Куколка в кресле. Безумный хирург

— Ну и скидку Вы ей сделали, конечно, — предосудительно сказала Марина, а потом иронично добавила: — не удивлюсь, если и таких денег у неё не окажется!

— Вот поэтому я и сделал ей скидку. Девочка хорошая, живёт на пенсию. Одна, без родителей.

— Конечно, жалко её, но это не благотворительная клиника.

— Я уже понял твоё мнение, — строго сказал Матвей. Он больше не желал выслушивать её упрёки и недовольство. Он здесь хозяин, и только он может решать, когда и кому делать скидки. Он уже имел виды на Веронику и не собирался отказываться от неё. И сам не замечал, что думает о ней почти постоянно. Про Аню уже даже не вспоминал…

***

Вечером Вероника не пришла, но зато на следующий день была в клинике уже с утра. Ей было велено прийти на операцию в девять утра. Она пришла в восемь и сразу же направилась на кассу. Импланты она оплатила и передала бумажки с результатами анализов. Матвея сразу же предупредили, и он вспорхнул.

— Она пришла!

Он широко улыбнулся. Радовался, что, наконец, проведёт очередную операцию. И ей, Веронике. Эта девочка у него теперь на особом счету. Он ведь сам её искал и нашёл, сделал ей скидку и теперь надеется… только вот он ещё не решил, как подступиться к ней.

— Точно, буду навещать после операции. Скажу, что это обязательно.

Он ехидно улыбнулся. Подумал, что план верный. Он начнёт ходить к ней домой, познакомится с её тётей. Мало-помалу начнёт ухаживать за ней.

***

Веронику отвели в специальную палату предварительного ожидания. Потом к ней пришёл анестезиолог и уже начал вводить наркоз. Вероника немного взгрустнула. Она думала, что перед операцией ещё поговорит с Матвеем, но он не пришёл. Сопротивляться она, конечно же, не стала.

Вероника уже почти отключилась, в её глазах помутилось, и она увидела силуэт Матвея. Наркоз уже подействовал на неё лёгким дурманом, и ей стало весело. Она хихикнула и сказала:

— Ты здесь!

Вероника потянулась вперёд и схватила его за руку. Матвею это очень понравилось. Он понял, что она ждала его. Возможно, хотела ещё о чём-то поговорить, но он припозднился.

— Я уже решил, что ты передумала.

— Ни за что! Хочу большие сиськи, — хихикая, сказала Вероника. Сейчас она почему-то совсем не стеснялась. Возможно, это наркоз на неё так подействовал. К тому же в палате они остались только одни. Анестезиолог ушёл, медсестра тоже. Впрочем, уже через пару минут все вернулись и покатили Веронику в операционную. Она уже успела закрыть глазки и погрузилась в глубокий вынужденный сон.

Матвей с большим удовольствием сделал надрез под её грудями и вставил большущие импланты. Любовался результатом ещё до того, как успел её зашить.

— Да, куколка… — возбуждённо подумал Матвей. Он уже представил, как полностью раздевает её на этом столе, исправляет все-все недостатки. Ему очень хотелось удалить жирок с её животика.

— Одна липосакция, и ты будешь идеальная. Во всяком случае, спереди! — подумал Матвей.

— Пинцет, — неожиданно сказала его помощница, протягивая ему пинцет. Он уже начал зашивать Веронику и должен был пинцетом вытянуть иглу, чтобы сделать правильный шов. Он же размечтался и впал в некий ступор. Он всегда старался быть внимательным и запрещал себе мечтать о чём-либо во время операции. Сегодня не получилось. Вероника ведь особенная. Она девушка, которую он выбрал сам. И ему так захотелось сделать её идеальной…

***

Операция прошла успешно, и уже через два часа Вероника очнулась в своей палате. В груди ощущала тяжесть и лёгкую ноющую боль. И, конечно же, ощущала внутри инородный предмет, а ещё сдавливание. На неё надели корсет сразу после операции. С одной стороны, он причинял ей дискомфорт, но с другой, явно поддерживал импланты.

Вероника сразу же покосила взгляд вниз и посмотрела на свои груди. Улыбнулась.

— О, они большие…

Она ещё не видела, насколько они большие, но, казалось, что намного. Через некоторое время к ней пришёл Матвей. Спросил, как она себя чувствует? Дал рекомендации на дальнейшее лечение. Выписал рецепт на антибиотики и обезболивающее, а потом сказал, что она может поехать домой уже сегодня.

— Уже сегодня? — удивилась Вероника.

— Да, если хорошо себя чувствуешь, уже сегодня. Мы никого долго не держим, — объяснил Матвей.

— А можно остаться на ночь? — спросила Вероника.

Обычно за это они берут дополнительную плату, но Матвей решил сделать ей очередную скидку. Подумал только, что надо будет предупредить об этом персонал. И опять ему придётся краснеть из-за неё. Ему всегда стыдно делать кому-либо скидки. В такие моменты ему кажется, что коллеги косо смотрят на него и уже понимают, за что дана эта скидка.

— Конечно, если хочешь, оставайся, — не раздумывая, ответил Матвей.

— Спасибо… — с милой улыбкой протянула Вероника. Матвей тоже ей улыбнулся и сказал:

— Ты отдыхай. Чуть позже тебе принесут ужин и дополнительное одеяло.

Матвей посмотрел на одну из медсестёр и махнул ей головой, как бы подзывал за собой. Та сразу же послушно зашагала за ним и выслушала его. О чём они говорили, Вероника не слышала. Матвей вывел медсестру за дверь и разговаривал с ней у порога. И Вероника видела только шевелящиеся губы.

Матвей в тот момент давал инструкции персоналу, как вести себя по отношению к ней. Объяснил, что это подруга его детства и к ней нужно быть особенно внимательными.

— Никаких разговоров о дополнительных счетах. Все финансовые вопросы я решу с ней сам, — деловито разъяснил Матвей.

Все отнеслись к этому с пониманием, кроме Марины. Она только ходила недовольная, будто завидовала Веронике за то, что ей сделали большущую скидку. Впрочем, так оно и было. Марина тоже хотела поставить себе импланты, но Матвей отказался делать ей скидку. Говорил, что ей это не нужно.

— Не поощряю, и поэтому никаких скидок!

Говорил он шутя, но решительно. Марине было обидно.

***

Вероника провела ночь в клинике. Немного замёрзла, но в целом было неплохо. На следующий день с утра в палату пришла ещё одна девушка. Её прооперировали, и как только она пробудилась, разрешили ей уйти. Та медлить не стала, а Вероника удивлялась её спешке.

— Почему не остаёшься? — с улыбкой спросила Вероника. Та отмахнулась и сказала:

— Да зачем переплачивать?! У них палата почасовая.

— Серьёзно? — удивилась Вероника и спросила это шёпотом, будто по секрету.

— А ты что, не знала? — спросила девчонка.

— Мне не говорили.

— У-у-у… тогда ты влипла! Срочно зови родных и пусть тебя забирают, — посоветовала девчонка. — Пока не накапало на стоимость ещё одной операции!

— Ужас, так дорого?

— Да, палаты у них недешёвые. Думаю, на этом они и наживаются, — шёпотом предположила девчонка. — Скидка на операцию, а потом пытаются вытрясти за уход, обслуживание, питание и прочую чепуху. В общем, лучше свалить пораньше.

Девчонка ладонями погладила свои большие груди поверх корсета и весело добавила:

— Главное, у меня есть это!

Вероника улыбнулась, но уже заволновалась. Если лежать в палате у них платно, тогда она действительно влипла. У неё не будет денег, чтобы расплатиться.

Вероника держала в руке телефон и уже начала выискивать в карманах визитку Матвея. Подумала, что надо срочно с ним поговорить. Она расторопно набрала его номер и взволнованно ждала, когда Матвей ответит. Только вот он не поднимал трубку. Видимо, был занят. Гудки шли и шли, и больше ничего.

Вероника тяжело вздохнула, закрыла глазки и попыталась расслабиться, но дурные мысли не давали ей покоя. И тогда она позвонила своей тёте. Та сказала, что сейчас на работе и за ней не приедет, а ещё накричала.

— Я же говорила, что тебе это не нужно! Говорила, что не буду таскаться с тобой по больничкам, когда начнёшь умирать? Теперь выкручивайся, как хочешь!

— Ну, тётя Эля, ты что, не приедешь за мной? — жалобно спросила Вероника.

— У меня сегодня смена. Сегодня и завтра. Когда я должна приехать за тобой, в час ночи?

Её тётя работает с графиком два на два, и смена у неё заканчивается в 23:30. Вероника понимала, что она не сможет приехать за ней при всём желании. Да и желания у неё явно нет. Злится, что она ослушалась и сделала операцию вопреки её советам не делать.

Вероника уже обиженно думала, что её тётя завидует. Но она всё равно не сожалела, что ослушалась. Жалела только о том, что вчера не захотела уйти. Вчера у её тёти был выходной. Она бы поворчала, пообижалась, а потом всё равно бы приехала за ней, а сегодня реально не может.

Вероника взгрустнула. Ей больше не к кому было обратиться за помощью, ведь в городе она никого не знает. Живёт здесь уже больше года, но не обзавелась подругами. Почти всё время сидит дома в виду своего положения, выходит в основном только на балкон или в магазин в сопровождении своей тёти.

Примерно через полчаса неожиданно зазвонил её телефон. Вероника узнала номер Матвея и мигом ответила:

— Алло.

— Да, это я. Ты звонила?

— Да, мы можем поговорить? Это очень срочно, — взволнованно сказала Вероника. Она надеялась, что он спустится к ней, но Матвей сказал:

— Да, рассказывай. Что случилось?

— Просто тут девушка была, соседка моя. Она очнулась и сразу же домой побежала. Сказала, что лежать очень дорого.

— Не волнуйся, я за тебя договорился. Так что первые сутки бесплатно, — сказал Матвей.

— Первые сутки? А потом?

— Ну, если тебе уже лучше, желательно освободить палату.

— Я поговорила с тётей, и она сказала, что сегодня не сможет меня забрать. Сегодня и завтра тоже, — взволнованно сообщила Вероника, — она работает допоздна.

— Так, намёк понял, — игриво сказал Матвей. Он широко улыбнулся и подумал, что это его шанс.

— О, нет, я не это хотела сказать… я бы не хотела тебя утруждать.

— Да брось глупости рассказывать, я с удовольствием провожу тебя домой. Мы же с тобой друзья, забыла? — напомнил Матвей.

— Так-то оно так, но как-то неудобно получается… — нерешительно протянула Вероника. Она очень хотела, чтобы он её проводил, но стеснялась принимать его помощь. И так уже ей казалось, что она злоупотребляет его добротой.

— Очень даже удобно, я на машине. Отвезу тебя с ветерком!

Вероника весело хихикнула.

— Тогда спасибо, ты меня очень выручишь.

— У меня приём заканчивается в шесть, — сообщил Матвей. — Я потом зайду к тебе, и поедем.

— Хорошо, я буду ждать.

Они попрощались на милой нотке. Вероника спрятала телефон под одеяло, закрыла глазки и широко улыбнулась. Матвей тоже был невероятно доволен, ведь она разрешила проводить её. Значит, сегодня он пойдёт к ней домой. Так быстро!

Глава 3. В гостях у Вероники

Вероника лежала в палате и смотрела сериал через свой смартфон. Сосредоточиться не могла. Периодически ставила кино на паузу и поглядывала на часы. С волнением ждала шести часов вечера.

Матвей спустился к ней даже раньше. Время было без десяти, дверь в её палату распахнулась, и она увидела своего старого друга. Теперь он одевался не так, как раньше. Был похож на крутого начальника, был в чёрном деловом костюме, ходил всегда в белой рубашке.

Вероника улыбнулась и подумала:

— Какой же он привлекательный.

Но ей даже мечтать о нём было стыдно. Она же совсем никакая, дурнушка в инвалидном кресле. Такой она себя ощущала, и так было всегда. Даже если на неё обращали внимание мужчины, по их взгляду было понятно, что они просто её жалеют. Не смотрят на неё как на женщину. Даже если она красилась, надевала нарядное платье, она всё равно всегда была объектом жалости. И ей так хотелось это изменить.

Поэтому она захотела сделать себе такую операцию, ведь мужчинам нравится большая грудь. Может быть, тогда они начнут замечать не только её коляску?

— Ну что, готова отправиться домой? — весело спросил Матвей, торопливо шагая к ней. Уже через долю минуты он стоял перед ней.

— Да, конечно! — радостно ответила Вероника. Она улыбнулась ему, а потом посмотрела в сторону своего кресла. Медсестра откатила его в угол палаты, когда приносила ужин. Мешалось оно якобы, а прикатить обратно забыла. Впрочем, теперь уже это не имеет значения. Теперь Вероника не может без посторонней помощи пересаживаться в кресло, ведь это слишком большая нагрузка для её груди. Ей так сказали, и она ещё не пробовала самостоятельно пересаживаться.

— Точно, я сейчас… — подхватил Матвей и взглянул на её кресло. Потом шагнул в угол, схватился за рукояти кресла и покатил в её сторону. Вероника помалкивала. Ей всегда было неловко, когда за ней ухаживали посторонние. Тем более если это мужчина.

— А ведь это то самое кресло? — подметил Матвей. Он узнал его. Веронике купили это кресло, когда она была ещё ребёнком. Тогда оно было ей велико, а теперь… «Хотя вряд ли купили, — подумал Матвей. — Если бы покупали, взяли бы детское. Наверное, им его кто-то отдал». И это означало, что она из очень бедной семьи.

— Ну да, оно самое, — согласилась Вероника.

— Пора бы заменить его на современное, навороченное. Ты так не считаешь? — спросил Матвей.

— Нет, не считаю. Ни одно кресло не сделает меня нормальной, — пожаловалась Вероника. А потом она присела и, перебирая руками, начала аккуратно ползти к краю кровати.

— Это само собой, — согласился Матвей, — но, может, это как-то облегчит твою жизнь?

— Я предпочла пластику и ничуть не жалею, — ответила Вероника. Она посмотрела на кресло, но пересесть в него не могла. Раньше она с лёгкостью делала рывок и запрыгивала в своё кресло, но сегодня боялась это делать. Чувствовала, что врачи правы, и это будет слишком сильная нагрузка. Её груди болели.

— Да, я тебя понял, — с некоторой грустью сказал Матвей. Она в очередной раз напомнила, что не располагает большими деньгами. И ей приходится выбирать, или это, или то. Значит, она точно не попросит у него больше никакую операцию. Не сможет стать «идеальной». Поэтому Матвей взгрустнул. Но с другой стороны, не всё ещё потеряно, ведь если он захочет, он всегда может сделать ей операцию за свой счёт. Главное, чтобы она захотела принадлежать ему.

— Ты поможешь мне? — спросила Вероника, прерывая его размышления. Он стоял, будто в ступоре, мечтал о своём, а она не могла без чужой помощи пересесть в своё кресло. Боялась, что швы разойдутся.

Матвей тут же очнулся и сказал:

— Да, конечно.

Он подошёл к ней ближе и на секунду растерял, потянулся к её ручкам и замер. Так как импланты ей вставляли из подмышечной впадины, за подмышки её хватать было нельзя. Впрочем, даже если бы разрез он делал под её грудями, тянуть за подмышки в любом случае было бы нельзя.

— Нет, так не получится, — сказал Матвей, а потом посмотрел вниз и начал просовывать ладонь под её попку. — Ты, конечно, извини, что так хватаю, но по-другому никак.

В эту секунду ему даже стало неловко, но уже в следующую секунду он её начал поднимать, чтобы она не подумала лишнего. Но трогал её попку он с большим удовольствием. Трогал и уже пытался прощупать размер её ягодиц. Прикидывал, какие импланты ей подойдут?

— Трогай, я всё равно ничего не чувствую, — с наигранной ухмылкой напомнила Вероника.

— Правда? Совсем не чувствуешь?

— Нет, ноги не чувствую.

— А попку? — игриво спросил Матвей.

— Ну, там чувствую….

Веронике явно было весело, и поэтому он тоже шутил и смеялся. Указательный и средний пальчик направил в область её промежности и через юбочку потрогал её лобок.

— А здесь?

Вероника сразу же, шутя, хлопнула его по пальцам.

— Ну, хватит уже! — весело сказала Вероника, сделала паузу в предложении и важно добавила: — задавать мне неприличные вопросы.

— А ты скажи мне по секрету, как другу.

— Там чувствую. И хватит, поехали уже.

— Кажется, я засмущал тебя, — весело подметил Матвей. Он схватился за рукояти кресла и потащил её к выходу. Пока он вывозил её из клиники, на них пялился практически весь персонал. Все, кто их встречал, удивлённо смотрели. Хотели задавать вопросы, но помалкивали. Только кивали головами в знак прощания, и некоторые говорили:

— До свидания, Матвей Николаевич.

Кто-то говорил «до завтра», и не более. Когда Матвей сажал её в свою машину, Вероника заметила его секретаршу. Та косо и злобно на них посмотрела и предосудительно помотала головой. Веронику это немного задело. Она поняла, почему секретарша невзлюбила её и злится. Наверное, думает, что она заслужила скидку через постель.

— Если бы это было так… — подумала Вероника. Но с другой стороны, это ей даже льстило. «Пусть думает, что захочет», — решила Вероника. В конце-то концов, наверняка она видит эту женщину в первый и в последний раз. Вероника больше не собиралась делать никакие операции.

В скором времени они поехали. Всю дорогу болтали о том, о сём. В основном Матвей вспоминал моменты из их прошлой жизни, что-нибудь смешное, старался её развеселить. И удавалось ему это легко, ведь Вероника и так была весёлая и невероятно довольная. Он сделал ей операцию с огромной скидкой, и теперь она обладательница шикарного бюста. Вероника была счастлива.

Как только они подъехали к подъезду её многоэтажки, Вероника жалобно сказала:

— Лифт у нас есть, но вот здесь ступеньки…

— Это ничего, немного потрясёт только, — игриво сказал Матвей и уже толкал её кресло вверх по лестнице.

— Без помощи я тут не могу, — пожаловалась Вероника, — поэтому редко гуляю.

— Это грустно, конечно, тебе было бы лучше жить в каком-нибудь дачном домике. Ну или в нашей деревне!

— Наша деревня осталась в прошлом, туда я уже точно не вернусь.

— Почему? — спросил Матвей.

— Родителей нет, а дом я продала.

— О-о-о… это ж вдвойне печально. Почему же продала?

— А ты ещё спрашиваешь? С кем бы я жила там? А так, зато деньги…

И тут Матвей неожиданно смекнул:

— Значит, ты не накопила деньги. Они от продажи дома?

— Не только, накопила тоже, — возразила Вероника. — Но это неважно. Главное, что операцию я уже сделала.

— Ну да, ну да! — усмехнулся Матвей. Вскоре они по лифту поднялись на её двенадцатый этаж. Матвей открыл дверь её ключом и затащил её внутрь.

— Ух, как же у вас жарко, — пожаловался Матвей.

— Ну да, тётя Эля любит тепло. Хотя я, наверное, тоже…

Она настолько уже привыкла жить в тепле, что стала замерзать при малейшей прохладе. Поэтому она замёрзла в клинике с одним одеялом.

— Серьёзно? Она обогреватель оставила включённым, — сообщил Матвей, когда осмотрел квартиру. Две красные кнопочки на электрическом радиаторе горели, информируя, что прогрев запущен.

— Наверное, забыла, — предположила Вероника. — Тётя привыкла, что я дома остаюсь. Обычно она не выключает радиатор.

— Ну вы даёте, жара на улице!

Матвей туда-сюда заходил по квартире и оглядывался. На минутку заглянул на кухню, а потом вернулся к ней и деловито сказал:

— Так, тебе, наверное, чай приготовить? Покушать что-то?

— Ну да, не помешало бы, — согласилась Вероника. Он подошёл к ней, схватился за рукояти её кресла и толкнул её в сторону кухни. Ему нравилось катать её, и он постоянно чувствовал власть над ней. Он обожал это ощущение.

Матвей приготовил ей яичницу, заварил чай, и они вместе посидели на кухне. Сидели очень долго, час с лишним. Потом он отвёл её обратно в гостиную, и Вероника пожаловалась, что хочет в туалет. Это был самый неловкий для неё момент, но она не была готова терпеть или обоссаться. Часы показывали 20:15, и Вероника понимала, что тётя вернётся нескоро. Самостоятельно сходить в туалет она тоже не сможет. В больнице ей помогали медсёстры, но здесь кроме Матвея никого нет.

Она, краснея, сообщила о своей проблеме, а Матвей отвернулся и широко улыбнулся. Снова почувствовал себя её господином. Она полностью зависит от него, даже в туалет без него сходить не может. «Это так приятно», — подумал Матвей. Ей он, конечно же, сказал другое:

— Конечно, я помогу. И не стесняйся, пожалуйста. Я могу не подглядывать или могу притвориться, что ничего не видел!

Последнее он сказал шутя, и Вероника тоже хихикнула.

— Не подглядывай!

Он отвёл её в ванную комнату, которая у них была смежная с туалетом. Понял, что унитаз оборудован специальными подлокотниками, и подумал, что наверняка раньше Вероника сама справляла нужду. Скорее всего, облокачивалась и запрыгивала из своей каталки на толчок, но ведь теперь так не получится…

— Тебе как минимум две недели нельзя будет подвергать себя силовым нагрузкам.

— Я знаю, что теперь я не смогу даже поссать самостоятельно, — немного нервно сказала Вероника. Она злилась из-за того, что находится в таком положении. Просит его, мужчину, помочь ей пописать. Ей и так было унизительно, а он ещё напоминает…

— Не расстраивайся, это же всё временно. Зато теперь у тебя большие сиськи, — игриво напомнил Матвей, прильнув губами к её ушку. В этот момент он пригнулся, одной рукой обхватил её за спинку, а вторую просунул под её попку. Поднимал её, чтобы посадить на толчок.

— В больнице мне помогали, все такие внимательные… — с грустью сказала Вероника. — Я не знаю, что я буду делать тут одна.

— Так ты же не одна, а с тётей, — напомнил Матвей. Чтобы она не смущалась, он не стал задирать её юбочку, но аккуратно стянул её трусики вниз. И вот уже Вероника чувствовала, что может облегчиться, но пока ещё не делала этого. Волновалась и продолжала злиться из-за своего жалкого положения.

— Она же работает почти целыми днями!

— Но раньше же ты справлялась как-то, — напомнил Матвей.

— Ну конечно! Раньше можно было всё, я в одно движение подпрыгивала на этот унитаз, а сейчас…

— Такое ощущение, что ты меня в этом обвиняешь, — пожаловался Матвей. Он и не думал, что сегодня они поругаются, но помнил её вспыльчивый характер. Когда были детьми, они тоже периодически ругались. И почти всегда ссору затевала Вероника. Как сейчас, ни с того ни с сего начинала злиться и жаловаться, что не может…

— Никого я не обвиняю… никого, — нервно сказала Вероника. Она низко опустила голову, и струя её мочи начала булькать в унитазе.

— Уж извини, что вытащил тебя из клиники! Ты же не могла платить за обслуживание, — немного нервно сказал и Матвей. — Я и так попросил за тебя. Ты даже не представляешь, сколько стоит ночь в нашей клинике.

— Представляю, — с хмурым и недовольным лицом сказала Вероника. Продолжала сидеть с низко опущенной головой и на него не смотрела. — Поговорила с соседкой.

— Тем более не должна обижаться.

— А я и не обижаюсь, — высокомерно возразила Вероника. Впрочем, по её голосу ощущалось обратное.

— Клиника моя, — неожиданно сообщил Матвей. — Могу делать скидки, бесплатные операции. Могу даже поселить тебя там! Но ты же понимаешь, как это будет выглядеть?

— Твоя клиника? — удивилась Вероника. Ей сложно было в это поверить.

— Суть в том, что ты мне не родственница, не жена, не сестра. Подумают, что я привёл очередную любовницу на бесплатную услугу. Да ещё какую любовницу!

— Ага, в инвалидном кресле, — обиженно добавила Вероника. — Ты бы этого сильнее всего стыдился.

— Просто не хочу сплетен в свой адрес, — объяснил Матвей. — Наверняка ты заметила, как на нас смотрели. И это не потому, что ты в кресле сидишь.

— С чего им думать, что я твоя любовница? — с ироничной ухмылкой спросила Вероника.

— Не существует никаких семидесятипроцентных скидок, — признался Матвей. — Если я кому-то делаю большую скидку — это не просто так. И это сразу начинают обсуждать. Клиника моя, но рты коллегам я заткнуть не могу. К тому же, на моём счету уже есть один подобный инцидент.