Жених подруги. Мое тайное желание

Выпитое на голодный желудок волновало кровь, но его близость пьянила сильнее алкоголя. Запах его кожи – древесный, с горьковатыми нотами – он всегда носил один и тот же парфюм, – кружил голову, как долбанный дурман.

– Я хочу кое-что спросить, ты ответишь честно?

Я кивнула. А потом помотала головой.

Надеюсь, это будет вопрос не из разряда скороговорок или на логику. Потому что мои мозги уже давно расплавились от одного только прикосновения его пальцев.

– Когда ты сказала “давай трахаться”… ты же не пошутила? – в голосе ни единой ноты вопроса. Это было утверждение.

А взгляд тяжелый и темный, скользнул по моему лицу, опустился к губам, к линии декольте, медленно, оценивающе, как мужчина смотрит на женщину. Не как друг на друга.

Я хотела рассмеяться, сказать “конечно, шутка”, отступить в тень своей обычной роли – веселой Леры, которая всех спасает, кроме себя. Но не смогла.

Страх сковал все внутри. Что если я скажу “нет”, эта дверь захлопнется навсегда? А если скажу “да” – все рухнет?

Он наблюдал за моей паникой, за тем, как я безнадежно ищу ответ в чертогах разума.

А потом, кончик его большого пальца, шершавый, теплый, провел по моей нижней губе. Простой нежный жест – проверка на грань допустимого. От этого прикосновения у меня по спине пробежали мурашки, смесь стыда и дикого, запретного возбуждения.

– Чувак, не разложи ее прямо на барной стойке, – раздался рядом резкий голос.

Наташа, моя сменщица, толкнула меня в бок, вставая между нами, как живой щит.

– Она нам еще нужна. Эти хрупкие плечи слишком много на себе несут.

Влад даже не взглянул на нее. Его глаза все еще держали меня в плену.

– Больше нет, – задумчиво проговорил он, – больше не несут.

Он медленно кивнул, отступая от стойки, что-то решил. Сам себе на уме.

Я покраснела так, что, кажется, мои уши сейчас загорятся.

А Влад неожиданно поднял руку и помахал Наташе за моей спиной.

– Эй! – позвал он.

Я схватилась за стойку руками, потому что, если бы отцепилась – рухнула бы в обморок от переизбытка чувств.

– Чего? – Наташа снова к нам подошла и сощурилась как-то подозрительно.

Влад выудил из кармана две купюры – по пять тысяч – протянул ей.

– Она уходит. Побудешь без нее до закрытия?

Наташа посмотрела на деньги, потом на меня, потом снова на деньги. Мы обе знали, что за смену редко можно получить такую сумму.

– Да без б, – она бодро пожала плечами и сцапала купюры, пока наш альтруист не передумал. – Завтра ты на свадьбу к подружке, оттянись там.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но Влад уже схватил меня за руку и потащил к выходу.

– Я прослежу, чтобы она… оттянулась.

Он шел, как таран вперед, лавируя между столиками и посетителями, я семенила за ним.

– Стой, подожди, куда ты меня ведешь?

– Ты сказала, что хочешь меня поддержать, – сказал он, не оборачиваясь и что-то тыкал в приложении такси. – Вот и поддержишь. Но сначала я тебя накормлю. У меня дома полный холодильник закусок. Мама наготовила для гостей из Алтая.

Мы вылетели на улицу. Ночь – свежая, апрельская, пахнет теплом и весной. Через пару секунд около нас припарковалась машина такси.

– Садись, – он открыл дверь.

– Куда?

– Ко мне. Есть и трахаться. – Он смотрел на меня в упор и я от шока вытаращилась на него, не могла поверить, что он всерьез. Тогда он добавил: – Но если ты сейчас скажешь “нет”, я пойму. И мы просто разойдемся и притворимся, что этого вечера не было.

Я застыла. Ветер трепал волосы, кудри лезли в лицо. В голове – каша.

Нужно сказать “нет”. Потому что это неправильно. Потому что он – психологическая развалина, я – финансовая. Потому что завтра мне смотреть в глаза Эмме…

Но потом я вспомнила, как он смотрел на меня за стойкой. Как его пальцы коснулись моего подбородка. И – к черту все!

Я села в машину.

Он захлопнул дверь, обошел машину и сел рядом. Назвал свой адрес.

И мы поехали в темноту, не глядя друг на друга, но моя рука лежала на сиденье в миллиметре от его руки, и я чувствовала это на расстоянии – электричество между нами, которого никогда раньше не было. Но теперь появилось.