Закрыть прорыв

– Вот, вот, ключевое слово «типа». Не надо делать резких движений, дайте мне выйти.

– Ага, иди. – Тот как-то уж слишком покладисто согласился, я напрягся и ждал подвоха.

Выйдя из склада, я медленно осмотрелся, продолжая держать первых трех в поле зрения. Прибыли еще несколько, они неуверенно мялись в стороне, менее инициативные, просто стадный инстинкт, значит, для меня не проблема. Стоило мне свернуть в сторону выхода, как борзый маякнул своим подельникам и те кинулись ко мне. Честно, я не хотел крови, но не стал жалеть идиотов: первого уже проверенным способом ткнул резко под подбородок, выдернул копье и с шагом в сторону, наотмашь рубанул второго по горлу. Оба упали, а балабол замер с открытым ртом.

– Ты че, мля творишь, сук... – Договорить я ему не дал, не люблю, когда меня оскорбляют, да еще и безосновательно. Выдернув копье из горла борзого ублюдка, обтер лезвие о его плечо и развернулся к остальным.

– Кто-то еще хочет предъявить мне, что я не вправе забрать свои вещи из вскрытого мною же склада? – Все стояли молча. Тот, на которого я посмотрел, резко замотал головой, вот и правильно. Не знаю, подумал так или вслух сказал, но уверенной походкой отправился на выход. С этим контингентом мне не по пути, а в планах еще найти, куда увели женщин, вдруг найду своих девчонок.

Депутат с амбалом развернулись на полную катушку: смогли освободить еще нескольких заключенных, открыв или сломав замки, вооружились кто чем и толпой отправились на выход. Я смог смешаться с толпой, свидетели моей разборки с борзым заключенным предпочли самостоятельно вооружиться и хапануть хабар, чем бежать с докладом к старшим, поэтому о моей оппозиции никто так и не узнал, а вообще жертв побега хватало: не везде дикари дрыхли, не каждый землянин был мастером владения оружием. На выходе из основной пещеры нас уже ждали, но, благодаря вооружившимся огнестрелом повстанцам, шансы нас остановить упали до ноля. Послушники так вообще разбежались практически сразу же, как поняли, что нам удалось вскрыть оружейку.

Когда с охраной пещер было покончено, депутат толкнул речь в своем репертуаре: «мы лучшие, мы всех порвем, оружие у нас, пленные послушники починят портал, нужно только освободить плененных ранее людей и мы все торжественно вернемся домой»! Пока же, раз до рассвета еще есть время, всем можно наконец поесть из запасов дикарей и отдохнуть. Выделенные люди раздали бывшим пленникам хавчик, надо ли упоминать, что сам депутат, амбал и тройка их приближенных ели самое лучшее, запивая пищу алкоголем, короче говоря – всем сестрам по серьгам. Поев выделенным пайком, я отлучился в сторону, типа по нужде, а сам, обойдя выставленных часовых, пошел по дороге к склону горы. Там внизу в окружении огоньков, просматривались контуры целого поселения.

Глава 9.

О чем я думал, идя вниз? О своей роли во всем этом пиз… коллапсе. Я смог убедить военного проникнуть внутрь и закрыть портал, хотя все-таки меня к этому подтолкнул тот, самый первый послушник или как там его, посвященный. Короче говоря, меня тупо использовали. Причем все и каждый в свою пользу. Ладно, я в принципе, не в обиде. По крайней мере, не в данной ситуации. Резюмируем: я жив, здоров, у меня есть оружие, мое оружие, кстати, есть рюкзак с моими же запасами, а значит все не так уж и хренова, прорвемся!

Моя цель сейчас банальна: найти пленных и освободить, по крайней мере попытаться это сделать. Почему без остальных – это же элементарно, если там мои девчонки, то я должен быть на коне и впереди всех, потому что иначе, а я уверен, что при ином раскладе Юля просто поприветствует меня, как знакомого ранее, Галя начнет охаживать амбала, а на Надю сразу настроиться сам депутат. Остается только Оля, но нужна ли будет она мне после всего этого?

Опять мой мозг занят херней. Стоит переключится, срочно.

На вершине горы лежит снежная шапка, тут, пониже только воздух прохладный, а там, внизу, вполне возможно, что уже достаточно тепло, чтобы возделывать поля и выращивать культурные растения. Шел я под гору легко, путь мой занял практически всю ночь. Спустился и осмотрелся, крепкий частокол высотой больше двух метров, просто так не залезешь, ворота есть, но они заперты. Пошел по периметру забора, решил для себя, что проведу рекогносцировку.

Ожидаемо, что ничего интересного я не обнаружил, разве что с противоположной стороны точно такие же запертые ворота. Единственный плюс – я выяснил габариты этого селения. Точнее примерное время моего обхода равнялось чуть больше получаса, это значило, что длина окружности около двух с половиной километров, а значит радиус поселения метров четыреста. Неплохие такие габариты. Территория, окружающая поселение была грамотно зачищена от частокола метров на пятьдесят и больше, идти мне приходилось по самому краю, чтобы не попасться. Обойдя вокруг, я понял, что никаких часовых у частокола нет, а потому подкрался прям под него и стал искать варианты перебраться через ограждение на территорию поселения.

Это время называли час волка, что-то типа того, время перед рассветом. Я брел и смотрел на возвышающийся частокол, никаких вариантов перебраться я не видел, уже почти отчаялся, когда вдруг обнаружил маленький овражек. Оказывается, местные регулярно выплескивали свое дерьмо в канавку, откуда оно под естественным уклоном текло дальше, упиралось в частокол и естественно, подмывало его, так, год за годом, в этом месте образовался небольшой овражек, по дну которого текли отходы жизнедеятельности местного населения. Края заросли травой, пахло отвратительно, поэтому и никто не стремился сюда залезть и убедиться, что частокол по-прежнему цел и опасности прорыва не представляет. Да собственно и частокол то стоял за счет скрепления каждого отдельного ствола между друг другом, иначе бы подмытые бревна давно бы свалились.

Проверив диаметр полученного проема, я полез внутрь. Старался в принципе носом не дышать, эта вонь была просто непередаваемая. Как выдержал, не знаю, пролез на одних морально-волевых.

Благодаря полученному амбре, собаки местные меня игнорировали, видимо считали за своего. Так или иначе, но я без проблем проник на территорию села и крадучись отправился исследовать окрестности. Нужно было хотя бы найти подходящее место, чтобы затаиться на день и осмотреться. Жилые дома старался избегать, а вот всякие там ангары и сараи я старался осмотреть более внимательно. Так я нашел сенник. Двухэтажная постройка, обшитая горбылями, снаружи не разглядишь, кто там внутри, а внутри наоборот, все в округе видно, красота, одним словом. Я забрался в середину и улегшись поудобнее задремал, мне нужен был отдых.

Проснулся от криков и гомона, народ в селе собрался в кучу в районе центральных ворот и галдел, обсуждая какую-то новость. Я понял, о чем там речь, как только услышал звуки выстрелов из калашникова. Все ясно, наша освободительная братия подтянулась. Я рассматривал людей внизу и поражался, оказывается дикарей среди них были единицы, да и те выполняли в основном охранные функции. Остальной народ был вполне себе стандартного вида. Попадались и пленники из моего времени, я определил их по классическим шмоткам и тому, что они здесь были в качестве рабов, что ли. Ими помыкали все подряд, а сами мои современники боялись голову от земли поднять, на крики и оскорбления не отвечали. На общем фоне выделялись послушники или посвященные местного божества. Они старались направить человеческое рвение в нужное им русло, а именно – отбиться от напавших на них чужаков.

Тем временем из-за частокола постреливали и покрикивали, отсюда туда стреляли из луков, бросали дротики и камни, иногда матерились. Кого-то ранили, кого-то даже убили, пара дам были очень недовольны по этому поводу. Среди напавших и осаждающих тоже были потери, судя по крикам и матерщине.

Осматривая доступные мне дома и участки, я выделил отдельно стоящее здание, непрезентабельного вида, но там была большая движуха моих современников, вполне возможно, что там их и держат. Отлично, у меня появилась цель на эту ночь.

Дождавшись, пока стихнет шум из-за стен и внутри, я аккуратно слез с сеновала и отправился к постройкам, выбранным днем. Не скажу, что путь мой прошел гладко: взбаламученные нападением местные проявляли бдительность, поэтому по селу ходили усиленные патрули, на один из таких я и нарвался. Меня спасла реакция и неожиданность, я все-таки ожидал нападения, а они нет. Их было трое и шли они уступом, они бы может и прошли мимо, но спрятался я в тени в последний момент, первый шел по над дальней от меня стеной, второй по центру, а последний ближе ко мне, он то меня и разглядел. Как только я понял, что раскрыт, тут же ткнул глазастого под подбородок, чтобы не заорал, заодно и оттолкнул его в сторону. Потом вытащил из-за пояса топор и метнул его в спину первого, а на второго бросился с мачете. Он был очень удивлен, когда в спине друга вырос топор, повернулся ко мне, как будто хотел спросить «ты это видел?», ну а я без лишних слов полоснул его по горлу, отстраняясь в сторону, чтобы меня кровью не заляпало, мне дерьма вчерашнего вполне хватило.

С мертвецами особо мудрить не стал, одного я бы еще куда пристроил, но троих – очень долго, поэтому, пошарив по карманам, оттащил их в ближайший темный закуток и отправился дальше. Все трое были обычными людьми, только заросшими, кожаные куртки, штаны из мешковины, у каждого на поясе дубинка с металлическим оголовьем и короткое копье, метра полтора всего, ах да, самое интересное, у двоих через плечо висели котомки с хавчиком, так что, если что пойдет не так, я еще смогу пару дней перекантоваться.

Я просто мастер диверсант восьмидесятого уровня: еще два патруля, встретившиеся мне на пути, прошли мимо и не смогли меня разглядеть. Хотя предыдущий успех мне прям подзуживал устроить тут вальпургиеву ночь. Типа я ужас, летящий на крыльях ночи. С трудом удалось голосу разума достучатся до мозга, пьяного от адреналина, порывающегося делать необдуманные, но прикольные вещи. Мне просто везло, ведь если бы патрули ходили с собаками, то меня бы давно уже раскрыли и гоняли по селу, пока не поймают.

Искомый домик обнаружился, как и охрана, бдившая рядом с запертыми дверями. Потратил еще немного времени и обошел дом по периметру. Нашел единственный вариант – окно на уровне второго этажа, напротив крыша соседнего дома, так что есть возможность перебраться, будем пробовать. Я конечно не человек-паук, но залезть на крышу смог, даже шума много не издавал, разве что кряхтением и хеканьем, но это допустимо. Забраться я забрался, а вот тут новая дилемма: это снизу казалось, что расстояние плевое, а фактически больше двух метров выходит, епт. Еще и ставни-то закрытые, за подоконник я может и зацеплюсь, а дальше как? Мля-я-я. А все так хорошо начиналось. Сел на крыше и достал хавчик из первой котомки. Чисто на автомате, развернул сверточек и отрезав себе кусочек сала, принялся его жевать. Потом добавил хлебушка, затем луковичку, там нашелся и сырочек.

Сижу, увлеченно жую, так, что даже по сторонам смотреть перестал, так меня процесс увлек. Тут раздались крики с той стороны, откуда я пришел. Ясно, тела обнаружили, теперь должен быть большой кипишь и шмон. Заметят меня тут или нет? Решил не рисковать, вздохнув, закинул в рот последний кусочек, остальное убрал обратно в котомку и перебрался прямо к дымовой трубе, она была теплая, прислонился к ней спиной и сытый, и довольный задремал.

Проснулся от толчка, встрепенулся и осмотрелся, был уже день. В открытом окне стояла девушка и готовилась швырнуть в меня каким-то мелким предметом. Я показал ей кулак, и она резко опустила руку. Протер глаза и потянулся, надо же и поспал и не спалился. В селе было оживленно, осаждающие и осажденные опять гомонили, перекрикивались и переругивались, короче жизнь продолжается. Я поднялся и на полусогнутых пошел в сторону окна, там еще раз внимательно осмотрелся, чтобы не светиться и наконец перевел взгляд на разбудившую меня землянку.

- Ну привет, красавица. – Ляпнул я, потому что, девушка действительно была довольно красива: аккуратная шапочка, с выбивающимися из-под нее длинными красно-рыжими кудрями, опускающимися до самых плеч, большие глаза, обрамленные длинными ресницами, маленький носик и пухлые губки, на ней была плотная курточка с выпирающей вперед частью, а значит и там природа наделила богатством немалым, остальное от меня прятал подоконник.

- Ты кто такой и что тут делаешь? – Спросила она, стараясь не орать.

- Твой спаситель, красавица. – Меня прям поперло.

- Ты дурак? – Ее большие глаза стали еще больше. – На наш город напали враги из другого мира! Как ты собрался меня спасать от них?

- Э… - Вот тут я подвис. – А ты сама, ты из этого мира?

- Так ты не местный? – Она всплеснула руками и закрыла ладошкой рот. – Ты с ними?

- Так, спокойно. – Я сам выдвинул пустые руки вперед, мне только истерики здесь не хватало. – Я не с ними, ясно? Я сам по себе. Так ты кто такая будешь?

- Я Рогнеда, дочь конунга Ингвара. Меня похитили по приказу Остромысла, первожреца Чернобога и теперь пытаются сторговаться с моим отцом за мой выкуп. – Девушка шмыгнула носом, давно видать тут откисает.

- А ты одна здесь? Я просто вчера днем тут столько народу видел, что характерно, не местных совсем, где они?

- А, ты про других пленников? Да, их держат в разных местах, тут на первом этаже обитает пара десятков, ты собираешься и их освобождать? – Заинтересованно она посмотрела мне в глаза.

- Мы могли бы выбраться только с тобой вдвоем, есть тут одна лазейка, но, боюсь, тебе она не понравится. Да и я сам, пожалуй, воздержусь от такого выбора. Оставим как запасной вариант, на самый черный пречерный день. – Стал я рассуждать. – Поэтому нужно подбить пленников на бунт, чтобы изнутри открыть ворота и впустить осаждающих внутрь.

- Ты же сказал, что ты не с ними, ты солгал мне?

- Нет, нет! Но они не станут нам вредить, по крайней мере сразу, а потом мы сразу сдрысьнем! – Уверенно покивал головой, но она как будто почувствовала фальшь.

- Ты сам скрываешься от них или от какой-то части из осаждающих, ты в чем-то провинился? Что ты сделал? Скажи мне сразу, может быть попытка выбраться отсюда с твоей помощью приведет меня в еще более худшие условия, чем здесь.

- Ладно, расскажу, чего бы не рассказать. – Я вдохнул и выдохнул. – Я убил там нескольких, когда забирал свои вещи из склада. Они мне не хотели отдавать мое, понимаешь?

- Ты убивал воинов из своего племени? – Ужаснулась Рогнеда.

- Да как тебе объяснить, блин. Не мое это племя, ну, точнее народ-то мой, а вот эта конкретная группа лиц, они явно иного склада, чем я. Мы сотрудничали, делали общее дело, но разошлись во мнениях, как нам быть дальше, понимаешь? – Я видел, что она ни хрена не поняла, но девушка покивала утвердительно.

- Хорошо, что нужно от меня? – Спросила и тут же дернулась. – Ах, да, ты поклянешься, что вернешь меня отцу!

- Ладно, к отцу, так к отцу. – И, видя ее напряженный взгляд, добавил. – Клянусь!

Даже руку поднял, ладонью в ее сторону. Отлично, взвалил на себя еще одну проблему, идиот. Теперь нужно гораздо внимательнее и грамотнее обдумать дальнейшие планы. То, что амбал и депутат не перестанут осаждать село, это наверняка, ведь портал сдох, а тут единственный вариант хоть как-то устроиться, опять же пленники земляне тоже здесь, но как долго продлится осада, смогут они что-то стоящее предпринять или нет? Современные люди, выросшие в теплице, навряд ли станут лезть на стены в самоубийственную атаку, да и те, что имеют какой-никакой опыт, тоже на дурака не попрут умирать. Я допускаю, что балабол депутат смог засрать им головы, но хватит ли его харизмы, когда первый серьезный штурм умоет этих земных горожан кровью с головы до ног, пойдут ли они на второй и последующие? Сильно сомневаюсь, в пещерах может и есть какой-то запас продовольствия и оружия, помет они год так смогут сидеть под воротами. А если сами селяне решат, что устали тут сидеть, решат, что сил у них хватит разбить неприятеля, что же тогда? В любом случае, мне придется сначала встретиться с пленными.

- Ты поклялся и уже сомневаешься? – Устала ждать от меня реакции красавица.

- Нет, не сомневаюсь, думаю о дальнейших шагах. Я через твою комнату могу попасть в дом?

- Нет, она заперта снаружи. Мне приносят пищу три раза в день, тогда и отпирают.

- Сколько их?

- Двое. Но воин только один, он отпирает и ждет за дверью, а второй раб, его задача принести еду и поменять отхожее ведро.

- Ясно, тогда двигайся, буду к тебе перебираться. – Она отошла в сторону, а я, собрав свои вещички, разогнался и прыгнул внутрь распахнутого окна. Удачно приземлился, лбом в стену противоположную, но лучше так. – Завтрак уже был? Обед скоро?

- Ты голоден? –Удивилась она.

- Когда ждать тюремщиков твоих? – Снисходительно стал объяснять я ей свой план. – Они придут, дверь отопрут, я накинусь, и мы свободны, ясно?

- Ясно. Чего уж тут не ясного-то? – Хмыкнула она и такое миленькое у нее личико стало, эти ямочки на щечках, румянец… бли-ин, опять я влюбился, идиот.

Ждали мы несколько часов, за это время Рогнеда рассказала мне об ее племени, его устройстве и быте. Жили они внизу, в долине, пасли скот, возделывали землю, растили детей, шили себе одежду, плели мебель, одним словом жили не тужили. Тут, как всегда это бывает, появились у них соседи беспокойные, которые сами ни хрена не делают, а лишь стараются отжать результаты труда у более трудолюбивых. Начался конфликт и теперь длится эта вялотекущая война уже несколько десятков поколений, то одни на других нападут, окрестности пограбят пожгут, людей в полон уведут, то другие соберутся и идут давать сдачи первым, освобождать пленников и возвращать украденное добро, так и живут. На мой логичный вопрос, почему не собрались один раз всей массой и не вломили своим врагам так, чтобы уже никто и никогда не смел даже подумать о том, чтобы позариться на чужое имущество, девушка ответила, что тогда боги отвернутся от них, потому что каждая тварь имеет право на жизнь, а люди не вправе лишать ее той самой жизни. Логика, ау, где ты? Вот в очередной раз захватчики и набросились на пограничье, а там как раз была она, дочка вождя, по каким-то своим делам приезжала, конечно же совершенно случайно, ага, я прям сразу поверил ей. Нет, в ее племени не может быть ни предателей, ни шпионов, о чем я таком говорю, такого просто быть не может.

Вот так, болтая обо всякой местной фигне, я понемногу выведывал местные обычаи, правила и законы. Похитители требовали за дочку от бати в качестве выкупа целую гору всякого добра, но, как сказала сама похищенная, ничего неподъемного не было, ровно в тех пределах, что накопились на складах и амбарах, столько, сколько хватит и зиму пережить и весной засеять. Ага и опять ни разу не случайные знания, конечно же это проявление божественного вмешательства. Хотя мой скептицизм немного резало наличие портала и мое перемещение в иную реальность, мороз в середине июля и раны мои, заживающие, как на собаке. Я, кстати, лишь мельком пробежался по своему миру, не стал рассказывать особо впечатлительной девушке о моем мироустройстве, так, в общих чертах поведал и все.

Продолжали бы мы и дальше так сидеть и трындеть, как вдруг за дверью раздался лязг отпираемого замка и отодвигаемого засова. Вот он, мой звездный час, сейчас или я их всех и сразу в ферзи или они меня и … и все…

Глава 10.

Пока снаружи ковырялись с запором, я встал за дверью, так, чтобы вошедший не смог разглядеть меня сразу, дверь-то открывалась вовнутрь. По вошедшему сразу было видно, что он слуга или еще какой обязанный: согнутая спина, опущенная голова, на вытянутых руках нес поднос с пищей. По моей просьбе, Рогнеда Ингваровна схватила слугу за руку и потребовала себе нормальной пищи, суть ее действий сводилась к тому, чтобы вынудить вмешаться охранника, оставшегося в коридоре. Девушка разошлась не на шутку, Станиславский бы поверил, как, в конце концов и поверил охранник, который с гневными криками прошел мимо меня, намереваясь освободить верещащего слугу и закончить этот прием пищи. Стоило мужику пройти мимо меня и подставить мне спину, как я, не медля ни секунды, воткнул ему копье в основание черепа, фатально так ткнул, ему хватило. Все бы ничего, но инерция движения закинула умирающее тело на все еще блажившего слугу, по-прежнему сжимавшего поднос двумя руками. Верткая дочь конунга успела отпустить руку бедолаги и отскочить в сторону, как оба повалились на стену, рассыпая и разбрызгивая содержимое обеда княжны.

- Ты меня понимаешь? – Спросил я слугу, выпроставшегося из-под трупа охранника и со страхом смотрящего на окровавленное острие моего копья. – Сколько тут еще охраны?

- А-а-а… Э-эхе. – Толи стонал, толи ныл слуга, вроде взрослый мужик, но, видимо, его нехило так сломали.

- Ты говорить можешь или нет? – С нажимом повторил я. – Убеди меня, что ты не бесполезен для меня.

- Могу… Понимаю… Не убивай… Все скажу, все. – Выкарабкиваясь и вставая на четвереньки заблеял несчастный, глаза которого ни секунды не стояли на месте, видать того, кукуха поехала.

- Выглянь за дверь, проверь, что там все нормально? – Приказал я Рогнеде, не меняя интонаций и она, лишь зыркнув на меня недовольно, прошла к открытой двери. – Говори, не вынуждай меня повторять дважды, тебе это не понравится. – Добавил я жесткости в голос.

- Двое на улице, еще двое на кухне, охраняют склад и следят за порядком, это все, что в этом здании. – Выговорился слуга.

- Ясно, как много пленников, как давно они здесь живут? – Продолжил допрос я.

- В коридоре никого нет, все спокойно. – Сухо отчиталась княжна, я лишь кивнул ей, не отрывая взгляда от слуги, с того станется поднять шум, ради своих хозяев. Подобное поведение вроде называют «Стокгольмский синдром», если не ошибаюсь.

- Пленники живут в трех из четырех комнат первого этажа, в четвертой кухня, склад и столовая. Там стоят двухъярусные лежаки, рассчитанные на сорок человек в каждой комнате, но столько сразу там никогда не было, людей приставляют к разным работам, иногда посменно. – Докладывал допрашиваемый, уже значительно успокоившийся. – Большая часть здесь уже давно, это дети пленников с предыдущих портальных вылазок, сами пленники, а тех, что привели недавно держат отдельно, они по перву сильно очень буянят, народ мутят и работать отказываются, иногда портят инструменты и материалы.

- Где их держат? Почему вещи их среди местных встречаются?

- Они распределены по разным местам, кто для какой работы годным признан был, туда и приставили, опять же, детей и женщин отдельно от мужчин содержат. А вещи, их раздают кому по мере необходимости.

- Сам то ты кто и откуда? – Уже убрав копье в сторону, спокойно поинтересовался я, план поднять бунт считай провалился, по крайней мере «А».

- Я служу при старейшине нашем, мой отец и его отец служили старейшинам нашего поселения. – При этих словах он практически выпрямился и подбородок задрал.

- Твой статус какой? – Меня стало это все утомлять уже, перспективы быстро найти наших, освободить и свалить, растаяли, а альтернатива не хотела вырисовываться.

- Статус?

- Ты свободный человек или раб? – Практически рыча, выдал я.

- Конечно свободный, только обязанность у меня такая почетная, что не каждому доверить можно… - Продолжил набивать себе цену услужливый идиот.

- Ясно. – Перебил его я и спросил. – Где мужчин держат с последней партии знаешь?

- Знаю.

- Покажешь?

- Покажу. Конечно же. – Он сглотнул, видимо понял уже, что практически бесполезен мне и требовалось срочно придумать, как убедить меня не убивать его.

- Только вот я рисковать не буду, поэтому повернись и руки за спиной сложи. – Тот смиренно вздохнув, подчинился. Я снял с него пояс и связал ему руки за спиной, потом подумав, еще и рот завязал, сняв такой же тряпочный пояс с убитого охранника. У которого за этим самым поясом был спрятан кожаный мешочек, в котором я нашел с десяток медных монет и несколько серебряных. Тут же вспомнил за трех, убитых ранее, охранников, у тех тоже были такие пояса, но раз я их не снимал, то и монет не нашел, эх. Еще нож у него был красивый, в чехле с инкрустацией, тоже забрал.

- Так, сейчас стоите тут и ждете меня. – Я посмотрел на княжну. – Будет выделываться, дашь ему по печени, ясно?

Та закивала, принимая от меня копье охранника, а я пошел в коридор, здесь помощи не будет, эти люди и так счастливы своей долей, понимания я у них не найду.

Двух жлобов, что терлись возле кухни я исключил из первоочередных задач: во-первых, они стояли вместе; во-вторых, там помимо них терлось столько левого народа, что паника поднялась бы сразу; в-третьих, лично они мне выход не загораживали, в отличие от двух, стерегущих двери с улицы. Пришлось возвращаться.

- Есть другой выход из здания? – Спросил слугу, сняв с его рта повязку.