Поэтический дневник. 2026 г.

Поэтический дневник

2026 г.

Даниель Андреевич Симаченко

© Даниель Андреевич Симаченко, 2026

ISBN 978-5-0070-3831-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Пусть иногда бываю резок»

Пусть иногда бываю резок, груб —

Себе я этот грех простить не в силах.

Но знаю: нет на свете слаще губ

И глаз твоих, единственных и милых.

Скучаю так, что замерзает кровь,

Когда не рядом ты, моя вселенная.

Без глаз твоих мне мир суров и нов,

И тишина пугает сокровенная.

Когда внутри сквозит холодный мрак,

И от бессилия душа кричит в неволе,

Лишь ты одна — мой свет, мой главный знак,

Единственный целитель этой боли.

Ты мой причал. Мой самый прочный щит.

Моя опора в шторме многолетнем.

Твой тихий смех меня во мне растит,

Я за улыбку эту стану пеплом.

Впервые в жизни мне безумно страшно

Тебя терять. И страшно умирать…

Всё, что казалось важным, — так неважно,

Когда могу тебя я обнимать.

Ради тебя сверну любые горы,

Ради тебя весь мир смогу сломать!

Ты — мой рассвет, ты — все ночные споры,

С тобой я заново учился засыпать.

Любовь — великий, сокровенный дар,

От мысли «ты моя» — вскипает кровь.

В груди горит спасительный пожар,

И я сдаюсь ему без лишних слов.

Зачем мне кто-то? В мире нет родней

Твоих небесных, самых чистых глаз.

Любимая, испей до капли с ней —

Всю эту жизнь, что соткана для нас.

Пей без остатка, пей безумно, жадно,

Пока хрусталь в руках не истомлен,

Пока весь мир молчит во тьме прохладной,

Пей эту жизнь… пока я так влюблен.

«Кавказ»

Что меня тянет в родные края? Раньше казалось: уеду — спасусь. Думал, ломает мне крылья земля, Только с годами рассеялась грусть. Время прошло, и я понял без слов: Нету дороже и ближе земли, Чем Пятигорск в дымке синих холмов, Где мы когда-то упрямо росли. Он не так прост, этот город-рассказ, Сердце Кавказа и крепость души. Там, у Машука, целебный запас, И у Провала прохлада в тиши. Пышным ковром расцветает Цветник, Свежим дыханьем спасают ключи. К этим истокам я сердцем приник, Здесь у согревшего солнца лучи. Милый Кавказ мой из сказочных снов, Где у людей так масштабны мечты… Больше не нужно мне призрачных слов, Самый родной на земле — это ты!

«Внутри меня так тихо»

Внутри меня так тихо и спокойно, Гармония разлилась по душе. Всё то, что ранило, теперь совсем не больно, И жизнь понятна стала мне уже. Мне хочется беречь в ладонях утро, Забыть обиды, глупые раздоры, И вглядываться трепетно и мудро В её глаза — величественные горы! Среди неонового, ветреного шика Мне стали не нужны чужие лица. Все эти Маши, Светы или Вики — Лишь павшая в толпе чужой страница. Я жадно пью секунд ушедших воду, Ловлю её улыбку и приметы. Я разделил с ней тишину, свободу И осознал, что кончились все беды… Я в глубине души — поэт, романтик, Но хулиган во мне сидит порой! Жизнь шелестела, как забытый фантик, Но за куплетом зазвучал припев живой. Пусть он звучит! И весь тот ложный блеск, Что так манил меня куда-то слепо, Исчезнет, как волны далёкой всплеск, Оставив мирный закат на пол-неба. Я шёл сквозь мглу, меня ломало время, Меняло кожу, закаляло сталь. Но сброшено ошибок бывших бремя, И прожитого мне совсем не жаль. Я стал мужчиной — сильным и надёжным, И жизнь пошла дорогою прямой. А может, просто стало всё возможным, Когда судьба столкнула нас с тобой? Я не хожу давно по кабакам, Там за столами прячутся глупцы. Они не верят собственным рукам И носят шрамы, глупые бойцы. Они зажаты в каменной стене, Не ищут выход, веря в свой тупик. А я нашёл покой в твоём огне, И бесконечно дорог этот миг.

«Настанет день»

Жизнь так слепа и порой горделива — Нагло крадёт она самых родных, А для кого эта совесть плешива — Тех оставляет в племени живых. «Тут выживает только сильный», — Твердили люди нам в бреду. Но почему же мир бессильный Обрек добрейших на беду? В земном краю так много боли, К которой нужно привыкать: К тому, что сердце раскололи, И тех осколков не связать. Давно хотел взглянуть я смело В глаза судьбе, в глаза концу, Но смерть, что мимо пролетела, Не внемлет скромному гонцу. А мне ведь есть что с ней обсудить — Спросить за тех, кого забрали, И счёт суровый предъявить За всё, что на земле растеряли. Но час придёт, настанет время, брат, И мы шагнём к небесным тем вратам. Пусть говорят, что путь наш — прямо в ад, Мы обретём свой первозданный сад!

«Когда-нибудь»

Я верю: обо мне когда-нибудь Напишут повесть в тишине. Так напишут, что забьётся грудь, Как в час с любимой наедине. Расскажут то, как мыслил я, О чём грустил, кого любил, С кем разделял хмельной бокал, И с кем в разлуке волком выл. Упомянут не только яркий свет, Но и безумств шальные дни, И тёмных дум глубокий след, И грех, что прятал я в тени.

«Подкумок»