Весенний призыв попаданок

— Не расстраивайся, в нашем мире не ты за мужчин, а они за тебя будут биться, — произнёс Мастер Тамико.

По общему мнению Тай и Жени, утешение получилось так себе, но эльфийка приободрилась. Мастер провёл с новой подопечной беседу и представил подруг по попаданству.

— Равиэль, идём к нам, — пригласила Женя, кивая на свободный участок на кровати.

— Вместе будем смотреть, как оставшиеся призванные прибудут, — поддержала Тай.

Эльфийка, прихватив одеяло, протопала к ним, прихрамывая на одну ногу, как выяснилось, в битве она потеряла не только жениха, но и каблук. Скинув испорченную обувь, она тоже забралась на кровать с ногами. Спустя пару минут она уже рассказывала о своих впечатлениях внутри портала.

— Словно большой удав заглотил, — сравнила эльфийка.

— Ой, смотрите, ещё один шарик появился! — воскликнула Женя, указывая пальцем на быстро увеличивающийся в размерах портал.

Уже три зрительницы принялись, не отрываясь, наблюдать за происходящим.

Глава третья. Явление попаданки, дубль четыре, дубль пять

Появление четвёртой попаданки получилось фееричным. Она вылетела из портала спиной, продолжая укрываться щитом, утыканным стрелами. Похоже, призвало её в разгар боя.

Приземлившись на пятую точку, она тут же вскочила, оборачиваясь вокруг себя. Щит затрещал и развалился на две половинки, отбросив его, воительница выхватила из-за пояса длинный нож, оскаливая зубы, и только тут осознала, на неё уже никто не нападает.

Взгляд её упал на неподвижно стоящего Мастера Тамико.

— Я в Валгалле и ты моя награда? — спросила она у опешившего гоблина. Глаза мастера из миндалевидных стали круглыми, но он сумел вполне спокойно ответить:

— Тебе ещё рано в рай для павших воинов, отважная воительница. Тебя призвал Срединный мир.

Мастер Тамико представился и коротко рассказал попаданке из Нормана, не отводящей от гоблина ярких голубых глаз, о появившейся у неё магии, исцелении от ран, необходимости учиться в военной академии.

За это время три зрительницы успели новенькую рассмотреть и обсудить.

— Раз о возрасте не сказал, девочка совсем молоденькая, не больше двадцати, — заключила Тай, — как ты, Аистёнок.

Она шутливо толкнула Женю в бок.

— Мне девятнадцать, — фыркнула та и спросила: — А сколько тебе и Равиэль лет скинуло?

— Мне… восемь, — произнесла эльфийка и удивлённо добавила: — Странно, у нас другое исчисление возраста, а тут говорю сразу, как в этом мире принято.

— Это переводчик, — пояснила Тай. — Видишь, у тебя на запястье татуировка цветок. Так мы язык понимаем, и, похоже, летоисчисление он же в одну систему укладывает. Мне скинуло по здешним меркам четырнадцать лет.

— Вы взрослые, — протянула Женя уважительно.

— Ещё скажи: старухи, — хихикнула эльфийка и воскликнула: — О, смотрите, а мастер наш как на её грудь пялится!

— Красивая грудь, пышная, — оценила Тай. — У мальчишки губа не дура.

Женя внимательнее присмотрелась и тоже заметила, как блестят чёрные глаза их наставника, когда он нет-нет, да и скашивает их вниз, осматривая вполне аппетитные формы девушки викинга.

Четвёртая попаданка отличалась высоким ростом, две светлые косы толщиной с руку, падали на спину. Несмотря на русые волосы, брови девушки и опушающие голубые глаза ресницы оказались чёрными. Не очень подходили к воинственному образу по-детски пухлые губы и нежный румянец на щеках. Одежда из прочной шкуры какого-то чешуйчатого обтягивала фигурку и одновременно являлась доспехами.

— Я Хельга дочь Ингрид, — представилась воительница.

Женя спросила у Тай:

— Почему она указывает мать, а не отца?

— Матриархат, — пояснила названная сестра.

— Неправильные у них какие-то викинги, — заключила Женя.

И тут Хельга заметила их тёплую компанию.

— Кто эти три птахи на жёрдочке? — спросила она.

— Это тоже призванные, всего вас будет пять. Пойдём, познакомлю с остальными, Хельга дочь Ингрид.

Мастер Тамико взял девушку за руку и подвёл к кровати, переделанной в зрительный зал. Тай сдвинулась назад, эльфийка потеснилась, освобождая место для Хельги.

Они все по очереди представились, затем Тай предложила:

— Присаживайся к нам, будем дальше смотреть представление. Представляешь, прибудет орка из Великой степи.

Представительница мира воинов о подобных знала, потому как удивилась.

— Великая степь укрепила границы. У них, как и у нас, внутренние распри, — сказала она, усаживаясь на освобождённое для неё место.

— Вот самое интересное, как оттуда Срединный мир призванную выцарапывать будет, — тонко усмехнулась Тай. — Кстати, вон и портал, смотри-ка, получилось. Начинаю уважать местных богов.

Мастер Тамико сказал:

— Вынужден вас оставить, нужно встретить представительницу орков.

Сказал он всем, но улыбнулся лишь Хельге. Сама же воительница нахмурила брови, когда гоблин поспешил к быстро разрастающемуся порталу.

— Не ревнуй, — сказала Равиэль, шутливо дёрнув Хельгу за косу. — Ты ему нравишься.

— Пусть я не в Валгалле, Мастер Тамико моя награда! — твёрдо произнесла Хельга, сверкнув глазами на остальных.

— Мы не претендуем, — заверила Женя. Тай и Равиэль согласно кивнули.

Пятая попаданка, в отличие от остальных, не вылетела из портала, а гордо вышла и встала, опираясь на секиру. Она осмотрелось, и торжество во взгляде сменилось недоумением.

— Мелковатая какая-то, — задумчиво произнесла Тай.

— Я тоже думала, орки крупнее, — поддержала Хельга.

И действительно, новенькая имела средний рост и стройную фигурку, на которой свободно болталась одежда из звериных шкур. Только насыщенно-зелёный цвет кожи и такие же волосы указывали на принадлежность к воинственной расе. Услышав традиционное приветствие и представление Мастера Тамико, орка вытаращила глазищи, тоже зелёного цвета, воскликнула непонятное:

— Ничего себе, вжилась в роль! — и зашлась в громком хохоте, демонстрируя большие белоснежные клыки.

Мастер сложил руки в уже знакомое Жене положение и сосредоточился, но новая попаданка уже отсмеялась и заявила:

— Целитель, не трать зря заклинание. У меня не истерика. Лучше послушай, смешно же. Я ведь тоже из Срединного мира. Играю, значит, в спектакле предводительницу племени орков. Стою на сцене, представляю, что это я — отважная воительница и мне предстоит битва с драконом. И вдруг появляется портал и меня куда-то утаскивает. Я думала, это глава нашей труппы новый трюк придумал. — Тут девушка обвела замерших с открытыми ртами слушателей и воскликнула: — Не верите? Так у меня даже секира бутафорская! Вот ты. — Тут она указала на человека из помощников. — Подойди, я тебя по руке рубану, убедишься.

Человек опасливо сделал шаг назад. Попаданка, скрипнув зубами от досады, ухватила секиру поудобнее и со всей дури рубанула по кровати. В воздух взвились перья из разрубленной перины, а лезвие секиры прочно вошло в доски основания кровати.

— Настоящее оружие, крепкое, — с видом знатока заключила Хельга.

— А-а-а-а!!! Настоящее! — завизжала лже-орка. Помощник мастера побледнел и стал съезжать по стеночке. Девушка же продолжила вопить: — Это наш мир такое сделал. А что, если я тоже стала оркой? А-а-а-а!!! Где можно смыть грим? Быстрее.

Мастер Тамико всё же запустил в паникующую попаданку успокаивающее заклинание и обратился к помощнику, чудом не пострадавшему:

— Мастер Фелтс, приходи в себя. Ну же, — он тряхнул помощника и приказал: — Вспоминай, что ты бытовик. Быстро примени к призванной заклинание очистки, но правильно, а не как всегда!

Зрительницы встревожено переглянулись, отметив про себя как последнюю фразу Мастера Тамико, так и неуверенные движения бытовика.

Призванная актриса же готова была на любую очистку, она вынула изо рта искусственные клыки и облегчённо вздохнула.

Мастер Фелтс, так назвал помощника гоблин, справился чётко и быстро. Вместо зеленокожей зеленоволосой орки появилась обычная девушка, человек, с тёмно-русыми волосами.

— Фух, — произнесла она, рассматривая руки и заглядывая за вырез шкур на груди. — Не орк.

— Ничего не понимаю, ведь мир скинул ей десять лет, наделил магией, поправил здоровье, восстановил девственность… — похоже, от растерянности Мастер Тамико выразил недоумение вслух.

Актриса же вытаращила зелёные глаза и спросила:

— Что, что восстановил? Ах, ты ж драконом десять раз об землю, магию твою раз этак!

— А почему она может ругаться, а мы нет! — тоже завопила возмущённая эльфийка.

— Переводчик не позволяет засорять наш язык иномирными ругательствами, — машинально объяснил всё ещё дезориентированный Мастер Тамико.

Актриса же обратила внимание на зрительниц.

— Призванные из других миров? — уточнила она, а увидев дружный кивок, расцвела. — Ничего, девчули, я вас быстро нашим ругательствам обучу. Давайте знакомиться, я Сандра Таранис.

Она быстро подошла к зрительной кровати.

— Та самая? — раздался робкий голос Мастера Фелтса. — Это вы получили награду за лучшее исполнение роли ведьмы на Осенней ярмарке?

— Вот, местные меня знают, — торжествующе произнесла Сандра и, огладив бёдра и талию, вздохнула. — Придётся вновь формы наедать, хорошо хоть грудь нормальная осталась, а не те прыщики, что в юности были. Как вот я теперь ведьму соблазнительницу сыграю? Чем тут соблазнять?

— Боюсь, о сцене придётся пока забыть, — вмешался Мастер Тамико, тоже подходя к девушкам. — Мир призвал, значит, и всё остальное в силе. В том числе и учёба в магической военной академии.

— Пять лет курсантом? Да легко! — воскликнула Сандра. — Зато, каких я после буду воительниц играть! М-м-м, сказка.

— Все собрались, — сообщил Мастер Тамико, вновь обретший спокойствие. — Сейчас вы переоденетесь в форму вон в той комнатке. — Девушки дружно повернули голову в указанном направлении, где обнаружили неприметную дверку. — Там есть зеркало, уборная и небольшой умывальник. Плащи пока накидывать не спешите, с вами здесь познакомятся Верховный маг и ректор академии. Затем комендант отведёт в преподавательское общежитие.

— Так мы не здесь жить будем? — спросила оживившаяся эльфийка.

— Нет, это башня Призыва, — пояснил Мастер Тамико. — Кстати, первый год я буду вашим наставником. Поспешите, призванные. Вам нужно ещё до заселения сходить поужинать.

— Тогда точно надо побыстрее, девчули, бегом, — поторопила остальных попаданка местного разлива.

Когда шли к раздевалке, Хельга шепнула актрисе:

— Мастер Тамико — мой.

— Не вопрос, хорошо, что предупредила. Мальчик, конечно, красивый, но собственность подруг неприкосновенна, — откликнулась Сандра.

В раздевалке все принялись быстро переодеваться в уже приготовленную форму, состоящую из брюк, рубашки, куртки, коротких сапожек и широкого плаща с капюшоном.

Женя растерялась, изучая свой комплект, даже на вид широкий.

— Мне большой размер выдали, — поделилась она.

— Одежда изготовлена из магически обработанной ткани, она принимает размер того, кто её надевает, — пояснила Тай, не поворачивая головы.

Нимфа, успевшая натянуть рубашку, брюки и сапожки, деловито доставала из потайных карманов снятого кимоно оружие. Количество кинжалов, метательных ножей, сюрикенов, впечатлило даже Хельгу. Но она же и подсказала, чтобы оружие вынести незаметно, распределить его между всеми.

В итоге перед встречей с Верховным магом и ректором академии попаданки оказались вооружены до зубов.

Глава четвёртая. Незадолго до

День, в который засветилась башня Призыва в Горхской военной магической академии, стал для ректора Нейла Барры чёрным. Вернее сказать, ожившим кошмаром и стихийным бедствием в одном флаконе.

А он ещё ругался про себя на заваливший академию и город, в котором она находилась, снег. Снег, оказавшийся самой меньшей из проблем. Когда завибрировал артефакт связи, Нейл Барра наравне с остальными расчищал дорогу к зданию городской управы. Надо сказать, сам градоправитель тоже в сторонке не стоял. Все жители Тороса от мала до велика высыпали на улицы, откапывать погребённый под снегом город.

Оставив лопату, ректор академии скинул перчатки, достал артефакт и нажал на кнопку, принимая вызов.

— Необходимо ваше срочное присутствие здесь, код тревоги зелёный, — раздался голос коменданта. Обычно любящий поговорить Рей Стоун оказался краток, сразу после этой фразы и отключившись.

Нейл Барра нахмурился. Зелёный код тревоги свидетельствовал о неординарной ситуации, не несущей угрозу жизни. «Неужели крыша одной из казарм всё же обвалилась под тяжестью снега? Докладывал ведь наверх, что нужен срочный ремонт», — с досадой подумал ректор.

Он отдал распоряжение Старшему наставнику, заместителю по учебной части, дальше руководить работой курсантов и пояснил с любопытством на него поглядывающему градоправителю:

— Я в академию, все вопросы будете решать с моим заместителем.

Градоправитель, на вид простодушный толстяк, а на деле тот ещё хитрый лис, засуетился:

— Так, ваше магичество, идти-то аж на край города, давайте, мой сынок вас на санях отвезёт? Вон стоят, мы ж инструмент на них привезли.

Не дожидаясь ответа, он окликнул тут же орудующего лопатой подростка. Услышав, что нужно делать, тот обрадовано отшвырнул орудие труда и подвёл к ректору запряжённого в сани огромного лохматого жеребца.

Горхинские тяжеловозы, порода лошадей, выведенная в графстве, как нельзя лучше подходили к местным условиям, но кротостью нрава не отличались. Нейл Барра с осторожностью глянул на вороного жеребца, тот ответил тем же. Похоже, решив, что этот пассажир не тяжелее лопат, а пробежаться, не так плохо, конь фыркнул и даже нетерпеливо тряхнул головой.

— Благодарю, — кивнул градоправителю ректор, усаживаясь в сани.

Добрались они быстро и до самых ворот, похоже, конь и впрямь застоялся и радовался движению, да и курсанты очистить дорогу успели. Рей Стоун поджидал перед пропускным пунктом, расхаживая туда-сюда.

На непокрытых каштановых волосах оседали снежинки, припорашивая словно сединой, ресницы заиндевели, щёки раскраснелись, кожа на носу и над ним слегка побелела, ярче выделяя единичные веснушки. В окружающей обстановке эти веснушки являлись практически единственным доказательством, что весна существует и, как бы, уже наступила.

При виде заместителя, Нейл Барра, почувствовал, как разрастается тревога. Соскочив с саней и взмахом руки отпуская сына градоначальника, ректор быстрыми шагами подошёл к коменданту и спросил:

— Неужели не одна крыша рухнула, а две или три?

— Ещё и крыша? — вытаращил на него и без того большие карие глаза комендант и резко обернулся, лихорадочно осматривая виднеющиеся за оградой здания.

— Разве не казарма обвалилась? — в свою очередь удивился ректор.

— Нет, засветилась башня Призыва, — сказал комендант, с опаской косясь на ректора и отслеживая реакцию.

— А, всего лишь… — начал ректор, и тут до него дошло. — Что?!

— Через неделю наш мир призовёт представительниц миров: Земля, Нимфея, Великолесье, Норман, Великая степь, — оттараторил комендант.

Нейл Барра замер, чувствуя, как выбивает воздух из груди, как отливают от лица краски, как замирает и сразу начинает бешено колотиться сердце. Недавнее прошлое, накрыло, словно ледяной душ.

Именно сносящие напрочь голову чувства к одной из попаданок прошлого призыва заставили его бежать из столицы в глушь. Можно, конечно, сказать, что там он был всего лишь деканом, здесь же вступил в должность ректора, но себя не обманешь. Это было именно бегство от поражения и проблем. Прекрасная своенравная фея с Авалона предпочла другого, и Нейл Барра отступил. А чтобы не натворить дел из-за взрывного характера, уехал, надеясь выкинуть крылатую красавицу из головы. И ведь почти получилось!

Новоиспечённый ректор, разумеется, слышал, что из закрытых военных академий Горхская не на самом лучшем счету, но действительность превзошла самые худшие ожидания. Расхлябанность и разгильдяйство всего состава, начиная от первокурсника и заканчивая деканами, достигли потрясающего размаха. Дисциплина? Не, не слышали. Воинская присяга перед выпуском? Да когда ещё тот выпуск.

Бюджет же, напротив, был ужат до минимума. Предшественнику Нейла Барры оказалось проще латать дыры — в прямом смысле тоже — собственными силами, чем писать рапорты и прошения в Королевский военный совет, в ведомстве которого военные академии и состояли.

Вся академия, да и городок, где она располагалась, представились Нейлу болотом. А ведь за некоторое время до назначения, пристраивая в эту академию младшего брата, не особого любителя дисциплины, он даже радовался. К слову сказать, косвенной виновницей срочного перевода брата из обычной магической академии в закрытую военную явилась всё та же попаданка фея, ставшая для семейства Барра роковой.

Болото он колыхнул хорошо, сменил коменданта, уговорив занять его место сослуживца, ещё по годам совместной службы в приграничье поражавшего хозяйственностью и практической жилкой. Выбил дополнительные средства на питание курсантов, чем расположил их к себе. За усиленный паёк новому ректору даже простились усиленные же нагрузки. Как и преподаватели, поначалу потихоньку роптавшие, быстро успокоились, получив выбитую ректором прибавку к жалованию.

Откровенно говоря, вряд ли Нейлу удалось пробить изменения, если бы не старые связи и не статус семьи — древнего магического рода Барра, которыми он без зазрения совести пользовался. Для себя, возможно и не стал бы, но для важного королевству дела — воспитания настоящих воинов — сами боги велели.

Нейл и на ремонт средства выбил, но не на всё, слишком уж много дыр скопилось — тронешь одно, рушится другое. Вот потому на крыши, которые выглядели терпимо, не хватило. Воспоминания о крышах вернули Нейла Барру из прошлого в настоящее. Мелькнула мысль, что с этим призывом их болотце быстро превратится в горячий источник.

Пока он предавался мыслям, комендант успел промёрзнуть, накинул капюшон плаща и стоял, как нахохлившийся ворон.

— Курсантам сказал? — спросил Нейл коменданта и друга.

— Нет, но эти быстро пронюхают, шустрые, — ответил Рей и улыбнулся. — Пойдём до башни Призыва, а потом в Командирскую, свяжешься с Верховным магом и нашим начальством.

— А ты не сообщил ещё?

— Кто же через голову прыгает, командир, — обратился Рей к ректору старым званием, благо вокруг никого не было. При посторонних комендант субординацию соблюдал.

Пока ректор и его заместитель путешествовали по башням и связывались со столицей, курсанты первого курса собрались на полдник. Остальные курсы обедали и полдничали в городе и должны были вернуться перед ужином.

Настроение в столовой царило приподнятое, пусть и пришлось лопатами помахать, зато занятия отменили, как и обязательные пробежки. Ведь для того, чтобы пробежать по обычному маршруту, его нужно было ещё прокопать.

Курсант Тим Арден, относивший полдник дежурному на пропускной пункт, вернулся с загадочным видом и блестящими глазами. Скинув плащ, он присел к друзьям, подтянул свою порцию — большой кусок мясного пирога — и замер в нерешительности. Перед Тимом встал выбор: поведать распиравшую его новость или сначала поесть. В итоге решил совместить. Откусил хороший кусок, прожевал, проглотил и только после этого выпалил:

— Слышали, как я коменданту сказал, что башня Призыва никому не нужна? Забудьте. Через неделю здесь будет пять попаданок. Вот!

Саймон Барра застыл, так и не донеся кусок пирога до рта. Тим охнул и приложил к губам ладонь, словно девчонка. Академия их многочисленностью не отличалась, потому и обо всех всё знали. Проблемы ректора и его брата тоже тайной не были, поэтому в их присутствии все старались о призывах и попаданках разговоры не затевать.

Тарен Нисс, третий друг, тоже сбежавший из столичной академии, спасаясь от неудачной любви — в данном случае попаданки ни причём, местная аристократка постаралась — спросил Саймона:

— Всё ещё злишься на фею?

Саймон горько усмехнулся и ответил, медленно раскачивая в руке пирог:

— Да на себя я злюсь, на себя. Никто меня не заставлял из ревности наносить удар в спину. Как затмение какое нашло. Хорошо, землянка друга спасла, файербол отбила, иначе я бы так легко не отделался. А фея что, девчонка, что с неё взять.

— Нравятся мне землянки, — мечтательно протянул Тарен, откидывая назад чёлку.

Он единственный щеголял в академии короткой, только входящей в моду стрижкой, сохраняя её форму с помощью артефакта. Тоже новой разработки, позволявшей не посещать парикмахера, пока причёска не надоест. Тарену завидовали, но поскольку хороших мастеров причёсок в графстве не имелось, довольствовались волосами до плеч, забранными в низкий хвост.

— Так что же ты там, в столице терялся? — поддел друга Саймон.

— Ну, там было без вариантов, эльф сразу землянку себе заграбастал, — ответил Тарен, пожимая плечами.

— О, а земляночка точно будет! — воскликнул Тим. — А ещё, кажется, эльфийка, кто остальные не запомнил.

— Так, друзья, землянка моя, — заявил Тарен.

— Ты же её ещё не видел? — с удивлением спросил Тим.

— А как же эта твоя аристократочка, первая любовь? — с лёгким ехидством поинтересовался Саймон.

Но Тарен уже друзей не слышал, обводя взглядом столовую и потихоньку бормоча:

— Так, недели должно хватить, чтобы убедить всю академию в сторону землянки не смотреть. С попаданками так, вовремя не подсуетишься, из под носа уведут.

За оставшуюся до появления призванных неделю Горхская военная академия увидела столько дуэлей, сколько не видела со дня основания. Воодушевлённые примером Тарена Нисса курсанты бились за право первым попытать счастье с одной из попаданок. Впрочем, за право подойти во вторую и в третью очередь, тоже. Все претенденты разделились на пять групп — по числу призванных. Единственным, кто не участвовал в происходящем, стал Саймон Барра. Вернее, он не принимал участия в битвах, зато от должности судьи увернуться не удалось.

Преподавателям дуэли были преподнесены, как спарринги для поддержания формы. Может, в другое время у кого-нибудь и возникли подозрения, но в эту неделю всем было не до курсантов, заняты – и хорошо. В академию пришли необходимые для ремонта средства и вдвое превышающая сумма на содержание призванных. Это со скуповатым казначеем военного ведомства пообщался лично Верховный маг.

Сам главный маг королевства прибыл из столицы лишь за пару дней до призыва. В помощь себе он захватил уже проявившего себя в деле приёма попаданок целителя Мастера Тамико и расхваленного ректором Магической Академии Всех Миров бытового мага Мастера Фелтса. То, что бытовика ему подсунули, чтобы самим ненадолго от него избавиться, Верховный маг понял быстро. Тот оказался действительно талантливым, но рассеянным и невезучим недотёпой, но заменять его другим времени уже не оставалось.

Глава пятая. Право на мужчину

Перед тем, как выйти из раздевалки, все пять призванных внимательно изучили свой обновлённый вид в зеркале. Первыми пропустили Женю с Хельгой, со словами: «Вы быстренько давайте, вас же не омолаживали».

Женя обнаружила, что её волосы вместо медного оттенка стали красноватыми, чуть уменьшилась талия и чуть увеличилась грудь. Хельга, вставшая перед зеркалом следующей, хмыкнула и быстро отошла, уступив места причитающей Сандре.

— Да что же это за тростинки мне оставили, — приговаривала актриса, оглаживая руки, — а ножки-то тонкие, спасибо, хоть не кривые. Нет, ну сзади ещё есть за что ухватиться и грудь годится. Волосы густые, это хорошо.

— А что это ты про лицо ничего не говоришь? — с интересом спросила эльфийка.

— Да чего про лицо говорить? Я его каким угодно сделаю. Вот, к примеру, аристократка. — Сандра выпрямила спину, уголки рта приподнялись, брови тоже, даже нос как-то заострился, а взгляд стал таким, что даже высокой Хельге показалось: на неё смотрят сверху вниз. — Или вот, рыночная торговка, — сказала Сандра, меняясь на глазах, на губах заиграла улыбка, глаза стали лисьи, одна бровь вздёрнулась, один в один продавец, приглашающий взглянуть на товар. — А вот ещё, — не унималась Сандра, — дева для увеселений.