Линии Инграда. Наладка прошлого

— Что? — спросил Артём.

— Положение немного неровное.

Экскурсовод кивнул:

— Верно. Можно сначала выровнять ось, а уже потом сжимать.

Макс исправил положение.

Пальцы коснулись стекла.

Шкала усилия поползла вверх.

Макс едва заметно остановил её, поднял яйцо, перенёс и осторожно опустил на другую платформу.

Стекло осталось целым.

— Победа, — объявила София. — Кубов официально сильнее яйца и умнее стакана.

Макс почти не слушал.

Он смотрел на шкалу усилия и думал о другом.

— А можно сделать так, чтобы человек не только видел усилие, но и чувствовал его рукой? — спросил он.

Роман Сергеевич заинтересованно посмотрел на него.

— Да. Через вибрацию, обратную связь или другие сигналы. Особенно это важно там, где человеку не хватает обычного ощущения касания.

— Например, в протезе? — тихо спросил Макс.

— Например, в протезе.

Макс сразу открыл Дневник и записал:

Нужно не только показывать силу.

Нужно возвращать ощущение касания.

Теперь мысль о механической кисти стала ещё яснее.

Когда практическая часть закончилась, ребята вышли к краю пристани.

С реки тянуло свежестью. Вдали блестел мост. По верхней линии прошёл монорельс «Энергия», а ниже по набережной медленно проехал ещё один кубобус.

— Красиво здесь, — сказал Егор.

— И полезно, — добавила Алиса.

— Тебе всё должно быть полезно? — спросила София.

— Желательно.

Артём облокотился на перила.

— Мне всё равно понравился настоящий аппарат. Большой. Рабочий. Сразу видно — техника.

— А мне его захват, — сказал Макс.

— Конечно, — кивнула София. — Ты уже мысленно строишь свою механическую руку.

Макс не стал спорить.

Потому что это было правдой.

— А если серьёзно, — сказала Алиса, — идея неплохая. Но если устройство будет передавать сигналы и данные, там важна защита.

— Механика тоже сложная, — заметил Артём.

— И форма, — добавил Егор. — Детали должны подходить человеку.

— И программа, — сказала София. — Без этого вы получите очень умную, очень тяжёлую и совершенно бесполезную железяку.

Макс посмотрел на них.

Ещё вчера это была просто его мысль в Дневнике.

Теперь она начинала звучать как что-то общее.

На браслете появилось сообщение:

ИДЕЯ ЗАФИКСИРОВАНА

София вздохнула:

— Всё. Город снова нас подслушал.

— Ты сама разрешила маршруту доступ к учебным заметкам, — напомнила Алиса.

— Тогда я разрешила это слишком легкомысленно.

Макс убрал Дневник в рюкзак, но перед этим дописал внизу страницы:

Если что-то важное не видно на экране, это не значит, что его нет.

Он сам не знал, относится ли эта фраза к роботу, к протезу или к слову, которое вспыхнуло среди помех.

Скорее — ко всему сразу.

На обратном пути к остановке кубобуса Макс ещё раз оглянулся на реку.

Всё выглядело спокойно: вода, причал, техника, люди.

Но в памяти всё равно стояло короткое слово:

КОНТУР

Словно кто-то на секунду открыл дверь и тут же снова её закрыл.

Макс ничего не сказал ребятам.

Пока у него не было ни доказательств, ни объяснений.

Только вопрос.

А для Дневника инженера вопрос уже был началом.

Дневник инженера

Как подводный робот работает в реке?

Подводный робот помогает человеку исследовать места, куда неудобно или опасно спускаться самому.

У него есть:

герметичный корпус, который защищает электронику от воды;

винты для движения и удержания положения;

камера и фонари;

датчики глубины, расстояния и направления;

механический захват;

кабель или другую линию связи с оператором.

В учебном бассейне удобно тренироваться, потому что условия там спокойные и предсказуемые.

В реке работать сложнее: есть течение, муть, водоросли, неровное дно и помехи.

Если на экране появились помехи, не нужно сразу думать, что весь аппарат сломался. Важно проверить, продолжают ли поступать другие сигналы.

Одна картинка не всегда показывает всю ситуацию. Надёжная система даёт человеку несколько источников информации.

Задание: представь, что подводному роботу нужно поднять со дна хрупкий предмет. Что ему для этого нужно: хорошее освещение, камера, спокойное движение, датчик усилия или всё сразу? Почему?

Глава 6

Пять идей — одна рука

В понедельник Лицей цифровых технологий гудел, как огромная мастерская.

По коридорам спешили ученики с коробками и инструментами. За прозрачными стенами жужжали принтеры, вращались колёса роботов, вспыхивали экраны. Один маленький аппарат выкатился из мастерской и едва не врезался Максу в ноги.

— Осторожно! — крикнул кто-то из дверей.

Робот замер у самого носка его ботинка.

София проводила беглеца взглядом.

— Хакатон ещё не начался, а техника уже пытается спастись.

Над входом в главный зал сияла надпись:

ИНЖЕНЕРНЫЙ ХАКАТОН

ОТ ИДЕИ К ПРОТОТИПУ

Макс машинально поправил чёлку.

Сегодня им предстояло не выполнить готовое задание, а придумать собственный проект. От этого волновался он сильнее, чем перед вступительным испытанием.

Их стол находился у большого окна. На нём лежали инструменты, небольшие моторы, провода, мягкие накладки и несколько датчиков.

На центральном экране появилась Марина Андреевна.

— Ваша задача — создать устройство, которое помогает человеку, — сказала она. — Не самое сложное и не самое эффектное. Главное — полезное.

На экране возник вопрос:

КОМУ ВЫ ХОТИТЕ ПОМОЧЬ?

— Сделаем грузового робота, — сразу предложил Артём. — Он будет перевозить вещи.

— Такие уже существуют, — спокойно заметила Алиса.

— Значит, идея хорошая.

— Или слишком обычная, — сказала София. — Я предлагаю систему, которая определяет настроение человека и включает подходящую музыку.

Алиса посмотрела на неё поверх экрана.

— А если человек хочет тишины?

София вздохнула:

— Ты умеешь испортить любую красивую идею за пять секунд.

Егор положил перед собой чистый лист.

— Может, сначала решим, кому действительно нужна помощь?

Все ненадолго замолчали.

Макс посмотрел на собственную ладонь. Вспомнил мамин рассказ о пациенте, которому трудно удерживать чашку. Потом — подводного робота, осторожно поднявшего хрупкий предмет.

— Давайте сделаем механическую кисть, — сказал он.

Четыре пары глаз повернулись к нему.

— Настоящий протез? — удивлённо спросил Егор.

— Пока только учебную модель. Она должна брать лёгкие предметы и не сжимать их слишком сильно.

Артём сразу придвинул к себе лист.

— Пять пальцев за два дня мы не сделаем.

— Начнём с трёх, — предложил Егор. — Главное, чтобы захват работал.

— Программа моя, — оживилась София.

— Я проверю датчики и безопасность, — сказала Алиса.

Артём уже рисовал пальцы.

— Механика — моя.

Егор улыбнулся Максу:

— А ты будешь следить, чтобы мы не построили клешню.

— Очень хорошую клешню, — с достоинством добавил Артём.

Макс впервые за утро рассмеялся.

Так пять разных идей соединились в одну.

К середине дня на столе появилась странная бело-синяя кисть с тремя пальцами.

Она выглядела неловко, но двигалась.

Сначала захват поднял деревянный кубик.

Потом губку.

Артём довольно потёр ладони.

— Теперь стакан.

Макс поставил между пальцами пустой пластиковый стаканчик.

— Только осторожно.

— Датчик остановит мотор, — уверенно сказала София и коснулась кнопки.

Пальцы начали сжиматься.

Стакан слегка прогнулся.

— Хватит, — насторожился Макс.

София отпустила кнопку.

Пальцы продолжали двигаться.

— Я остановила! — испуганно воскликнула она.

Раздался громкий хруст.

Артём резко дёрнул провод питания. Мотор замер.

На столе остался смятый стаканчик.

Несколько секунд никто не говорил.

София смотрела на него так, будто сама нанесла ему смертельную рану.

— Зато не выпал, — пробормотала она.

На этот раз никто не засмеялся.

Алиса быстро проверила соединения.

— Отошёл провод, — сказала она, нахмурившись. — Команда остановки не прошла.

— Закрепим, и всё, — отозвался Артём, но прежней уверенности в его голосе уже не было.

Макс покачал головой.

— А если он снова отойдёт? Человек не должен зависеть от одного провода.

Артём хотел возразить, но посмотрел на треснувший стакан и промолчал.

Он тоже понял.

Остаток дня пролетел быстро.

Артём сделал движение пальцев мягче. Егор изменил накладки, чтобы предметы не выскальзывали. София добавила аварийную остановку, а Алиса заставила кисть проверять связь перед началом движения.

Макс испытывал её снова и снова.

Кубик.

Губка.

Коробочка.

Новый стакан.

Иногда предмет падал. Однажды яблоко покатилось через половину стола, и София поймала его у самого края.

— Оно пыталось сбежать, — заявила она, прижав яблоко к груди.

— От нашей кисти я бы тоже попытался, — признался Артём.

Но ближе к вечеру всё получилось.

Механическая кисть осторожно взяла стакан, подняла его и медленно протянула Максу.

Он коснулся стакана пальцами.

Захват ослаб.

Макс принял его.

Ни одной трещины.

Алиса всё ещё смотрела настороженно.

— Ещё раз.

Они повторили испытание.

Потом снова.

Стакан оставался целым.

Артём поднял первый, смятый, и поставил его рядом.

— Этот тоже пригодился.

— Как предупреждение, — сказал Макс.

София печально коснулась треснувшего края.

— Как герой. Он пострадал ради науки.

На финальном показе вокруг их стола собрались ученики и преподаватели.

Перед кистью стояли два стакана: смятый и целый.

Макс вышел вперёд. Он приготовил речь, но, увидев столько лиц, забыл первые слова.

Тогда он просто поднял смятый стакан.

— Сначала мы сделали сильную кисть, — сказал он. Голос дрогнул, но Макс продолжил: — Потом поняли, что сильная рука ещё не значит хорошая. Она должна чувствовать предмет и вовремя останавливаться.

София запустила программу.

Пальцы сомкнулись вокруг целого стакана.

Кисть подняла его и медленно протянула Максу.

Он принял стакан.

Зрители зааплодировали.

Артём расправил плечи. Егор облегчённо улыбнулся. София поклонилась так, словно выступала на сцене. Даже Алиса позволила себе короткую довольную улыбку.

Марина Андреевна осмотрела модель.

— Ваш прототип ещё очень далёк от настоящего медицинского устройства, — сказала она. — Но вы начали с правильного вопроса: что нужно человеку?

На экране появился золотой знак:

СПЕЦИАЛЬНАЯ НАГРАДА

ЗА ЗАБОТУ О ЧЕЛОВЕКЕ

Макс прикрепил наградной значок к обложке Дневника.

Он радовался не награде.

Ещё недавно кисть существовала только в его мыслях. Теперь она была настоящей — несовершенной, странной, но созданной ими вместе.

Перед уходом Марина Андреевна разрешила Максу забрать прототип для дальнейшей работы.

Кисть уложили в защитный кейс вместе с контроллером.

— Только не включай её без взрослых, — предупредила она.

— Не буду, — серьёзно пообещал Макс.

Он уже собирался закрыть кейс, когда синий индикатор на контроллере мигнул.

Два раза коротко.

Один раз длинно.

Макс замер.

— Вы это видели?

Алиса подошла ближе.

Индикатор снова повторил три вспышки.

На экране Дневника появилась рябь.

КОНТУР

Ниже возникла ещё одна строка:

СИГНАЛ НАЙДЕН

— Это не наша программа, — тихо сказала София. Шутить она больше не пыталась.

Механическая кисть медленно согнула пальцы сама.

Макс почувствовал, как по спине пробежал холод.

Кто-то — или что-то — только что нашёл их проект.

Дневник инженера

Зачем нужен прототип?

Прототип — это первая пробная модель будущего устройства. Он помогает проверить идею и заметить ошибки до того, как устройством начнёт пользоваться человек.

Первый вариант редко работает идеально. Важно не скрывать ошибку, а понять её причину и улучшить конструкцию.

Команда Макса выяснила: сильный захват бесполезен, если он не умеет вовремя остановиться.

Хорошее устройство не просто выполняет команду. Оно учитывает результат своего действия.

Задание: придумай устройство, которое помогает человеку. Как безопасно проверить его первый прототип?

Глава 7

Три вспышки

Индикатор на механической кисти снова мигнул.

Два коротких раза.

Один длинный.

Макс и Алиса молча смотрели на него.

— Это уже не случайность, — напряжённо произнёс Макс.

— Согласна, — коротко ответила Алиса.

К ним подошли остальные.

— Что происходит? — спросил Артём.

Кисть медленно разжала пальцы, хотя никто не касался управления.

София отступила от стола.

— Она сейчас сама решила отпустить невидимый стакан?

— Команда пришла извне, — сказала Алиса. Её лицо оставалось спокойным, но говорила она быстрее обычного.

На контроллере появилась синяя точка. От неё протянулась тонкая линия, а рядом возникла надпись:

ИСТОЧНИК НЕ ОПРЕДЕЛЁН

Егор поправил очки и наклонился к экрану.

— Может, кто-то подключился к нашему проекту?

— Сеть хакатона закрыта, — ответила Алиса. — Чужая команда не должна была пройти.

— Но прошла, — прошептал Макс.

Линия дрогнула и исчезла.

Кисть замерла.

Будто ничего не происходило.

Марина Андреевна внимательно выслушала их, затем отключила кейс от внешней сети.

— Вы уверены, что никто не запускал программу? — спросила она.

— Уверены, — ответила София. — Я даже планшет не держала.

— Что появилось в Дневнике?

— «Контур» и «Сигнал найден», — сказал Макс.

При слове «Контур» Марина Андреевна на мгновение застыла.

Макс заметил это.

— Вы знаете, что это?

— В инженерии «контур» — обычное слово, — ответила она слишком быстро. — Контур связи, контур управления.

— Но оно уже появлялось на экране у реки.

Марина Андреевна нахмурилась.

— У речного центра?

Макс кивнул.

Она опустила взгляд на кейс.

— Пока не включайте кисть. Я передам сведения городской службе.

— А нам что делать? — спросил Артём.

— Идти домой.

София вздохнула:

— Как только техника начинает жить собственной жизнью, взрослые забирают самое интересное.

— Самое опасное, — строго поправила Алиса.

— Иногда это одно и то же.

Марина Андреевна разрешила Максу унести кейс, но только отключённым.

Он взял его обеими руками. Теперь привычный лёгкий футляр казался гораздо тяжелее.

На площади их ждал Кирилл.

Он сидел на скамье рядом с футляром для учебного дрона и листал новости на планшете.

— Наконец-то, — сказал он. — Мама уже решила, что вы строите второй лицей внутри первого.

София указала на кейс.

— Почти. Только рука начала действовать сама.

Кирилл улыбнулся, но улыбка исчезла, когда Макс рассказал о трёх вспышках.

— Две короткие и одна длинная? — переспросил он.

— Да.

— Точно?

— Мы все видели, — сказала Алиса.

Кирилл встал.

— Покажи контроллер.

Макс открыл кейс.

Механическая кисть лежала неподвижно. Индикатор не горел.

Кирилл проверил соединения, затем посмотрел на Дневник.

— Такой рисунок сигнала используют для проверки связи. Он простой, его легко заметить среди помех.

— Кто использует? — спросил Макс.

— Маяки, дроны, передатчики. Кто угодно. Но устройство не должно включаться от незнакомого сигнала.

Он открыл журнал Дневника.

— Здесь есть провал связи, — сказал Кирилл, нахмурившись. — На несколько секунд Дневник отключился от городской сети, но продолжил получать данные.

— Откуда?

— Адреса нет.

Макс вспомнил тёмную арку старого трамвайного депо и синюю вспышку в глубине.

— Депо, — выдохнул он.

— Какое депо? — спросил Кирилл.

— Старое трамвайное, возле «Льдинки». В тот день я видел там свет.

Алиса резко повернулась к нему.

— Почему ты не сказал?

— Сказал. Мы решили, что это отражение.

— Мы только предположили, — сухо поправила она.

Кирилл закрыл Дневник.

— Сегодня к депо никто не идёт.

— Но теперь мы знаем, где искать, — возразил Макс.

— Уже темнеет, объект закрыт, а вы не понимаете, что там происходит.

Макс сжал ручку кейса.

Ему хотелось немедленно отправиться туда. Но он вспомнил сервисного робота в галерее.

Знать, где проблема, ещё не значит иметь право лезть внутрь.

— Хорошо, — нехотя сказал он.

Кирилл подозрительно прищурился.

— Слишком быстро согласился.

— Я учусь.

— Вот это и пугает.

Ночью Макс проснулся от тихого звука.

Тук-тук.

Пауза.

Ту-у-ук.

Он сел на кровати.

Под столом стоял кейс с механической кистью.

Изнутри снова донёсся щелчок.

Макс включил свет и опустился рядом. Крышка была закрыта, питание отключено.

Тук-тук.

Пауза.

Ту-у-ук.

На столе сам включился Дневник инженера.

На его экране появилась карта Инграда.

Синяя точка мигала возле Площади знаний — там, где находилось старое трамвайное депо.

Ниже проступили слова:

КОНТУР

УЗЕЛ ОЖИДАЕТ

Макс позвал брата:

— Кирилл!

Дверь распахнулась почти сразу.

— Что случилось?

Макс повернул к нему Дневник.

На карте появилась новая строка:

ВРЕМЯ СВЯЗИ ОГРАНИЧЕНО

Кирилл резко подошёл ближе.

— Не трогай экран.

Но надпись уже исчезла.

Одновременно из кейса донёсся мягкий удар.

Пальцы механической кисти согнулись под закрытой крышкой.

Кирилл открыл футляр и побледнел.

Контроллер был выключен.

Но индикатор продолжал мигать:

два коротких;

один длинный.

— Завтра идём в депо, — твёрдо сказал Кирилл. — Вместе. И только с разрешения взрослых.

Макс посмотрел на тёмный экран Дневника.

— Оно ждёт нас.

Кирилл перевёл взгляд на неподвижную кисть.

— Не нас, — тихо ответил он. — Похоже, оно ждёт её.

Дневник инженера

Что такое сигнал?

Сигнал — это способ передать информацию. Им может быть звук, свет, движение или электрическая команда.

Чтобы сигнал было легче заметить среди помех, иногда используют простой повторяющийся рисунок: например, два коротких импульса и один длинный.

Но одинаковая последовательность ещё не доказывает, что сигналы пришли из одного места. Нужно проверить источник и устройство, которое их приняло.

Сначала инженер замечает повторение, а затем ищет доказательства.

Задание: придумай световой или звуковой сигнал из трёх частей. Какое сообщение он мог бы передавать?

Глава 8

Депо, которое помнит

На следующий день после занятий вся пятёрка собралась у «Льдинки».

Кирилл уже ждал их возле старой фотографии трамвая. Рядом с ним стоял Макс, державший защитный кейс с механической кистью.

— Нас точно пустят внутрь? — спросил Артём, с любопытством разглядывая кирпичное здание за деревьями.

— В музейную часть, — ответил Кирилл. — Я связался с хранителем комплекса. Он знает о сигнале.

Днём депо не выглядело заброшенным или мрачным.

Старые кирпичные стены были бережно восстановлены. Над воротами висела золотая табличка:

ИСТОРИЧЕСКОЕ ТРАМВАЙНОЕ ДЕПО ИНГРАДА

Ниже было написано:

БЕЗ ПРОШЛОГО НЕТ БУДУЩЕГО

— Хорошая фраза, — тихо сказал Егор.

За воротами сверкали рельсы. На них стоял красно-кремовый трамвай с круглыми фарами и деревянными рамами окон.

Макс замедлил шаг.

До этого он видел трамваи только на старых фотографиях. Сейчас настоящий вагон стоял перед ним — блестящий, будто готовый отправиться в путь.

— Вот это машина, — восхищённо произнёс Артём.

— Вагон, — привычно поправила Алиса.

— Я знаю.

— Тогда называй правильно.

У входа их встретил высокий седой мужчина в тёмно-синей форме.

— Виктор Павлович, хранитель комплекса, — представился он. — Кирилл рассказал о странном сигнале.

Макс поднял кейс.

— Он включил нашу кисть, хотя питание было отключено.

Хранитель посмотрел на футляр уже без улыбки.

— Слово «Контур» здесь действительно когда-то использовалось.

Макс почувствовал, как участилось сердце.

— Значит, это не случайный сбой?

— Нет. По старым документам, «Контур» был экспериментальной системой связи. Через неё передавали команды между городскими объектами.

София шёпотом сказала:

— Почтальон для машин.

Виктор Павлович кивнул:

— Именно.

— Тогда почему этот почтальон пишет Максу? — спросил Артём.

Хранитель посмотрел на кейс.

— Это нам и предстоит выяснить.

Внутри депо пахло деревом, металлом и машинным маслом.

Под высокой крышей стояли два восстановленных трамвая. На стенах висели старые схемы маршрутов и фотографии города.

На одном снимке новый трамвай впервые выходил из депо. Вдоль улицы стояли люди и махали водителю.

Макс подошёл ближе.

У самого края толпы был мальчик примерно его возраста: тёмные волосы, лёгкая куртка, внимательный взгляд.

Максу показалось, что он уже видел это лицо.

— Кто это? — спросил он.

Виктор Павлович присмотрелся.

— Не знаю. Обычный житель Инграда.

Макс задержался у фотографии, но кейс в его руке неожиданно дрогнул.

Один короткий толчок.

Второй.

Потом более долгий.

— Снова сигнал, — напряжённо сказал он.

Кирилл сразу подошёл ближе.