Курортный роман. Большой босс для неудачницы

— А почему бы и нет, — проговорила Юля, наконец приняв решение. — Ты права, мне нужно сменить обстановку и проветрить голову.

— Правильное решение, — проворковала Ирина, вынимая из кармана пиджака телефон, — как говорится, в любой непонятной ситуации, поезжай к морю!

Она разблокировала телефон, быстро нашла нужный контакт и уже через минуту разговаривала с родителями.

Ее мама обладала прибалтийскими корнями и красивым литовским именем Дайна, которое с переводится как «песня». Но все ее звали просто – Диана.

Папа всю жизнь ходил в море старшим помощником капитана. А как сошел на берег, лет десять назад, они открыли свой небольшой отель и перебрались жить на Косу.

Родители всегда держали свободный номер, на случай визита близких родственников или друзей, поэтому они были очень рады приезду подруги их любимой и единственной дочери.

— Ну все, — объявила Ирина, закончив разговор, — в пятницу тебя ждут! Номер твой на целую неделю!

— Спасибо тебе, дорогая! — Юлька встала из-за стола, подошла к диванчику, села рядом с подругой и крепко обняла ее. — Ты права! Смена обстановки — вот что действительно сейчас мне необходимо.

Юлька вздохнула. Тяжелый ком, застрявший в груди после неприятного разговора с Виталиком, немного отпустил.

Она уже представляла, как будет гулять по песчаным дюнам, ловить солнечные блики на воде и забывать обо всех проблемах.

Осталось написать заявление на отпуск и купить билеты.

— Занимайся оформлением отпуска, — подруга встала и расправила складки на своей синей юбке, — а я займусь билетами, — и с чувством выполненного долга покинула ее кабинет.

Написав заявление, Юля отправилась к свеженазначенной начальнице, Елизавете Викторовне.

Та уже перебралась из опенспейса, где работала до этого, в новый светлый кабинет. Когда Юля вошла, та болтала с кем-то по телефону, сложив на стол свои бесконечно длинные ноги, обутые в черные лаковые туфли на головокружительной шпильке.

Увидев Юльку, она скривилась, будто ей скормили целый лимон, убрала трубку от уха и с пренебрежением бросила:

— Ты что-то хотела?

— «Вы», — холодно проговорила девушка, хотя внутри все клокотало от гнева.

Еще вчера эта пигалица бегала за ней хвостом со своими глупыми вопросами и называла ее не иначе как «Юлечка Сергеевна», а сегодня уже так, пренебрежительно и на «ты».

Елизавета вытаращила глаза, явно не понимая, что она имеет ввиду, но попрощалась с подружкой и отложила телефон.

Юля подошла к столу и положила перед ней заявлением на отпуск.

— Правила делового этикета требуют уважительного обращения к коллегам. Панибратство у нас в компании не приветствуется.

Елизавета раздула ноздри от раздражения и опустила взгляд на бумагу, лежащую у нее на столе.

— Отпуск? Сейчас? — нарочито удивилась она, откидываясь на спинку кресла. — А кто работать будет? У нас тут, знаете ли, не санаторий, а серьезная компания.

Юля стиснула зубы, чтобы не выдать своего раздражения. Она знала, что Елизавета специально провоцирует ее, наслаждаясь своей новой властью. Но она не собиралась поддаваться на провокации.

— Я понимаю, — продолжала Елизавета с мерзкой улыбкой, — мое назначение, это удар по вашему самолюбию, но…

— Дела переданы Ирине, — спокойно ответила Юля. — Она в курсе всех текущих проектов.

— Ирина? — Елизавета усмехнулась. — Да она сама ничего не понимает. Без вас она тут все развалит.

— В случае чего, — девушка натянула на лицо самую радушную улыбку, на которую только была способна, — Вы, как руководитель отдела, сможете ее подстраховать.

— Я должна согласовать это с нашим руководством, — теряя уверенность, промямлила Лиза.

— Может быть сразу согласуем с самим Егором Беловым, хозяином холдинга?

Юля молча смотрела на начальницу, ожидая, что та скажет дальше.

Но Лиза промолчала. Она лишь фыркнула, взяла со стола ручку и с царственным видом поставила свою подпись на заявлении. После чего небрежно отодвинула от себя лист бумаги.

— Если провалите работу, — подняла на нее холодный взгляд, — будете нести персональную ответственность.

— Ага, — проговорила Юлька сквозь зубы, забрала заявление и почти бегом отправилась в кадры оформлять отпуск, пока эта змея на шпильках не передумала.

В итоге, к вечеру понедельника у Юли, помимо неудачи в карьере и подлого бывшего парня, номер которого она занесла в черный список, был официальный отпуск на две недели и билет в Калининград.

Билет, который, как оказалось сыграет не последнюю роль в ее судьбе…

Глава 5

Все дни, оставшиеся до поездки Юлька отсыпалась, проводила генеральную уборку в квартире, до которой никогда не доходили руки, и гнала от себя тяжелые мысли.

За день до вылета, к ней приехала Ира, отметить начало отпуска и помочь собрать чемодан. Конечно, она прихватила с собой бутылочку Просекко и пару упаковок суши.

Зайдя в Юлину спальню и увидев ворох летних платьев, разложенных на кровати, Иришка усмехнулась:

— Летние платья — это, конечно, здорово, но для поездки в Калининград летом тебе необходимо три вещи, — она начала загибать пальцы, — куртка, купальник и зонт.

— В смысле? — не поняла подругу Юля.

— Знаешь, как у нас говорят? — Ирина немного отодвинула наряды и уселась на кровать. — Если вам не нравится Калининградская погода, подождите два часа и она изменится. Утром там может быть жара, а к обеду дождь, ветер и холод. И так по кругу.

— Хорошо, что сказала, — проговорила девушка и скрылась в гардеробе, откуда спустя пару минут вынесла джинсы, свитер и легкий пуховик.

Собрав в чемодан все необходимое и уложив подарки для родителей Иры, девушки переместились на кухню, где до позднего вечера обсуждали предстоящее путешествие.

Юля взахлеб рассказывала о своих планах: исследовать Куршскую косу, погулять по Светлогорску, попробовать марципаны и, конечно же, своими глазами увидеть Танцующий лес.

Ира, как коренная жительница области, добавляла в этот список свои любимые места, советуя заглянуть в Янтарный и Зеленоградск, а также настоятельно рекомендовала попробовать местную строганину из пеламиды и кенигсбергские клопсы.

В итоге они засиделись так, что Юлька на следующий день проспала. Быстро приняла душ, собрала волосы в хвост, надела голубые летние джинсы, в тон им такую же джинсовую рубаху и белые кроссовки.

Но добраться до аэропорта без приключений у нее не получилось. Сначала, как назло, не могла заказать такси, а потом машина встала в пробку из-за аварии на подъезде к Шереметьево.

Когда она, наконец, влетела в здание аэропорта, до конца регистрации оставалось всего пятнадцать минут. С бешено колотящимся сердцем она пронеслась к стойке регистрации, успев буквально в последнюю секунду сдать багаж и получить посадочный талон.

Отстояв очередь на досмотр, девушка наконец попала в зону вылета. Побродив по магазинчикам, она дождалась объявления о посадке и пошла к своему выходу, встав в конец длинной очереди пассажиров и вновь погрузилась в тягостные мысли о негодяе Виталике и о том, как цинично он ее использовал.

Спустя некоторое время из раздумий ее вырвал механический голос:

— Уважаемые пассажиры рейса SU десять ноль шесть, следующего по маршруту Москва – Калининград, просим пройти на посадку к выходу сто пятнадцать. Посадка на ваш рейс заканчивается.

Девушка, стоящая в плотной очереди пассажиров, медленно двигающихся на посадку в самолет, подняла голову, глянула на табло с номером выхода, у которого стоит… И ее прошиб холодный пот.

— Черт! — выругалась она сквозь зубы, глядя на номер выхода, у которого стоит: сто пять.

— Вот дура! — чертыхнулась про себя и, расталкивая всех локтями и чемоданом, ринулась вон из очереди.

После того, как её унизили на общем собрании сотрудников компании, прилюдно продали и предали, вытерли об неё ноги, она пребывала в непонятном оцепенении.

Голова отказывалась мыслить ясно, все было, словно в тумане. Хорошо, что хоть в нужный аэропорт приехала.

Она неслась, сшибая всё и всех на своём пути. Никакие козлы-бывшие не помешают ей улететь!

Запыхавшись, она наконец добежала до нужного выхода, когда там уже совсем не осталось пассажиров и работники начинали его закрывать.

— Подождите! — вопила, размахивая паспортом и посадочным талоном. — Не улетайте без меня! — выдохнув, упала грудью на стойку регистрации и протянула документы девушке за стойкой.

— Опаздываете, — недовольно проговорила та, сканируя ее посадочный талон, — еще минута и борт улетел бы без вас.

Юля никак не комментировала ее слова, а хотелось, ещё как хотелось! Но — нельзя, а то вдруг в самолёт ещё и не пустит. Коза.

— Ваше место было изменено, — сообщила регистраторша, распечатывая Юле новый посадочный, — новое место два-А, бизнес-класс, — выплюнула, осмотрев девушку с ног до головы и презрительно скривив губы.

Юлька только хмыкнула. В последнюю очередь ее сейчас волнует, что о ней думает эта дамочка, пусть хоть захлебнется в собственной желчи.

Схватив документы и невнятно поблагодарив сотрудника службы авиабезопасности, она помчалась по телетрапу в самолет.

Наконец добравшись до своего места, она запихала в отсек для вещей свою сумку с ноутбуком, опустила глаза на пассажира, сидящего на месте рядом, и на несколько секунд, забыла, как дышать.

Перед ней сидел никто иной, как босс ее босса — глава холдинга «Строй - инвест», в который входила их аудиторская компания — Егор Белов.

Человек, при одном упоминании о котором, стынет кровь в жилах у всего офиса. Человек, который одним своим взглядом рушит карьеры и жизни сотрудников их холдинга.

Он смотрел на нее, скептически приподняв бровь.

— Мне, конечно, льстит, что женщина при виде меня выпрыгивает из одежды, — протянул он небрежно, сканируя взглядом её декольте, — но сегодня просмотр стриптиза не входил в мои планы.

Юля проследила за его взглядом и опустив голову охнула от ужаса. Щеки вспыхнули, словно их окунули в кипяток.

От бега, кнопки ее джинсовой рубашки расстегнулись почти до середины, открывая обзор на нежно-голубой кружевной бюстгальтер, обтягивающий ее грудь.

Она судорожно запахнула рубашку и пробралась на свое место у окна, случайно наступив ему на ногу и буркнув извинения.

— Из меня стриптизерша так себе, — проговорила она, усаживаясь в кресло и застегивая ремень, — так что вы немного потеряли.

— Добрый день, меня зовут Иван, — к ним тут же подошел бортпроводник, — что вам предложить? Воду, сок?

— Игристого, — решительно оповестила стюарда Юлька, откидываясь на спинку кресла.

«Дыши, Юля! Дыши! Ты справишься!» — словно мантру, повторяла она про себя, а в ее голове, словно в красочном детском калейдоскопе, крутились воспоминания о событиях минувшей недели, которые разрушили ее жизнь, сожгли дотла мечты о счастье и привели сюда, на этот рейс.

Восстанавливая дыхание и приходя в себя, девушка наблюдала, как самолет выруливает на взлетную полосу, и разгоняясь, легко взмывает в небо, оставляя внизу Москву с ее бешеным ритмом и неразрешенными проблемами.

Когда самолет набрал высоту, Иван бесшумно поставил перед ней бокал с искрящимся напитком. Юля жадно сделала несколько глотков, чувствуя, как пузырьки щекочут горло и немного успокаивают нервы.

Она украдкой взглянула на Белова. Он сидел неподвижно, что-то изучая в своем планшете.

Строгий костюм идеально сидел на его плечах, подчеркивая безупречную осанку. Темно-русые волосы были аккуратно зачесаны назад, открывая высокий лоб. В его профиле чувствовалась какая-то хищная красота, холодная и надменная.

Юля невольно залюбовалась им, признавая, что Егор Белов действительно хорош собой, и в реальной жизни выглядит более привлекательным, чем на фото.

Но его репутация безжалостного дельца, который не остановится ни перед чем ради достижения цели, перекрывала все внешние достоинства.

Внезапно он отвлекся от планшета, повернул к ней голову и их взгляды встретились. Ее затягивало в серый омут его глаз, а по телу побежали мурашки.

Время словно замерло. Вокруг перестали существовать другие пассажиры и шум двигателей самолета. Остались только они, в эпицентре притяжения, созданном одним случайным взглядом.

Она чувствовала, как краска заливает ее щеки, а сердце начинает отбивать безумный ритм, словно пытаясь вырваться из груди.

Глава 6

Юле казалось, что прошла вечность, прежде чем она нашла в себе силы отвести от него взгляд. Девушка отвернулась к иллюминатору, делая вид, что увлеченно рассматривает облака, проплывающие под крылом самолета.

Белов хмыкнул, покачал головой и снова уткнулся в свой гаджет, а Юлька достала из небольшой сумочки наушники, немного откинула спинку кресла и включила аудио книгу Стива Питерса «Парадокс шимпанзе».

Но очень скоро мерный голос чтеца начал ее расслаблять. Она почувствовала, как веки потяжелели и незаметно для себя провалилась в дрему.

Ей снились какие-то обрывки воспоминаний, картинки объятий Виталика и его невесты, злобный оскал Елизаветы.

Резкий толчок вырвал ее из объятий сна. Самолет тряхнуло. Юлька вздрогнула судорожно вдохнула, открыла глаза и огляделась. От резкого движения телефон, лежащий на ее коленях с глухим стуком, упал на пол.

Белов наклонился и протянул руку, невзначай касаясь ее ноги, отчего тело девушки прошил разряд, будто по нему пустили электрический ток.

Большой босс, конечно, не заметил реакций ее тела на его прикосновения, поднял с пола телефон и бросил взгляд на экран, на котором светилась обложка книги.

— Интересный выбор для чтения, — проговорил он, и вложил телефон в ее руки, — и что же преобладает в вашей личности: «человек» или «шимпанзе»?

Юля вспыхнула и растерялась, не зная, что ему ответить, но тут самолет тряхнуло еще раз и ей стало не до разговоров.

Оставив его вопрос без ответа, девушка судорожно вцепилась в подлокотники кресла, ощущая, как желудок подступает к горлу.

Боковым зрением она заметила, как Белов, сохраняя полное спокойствие, пристегнул ремень безопасности. Его невозмутимость, казалось, еще больше подстегивала ее собственный страх.

— Уважаемые пассажиры, — объявил голос бортпроводника, — наш самолет приступил к снижению и примерно через двадцать пять минут мы прибудем в Калининград, в аэропорт Храброво имени императрицы Елизаветы Петровны.

Юля кинула взгляд на часы и поерзала в кресле.

— В Калининграде сейчас немного ветрено, температура воздуха двадцать один градус, — продолжил тем временем стюард.

Белов откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, а Юля уставилась в иллюминатор, где сквозь плотный слой облаков показалось Балтийское побережье, которое разрезала извилистая Куршская коса, отделяя Куршский залив от Балтийского моря.

Самолет, справляясь с порывами ветра, ощутимо кренился то в одну, то в другую сторону. Планировал вниз, а потом резко взмывал вверх.

Юлька зажмурилась и попыталась успокоится, но только сильнее вжалась в кресло. Белов, напротив, казалось, совершенно не замечал происходящего. Он спокойно сидел с закрытыми глазами, словно погруженный в глубокий сон.

Посадка выдалась жесткой. Самолет коснулся земли с ощутимым ударом, заставив Юлю вздрогнуть.