван, считай, нас с того света вытащил. Если бы не его идея с побегом, мы бы так и болтались в Москве, пока не сели бы.

— А сейчас?

— А сейчас мы старые пердуны, — засмеялся Виктор. — Греем кости в бане, пьём самогон и вспоминаем молодость. Лучшая жизнь, чем в тюрьме, правда?

— Правда, — кивнул Иван Николаевич.

Колян сидел и думал о том, как всё переплетено в этом мире. Трое мужиков, которые когда-то рисковали жизнью, переходя границу с радиоактивным грузом, теперь сидят в бане и мирно бухают. А он, обычный школьник, слушает их истории и чувствует себя частью чего-то великого.

— А вы бы повторили? — спросил он.

— Что, переход границы? — переспросил Олег. — В молодости — да. Сейчас — нет. Сейчас я лучше в баньке посижу.

— А я бы повторил, — неожиданно сказал Виктор. — Ради таких моментов, как сейчас. Ради дружбы.

— За дружбу! — поднял стакан Иван Николаевич.

— За дружбу! — поддержали все.

Колян проснулся на рассвете. В бане храпели трое стариков, укрывшись кто чем. Тишина была такой мирной, что не верилось, что эти люди когда-то были контрабандистами, беглецами, авантюристами.Он вышел на крыльцо, вдохнул свежий воздух и улыбнулся.Где-то далеко, за горами и морями, лежал Афганистан. Тот самый, куда двадцать лет назад ушёл Иван Николаевич, чтобы начать новую жизнь. И кто знает, может быть, когда-нибудь Колян сам отправится в такое же приключение.Но пока — школа, уроки, экзамены. И старые друзья, которые всегда готовы рассказать очередную историю.

Глава 6

Колян Артуров сидел в бане Ивана Николаевича и слушал очередную историю. На этот раз компания была неполной — Олег Александрович и Виктор Германович уехали в Иран по каким-то своим делам, а Татьяна Викторовна осталась в Молдавии. Только Иван Николаевич и Колян коротали вечер за чаем (Иван, как всегда, добавил в свой стакан немного самогона "для согреву").

— Иван Николаевич, — спросил Колян, — а вы никогда не рассказывали про полковника Ахмеда. Того самого, с которым вы в Ираке познакомились. Который вам про брата рассказал.

Иван Николаевич задумался, помрачнел, потом усмехнулся.

— Ахмед... Да, это был человек. Настоящий воин. Хочешь историю? Слушай.

Он отхлебнул чай, закурил и начал рассказ.

— Мы познакомились в две тысячи четвёртом, — начал Иван Николаевич. — Я тогда уже год как был в Ираке. Американцы только-только вошли, Саддама свергли, началась заваруха. Я работал инструктором у суннитских племён в так называемом "суннитском треугольнике". Учил их воевать против оккупантов.

— А он кто был?

— Ахмед — бывший полковник республиканской гвардии Саддама. Элитное подразделение, личная гвардия диктатора. После падения Багдада он ушёл в подполье и организовал один из самых эффективных партизанских отрядов.Иван Николаевич затянулся сигаретой.

— Я тогда жил в разрушенном доме на окраине Эль-Фаллуджи. Город бомбили каждый день, трупы на улицах валялись, как собаки. Приходят ко мне местные и говорят: "Есть один человек, хочет с тобой встретиться. Говорит, что слышал о русском инструкторе". Я согласился. Он пришёл ночью, — продолжал Иван. — Высокий, сухой, с жёстким лицом и глазами, которые видели слишком много смертей. Форма старая, иракская, но чистая. Автомат Калашникова на плече. Поздоровался по-арабски, сел, попросил чай.

— Вы говорили по-арабски?

— Немного. Я тогда уже несколько лет в арабском мире крутился, кое-что понимал. Ахмед знал английский, так что общались на смеси. Он сразу сказал: "Я слышал, ты учишь наших людей воевать. Но они — крестьяне, пастухи. Им нужен не просто инструктор, а командир. Я предлагаю тебе работать со мной".

— И вы согласились?

— А куда деваться? — усмехнулся Иван. — У него было оружие, люди, связи. У меня — опыт. Мы быстро нашли общий язык.

Дальше Иван Николаевич рассказывал о совместных операциях. Как они минировали дороги, по которым шли американские колонны. Как устраивали засады в пустыне. Как прятались от беспилотников в пещерах и подвалах.

— Ахмед был гениальным тактиком, — говорил Иван. — Он знал каждую тропинку в пустыне, каждый колодец, каждое укрытие. Американцы с их навороченной техникой были как слепые котята. Мы били их и уходили без потерь.

— А вы с ним дружили?

— Странный вопрос, Артур. На войне дружба — это когда ты готов прикрыть спину, а он готов умереть за тебя. Мы были братьями по оружию. Я спас ему жизнь три раза. Он мне — дважды.

Иван затушил сигарету.

— Однажды мы попали в засаду. Американский спецназ, "морские котики", человек двадцать. Нас было пятеро. Ахмед получил пулю в плечо, истекал кровью. Я вытащил его под шквальным огнём, тащил на себе три километра по пустыне. Думал, что не дойдём. Но дошли. Он потом сказал: "Теперь я твой должник до конца жизни".

— А помните, вы рассказывали, что он показал вам фотографию? — спросил Колян. — Где вы с братом?

Иван Николаевич кивнул.

— Это было в две тысячи пятом. Мы сидели в подвале разрушенного дома в Рамади. Город бомбили, сверху сыпалась штукатурка. Ахмед вдруг стал серьёзным и сказал: "Иван, я знаю о тебе то, чего ты сам не знаешь". Я удивился. Он достал старую фотографию, потрепанную, пожелтевшую.