Легенды средневековья

Тори Сикрет

Легенды средневековья

Легенда об Урагане

Тонкие лучи солнца стремятся поскорее согреть холодную после зимы землю. Снег тает, создавая маленькие ручейки. Деревья, не успевшие надеть зелёные платья, пусты и голы. Скромная травка едва выглядывает из-под чернозема. Ледяные сосульки ещё недолго будут оплакивать ушедшую зиму, растаяв за ней вслед. Грозные тучи унесли свои копья в дальние небеса, открывая путь домой аистам. Эти стражники весны в свою же очередь, клином летя, обеспечивали безопасность красавице-аистыне. Она летела в гнездо к своему любимому супругу, аисту благородному, который уже создал уют в их обиталище.

Но стоило им подлететь к границе леса, как на них набежал ветерок, тучий сын. И не в силах он был контролировать свою мощь. И не хотел он вовсе никого задеть. В радости от прилета его давних друзей разыгрался он. Разбушевался он. И резвость его детская не по силам была никому: ни мгновенным ручейкам, ни пустынным деревьям, ни стеснительным травинкам ни сосулькам-плаксам, ни грозным тучам, отцам его, оставившим свои копья в закромах дальних небес.

И полетели аисты, неся покой за собой. И понесли аисты покой на себе. И унёс Покой аистыню за собой. Лишь благородного аиста не коснулась детская радость. Увидев, что сотворил этот буйный ребёнок, взмолился он, в горе пребывая, красной Весне:

- Вёснушка, голубушка, взгляни, что сотворил этот паршивец, тучий сын. Не уж то останется он безнаказанным? О горе мне! Горе, без моей аистынюшки!

Ветерок же, увидев, какое горе сотворил он, отправился в наказанье себе к отцам грозным на терзанья. И спустилась красная Весна по тонким лучам солнца к поникшему аисту. И молвила она ему наставления, как мать молвит сыну:

- Взгляни-ка аист, что мученица твоя несла,- подняв бездыханное крыло, Весна открыла тайну аистыни. В её лапах было сжато невредимое яйцо, за жизнь которого она свою не сохранила. - Прости ребёнка, ибо зла он не желал ей. Построй вновь дом, расти яйцо, а Ураган, что был неугомонным ветром, не найдет сюда пути отныне. Да, теперь он Ураган, что не может овладеть над самим собой никогда. Он будет разрушать, такова его природа. Но не здесь здесь будет тихо. То обещать могу тебе во клятве.

Прошло мгновенье. Аист поражённый в сердце утратой взял бережно яйцо и улетел домой. Весна же отдала тела Покоя лучам солнца, возносившим павших в облачные края дальних небес. А маленький ветерок, наречённый Весной Ураганом, покаялся отцам своим в содеянном. И заплакали тучи грозные, провожая лучи ясные в царство великого Покоя. И послала Весна радугу в знак искупления и прощения. И возродилась на свет маленькая аистыня!

04.04.2025

Танец ведьминской любви

Тьма. Маленькие домики. Песчаная дорога. Фонари. Площадь. Толпа. Крики: «Ведьма! Она ведьма!». Костёр. Огнище. Ярость. Их глаза – ненависть. Их руки – предательство. Всё полыхало жаром. Их сердца – нетопимый лед.

Тьма. Вечный сон? Проклятье? Приворот? Убийство? Ведьма! Она? Помощь. Целитель. Лекарь. Врач. Травы. Отвары. Благовонья. Заклятья. Ритуалы. Страх. Опасность. Она! Всё Она! Когда-то Она была спасением всей деревни. Её снадобья исцеляли людей. Её слова были пророческими. Её танцы завораживали всякого человека от мала до велика. Она ничего не просила взамен. Условие было всего одно – абсолютная вера. И ей верили, вверяли свои судьбы, жизни, поколения. Ей верили все, но бел человек, которому верила Она.

Он был её спасеньем от всех напастей. Она была его страстью. Его ведьмой. Он жил её танцами. Он желал её. Он упивался ею. Когда-то…

В деревню съехались все зеваки посмотреть на танцующую Ведьму. Она танцевала, танцевала, танцевала… Танцевала в железных башмаках. Вокруг костра. Раскаленных башмаках. Из костра. И сотни ненавистей смотрели на её изящные мученья. И сотни предательств аплодировали её завораживающей магии. Нетопимый лёд утоп. Лишь две пары ненавистей узрели правду. Лишь две пары предательств окунали её башмаки в огонь. Лишь их лед сгорел.

Лишь Он и она знали, что Её предали. Они предали. Ради своей забавы. Ради своей страсти. Их языки кричали вместе со всеми другими, совершенно не ведающими о том, что эти слова значат на самом деле. «Ведьма! Она ведьма! Пусть мучается в своих приворотах сама! Так ей и надо!» - кричали даже те, кто её видели в первый раз. Но ей нужен только Он. Что ей чужие?

Взошел столб в центре огнища. Она танцует на столбе. Огонь. Дым. Её тело – жареное мясо. Танец - шаг - смерть. Нет больше ведьмы. Нет больше Её. Его теперь тоже не стало. Ведь она не танцует.

22.06.2025

Речная Дива

Та дива, что в воде потонет,

С мечом в реке вдруг оживет.

И пусть тот, кто душу её тронет,

В покое с ней во снах плывёт.

Пусть стебли лилий путь укажут,

Пусть рыбы в стае круг замкнут

И уплывут,

И рыбакам историю расскажут.

Жила девочка. Жила девочка одна. Отец погиб недоблестною смертью, а мать пропала без следа. Жили языки в деревне. Были они и добрые, и злые. Добрые - заботились о девочке. Злые - смотрели косо на неё да приговаривали: «Вырастет девочка непутевой. Кто ж с такой жизнь свяжет?»

Звали ту девочку Рива. Чем старше становилась девочка, тем была она милее и мудрее. Несмотря на шепот злых языков, к шестнадцати годам у неё уже был жених. Они любили друг друга чисто и бескорыстно. Светлее их чувств не было ничего на свете. Языки добрые к свадьбе готовились. Злые – лишь в стороне стояли да глядели. Ничего поделать не могли, ибо был жених Ривы сыном их.

В день девичий, накануне перед свадьбой, гуляли подруженьки с Ривой у реки. Были среди них дочери и злых и добрых языков. Да Рива всех уважала и любила. Уж вечереет. Месяц полный в небе господствует. А девоньки всё пляшут. Да закричит одна из них: «Эй невеста молодая! А правда ль, что ты своей любовью можешь всё?» «Могу, - уверенно отвечала милая Рива, - и горы свернуть, и до месяца ясного достать, и реки все переплыть». Рассмеялась та, что спрашивала, приговаривая, мол сказки это всё, да выдумки. Девочка даже думать не стала. Брызг – крик – она в воде. Реку переплывать пошла. В реке той были водоросли. В реке той были водоросли, заговоренные злыми языками.

Минута. Пять. Беда.

Всё нет её. Она – вода.

А дева, что звала её на подвиг,

С её кольцом на пальце ходит.

А Рива, что в воде потонет,

С мечом в реке вдруг оживет.

И тот, кто душу её тронет,

В покое с ней во снах плывёт.

Пусть стебли лилий путь укажут,

Пусть рыбы в стае круг замкнут

И уплывут,

И рыбакам историю расскажут

О том, как родилась русалка тут.

31.08.2026

Весна

Лес. Лужайка. Ручеёк.

Трава. Кораблик. Розовый цветок.

Ветерок. Деревья. Тишина.

Листва красива, зелена.

Рассвет. Лучи. Прозрачны облака.

Ещё цветок - так же красив,

Как ало солнце позади.

Кораблик тот, что в ручейке,

Дрейфует, никого не ждя.

Но почему он здесь наедине?

И где же все его друзья?

Они вон там, вдали,

Где всё ещё растёт уродливый бутон

И знают все они,

Что он

Распустится красивейшим цветком.

На этом можно было бы закончить, но

Если закончу – не распустится бутон.

Нагрянут тучи, ветер свищет,

И мачта гнётся и скрыпит…

Так Лермонтов писал давно и много выше,

И не про мой кораблик он историю славит.

Бумажный мой дружок живет три дня.

И столько же живут его друзья.

Но дружба их живет намного дольше,

Передавая дружбу во творения,

Играли дети в мастеров.

И чтоб не скучно было в единении,

Соорудили ещё пять «кораблёв».

Пять кораблей-друзей.

Товарищей и братьев.

А он, один, дрейфует, на них глядя.

И мелкий дождик с ветром напевают:

«Цветок раскроется, верь в это, к своим друзьям придя»

И с каждой каплей, лепесток за лепестком,

Бутон расцвел и стал красивейшим малиновым цветком.

Мокрый лес. Росяная лужайка. Ручеёк.

Трава в брильянтах. Малиновый цветок.

Ветер уж стих. Деревья. Тишина.

Листва всё также и красива, и зелена.

Уж полдень. Вновь прозрачны облака.

Но корабля нет, он утонул.

Как думал, от красоты цветка,

Но с ним были его верные друзья.

01.02.2025