Моя случайная проблема, или Детка, мы влипли!

Все же с Анхелем ей, возможно, было бы безопаснее…

Я предпринял попытку отодвинуться подальше от этого дьявольского соблазна, но замер… Потому что под тихое «стоять» Каролина крепко ухватила меня за ремень брюк.

Как собаку за поводок.

— Хороший мальчик, — прошептала она тихо и погладила меня по ширинке брюк, у которой и без ее ласковых ручек уже были проблемы…

Не знаю, какие именно хорошие мальчики снились Каролине, но в этот момент я хотел быть очень плохим. Дьявольски плохим.

Я крепко зажмурился и едва сдержал стон.

Она уткнулась своим носиком в мое плечо и продолжила «пытать» мои брюки и мою выдержку.

Что-то тихо бормотала, касаясь тёплыми губами моей обнажённой кожи, а я лежал с закрытыми глазами и уже мысленно находился между ее стройных ножек.

Руки зудели к ней прикоснуться. Память дразнила, подкидывая воспоминания о том, какие чудесные формы скрываются под этим монашеским одеянием.

— Барри, ко мне! — Каролина присвистнула мне прямо в ухо и с такой силой рванула за мой ремень, что я стиснул зубы от неожиданной боли.

На этой ноте все мои фантазии угасли, а гордость очутилась где-то в районе самых глубоких впадин Альтангора.

Каролина принимала меня за щенка.

Обычного, мать его, щенка…

Звон в левом ухе от ее внезапного свиста и страх за свое мужское достоинство заставили меня быстро уносить от нее ноги.

— Ещё не хватало, чтобы ты случайно скрутила голову своему «хорошему мальчику», — шептал раздраженно, располагаясь в старом скрипучем кресле, стоящем у окна.

В комнате было очень душно. Жаркий климат Саартана не исчезал даже ночью, но не это мешало моему сну.

Я закрывал глаза, пытался отключиться, но…открывал их опять и смотрел на спящую Каролину.

Она перевернулась на живот, обхватила мою подушку и уткнулась в нее лицом.

Я тихо застонал и нервно взъерошил волосы, искоса поглядывая на округлый женский зад, обтянутый ночной сорочкой.

Не будет мне спокойствия этой ночью…

И только ли ночью?

Она была слишком хороша, чтобы оставить равнодушным любого мужчину, у которого есть глаза.

И, возможно, ее действительно стоило отпустить на все четыре стороны, но… я не мог.

Где-то в глубине души я сам не верил в то, что на диких землях родимое пятно Каролины вдруг превратится в карту, но…

Я доверял Анхелю де Банксу. Особенно, после его «фокуса» с пером-ручкой.

Поэтому проверить его версию не помешает.

К тому же Ламан рано или поздно доберется до Каролины, и ее тонкая шейка точно пострадает. Ведь какой из ее братца защитник? Тем более я сам «подключил» Каролину к этой охоте за сокровищами, когда принял идиотское решение продолжить ее спектакль в гостиничном номере.

Сам.

Поэтому и защищать ее я тоже буду сам.

— М-м-м… — сквозь сон измученно простонала Каролина, и я стиснул зубы от нового соблазнительного зрелища.

Прокашлялся, зачарованно наблюдая за тем, как сквозь сон Каролина поднимает свою ночную рубашку…

В этой небольшой комнатушке было слишком жарко. А когда белая сорочка оказалась на полу — стало ещё жарче…

— К черту, — прохрипел я и вскочил на ноги.

Натянул свои сапоги, наспех набросил рубашку и поспешил вниз.

Выскочил на улицу с острым чувством неудовлетворенности, неподвластной мне злости и сильным возбуждением.

— Отдохнул, мать его, — проскрипел недовольно и взглянул на небо.

До рассвета оставалось совсем немного, и это стало моим спасением. Как и Нэйтан, что вышел на улицу через двадцать минут, довольный, как мартовский кот, и занял мои мысли своей пустой болтовней.

Пока мы собирали провизию, подготавливали лошадей, я то и дело поглядывал на двери давно опустевшего салуна.

— Каролина пропала! — в дверях, придерживая свою шляпу, появился перепуганный Анхель. — Ее нет в нашей комнате!

— Я уступил ей свою, — пояснил я. — Она жаловалась на ваш храп, Анхель.

— Я?! Храплю?! — возмутился историк. — Это клевета!

Я усмехнулся. Как же… Даже в моей комнате были слышны воинственные трели историка.

— Значит, Каролина меня обманула, — подыграл я Анхелю и замолк, потому что в дверях появилась виновница моей бессонницы.

И вид у нее был совсем не дружелюбный. Как у разъяренной дикой кошки.

Она до побелевших костяшек на пальцах сжимала в руке ручку маленького саквояжа, подаренного хозяйкой салуна, и «пилила» меня взглядом.

— Выспалась? — я не смог промолчать.

Вместо ответа в ее глазах появился воинственный блеск, и она твердым шагом двинулась ко мне.

К чему я был не готов, так это к звонкой пощёчине, которую от души влепила мне эта истеричка.

— Ублюдок, — процедила она сквозь зубы и развернулась, чтобы уйти.

Не обращая внимания на шокированных этой сценой Нэйта и Анхеля, я резко схватил Каролину за руку и вернул ее на место.

— Ты спятила?! — рявкнул, глядя в ее янтарные глаза, полные презрения.

— Я пришла к тебе за защитой, а ты поступил подло и низко. Насмотрелся? — заявила она с обидой, вырвала руку из моего захвата и зашагала к лошади.

Вот же… маленькая стерва.

Так, значит, она решила, что это я ее раздел?!

В этот момент злость смешалась с чувством собственного достоинства. Оправдываться я не собирался. Не за что мне было оправдываться, тем более, если меня уже признали виновным и приговорили к пощёчине.

— Эй, принцесса, — окликнул злобно, когда увидел, что Каролина остановилась у белого скакуна. — Твоя лошадь вот, — я ткнул пальцем на старого одинокого ослика, что стоял возле привязи салуна и неспешно щипал скудную растительность у дороги.

Абсолютно чужого осла.

Вероятно, кто-то из подвыпивших посетителей этого увеселительного заведения ночью совсем забыл о своем старом медлительном «друге».

— Это же осел! — ахнула Каролина и перевела свой удивленный взгляд на четырех породистых и с виду довольно выносливых скакунов, что смиренно поджидали своих всадников. — А разве не это наши лошади?

— Наши, — я «мило» оскалился, чувствуя, как сильно пылает моя щека. — Но одна лошадь запасная. Они слишком буйные. Тебе мы выбрали вот этого спокойного невысокого «друга».

Каролина непонимающе уставилась на ошарашенного Нэйтана, который после вчерашнего «веселья» совсем не понимал, что происходит вокруг.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать брату, но я ее опередил.

— Или ты и с ним не справишься, Каролина? Может, стоит потратить эти сорок две лиры и купить повозку для принцессы? — поинтересовался насмешливо, взглядом «приказывая» Нэйтану молчать.

Моя фраза вызвала у нашей горделивой красотки целый шквал эмоций. Недоумение и неверие в ее глазах сменились злостью и желанием «утереть мне нос».

Подняв повыше подбородок и сжав покрепче в руке свой маленький саквояж, Каролина зашагала к бедному ослу.

— Какая кошка между вами пробежала? — возмутился тихо Нэйт, обдав меня свежим перегаром и глянув в сторону своей сестры, что пыталась «договориться» с упрямым животным.

— Я бы сказал, что это был щенок…

— Барри?

— Угу. Именно он стал причиной, что я едва не оглох ночью, а утром получил затрещину.

— У-у-у, — закусила губу, простонал Нэйт. — Только не говори мне, что Каролина раздевалась…

— А ты определенно хорошо знаешь свою сестру, — заявил с издёвкой. — Но посмею тебя заверить, что я не тронул ее и пальцем. Но все равно получил…

Нэйт прицокнул языком и поморщился, взглянув на мою алеющую щеку.

— Давай же! — крик Каролины, что уже усадила свой округлый зад на бедного осла, на миг прервал наш разговор.

— Барри — это щенок Каролины, — пояснил тихо Нэйт. — Соседские мальчишки закинули его в реку. Он был ещё слишком мал, чтобы бороться с силами природы. Каролина пыталась его спасти, но сама чуть тогда не утонула. Не думал, что ей до сих пор снятся эти кошмары…

Я нахмурился и посмотрел вслед гордой красотке, уже оседлавшей осла. Она неспешно двигалась вперёд не оборачиваясь. Словно ей было абсолютно все равно, едем мы или нет.

— Это не отменяет того факта, что твоя сестра любит делать поспешные выводы и бросаться необоснованными обвинениями.

Я ловко запрыгнул в седло, оставляя позади расстроенного Нэйта. По-видимому, он думал, что своей жалобной историей сможет «спасти» свою сестру от моего маленького наказания.

— Но это же осел! — продолжал сокрушаться Нэйт. — Ты сам сказал, что мы будем в пути три дня!

— Не ори. До конца улицы твоя сестричка доедет и пересядет на скакуна.

Мой ответ, вероятно, полностью устроил Нэйтана. Он ловко запрыгнул в седло и припустил вперёд свою лошадь, чтобы догнать Анхеля и сестру.

Я ехал позади Каролины и наслаждался этим милым и забавным зрелищем. Несколько раз ее упрямый ослик резко останавливался. И как она не пыталась договориться с ним по-хорошему, он начинал идти только тогда, когда раздавался женский обреченный крик.

Когда впереди показался последний фонарный уличный столб, и я хотел прекратить мучения красотки, приняв облик ее «спасителя», мой план дал трещину.

— Это мой осел! — раздался со стороны возмущенный мужской голос. — Держите эту девицу! Она украла моего осла!

Упрямое животное, услышав голос хозяина, так резко остановилось, что едва не скинуло свою наездницу.

— Украла?! — возмутилась Каролина и повернула ко мне свое удивленное личико.

— Нет времени объяснять, — я ловко подхватил ее на ходу и перетащил на свою лошадь. — Живо, уносим ноги!

Анхель и Нэйтан умчались прочь, как только услышали первый отдаленный выстрел из ружья.

По звуку было понятно, что хозяин осла стрелял в воздух, чтобы окончательно спугнуть нерадивых воров. Вот только Каролине было все равно.

Она так звонко запищала, что я поморщился, боясь того, что мои перепонки просто не выдержат столь высоких звуков.

— Я ненавижу тебя, Дамиан Ворн! — в мою грудь врезался женский кулачок. — Чтоб ты сгнил вместе со своими сокровищами!

— А вот и первые чувства проснулись, — подметил язвительно и улыбнулся.

И Каролина мгновенно продемонстрировала мне все свои чувства… Когда развернулась и снова залепила мне крепкую пощечину…

Глава 15

Каролина

Мы находились в пути третий день. И, к моему огромному удивлению, мне нравилось это путешествие. Палящее солнце, теплый ветерок, дикая необузданная природа и маленькие необычные деревушки, которые мы встречали на своем пути — все это дарило безмятежное чувство свободы.

Это был другой мир.

Изнанка моей привычной жизни.

Привыкшая к роскошным домам, большим городским рынкам, всегда пестрящим изобилием продуктов, я с интересом рассматривала огромные плантации, где под жарким солнцем неспешно трудились сотни людей: от молодых мальчишек до взрослых мужчин и женщин всех возрастов. Всех их объединяло одно — грубая, обветренная кожа, годами закалённая жарким солнцем.

— Это кофейные плантации, — уловив в моих глазах живой интерес, произнес Дамиан, с которым я не разговаривала уже третий день.

Все наше общение строилось на «говорящих» взглядах, которыми мы то и дело награждали друг друга. И на надоедливых «передайте», которыми мы третий день мучили историка.

Даже несмотря на то, что Нэйтан сообщил мне о моей оплошности, допущенной в Саартане, я не собиралась извиняться перед Дамианом.

Во-первых, потому что из-за него и его глупой шутки с ослом я едва не получила пулю. А во-вторых, он окрестил меня «принцессой», а мне совсем не нравилось это прозвище!

Чем больше солнце клонилось к закату, тем более дикими становились вокруг нас пейзажи. Даже едва виднеющаяся тропа, по которой мы ехали последний час, бесследно исчезла.

Когда небесное светило окончательно спряталось за высокие бескрайние горы покрытые густой растительностью — мне стало не по себе.

Впереди виднелась лишь зелёная стена — море из высоких пальм и диких, с виду абсолютно непроходимых, зарослей. Ни деревушки, ни городка… Только густой туман, что клубился над землёй словно пар из преисподней. Даже воздух вокруг стал слишком душным, тяжёлым, приторным до тошноты…

Дамиан прибавил ход, направляясь прямо в гущу этой пугающей природы, и я испуганно переглянулась с Нэйтом.

Это и есть дикие земли?

— Уже совсем темнеет, — встревоженно заявил Нэйтан и прокашлялся. — Как скоро мы доберёмся до ближайшего городка или деревни, Дамиан? Мне необходимо срочно принять ванну. Потому что я и моя лошадь пахнем абсолютно одинаково…

— Больше городков и деревень не будет, — ответил Дамиан, подтверждая мои догадки. — Сегодня мы будем спать под открытым небом.

— И что не будет ни выпивки, ни женщин, ни теплой мягкой постели? — на лице Нэйта отразилась вся скорбь мира.

— Именно. Только жёсткий походный тюфяк, дым костра и дикая природа вокруг… Романтика, — протянул, ухмыльнувшись, Дамиан.

— Это дикие земли? — воодушевился Анхель.

— Почти. Скоро мы доберёмся до реки. Там мы оставим лошадей, и дальше пойдем пешком… Привал сегодня у нас будет поздно.

Пешком?!

Я с ужасом взглянула на непроходимые заросли, которые, казалось, поглотят любого, кто сделает туда хоть шаг.

— Э-э… Сеньор де Банкс, — я прокашлялась и обратилась к историку, что ехал между мной и Дамианом. — Вы не могли бы сказать этому типу, что я не собираюсь идти пешком по этим местам? Скажите ему, что я вообще не собираюсь туда идти.

Анхель, уставший от наших «передайте», тяжело вздохнул. Только открыл рот, чтобы передать мое послание, как Дамиан, ухмыльнувшись, заявил:

— Анхель, скажите сеньорите Лоури, что у нее нет выбора, и если она отказывается идти пешком, то я понесу ее на своем плече.

Я стиснула зубы до скрипа. Вот же упрямый осел!

— Передайте ему, что я самостоятельная женщина, и у меня есть право выбора! И этот дикарь не вправе мною командовать! Он мне никто!

— Передайте ей, что этот дикарь сделает так, как он желает.

Анхель не успевал поворачивать голову в нужную сторону и открывать рот.

— Скажите ему, что там, откуда я родом, царит равноправие! — с каждой секундой я заводилась все сильнее. — И женщина сама вправе принимать решения!

— Мне наплевать, у меня патриархат, — Дамиан саркастично усмехнулся. — Поэтому ты будешь слушаться меня. И выполнять все, что я говорю. По крайней мере до тех пор, пока мы находимся на этих землях. Ты, к слову, умеешь готовить?

— Кэр отлично готовит! — ответил вместо меня Нэйтан, и я бросила на него убийственный взгляд.

— Лучше бы я отлично умела стрелять, — процедила сквозь зубы.

— Стрелять — это мужское занятие, Кэр. Твое — кухня…

— А-а-а... Так ты из этих дикарей, что... — я воинственно постучала себя по груди и заявила басом: — У-у-ух! Женщина — рожать и стряпать, мужчина — охотиться!

Дамиана определенно веселили мои реакции. Мне казалось, что он дразнит меня специально. Цепляет, чтобы вызвать во мне эмоции.

А когда он широко улыбнулся и лукаво мне подмигнул, я поняла, что оказалась права.

— Именно, принцесса.

— Кретин, — я вырвалась вперёд, оставляя позади смеющегося Дамиана.

Мысленно проклинала нашу встречу и свою судьбу.

— Если к утру твоя карта не проявится — ты понесешь меня обратно! На руках, до самой столицы! — крикнула злорадно.

— Согласен! — его низкий грудной смех лишь набирал обороты. — Но если ты хочешь проверить мои мужские способности — я могу продемонстрировать их по-другому!

Мои губы невольно тронула улыбка. До чего же самоуверенный тип.

— Мне нужна дичь! Нет добычи — нет ужина!

— Ещё пожелания, принцесса?

— Да.

— Какие?

— Катись в преисподнюю, — заявила я, и моя улыбка стала ещё шире.

Глава 16.

Дамиан

За несколько часов нашего пешего путешествия я понял, что истинной принцессой в нашей странной компании является не Каролина, а… Нэйтан.

Пока моя горделивая красотка молчаливо плелась в цепочке и активно «боролась» с колючими акациями, что постоянно стремились взять в плен ее длинную юбку, Нэйт просто сводил меня с ума.

Он шел за мною, наступая почти на пятки, и, как надоедливая муха, без умолку жаловался на усталость, на жару, на кусающих его насекомых и непроходимые заросли. Жалобно скулил и по поводу двух походных сумок, которые он тянул на своих плечах, не замечая того факта, что самые тяжелые сумки все же достались мне.

— Долго ещё? — в тысячный раз спросил он, и я резко остановился.

Нэйт врезался в мою спину, а я с силой сжал в руке небольшой факел, которым освещал путь, борясь с диким желанием треснуть им по русой макушке этого щеголя.

— Ещё слово, Нэйт, и я скормлю тебя крокодилам, — процедил сквозь зубы, чувствуя, как тупая боль бьёт по вискам словно молот по наковальне. — Понял?

— Нету тут болот, — поспешила успокоить брата Каролина. — А, значит, и крокодилов нет. Зато я слышу водопад…

Стиснув зубы от новой порции головной боли, я ускорился, направляясь к невысоким, покрытым диким плющом скалам.

Спустившись в низину и скинув походные сумки, я повернулся к моим горе-авантюристам.

Историк еле-еле шевелил ногами, но все так же рьяно прижимал к груди мою кожаную сумку, где лежали его драгоценные алмазы.

Нэйтан сбросил сумки и упал ничком на землю, задыхаясь от усталости. Следом за ним приземлилась и Каролина…

Она посмотрела на меня устало и злобно. Как на своего мучителя.

— Мы будем ночевать здесь? — уточнил, тяжело дыша, Анхель и промокнул дорогим платком мокрое от пота лицо.

— Да. Мы на границах диких земель. Это самое безопасное место для того, чтобы проверить родимое пятно Каролины и при этом не стать отличным дополнением к ожерелью вождя племени Монсави. К тому же, Уго куда-то исчез… А такое затишье со стороны Ламана кажется очень странным. Это совсем на него не похоже.

— А почему не у водопада? — скептично подметила Каролина и ткнула своим тоненьким пальчиком за мою спину. — Я же слышу, что он совсем близко. Вот там, за зарослями.

— Потому что здесь идеальное место для ночлега. С одной стороны нас закрывают скалы, а с другой — высокие заросли, — пояснил, разбирая одну из сумок. — Шум водопада приглушит наши голоса, а низина позволит оставить незамеченным свет от костра. Я достаточно удовлетворил твое любопытство?

— А к водопаду можно?

— Одной — нет.

— Но…

— Если ты хочешь искупаться, то я могу тебя туда проводить. После того, как ты приготовишь ужин, разумеется…

Я лучезарно улыбнулся, а Каролина придушила меня взглядом. Не знаю, что больше ей не пришлось по душе: моя компания в водных процедурах, или все же то, что я решил проверить ее кулинарные способности.

— И где же дичь? — она вздернула свой острый подбородок. — Где костер?

— Дичь будет утром, — я подмигнул ей и бросил в ее сторону небольшой свёрток с провизией, которую купил в последней из встретившихся на нашем пути деревушке. — Сегодня обойдемся этим.

Через двадцать минут мы сидели у небольшого костра и без особого энтузиазма слушали Анхеля, который снова строил предположения, почему карта к Пещере Дракона хранилась в племени Монсави.

— Зачем? — в тысячный раз спрашивал историк, скорее сам себя, чем нас. — Ведь если племя охраняет пещеру, значит, они определенно знают, где она находится. И что это за города на карте? Не похоже ни на одну из частей Альтангора… Эх, я ничего уже не понимаю! Нам бы вторую часть карты…

Пока Анхель уплетал кусок соленого мяса, запивая его щедрой порцией легкого вина, я искоса поглядывал на свою рыжую проблему. Каролина сидела напротив меня и неохотно пережевывала яблоко, глядя на пляшущие языки пламени.

Было в ней что-то такое, что притягивало взгляд. Неприступная, холодная, как самые высокие горы Альтангора. Но именно это и пробуждало во мне странный азарт.

Когда мой взгляд упал на ее руку, которую она поспешно спрятала в карман юбки, и на ее приоткрытый саквояж — я ухмыльнулся. И что она уже задумала?

Поймав на своей персоне мой пристальный взгляд, Каролина тихо хмыкнула и поднялась на ноги.

— И куда ты направилась, принцесса?

Каролина сделала несколько шагов в сторону зарослей и остановилась. Как злобная домоправительница уперла руки в бока и, громко и раздраженно вздохнув, повернулась ко мне.

— Я могу отлучиться по нужде, Дамиан? Или женщине и это запрещено?

Я широко улыбнулся, любуясь тем, как смешно она злится, как морщит свой маленький нос и стреляет в меня глазами.

— Побереги свой прекрасный задик, Каролина. Тут водятся пауки и змеи.

— Как скажете, командир, — отсалютовала мне Кэр и, прижав руку к карману, двинулась в сторону высоких кустов, откуда раздавался шум водопада.

— Пойдешь сама к водопаду — и я за себя не ручаюсь! — крикнул вслед.

— Я и не собиралась! — послышался ее насмешливый голос, и высокие кусты окончательно поглотили женскую фигурку.

Нэйт, уплетающий наш скудный «ужин» за обе щеки, издал смешок.

— А ведь она именно туда и пошла, Дамиан. Готов дать голову на отсечение…

— В этих краях твоя готовность может с лёгкостью превратиться в реальность, Нэйт… Осторожнее с желаниями, — ответил, продолжая задумчиво вглядываться в темноту.

Я едва сдерживал себя. Хотелось догнать эту упрямую лань и как следует отшлепать ее прекрасный задик. Доведет чертовка!

— Ее вообще в детстве пороли? — спросил хмуро.

— Нет, — хохотнул Нэйт. — Обычно доставалось Аластору, как самому старшему.

— Значит, не мешало бы начать сейчас.

— Э-э-э, Дамиан. Твоя затея сразу обречена на провал... Любая попытка укротить нрав Кэр закончится тем, что плеть окажется у нее в руках. А ты — у ее ног.

— Это мы ещё посмотрим.

Я уселся обратно на походный тюфяк и взял в руку кусок соленого мяса.

Ну, ничего… Сейчас мимо нее проползет какая-нибудь небольшая змейка, или паучок упадет на волосы — и моя красотка быстро окажется у костра. Главное, чтобы своим диким воплем она не привлекла к нам ненужного внимания.

Я дал себе две минуты, этого должно было хватить, чтобы Кэр добралась до водопада и сломя голову бросилась назад. Не придет — пойду за ней сам. Вытащу ее из воды и накажу за легкомыслие.

Как только мои зубы впились в жесткое словно подошва мясо, Нэйтан словно прочитал мои мысли.

— Если что, Кэр не боится пауков и змей, — констатировал он с улыбкой.

Я замер и взглянул на него с подозрением.

— Не боится?

— Не-а, — с набитым ртом заявил мой собеседник. — По соседству с нами жила одна вдова, у которой Кэр любила проводить время. Именно по вине сеньоры Модди наша маленькая Кэр пристрастилась к таким странным увлечениям, доводя нас с братьями до ужаса.

Медленно пережевывая «мясную подошву», я нахмурился ещё сильнее и снова взглянул в сторону высоких зарослей, не веря своим ушам. Каролина Лоури — укротительница пауков и змей? Что за шутки?

— В детстве Кэр ловила таких «зверушек» и тащила домой… — продолжал свой захватывающий рассказ Нэйт. — У нее был целый террариум, который она соорудила в нашем подвале. Даже наш бесстрашный Аластор бледнел, когда она выносила из подвала очередного своего питомца для демонстрации. В особом «восторге» он был от ее мохнатого паука, размером с огромную ладонь, которого она однажды посадила ему на плечо. Ты бы слышал, как истошно он орал! Хотя любой бы из нас так кричал, если бы это многоногое чудище оказалось настолько близко… Поэтому однажды ночью, рискуя своими жизнями и львиной долей нервов, мы выпустили всех питомцев младшей сестры на волю.

— И как к этому отнеслась Кэр?

— Сказала, что найдет другой способ, чтобы держать нас в вечном напряжении.

Нэйтан поведал мне о том, что Кэр младшая в семье Лоури, и у нее, о дьявол, четыре старших брата! Неудивительно, что она такая колючая.

— Знаешь, как мы в детстве дразнили Кэр? — улыбаясь, продолжал посвящать меня в семейные тайны Нэйт.

— Как?

— Что ее ржавой водой мыли. Поэтому она рыжая, а мы — нет.

Я рассмеялся и поднялся на ноги.

Да уж, нелегко было красотке с четырьмя братишками...

— Ты куда? — оживился Нэйтан и испуганно взглянул в сторону историка, вероятно, боясь остаться с ним наедине.

— За твоей сестрой, — ухмыльнулся, двигаясь в сторону высоких кустов, за которыми скрылась Каролина. — Хочу немного заняться ее воспитанием, раз вам этого не удалось.

Глава 17

Дамиан

Как и предполагал Нэйт, Каролину я нашел у водопада.

Остановившись на берегу и опершись спиной о ствол дерева, я ухмыльнулся, с неподдельным интересом наблюдая за тем, с каким детским восторгом Каролина плещется в прохладной воде и разглядывает огромную волну, падающую с отвесной скалы.

Зрелище действительно было завораживающим. Вода в лунном свете напоминала расплавленный металл, а эта неугомонная женщина — русалку.