Папа, мы тебя поймали!

Босс недовольно сводит брови к переносице.

— Чернов Пётр Робертович, — говорит на автомате, но быстро приходит в себя. На лицо натягивает маску грозного босса, чьи приказы выполняются незамедлительно. — Ты мне не подходишь. Сегодня найду тебе замену. С завтрашнего дня приступишь к обязанностям секретаря.

Сказал и свалил.

Кто вообще так делает?!

Догоняю его уже в кабинете директора.

— Вы не можете меня понизить в должности!

— Могу и понижаю.

Пётр Робертович быстро перебирает какие-то папки на столе. Находит нужную.

Усмехается так, будто увидел внутри смешную шутку.

— И это твоя зарплата?! Видимо, на своей должности совсем ничего не делала, а эти копейки тебе платили за красивые глазки. Извини, но теперь придётся поработать. Секретарём. Зарплату, так и быть, оставлю прежней.

— Вот же судак! — вырывается сквозь зубы.

— Что-что?

— Говорю, как скажите, сударь. Секретарь так секретарь.

С гордо поднятой головой выхожу из кабинета самодура. Посмотрю, кого он найдёт на мою должность и как будет справляться.

Мне же, наоборот, лучше: обязанностей меньше, зарплата та же.

В своём кабинете взглядом натыкаюсь на кружку. Какие там указания Пётр Робертович раздавал? Собрание и кофе? Будет и то, и другое.

Быстро оббегаю весь офис. Рассылку делать бесполезно. У многих рабочий мессенджер выключен. Кто-то, как обычно, пасётся на улице в курилке, кто-то на кухне чаи гоняет.

Некоторые пытаются отмахнуться, но за столько лет работы я успела изучить каждого сотрудника и знаю к ним подходы. На кого-то действует кнут, на кого-то пряник. Неважно, к каким методам приходится прибегать, главное — результат. Все обещают прийти в нужное время.

К новому боссу вхожу в кабинет с чашкой кофе, конечно же, растворимого, на блюдце рядом лежит несколько леденцов “дюшес” и “самолёт”. Из личных запасов тёти Розы. Думаю, она не будет возражать против пропажи нескольких штук.

— Сотрудники все предупреждены о собрании, в двенадцать будут на месте.

Ставлю перед ним на стол. Босс берёт одну конфету аккуратно за кончик двумя пальцами. Изучает словно диковинку.

— Леденцы, серьёзно?

— Извините, швейцарский шоколад накануне закончился, а знаменитый дубайский в наш город не завозят. Но это и к лучшему. Сосательный рефлекс успокаивает. Так что расслабьтесь перед собранием.

Подмигиваю ошарашенному Петру Робертовичу и ухожу на своё рабочее место, довольная своей маленькой местью.

Глава 5

Пётр

Подношу кружку с окрашенной водой под цвет кофе, принюхиваюсь. Это реально можно пить?!

Ну на фиг.

Экран телефона загорается от входящего сообщения. Наверняка, Алинка. Злорадствует. Но ничего, я любимой сестрице ещё припомню всё.

Отставляю кружку и беру телефон. Ну да, Алина.

“Как городишко, братец? Успел погулять, достопримечательности посмотреть? У них на набережной есть памятник снежинке. На главной площади, пишут, хорошая чебуречная находится”

“Спасибо за заботу, милая сестрица. Берегись, моя ссылка продлиться полгода, а потом я буду мстить”

Мелкая засранка нисколько не испугалась.

“Боюсь-боюсь! Не скучай, Петька! Обещаю, я отдохну сегодня в клубе за нас двоих”

Я бы тоже сегодня куда-нибудь завалился отдохнуть, но не уверен, что в этой дыре что-нибудь найдётся. Не в чебуречную же на площади идти.

Взглядом который раз пробегаю по своему временному кабинету. Кажется, ремонт здесь делали последний раз лет тридцать назад. Мебель меняли тогда же. Ей самое место в музее для тех, кто ностальгирует по советским временам.

И мне здесь предстоит проторчать полгода?

Растираю лицо, будто в последней надежде, что всё происходящее окажется сном. Открою глаза и окажусь в своём просторном пентхаусе.

Какого фига я в очередной раз повёлся на провокацию сестры и согласился на этот дурацкий спор?!

Алинка развела меня как первоклассника.

Я должен был заподозрить неладное на словах: “Ты же не боишься проиграть младшей сестре?”

Конечно не боюсь!

Алина хоть и получила первоклассное экономическое образование, но она натура творческая: работает ландшафтным дизайнером. Да и откуда в женщине возьмётся деловая хватка? Чутьё к выгодным вложениям?

Поэтому я был уверен в своей победе. Условия спора простые: мы выбираем проекты, в которые инвестируем. Выигрывает тот, чей стартап стрельнёт и принесёт денег.

Я всё просчитал и был уверен в своей победе как никогда. Парни, чей проект я рассматривал, гарантировали стопроцентный результат.

Я должен был остаться в своём комфортном кабинете на сороковом этаже в центре столицы. Пить настоящий кофе из фарфоровой кружки и любоваться жизнью Алинки в деревне. Я успел договориться с одной фермой, где обещали приютить мою сестрицу и даже научить её доить коров.

Но нет…

Я продул и застрял в заднице мира.

Мой зам — женщина.

Оборзевшая женщина.

Ещё никто и никогда мне не предлагал пососать.

Расслабиться. Она вообще понимает, с кем общается?!

Любая другая на её месте давно бы загуглила моё имя, а потом бы из кожи вон лезла, чтобы угодить, привлечь к себе моё внимание. Понравиться в надежде залезть мне трусы. Сколько раз я через это проходил? Тысячи. И всегда один и тот же банальный сценарий.

Знакомятся, якобы влюбляются до беспамятства. Всех, конечно же, интересую только я, а не мои деньги, фамилия или семейная империя. А потом они приходят с тестом, на котором красуются две полоски, или со снимком УЗИ и намекают на замужество. Было несколько отчаянных, которые вешали на меня свою беременность, хотя я с ними даже не спал.

И вдруг в какой-то глуши выискивается особа, которая не пытается повесить на меня вымышленных детей в желании затащить в ЗАГС, а щёлкает по носу.

Или это такой особый план по привлечению моего внимания? Не выйдет. Такие “умные” тоже находились, которые пытались действовать от обратного.

Тогда почему я до сих пор думаю о ней?!

Так.

Надо заняться работой. Для начала посмотреть все дела и найти себе нормального зама. Сотрудников здесь не так много и времени уходит мало. Нужную кандидатуру нахожу почти сразу. Молодой парень из продажников, двадцать пять лет, закончил столичный ВУЗ. Думаю, сработаемся.

В нужное время захожу в конференц-зал, если его, конечно, можно так назвать. Больше похоже на школьный актовый зал. Опять же с налётом прошлого.

М-да.

В удивительное место я попал.

И мне здесь развлекаться ближайшие полгода?!

Надеюсь, ностальгия по прошлому не передаётся воздушно-капельным путём, а то уже через месяц начну носить пуховый джемпер и кожаную куртку, широкие брюки и остроносые туфли.

Произношу приветственную речь. Рассказываю о том, к каким успехам мы будем стремиться во время моего короткого пребывания в данном филиале. Знакомлюсь с главами отделов. Отвечаю на вопросы. Правда, они все сводятся к одному: будут ли сокращения?

Никого увольнять я не планировал, но им об этом знать не обязательно. Страх потери работы — хороший мотиватор.

— Раз больше вопросов нет, то возвращаемся к работе. Кузнецовский Андрей, не могли бы задержаться. И ты, Антонина.

Когда они вдвоём останавливаются около меня, говорю о своём решении:

— Антонина, передайте все дела Андрею. С завтрашнего дня он заступает на должность моего заместителя. А вы, Тоня, теперь мой секретарь.

Кузнецовский выглядит шокированным. Логично, такое счастье на голову ему свалилось.

Но вот еле сдерживающая смех Тоня — это точно не то, чего я ожидал.

Глава 6

Тоня

Кузнецовский!

Из всех возможных вариантов он выбрал Андрея.

О, ради такого я с превеликим удовольствием пойду на понижение и посмотрю, как наш местный мажорчик поработает замом. Его отец уже лет десять занимает пост мэра нашего чудного городишки. А его дед — владелец рынка, единственного места торговли у нас. Есть магазинчики, конечно, но всё же большинство жителей по старой памяти ходят на рынок.

Так что можно считать, что Андрей из достаточно богатой семьи по местным меркам. Его закинули в столичный универ, где он просиживал штаны и клеил девчонок. Его несколько раз пытались отчислить, но папа и дед закидывали очередную порцию бабла за любимого мальчика и его оставляли. Диплом писала какая-то преподавательница. Как говорится, любой каприз, были бы деньги.

Если с учёбой вопрос легко решался, то с работой так не фартило. Андрей нигде долго не задерживался. Так как ответственность заботливые родственнички забыли ему купить.

Пришлось Кузнецовскому возвращаться в родной город. Его дед воспользовался дружбой с Сан Санычем, и посадили мальчика на оклад в отдел продаж. И до сегодняшнего дня Кузнецовский был скорее предметом интерьера в нашей конторе, нежели полноценным сотрудником. Сидит в сторонке, не отсвечивает. Во время посиделок шутками развлекает. Если попросить, шкаф может передвинуть, за кофе в магазин сбегать. В общем, вреда делу не приносил, и на этом спасибо.

В другой ситуации я бы намекнула директору о сомнительном выборе, но сегодня промолчу. Я же женщина, мыслить — не моя стихия. Вот пусть с мужчиной и развлекается, а я в сторонке постою. Понаблюдаю.

— Пётр Робертович, а вы уверены? — с лёгкой робостью в голосе интересуется Андрюша.

Затылок чешет, будто раздумывает: шутка всё происходящее или нет.

— Конечно, я всё внимательно изучил, проверил. Ты мне подходишь! Я понимаю, волнуешься, но не стоит. Нужно просто поверить в себя, и ты со всем справишься.

Смешок подавить до конца не получается, и он вырывается из меня тихим хрюканьем. Две пары мужских глаз впиваются в меня как по команде.

— Извините, — давлюсь смехом, но произношу.

Боже! Поверить в себя! Изучил он.

Нет, это точно будет интересно.

Кузнецовский сейчас смущается и ищет подвох. Но пройдёт пару часов, и он проникнется речью босса, обретёт ту самую веру в себя и тогда…

Удачи, Чернов!

А я со стороны с удовольствием понаблюдаю, как ты будешь расхлёбывать последствия своего гениального решения.

— Ну, пойдём, Андрей, передам тебе свои дела.

Остаток рабочего дня я честно пытаюсь вбить в пустую головушку коллеги всё, чем ему предстоит заниматься. Но по взгляду Кузнецовского понимаю: бесполезно. Там значок доллара мелькает, здраво мыслить не даёт.

— Да не волнуйся, Тонь, — хлопает меня по плечу, — чё сложного? Ходи, указания давай и зарплату получай.

Хмыкаю. Ну да, звучит как нефиг делать.

— Ты прав, Андрюш. С моей работой даже такой, как ты, справится.

Парень зависает. Смотрит, округлив глаза.

— Какой?

— Красивый и сильный, конечно же. Ну ладно. Пошла я на своё новое рабочее место, а тебе надо запросить у отделов вот эти отчёты, — ноготком придвигаю к нему бумажный стикер для заметок, — и сделать по ним сводную таблицу. Развлекайся, зам.

Теперь уже я хлопаю его по плечу. Наслаждаюсь зависшим выражением его лица. Я прям вижу в его глазах, как в голове шестерёнки начинают свою работу. С громким противным скрипом, успев заржаветь за время простоя.

До конца рабочего дня успеваю разобрать корреспонденцию, полить фикус и заказать архивные коробки, чтобы завтра навести порядок в офисных документах. Ровно в шесть вечера выключаю компьютер, беру свою сумочку и иду к выходу.

Ноги на автомате несут меня к привычному парковочному месту. Но вижу я не свою любимую ласточку, а чужеродный “рендж”.

Вот бы узнать, что птица такого полёта забыла в нашем городишке?

— Нравится? — раздаётся вдруг на самое ухо. — Хочешь, покатаю?

Закатываю глаза.

— Пётр Робертович, я вроде не пятнадцатилетняя школьница, чтобы от восторга пищать при виде дорогой тачки. Просто думаю, что же вы директорское место проигнорировали?

Киваю на парковку, где огромный квадрат с надписью “директор” пустует.

— Зачем? Чтобы она весь день нагревалась под солнцем? Охлаждение сидений — это хорошо, но не спасает. Здесь удачное место: тень и вдали ото всех. Не поцарапают.

Эх, значит, не случайность и не видать мне обратно моего места.

— Так что насчёт прокатиться? — босс окидывает меня взглядом с головы до ног, натягивает на свою наглую рожу обворожительную улыбку, при виде которой так и хочется улыбнуться в ответ. Чернов делает шаг ко мне, кладёт свою лапу на моё плечо и плавно скользит вниз по руке. — Покажешь мне город. Скрасишь мой вечер. Заодно познакомимся поближе, а то мы начали как-то неправильно.

Не поняла.

Это что, меня сейчас склеить пытаются?!

Глава 7

— Пётр Робертович, вы бы свою руку убрали от меня. На ваше панибратское общение я ещё закрыла глаза. Всё понимаю: в столице не учат с уважением обращаться к женщинам. Но вот руки стоит держать при себе.

Чернов выгибает бровь, выражая высшую степень удивления. Потом медленно поднимает руки в известном жесте капитуляции.

— Любишь играть в недотрогу? Я не против, охотничий инстинкт заложен в каждом мужчине. Только смотри, чтобы охота не обернулась против тебя.

— Пётр Робертович, если захотите поохотиться — пожалуйста! В нашем городе проживает примерно пятнадцать тысяч женщин. Думаю, из них тысяч семь точно не будут возражать, если на них поохотится столичный холостяк. Разброс будет разный: от девушек восемнадцати лет до очаровательных дам за семьдесят. Выбирайте любую, Пётр Робертович, а на меня охоту устраивать не нужно.

С этими словами разворачиваюсь и ухожу к своей машине. Если бы мне спину не прожигал взгляд, то я бы позорно сбежала. Как можно дальше от этого охотника.

В своей любимой ласточке я сразу запираюсь, создаю видимость безопасности. Пытаюсь восстановить дыхание и мысли.

И это только первый рабочий день!

Что же будет дальше?!

Телефон начинает разрываться от входящего звонка. Мне даже не надо смотреть на экран, я и так знаю, кто пытается до меня дозвониться. Мама.

— Да? — отвечаю по громкой связи.

— Ты когда приедешь?! Тоня, у меня тоже есть своя жизнь. Я не могу целыми днями сидеть с твоими детьми! Зачем рожала, если тебе некогда ими заниматься.

— И тебе привет, мама. Мой рабочий день закончился семь минут назад. Я уже еду в сторону твоего дома.

Повисает небольшая пауза, которую мама обрубает коротким:

— Жду.