Попаданка под прикрытием, или Замуж под Новый год

Поэтому я и решил устроить эту маленькую проверку…

Я ухмыльнулся, когда увидел, как моя жена подобралась вплотную к своей жертве, остановившись за ее спиной.

Неужели действительно украдёт проклятую ленту?

Когда Анна осторожно протянула руку к запястью дамы, я тихо выругался… А затем с удивлением наблюдал, как она спокойно тянет за узелок, и лента скользит с запястья.

Вот так просто и беспечно?!

Этого зрелища хватило, чтобы мой мозг вскипел и рассыпался на мелкие детальки, как конструктор.

Ну и какая из нее, к вшивым крысам, шпионка?! Уже не говоря о том, что она даже не спросила, зачем мне нужна эта лента, и какое это имеет отношение к делу.

Быстро покинув свою ничего не подозревающую жертву, Анна с сияющей улыбкой летела ко мне через весь зал, сжимая в кулачке добытый трофей.

Остановилась напротив меня и довольно заявила:

— Готово.

— Я видел, — мое настроение было мрачнее тучи. — А зачем ты это сделала?

— Ну, потому, что ты так сказал.

— А какое это отношение имеет к делу?

Мои губы все же растянулись в улыбке, когда я увидел смятение в глазах супруги. У нее покраснели даже уши!

Стыдно было признавать, но ее реакции мне нравились. Она казалась живой, что ли…

— Ладно. Об этом случае мы поговорим дома. Пока спрячь её.

— Куда? — в голосе Анны послышались панические нотки.

— Твою тьму! Ложи ленту в сумку, пока ее никто не увидел!

— Клади.

— Что?

— Правильно говорить: клади. Клади в сумку.

— Засунь эту страшную ленту в свою проклятую сумку и не беси меня, — процедил сквозь зубы.

Дрожащими руками она начала заталкивать свой трофей в крошечную бархатную сумочку, совсем не беспокоясь о том, как это выглядит со стороны. Особенно у стола с закусками…

Но косые взгляды, которые бросали на нас некоторые гости, были весьма красноречивы.

Я мило улыбался гостям, стараясь сгладить обстановку, и понял, что актриса из Анны тоже так себе…

Схватив ее за руку, я потянул ее к выходу.

— Домой? — спросила она с надеждой.

— Угу, — буркнул я, уже прекрасно зная, чем скоро займусь.

Несколько раз Анна пыталась заговорить со мной в экипаже, но словно чувствуя мое настроение, резко замолкала. А когда мы наконец оказались дома, она трусливо попыталась сбежать в свою комнату.

Но не тут-то было!

— Стоять! — я схватил ее за руку уже у лестницы.

Она обернулась и посмотрела на меня, как испуганная мышь.

Не говоря ни слова я потащил ее к кабинету.

— Куда? Что? Зачем?

— Супружеский долг исполнять будешь, — протянул издевательски. — Интимные отношения входят в условия фиктивного брака. Или отдел не прислал тебе договор?

Я бессовестно лгал. Говорил всё, что взбредёт в голову.

Все равно итог будет один.

— Прислал! Но я не хочу делать этого сегодня! — моя жена была близка к состоянию истерики.

— Я не нравлюсь тебе как мужчина?

— Н-нравишься. Очень нравишься. Но я сегодня не могу. Живот что-то крутит.

Я ухмыльнулся и затянул свою упирающуюся жену в кабинет.

Живот крутит… Ну да, ну да…

Когда я захлопнул дверь, она быстро отскочила в центр комнаты и посмотрела на меня, как на чудовище.

Дежавю прямо…

— Раздевайся.

Я наступал — она медленно отходила назад.

— Не буду.

— Раз…

— Нет.

— Два….

Она врезалась спиной в стену и нервно сглотнула.

Я остановился в полушаге от нее и сделал то, о чем мечтал целый вечер.

— Кто ты какая?

Паника в ее глазах усилилась.

— Анна Боссо.

— Ложь.

— Я не лгу! Я Анна!

Я шумно вздохнул.

— Что ж… Не хочешь говорить по-хорошему, спрошу по-другому, — я прижал свою жену к стене и начал медленно поднимать ее платье.

Глава 12

Анна

Его испепеляющий взгляд резал, как нож.

— Что… Что ты делаешь? — мой голос сорвался от паники.

— Кто ты такая? Отвечай.

— Анна, — я вздрогнула, когда ощутила жар мужской ладони на внутренней стороне бедра.

Несмотря на жёсткую фиксацию моего тела и раздражение Макса, его прикосновения были нежными. А близость крепкого горячего тела взволновала не на шутку.

— Не лги, — процедил он сквозь зубы. — Кто ты?

Макс внимательно смотрел в мои глаза, впитывая каждую эмоцию, пока его рука поднималась все выше и выше.

У меня перехватило дыхание… Внизу живота предательски заныло от возбуждения.

— Я не зна-а-а-ю, о чем ты, — меня прошибло током, когда он коснулся тонкого кружева нижнего белья и бесцеремонно отодвинул его в сторону.

От столкновения прохладных мужских пальцев с моей горячей кожей я содрогнулась.

Новый вздох невольно сорвался с губ, и я стыдливо прикрыла глаза, чтобы не выдать своих эмоций.

Мне бы следовало ударить его, или хотя бы возмутиться такой наглости, но черт возьми, эта упоительная неприличная пытка — лучшее, что происходило со мной за многие годы!

Я чувствовала себя пыльным бабушкиным сервизом, который наконец увидел праздничный стол!

— Кто ты? — хриплый шепот Макса в этот момент показался мне самым сексуальным в мире.

— Я…я… не…

Все мысли путались. Я кусала губы, и наслаждалась ощущениями, втайне восхваляя умения Макса. Каждое его касание дарило безумную волну удовольствия.

Он знал.

Знал, где и как коснуться, чтобы подчинить. Мне казалось, что он знает мое тело лучше, чем я…

Когда он раздвинул мои ноги своим коленом ещё шире, и его ласка стала более требовательной, я жадно втянула в легкие воздух.

Ма-амочка! Безумие какое-то…

— Я жду, — губы Макса сомкнулись на мочке моего уха и я шумно выдохнула.

К черту. Пусть пытает.

Неправильно? Да! Я бесстыдница? Несомненно! Падшая девица? Пускай!

Я столько лет представляла себя на месте главных героинь, читая взахлёб любовные романы, что просто имею право получить такой подарок “судьбы”!

Мне казалось, что до этого момента мой сексуальный опыт равнялся нулю.

За пять лет в браке я ни разу не испытывала столь сильного возбуждения.

Впервые у меня кружилась голова от мужского низкого голоса, от потрясающего аромата парфюма, смешанного с запахом мороза, и от смелых и ювелирно-точных прикосновений.

Понимая, что ответа он от меня так и не добьется, Макс тихо выругался.

— Я сейчас достану из твоей сумки украденную ленту, свяжу тебя и возьму тебя прямо на этом письменном столе. Ты этого хочешь, маленькая лгунья? — пригрозил он. В его голосе сквозило раздражение и нотки отчаяния.

Но мое возбужденное тело и бурная фантазия посчитали это предложение очень заманчивым.

— Пытай, — вырвалось у меня.

Макс прорычал что-то невнятное, и его ласки стали более безумными. Настолько, что я не смогла сдержать стоны.

— Нравится? — теперь в его голосе звучали дразнящие нотки. — Либо ты говоришь, либо я прекращаю…

— Пыта-а-ай…

Я была уже на грани. И понимала, если он сейчас остановится, я убью его.

— Выбирай, милая жена, — его горячее дыхание опалило мои губы. — Всего одно признание и…

Я не ответила. Лишь сильнее вцепилась в его плечи и выгнулась дугой, окончательно переходя грань застенчивости и бесстыдства.

Макс грязно выругался.

— Я убью тебя, — прохрипел он, и его губы с напором впились в мои…

Страстно. С запалом. С желанием и немым восторгом. Словно это действительно наш последний поцелуй…

Я потеряла счёт времени, но когда, наконец, пришла в себя, Макс уже не вжимал меня в стену.

До сих пор пребывая в состоянии лёгкой эйфории, я стыдливо открыла глаза — и сразу же встретилась с черными, как бездна, глазами Макса. Те самые руки, которыми он недавно меня “пытал”, теперь находились по обе стороны от меня, образуя ловушку.

Боже… Да он даже не разделся, а я едва стою на ногах!

Интересно, какие у него ещё таланты?

— Я уже начал привыкать к тебе, — хрипло произнес Макс. — Не заставляй меня делать то, чего я не хочу, но должен. Просто скажи мне, кто ты. Ты ведь не Анна Боссо.

Я нервно сглотнула и перевела взгляд на его красивые губы.

— Я не знаю, как тебе это объяснить, — прошептала едва слышно.

Макс подался ко мне ближе, и наши носы соприкоснулись.

— Ты, главное, начни. Я понятливый.

Следующие полчаса я сидела за кухонным столом и взахлёб рассказывала Максу свою историю появления в Ксоларе. Ничего не стала утаивать, поведала все, как на исповеди: о своей жизни, о работе, о неудачном браке, об образе жизни и старой внешности.

Хотела объяснить ему, почему мои умения так отличаются от умений талантливой шпионки.

Он слушал спокойно, не задавая никаких вопросов. Лишь подливал теплый ароматный чай и прожигал меня своим пронзительным взглядом, заставляя краснеть.

— Вот, в общем-то и всё, — я обреченно вздохнула, мысленно готовясь к казни.

Макс поглядывал на меня поверх своей чашки, словно решал, что со мной делать.

Вдруг из его лёгких вырвался тяжёлый вздох, и он резко брякнул чашку на стол. Вальяжно откинувшись на спинку стула, он нервно взъерошил волосы.

— Твою мать. Синий чулок, значит…

Я протянула смущённое “да”. Мне, конечно, не нравилось такое старомодное прозвище, но сейчас оно лучше всего определяло разницу между мной и настоящей Анной.

— Но теперь ясно, почему ты растаяла в моих руках за три с половиной минуты.

Я смутилась.

— Ты мог бы не вспоминать об этом?

Он широко улыбнулся.

— Дай подумаю… Нет. Я точно не смогу об этом забыть.

Я недовольно поджала губы и снова уставилась на гладкую столешницу.

Ладно. В любом случае, мы скоро распрощаемся, и мне больше не придется смотреть ему в глаза.

— Прости, что обманула, Макс, — я тяжело вздохнула, и посмотрела на него виновато.— Но теперь ты понимаешь, что я не могу вести с тобой это дело… Можешь убить меня, можешь сдать меня в Секретный отдел или прогнать прочь. Я не знаю, что в вашем мире делают с такими, как я.

Его настроение вмиг изменилось. От улыбки не осталось и следа. Макс сверлил меня серьезным, внимательным взглядом секунд десять, и спокойно произнес:

— Забудь всё про свою прошлую жизнь. Теперь ты Анна Боссо. А если ещё точнее, то Анна Тьер — моя жена. Привыкай к своей новой роли.

Я посмотрела на него, как на безумца.

— Ты спятил? Я не могу!

— Сможешь. Ты подключилась к делу, очаровала мэра. Отстранить тебя я уже не могу. Сбежишь сама — казнят за государственную измену.

— А если я сама признаюсь в отделе, кто я?

— В нашей империи иномирянок не жалуют. Всё равно казнят. Ведь твое появление здесь — след темной магии, — его губы тронула мальчишеская наглая ухмылка. — К тому же я привыкаю к твоим урокам, и мне нравится наблюдать за твоим девственным смущением. Так и не скажешь, что ты уже была замужем.

Мой мир покачнулся. Он что, не слышал, что я сказала?!

— Ты меня не понял? Я не Анна Боссо! — мой голос сорвался. — Я обычный библиотекарь, а не шпионка со стажем!

Макс быстро подался вперёд и, схватив меня за руку, потянул на себя. Я перегнулась через стол и оказалась с ним лицом к лицу.

— Значит, я буду вести это дело с библиотекарем, ясно?

— Нет.

— Да. Это мое решение, Анна, — он специально выделил мое новое имя. — И если ты провалишь это задание, или правда о тебе вскроется — меня казнят вместе с тобой за государственную измену.

— Я не хочу, Макс. Пожалуйста…

— Закончим дело, и я помогу тебе уйти из шпионажа. Уверен, у настоящей Анны на счету лежит достаточно денег, чтобы прожить безбедную жизнь. Я помогу тебе выбрать дом в спокойном городке, где ты и дальше сможешь прятаться за мешковатой одеждой и читать свои книги. Я сохраню твой секрет. Только выполни наше задание до конца.

— Я… я не смогу, — я смотрела в его глаза и была в шаге от того, чтобы расплакаться.— Я не знаю, как быть ею, Макс… Да я же даже краситься не умею!

— Об этом не переживай, — Макс хищно улыбнулся. — Я тебя всему научу.

Глава 13

Анна

— Поверить не могу, что на это согласилась, — я сидела в халате перед зеркалом, яро впиваясь расчёской в распущенные волосы.

Мне было очень страшно.

Я чертовски боялась облажаться. Ведь теперь от меня зависела жизнь Макса. Либо мы вдвоем выйдем победителями, либо нас казнят.

Ещё я искренне не понимала, почему он решил обременить себя неумелой напарницей?

Ведь ему гораздо проще было бы распрощаться со мной или отдать в руки отделу, чтобы они решали мою судьбу.

Дверь спальни тихо скрипнула, и я настороженно обернулась, выныривая из своих размышлений.

Все мысли мгновенно вылетели из головы, когда я увидела довольное лицо Макса.

У меня пропал дар речи.

Не знаю, что больше меня поразило: то, что он заявился в мою спальню в одних трусах или то, что он спокойной и гордой походкой шагал к моей постели, держа под мышкой свою подушку.

Не мигая я следила за тем, как он плюхнулся на постель и вальяжно улёгся на бок, подперев рукой голову.

— Слушай, а у тебя уютная комнатка, — объявил он, сияя наглой улыбочкой.

Я пыталась смотреть ему в глаза, но мой взгляд невольно опускался вниз, оценивая мужскую грудь с прекрасно развитыми мышцами, плоский живот, длинные ровные ноги, покрытые темными волосками. Когда мой взгляд задержался на его трусах, я прокашлялась.

— Т-ты что здесь забыл? — наконец выдохнула я, вновь бегло оглядывая это “произведение искусства”, лежащее на моей постели.

Макс широко улыбнулся и спокойно объявил:

— У меня крыша текёт.

— Ну, во-первых, течёт, — поправила я. — А во-вторых, не удивил. Я это сразу поняла. Но спасибо за откровенность. Умение признавать свои недостатки — это тоже талант.

Макс сощурился.

— Я вот понять не могу, ты действительно настолько занудливая или притворяешься?

— А я не могу понять, ты действительно настолько неграмотный? — я поднялась на ноги и развернулась к нему, запахнув халат сильнее.

— Об этом можешь спросить у Джузеппе Жювеналя.

— У кого?

— Джузеппе Жювеналь. Это тип, который жил в нашей деревушке и обучал детей. Он считал себя самым умным в округе, твердил всем, что преподавал у племянника самого императора. Наша деревня с таким восторгом приняла нового жителя, что даже выделила ему большой дом под школу, где он обучал детей. Каждый месяц родители малышей платили ему небольшое жалованье и таскали еду.

— Ты пропускал уроки?

— Обижаешь, — ухмыльнулся Макс. — Я был лучшим учеником в классе. Мне нравился наш необычный преподаватель. Он был добряком, хоть и со странностями. Джузеппе даже научил нас жонглировать книгами!

Мои глаза едва не вылезли из орбит. Мое сердце разрывалось от такого кощунства над книгами.

— А ещё он научил нас стрелять из лука. Он ставил себе на макушку яблоко, и мы должны были попасть точно в цель, — добил меня Макс.

— Стрелять?! Он учил детей стрелять в макушку?!

— В яблоко на макушке, — по глазам Макса было видно, что он наслаждается моими эмоциями, словно вкуснейшим десертом. — Девчонок не допускал, только мальчишек. Нам жуть, как нравилось такое развлечение. Правда, когда я вырос и стал шпионом, то узнал всю правду о нашем милом Джузеппе. Оказывается, он был обычным придворным шутом, который соблазнил невесту императорского племянника. Ему грозила казнь, но он удрал и спрятался в нашей глуши.

— Тебя обучал придворный шут? — я истерично хохотнула.

Теперь понятно, откуда такие манеры.

— Почему же только меня? Из-под его крыла вылетели как минимум две сотни таких “талантливых” деток, как я.

— Мама дорогая, — я все же рассмеялась.

— Более того, даже узнав правду, я не сдал Джузеппе в руки императора.

— Почему?

— Ну, во-первых, он мой учитель, и с ним связаны очень теплые воспоминания. А во-вторых, он было уже слишком стар, чтобы его казнили за дворцовые интрижки в молодости. Но ты только подумай! Придворный шут обманул целую деревню, заполучил себе огромный дом, работу и любовь всех детишек в округе!

— Он просто хотел выжить.

— А ты? Ты разве не хочешь выжить? — Макс сощурился.

Я поджала губы и сощурилась. Понимала, куда он клонит. Я, как и Джузеппе, должна всю жизнь жить в новом облике. Он смог. Неужели я не смогу? К тому же, рядом со мной Макс.

— Ты готова повторить подвиг? — поинтересовался с улыбкой Макс.

Я утвердительно кивнула.

Да! Я, черт возьми, сделаю это!

— Вот только, — я на секунду осеклась. — Твой Джузеппе сам придумал себе новую жизнь, а я должна жить жизнью женщины, которую никогда не знала.

— Мне и не надо, чтобы ты становилась той самой Анной. Я и сам ее не знал. Был только наслышан. Мне необходимо, чтобы ты проснулась и выбралась из своей брони. Гипноз при тебе, роскошная внешность тоже. В голове — целая энциклопедия. Значит, ты не глупа. Используй свой ум и скромность, как оружие.

Я плохо понимала, как именно должна буду это сделать, но в глубине души мне стало легче от его слов. Значит, он не собирается меня переделывать, как сломанную игрушку.

— В конце концов, со мной ты можешь быть настоящей, — добавил Макс.

— Спасибо, — я адресовала ему милую улыбку. — А теперь не мог бы ты отправиться к себе?

— Нет.

Одно слово — и мой дружелюбный настрой как ветром сдуло.

— Я же сказал, у меня крыша тек…течёт, — повторил он, сияя своей белоснежной улыбкой. — В моей спальне действительно течь. Тающий снег капает прямо на мою кровать и пол. Рабочие придут только завтра. Поэтому я пришел к тебе.

Я опешила. Он издевается? Решил устроить мне эмоциональные качели?

— В доме мало спален? — фыркнула я, гордо сложив руки на груди.

— На втором этаже всего три: твоя, моя и Анри. На первом этаже — спальня Нэлли и нашей кухарки.

— Так иди спать к Анри! Или к кому-нибудь другому!

— Ну, вообще-то в глазах слуг, я твой муж, — напомнил с улыбкой этот наглец.

— Это не даёт тебе право заявляться в мою постель в… — я покосилась на его “одежду”. — Трусах!

— А, ну если тебя это смущает, то так бы сразу и сказала, — он потянулся к резинке белья. — Снять?

— Не надо!

Я стремительно отвернулась, изнывая от злости. Вот же! Не муж, а неграмотная проститутка какая-то!

— А зря, а зря, — этот паршивец рассмеялся, и я покачала головой.

Боже, за что мне такое наказание?

— Да брось, Анна. Я же с дружеским визитом, — не унимался Макс. — Пусти переночевать. Я не храплю. Если ты стесняешься своего храпа — клянусь, я вмиг стану глухим.

Я обернулась и стрельнула в него обиженно-злым взглядом.

— Я вообще-то не храплю.

— Так разреши проверить.

Этому мужчине можно было бы дать медаль за настойчивость и очарование.

Я обвела задумчивым взглядом большую кровать и, шумно вздохнув, утвердительно кивнула.

На лице Макса расплылась довольная мальчишеская улыбка, он быстро поправил свою подушку, лег поудобнее и прикрылся одеялом.

Постучал рядом с собой по постели, зазывая к себе.

— Клянусь, я не буду приставать, — заверил он. — Меня не интересуют рабочие интрижки.

— Угу, — буркнула тихо.

Рабочие интрижки…

Хотя чего ещё можно ожидать от шпиона? Ведь сегодня он в Ксоларе, а завтра в дальней части империи “пытает” других женщин.

Через пять минут я лежала на краю кровати и всматривалась в полумрак спальни. Слушала ровное дыхание Макса и ощущала жар его тела.

— Анна, — тихо окликнул он.

— М-м?

— Ты знаешь, я впервые сплю с заучкой.

Я усмехнулась и шумно вздохнула. Нет, всё-таки невыносим.

— А я впервые сплю с лучшим учеником придворного шута.

Глава 14

Я лежала без сна уже пятнадцать минут и изучала профиль Макса.

Он ещё спал и действительно не храпел.

Я с завистью разглядывала его длинные черные ресницы и густые брови, любовалась четкими линиями скул, покрытых лёгкой темной щетиной, и ловила себя на мысли, что мне нравится запах его горячей кожи.

Красавчик...

Мои мысли раскачивались из стороны в сторону, словно маятник. С одной стороны, мне очень хотелось перейти грань рабочих отношений и узнать, какой из Макса любовник. А с другой — я боялась. Да и о предохранении в этом мире я ничего не знаю. И совсем не хочется, чтобы моя минутная слабость принесла новые проблемы в виде случайной беременности. Мне бы хоть самой в этом мире выжить.

Отогнав от себя дурацкие мысли, я осторожно вынырнула из-под одеяла, стараясь не потревожить сон Макса. Накинула халат и поспешила прочь из спальни.

В коридоре я столкнулась с Нэлли. Она направлялась к ванной, неся в руках мягкие пушистые полотенца.

— Доброе утро, госпожа, — при виде меня её лицо озарила добрейшая улыбка.

— Доброе утро, — я потерла сонные глаза и потянулась. — Как здоровье твоей бабушки?

На лице Нэлли отразилось секундное замешательство, и её щеки запылали от смущения.

— К сожалению, она ещё слаба. Но доктор сказал, что она понемногу идёт на поправку. Спасибо, что поинтересовались, госпожа. Приготовить вам ванну? Может, принести чаю?

— С удовольствием.

Как только служанка попыталась упорхнуть, я снова её окликнула.

— Нэлли, скажи…

Я подобралась к ней вплотную и едва слышно поинтересовалась:

— А ты знаешь какие-нибудь средства для предохранения?

Теперь мои щеки пылали так же, как и у Нэлли.

— Предохранения от чего? — растерялась она и испуганно покосилась на дверь моей спальни.

— Понимаешь, мы с мужем решили не спешить с детьми. Мы ещё не освоились в новом городе, не узнали друг друга получше…

Служанка посмотрела на меня, как на сумасшедшую. В её глазах так и читалось: “не хотеть детей от такого мужа?!”

Но, несмотря на моё странное желание, она всё же утвердительно кивнула.

— Есть специальный женский чай. Нужно пить его раз в день по утрам.

— Он хорошо работает?

— Да.

— Замечательно. А ты можешь его купить и подавать мне на завтрак?

— Да, госпожа.

— Спасибо, — я благодарственно улыбнулась и приобняла служанку.

Ну всё. Теперь я буду чувствовать себя в безопасности. Если вдруг не устою перед своими желаниями, по крайней мере, я не усложню себе этим жизнь.

— Кстати, Нэлли, а когда придут рабочие?

— Какие рабочие?

— Чтобы залатать крышу.

По искреннему изумлению, отразившемуся на лице служанки, стало ясно, что она понятия не имеет ни о какой течи в крыше.

— Не обращай внимания, — я отмахнулась. — Можешь быть свободна.

Как только Нэлли скрылась в ванной, я вперила взгляд на дверь соседней комнаты. Нутром я чувствовала, что это и есть спальня Макса.

Не раздумывая, я открыла дверь и тихо выругалась.

Это действительно была обитель моего супруга. Немного мрачная, отделанная в тёмно-коричневых тонах. В открытом шкафу виднелись дорогие костюмы, а на полу бесформенным облаком валялся мужской халат. Постель была расправлена, но не измята. Одна из подушек отсутствовала. А самое главное — никакой течи в крыше!

— Ну, мерзавец, — прошипела сквозь стиснутые зубы. — Крыша у него течёт.

Какой к чёрту женский чай?! Да я этого обманщика к себе вообще больше не подпущу!

Как мне хотелось разбудить Макса и высказать ему всё, что я думаю о его “дружеском визите”! Как я, чёрт возьми, теперь могу ему доверять?

Но стоило мне услышать шаги в моей спальне, как моя уверенность поколебалась.

Я быстро юркнула в ванную и прикрыла за собой дверь.

— Дальше я сама, — пояснила испуганной служанке. — Скажи господину, что ванная занята, и я прошу его меня не беспокоить.

Нэлли откланялась и поспешила прочь.

Я сняла одежду и нырнула в тёплую ванну.

К счастью, в этом мире ванные комнаты отличались от наших лишь более изысканным интерьером. По функционалу они были практически одинаковы.

Даже в стеклянных пузырьках, выставленных по краю белоснежной ванны, я быстро разобралась.

Через два часа, когда я наконец решила выбраться из воды, Нэлли меня обрадовала.

Оказывается, Макс уехал в город и вернется только к вечеру.

— Господин просил передать вам, чтобы вы не забыли о званом ужине, — отчиталась служанка.

— Забудешь такое, — буркнула я, врываясь в свою спальню.

Как только мой взгляд скользнул по пустой постели, где ещё недавно спал этот наглец, я замерла, как вкопанная.

На смятых простынях лежал потрясающий букет алых роз.

Я нервно сглотнула.

Это мне?!

К кровати я подбиралась с осторожностью сапёра. С каждым вдохом восхитительный аромат цветов заполнял лёгкие.

Возле букета лежала маленькая записка, написанная мужским размашистым почерком.

“Эта ночь была лучшей в моей жизни. Спасибо за проявленное доверие”.

Я закусила губу и аккуратно скользнула подушечкой пальца по нежным бутонам цветов.