Школа "Потерянных душ"

По-прежнему с пером в руке, я двинулась вперед и бросила взгляд на улицу. Заметила какое-то движение, присмотрелась: за окном промелькнула темная фигура старика-паромщика. Он воровато оглянулся на здание школы и, прихрамывая, скрылся из виду. Послышались шаги, и я юркнула в тень одной из распахнутых настежь дверей аудитории. По лестнице со второго этажа спустился Зейн Тан; он сосредоточенно застегивал пуговицы на длинном непромокаемом плаще, никого не замечая вокруг, и поспешно прошествовал к выходу. Я сама не понимала, почему решила поиграть в дежурного, выслеживающего нечисть, и спрятаться; в холле не было пусто, а Зейн меня видеть не мог. Ученики хаотично перемещались из класса в класс, ожидая колокола, нагруженные учебниками. В отличие от первокурсников, у старших курсов было больше занятий в день. Но, потакая своему неуемному любопытству, я неотрывно следила за Таном. Он вышел на улицу, тут же ураганный порыв ветра рванул полы его плаща и едва не сдул профессора с крыльца. Преподаватель вцепился в плащ, выпустив при этом дверь; она с диким грохотом захлопнулась, эхо гулко прокатилось по этажу. У меня аж в ушах зазвенело, а ученики испуганно прыснули по кабинетам. Зейн Тан, согнувшись в попытке противостоять стихии, двинулся по тропинке, ведущей к бухте, но, не пройдя и десяти шагов, свернул, решительно раздвинул ветви высокого кустарника и, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. Его силуэт прямо на моих глазах расплылся, превратившись в грязно-черную кляксу с размытыми очертаниями, мелькнула оскаленная пасть. Я по инерции резко отшатнулась от окна. Но в следующий момент вновь лицезрела нашего преподавателя по изучению небесных сфер в целости и телесности, без комплекта ошеломительно длинных и острых клыков. Он накинул на голову капюшон и скрылся в кустах. Я, хлопая глазами, почесала пером за ухом. Охнула и провела пальцами по коже, но чернил в нем не осталось ни капли, с чем я себя и поздравила, иначе ходить бы мне разрисованной ещё одно занятие.

Это так в моей голове видение с реальностью причудливо слилось воедино? М-да, или у меня галлюцинации. Возможно, есть и другое объяснение: например, профессор Зейн Тан — нечисть? Логика, конечно, в таком предположении существует, но я слишком мало знаю об этих сущностях, чтобы поспешно судить. И можно ли увидеть их истинную природу подобным образом? Или же объяснить всё легче лёгкого: недавнее видение сбило меня с толку, и у меня в голове с перепугу всё смешалось, а я тут же нагородила ужасов! Нужно успокоиться, и до поступления новых вводных лучше прекратить себя накручивать.

Из-за поворота выглянул Мирн.

— Ты куда делась? Мы дошли до аудитории, а тебя нет! Следом же шла! — он вопросительно уставился на меня.

— П-перо упало! — до некоторой степени честно ответила я.

— Давай скорее, аудитория практически в подвале находится, заблудишься ещё! — буркнул он.

— Заботливый какой! — огрызнулась я по инерции, подходя к нему, но тут же добавила мягче: — Это длинная перемена, успеем.

Миновав коридор, мы вышли в холл первого этажа. Я поплелась за Мирном, но ничего с собой поделать не могла и постоянно косилась на окна, ожидая появления Зейна Тана из кустов. Не дождалась, зато в опустевшем холле заметила троих девчонок-старшекурсниц, стоявших у противоположной от входа в школу стены. Они что-то бойко обсуждали, хихикая и поглядывая на дверь аудитории профессора монстрозоологии. Затейливые прически, пестрые платья — а они подготовились! Ничего себе, на него устроили засаду? Я ехидно подумала, что вряд ли профессор заметит хоть кого-то, если у предполагаемого объекта его внимания отсутствуют клыки и когти.

За окнами сверкнула молния, здание школы сотряс раскат грома до основания, от крыши до подвалов. Ну что за напасть, опять погода испортилась! Не оставив ни единого шанса выползти из сумрачной школы и прогуляться по острову. Завернув за угол, я поймала Мирна за рукав школьного пиджака, он послушно остановился. Ткнула пальцем в направлении расфуфыренных девиц — уж больно заговорщический и целеустремленный у них был вид. Он подошёл ближе. Мы осторожно выглянули из-за угла. В тот же момент дверь аудитории распахнулась и появился сам профессор со стопкой исписанных листов в руках. Стайка девчонок порхнула к нему. Монстрозоолог, равнодушно взглянув на них, протянул листы первой попавшейся девице.

— Хм, вот задания для лабораторной работы. Вам, однако, не стоило приходить такой большой компанией, я ведь попросил прислать одну из старшекурсниц! И лучше вам поспешить, сейчас прозвонит третий колокол, вы можете опоздать на занятие, преподаватель истории будет недоволен! — сухо отчитал он опешивших девиц.

После чего, развернулся на каблуках и захлопнул дверь аудитории. Разочарование крупными буквами читалось на лицах старшекурсниц, стоявших в коридоре перед закрытой дверью. Они, не говоря ни слова, понуро потопали по лестнице к переходу в своё крыло.

Я фыркнула, а Мирн покраснел от едва сдерживаемого смеха. Почти бегом мы спустились вниз на два лестничных пролёта. В этой части школы было ещё темнее. Свернув за Мирном налево, я наконец-то узрела приоткрытую дверь. Мирн рывком распахнул её пошире, и мы, перейдя на быстрый шаг, вошли внутрь. Рина, подперев щёку рукой, зачарованно наблюдала, как бушует непогода за окнами; она сидела за столом в первом ряду. Заметив наше появление, она махнула рукой на два свободных стула, стоявших от неё по обе стороны. Мы быстренько заняли места. Ничего необычного в помещении не было: я-то ожидала увидеть сотни инструментов, деталей, чертежей и механизмов, но вокруг было удручающе пусто. Кафедра, панорамные окна, столы и стулья — вот и всё.

— Шанира перо в коридоре первого этажа уронила, — оповестил девочку Мирн.

— Перо я подняла, оно со мной, теперь преспокойно сидим и ждём преподавателя! — ехидно продолжила я. — Там девочки-старшекурсницы пытались очаровать профессора монстрозоологии! Но он их отчитал и выпроводил!

Рина выслушала нас, но не улыбнулась, зато бросила затравленный взгляд через плечо, словно теперь, как и её отец, боялась, что нас подслушают, хотя это сделать было трудновато. В аудитории гудел гул разговоров, рассеиваясь благодаря акустике помещения.

— Что-то случилось? — забеспокоилась я.

Она наклонилась к нам и зашептала:

— Отец мне признался, его действительно не просто так послали в школу, и перед учебным годом не один, а два преподавателя бесследно исчезли!

— Пропал возница и два преподавателя, один из них вёл историю, а второй? — вмешался Мирн.

— Магию! — горячо зашептала Рина. — Но плюс к тому, на материке нечисть ведёт себя странно, всё чаще нападает на людей и покидает насиженные места! В нашем городе погибли уже четыре человека, ещё двое ранены, их выхаживают лекари. Ваше происшествие в туннеле не единственное, но выследить и уничтожить удалось далеко не всех. Сослуживцы отца крайне встревожены! Ой, потом дорасскажу! — пообещала она и, выпрямив спину, положила руки на стол.

Голоса учеников затихли. Я обеспокоенно кивнула, взглянула на преподавателя и окоченела. Моё тело неумолимо сковывал холод, проникая сквозь кожу; он покрывал льдом внутренности, мозг и душу. Мирн недоуменно переводил взгляд с меня на преподавателя, потом издал какой-то сдавленный писк и схватил меня за локоть. Я забыла, как дышать, не понимая, что происходит, и не в силах отвести взгляд от мужчины.

— Шанира! — Мирн осторожно потряс меня. — Это что же… да быть того не…

Рина никак не могла взять в толк, что это нас так взбудоражило, взглянула на преподавателя, потом на меня и Мирна. Я механически кивнула, не спуская взгляда с мужчины. Мирн убрал руку, многозначительно поднял брови.

Рина ещё раз заинтересованно взглянула на преподавателя, вздохнула, сощурилась, а в следующий момент её глаза расширились.

За прошедшие два года отец мало изменился. Прибавилось морщин вокруг карих глаз, волосы отросли до плеч, он завязал их в низкий хвост, но это был мой отец! У кафедры аудитории стоял именно он, отец, погибший на маяке два года назад! Ошибиться я не могла! Да и реакция друзей подтверждала, что я в своём уме. Мы с отцом были очень похожи: бледная кожа, тёмные волосы, серые глаза, прямой нос, худощавое телосложение.

А значит, мне не показалось, и это не было сном наяву, как видение, окутавшее меня словно призрачный морок прошлого всего-то минут десять назад. Но как? Почему он здесь? И где же в таком случае мама? Она тоже жива? Или... Почему же, он здесь, в школе, а не со мной! В глазах закипели слёзы боли и обиды, я как можно незаметнее стёрла их рукой.

— Рад вас видеть! — сказал сдержанно отец. Мое сердце пропустило удар, я узнала его голос. Вкрадчивый, неспешный. — Для начала представлюсь: Зан Риат, преподаватель механики. На моих уроках вы научитесь собирать и конструировать механизмы, обычные и магические. В этом полугодии, скорее всего, будем работать без применения дара, но это напрямую будет зависеть от ваших успехов на практикуме по магии. Будем переходить от конструирования и сборки лёгких механизмов к самым сложным. Откройте учебники на первой главе.

Я, с внутренней борьбой преодолев собственное желание и дальше смотреть на отца, опустила взгляд на обложку учебника. С болезненным вниманием слушала его голос, едва краем сознания воспринимая информацию, из последних сил не позволяя вырваться наружу лавине невесть откуда взявшейся обиды и выматывающей глухой боли. Ох, два года назад это упражнение даже вошло в привычку, однако я подрастеряла навык. Мысли крутились по замкнутому кругу, бесконечно выдавая одни и те же вопросы. Почему он представился другим именем? Может, я ошиблась? Бывают же очень похожие люди! Бросила быстрый взгляд на преподавателя и тотчас вновь уставилась на книгу. Нет, настолько похожих не бывает! Точно! Это отец, а мама…

Передо мной на стол опустился мелкий механический сине-серебряный котёнок, состоящий из шестерёнок, винтиков и фигурных железяк. Подняв глаза, поймала взгляд стоявшего напротив отца. Он едва заметно качнул головой и провёл пальцем по губам — это был наш тайный жест: молчи. Я вцепилась в котёнка. Зверёк стал моим спасательным кругом, удерживающим на поверхности в штормовом, грозном море эмоций. Я старалась не разреветься и нормально, размеренно дышать, но получалось так себе.

— Сегодня на примере механических зверей, которых я вам раздал, мы изучим особенности изготовления небольших механизмов, работающих обычно без применения магии. Итак, откройте первую главу учебника и давайте сверим составные части и детали зверей со схемами на странице номер десять.

Мирн открыл мой учебник на нужной странице. Я подтянула книгу поближе, усадив зверушку на разворот страниц. Мимолётный и малозначительный жест отца отчасти успокоил бурю в душе, и холод немного отступил. Урок я слушала рассеянно, новые вопросы взрывались в голове фейерверками, и поэтому плохо воспринимала слова отца. Зато дребезжащее многоголосое мяуканье механических котят периодически выдёргивало меня из сковывающего по рукам и ногам оцепенения.

— Вы их заберёте с собой, изучите и составите свой примерный список необходимых деталей. Неприхотливые питомцы, кормить их не нужно, лишь изредка смазывать маслом, но как это сделать, я расскажу позже! На следующем практическом занятии внесёте в них искру магии, сложным действом это назвать сложно, просто добавите зверятам осознанности действий.

Я встала со стула, закрыла учебник, двигаясь как можно медленнее. Мне жизненно необходимо было поговорить с отцом. Демоны подземные, хотя бы несколько слов услышать и спросить, что с мамой, где она! Аудитория быстро опустела, все спешили на обед. Мирн и Рина, с тревогой оглядываясь на меня, тоже вышли в коридор. Отец подошёл ко мне. Отвести взгляд от него я не могла и видела, что в его глазах застыли бескрайнее напряжение и немая мольба. Он молча сунул мне в руки школьную сумку из плотной ткани, взял со стола котёнка, который поднял голову, покрутил ею по сторонам, но тут же дёрнул ухом, моргнул, свернулся в клубок на его ладони и затих. Отец протянул мне его.

— Шанира, такие зверята иногда используются для связи, стоит только нажать на ухо и произнести моё имя. Я всё объясню, но не прямо сейчас и не здесь. Иди в свою комнату! — слова он произнёс настолько тихо, что я не сразу поняла их смысл.

Но ответить отцу мне, к сожалению, не дали возможности. Заметив боковым зрением чёрную фигуру в дверном проёме, едва не застонала от досады. На пороге аудитории появилась смотрительница. Да что ж её приносит в самый неподходящий момент? Она, шелестя длинной чёрной юбкой, подошла к отцу и протянула кожаную папку, перетянутую шнуром, и надменно взглянула на меня, явно заметив моё взвинченное состояние.

— Обсудим возможные улучшения простых механизмов на следующем занятии, — ввернул отец.

Изобразив на лице равнодушие, я сухо кивнула, молча схватила сумку, засунула внутрь котёнка и учебники, а затем спешно пошла к двери. Шла, как плохо смазанная шарнирная игрушка: тело не слушалось, колени не гнулись. Кое-как справившись с дверью, вышла в коридор и услышала голос смотрительницы:

— Директор просил передать вам чертежи по новой программе старшего курса — их прислали с паромом.

— Ох, наконец-то! — я услышала шаги; вероятно, отец поднялся по трём ступенькам на кафедру. Я заглянула в приоткрытую дверь: так и есть, отец открыл папку и начал просматривать схематичные рисунки, окружённые столбцами цифр. — Я уже отчаялся их дождаться, затянули отправку в этом году…

В этом году… это означает, что отец и правда работает преподавателем здесь, в школе. Но почему в таком случае он не давал о себе знать? И где мама, тоже здесь, на острове? Или…

Я жёстко оборвала сумбурные мысли, взглянула на сумку с котёнком и бегом припустила к комнате. Механическая игрушка для связи! Что толку множить в голове бесконечные вопросы, когда есть возможность получить ответы, и немедленно. Прижимая одной рукой сумку к сердцу, я кое-как преодолела лестницу (ноги почему-то слушались плохо) и, чуть не споткнувшись о верхнюю ступеньку, немного притормозила. Выдохнула, прошла в коридор и устремилась к заветной двери своей комнаты. Но не успела сделать и трёх шагов. Словно монстр из-под земли, передо мной появилась незнакомая девочка-старшекурсница, уперев руки в бока. Она-то откуда здесь взялась? По словам Рины, им полагается находиться в правом крыле здания! Я едва успела остановиться и не снести её на пути к цели.

— Ты ведь подруга Мирна Шарна? — взволнованно спросила она.

Я удивленно моргнула. Что за странный вопрос? Мирн уже успел где-то отличиться? Когда, интересно, и чем? В любом случае, желания болтать о мальчишках в целом и о Мирне в частности у меня не было! Тем более сейчас!

— Нет, — отрезала я. — Мы просто приехали на пароме из одного города!

И я не соврала: друзьями мы не были. Просто вместе угодили в неприятности, а затем доплыли на пароме по морю прямехонько в школу.

— Но ты его знаешь, и в столовой вы вместе сидите!

Я кивнула. Отличная осведомлённость. Интересно, откуда? Впрочем, если так всё повернуть, то отрицать наше знакомство смысла нет. Однако я до сих пор не понимала, зачем ей Мирн.

— Что есть, то есть, признаю! И даже пару раз мы с ним поговорили и сидели рядом не только в столовой, но и на уроках! — саркастично сказала я и не замедлила добавить: — Кстати, он на данный момент находится в столовой без меня! Можешь подловить его там и поговорить о чем угодно, с ним сама! Лично! Без посредников.

Она на мой тон и слова внимания не обратила, порылась в кармане, выудила клок бумаги и после секундной внутренней борьбы резко вытянула руку, сунув клочок мне в ладонь. Я опешила от такого неожиданного продолжения нелепого разговора и автоматически сжала пальцами листок.

— Тебе Мирн в помощи не откажет! — Хм, спорное утверждение! — Пусть передаст записку своему брату! — бросила девушка и, развернувшись, умчалась вдаль.

Точнее, в сторону купальни. Холодненькой водичкой побрызгаться, что ли? Остудить головушку? И то верно, ей не помешает! Ха, так вот зачем Динт пробрался вчера в наше крыло школы — на свидание? А дама сердца не явилась! Вот жалость-то! Но что-то мне подсказывало: учитывая безбашенный характер Динта, он скорее не ждал даму сердца в заброшенной аудитории, а прятался там от неё.

Вошла в свою комнату и на два оборота закрыла дверь на ключ. О чём я только думаю! Я встретила отца здесь, в островной школе, которого не видела два года и была уверена, что его нет в живых. Ведь мне сообщили, что он и мама погибли на маяке, а размышляю о любовных записках и о вывертах поведения старшего брата Мирна! Моего якобы закадычного друга! Ох, бред!

Я поставила сумку на стол, вернулась к двери, провернула ключ, приоткрыла её и осмотрела коридор. Больше никаких девчонок с записками или без них не наблюдалось. Все сейчас обедали, вокруг было тихо, темно и пустынно. Заперла дверь, схватила сумку, вынула из неё котёнка и, стянув туфли, забралась с ногами на подоконник. Мои окна выходили на унылую и заросшую деревьями часть острова, и сплошную стену левого крыла здания школы, так что, никто меня не увидит. Поставила зверушку на колени и легонько погладила её между ушей. Металл приятно холодил кожу. Котёнок моргнул и вполне осознанно на меня взглянул, я аж растерялась! Часы звякнули и вновь рассыпались на составные части, которые, кружа, зависли в полуяре над столом.

— Шанира, прости, сейчас мы можем общаться спокойно, только таким образом! — услышала я голос отца.

— Пап, что с вами произошло, мне сообщили, что вы с мамой погибли на маяке! Как ты здесь оказался! Почему меня бросили, я ведь два года жила в кошмаре, думала, вы мертвы! Мама, мама где? — слова полились из меня неудержимым потоком.

— Доченька, я всё объясню, успокойся, прошу! — в голосе отца послышались умоляющие нотки. — По крайней мере, постараюсь.

— Хорошо, пап, я тебя слушаю! — пересилив себя, сказала я и умолкла.

— Мама тоже здесь, на острове. Она преподаёт ботанику, просто у вас её ещё не было! — пояснил отец.

— Где она сейчас? В оранжерее? В классе? — я активно начала сползать с подоконника.

— Шанира, никуда не выходи из комнаты, здесь тебя никто не услышит! — отрезал отец. — Часы создают дополнительную защиту!

— Откуда ты… ох, так эти необычные часы ты принёс?

— Конечно — это моя работа. Я узнал, которая из комнат определена тебе, и оставил их на столе. Они изготовлены по чертежам невесть какой древности, которые я обнаружил в залежах магистериума. Часы блокируют фон острова и дают возможность использовать магию, но действие их распространяется всего на несколько яров.

— Мама… — взмолилась я.

Но отец печально вздохнул и пояснил:

— Не ищи с ней встречи, прошу! Мне очень жаль, родная, но мама тебя не узнает!

— Что? — задохнулась я от ужаса.

— Два года назад на маяке произошёл странный сбой защиты, и откат сильно ударил по мне и маме. Очнулись мы на берегу, далеко от нашего города, и ничего не помнили о своей жизни. Академические и научные знания и магический дар остались в неприкосновенности, а воспоминания о прошлом стерлись начисто! Откат практически уничтожил наши личности! Но в нас ещё живы были отголоски чувств, и понимание того, что мы близкие люди, к счастью, осталось. Однако дар хоть и не исчез, но из-за отката он взбесился, самочувствие было хуже некуда, около полудюжины дней мы даже двигались с трудом. Решили ждать, ведь не знали, почему с нами произошло несчастье, куда идти и к кому обращаться за помощью. К сожалению, откат ещё и путал сознание, пробуждая глубинные страхи и параноидальное недоверие. Мы самовольно поселились в заброшенном небольшом домике на берегу моря. Жили тихо, я рыбачил, лишь изредка наведываясь в близлежащий город на ярмарку, чтобы продавать улов и закупать продукты. Но на этом наши беды не закончились: нам пришлось отбить два нападения нечисти. Как мы после этого выжили, я до сих пор не понимаю. Применять дар пришлось в полную силу, поэтому откат проникал в нас глубже. Со здоровьем и памятью становилось день ото дня хуже и хуже. Три месяца спустя в домике нас нашёл старший маг из магистериума, Вайнор Лани. Он не сразу, но засёк откат и гаснущие вспышки незнакомой магии и проследил их по отпечатку. Он нам очень помог, выдал документы на другие имена и через магистериум, официально устроил преподавателями в школу на острове, как раз здесь освободились два места, наши предшественники уволились. Но ничего о нашей прежней жизни так и не рассказал, утверждая, что это не пойдёт нам на пользу. Всплеск подобного отката — жёсткая встряска, любая эмоциональная или магическая перегрузка могла нас добить как ментально, так и физически! Пришлось жить без прошлого, цепляясь за настоящее.

— Поэтому вас переправили именно на остров? Из-за его фона…

— Да, фон острова сдерживает любую магию, откат и его последствия! Со временем я начал кое-что вспоминать. Дело в том, что внутри аудитории механики фон острова заблокирован — а вот в теплице нет! Многие растения не выносят магии, поэтому процесс восстановления в моём случае прошёл быстрее, хоть и не сказать, что проще. Я часто балансировал на грани между сумасшествием и здравым рассудком! И всё же я был готов рисковать. Я ведь хоть и не сразу, но вспомнил тебя, понимая, что скоро ты появишься на острове! Обещаю, мама всё вспомнит, родная моя, но не сейчас! Понимаю, тебе сложно пришлось, характер родственницы, к которой тебя отправили, я прекрасно знаю! Прости, доченька!

— Пап, не переживай, всё со мной хорошо, — размазывая слёзы по щекам, сказала я. — И маме я ничего говорить не буду! Обещаю! Пусть вспоминает понемножку! Я подожду! Главное, что вы живы!

— Шанира, дело обстоит гораздо серьёзнее! Что-то плохое происходит и на материке, и на острове! И тот сбой на маяке был не случайным!

— Рина, девочка, которая со мной сидит! Её отец, ну, новый преподаватель истории, прибыл сюда в спешке, из-за того, что куда-то пропал его предшественник…

— Да, я в курсе об исчезновении преподавателей, ведь мы с ним работаем от одного магистериума. Он отличный маг и дежурный, его перед отправкой на остров, поставили в известность, кто мы на самом деле! И о бедах с нечистью на материке я знаю. В последнее время они стали всё больше наглеть, но для меня это не новость, я отслеживаю частоту нападений, получаю сообщения из магистериума. Более того, уверен, что эти странные исчезновения безусловно связаны с нечистью.

— Ты думаешь, они под видом преподавателей пытались пробраться на остров?

— Именно так, но, боюсь, нечисть уже пробралась и в школу! Правда, мне пока не удалось их вычислить!

— А у тебя есть подозрения, кто именно может быть нечистью? Я видела одного…

— Историю о туннеле Карт мне тоже поведал! Хорошо, что защита его уничтожила, — вздохнул отец.

— Угу, так вот, тот мужчина, который притворялся возницей, словно бы смотрел сквозь меня, вначале я даже решила, что он слепой!

— Ты верно подметила. Это, несомненно, отличительный признак, но новообращённого: позже распознать нечисть в человеке невероятно сложно! Но сейчас не об этом! Доченька, часы, как я уже сказал, когда они распадаются на составные части, то сдерживают фон острова в твоей комнате, но пока ненадолго, всего на десять минут. Однако постепенно механизм напитается магией, их сила и радиус действия увеличатся. Это старая технология, давно утраченная, и как только дополнительная чёрная стрелка дойдёт до цифры двенадцать, можно будет их приводить в действие самостоятельно, достаточно перевести эту стрелку на нужное количество минут назад. Но вначале не переставляй её больше, чем на час.

— Пап, но если я возьму их с собой, и они рассыпятся…

— Пока стрелки не достигли двенадцати, они могут работать только в твоей комнате, а уже после — где угодно, но исключительно по твоему желанию!

Я бросила взгляд на часы, вернее, на их составные части, зависшие над столом. Перед тем как рассыпаться, стрелки показывали четверть двенадцатого, а чёрная стрелка переползла туда же.

— Пап, Мирн Шарн, он в школе и тоже понял, кто ты! На маяке сейчас его родители…

— Да, я понимаю! Ему и его брату стоит эту историю узнать! Не хотелось бы быть вестником несчастий, но новый сбой вполне возможен, и в таком случае им необходимо понимать, как поступить… А магистериум перестраховывается, никто из дежурных не в курсе нашей истории, кроме одного человека — Карта Хорна. Как я сказал, его недавно ввели в курс дела. Вынужденно. Человек он проницательный и умный, легко сложил бы факты и понял, кто мы на самом деле. И ещё, Рине обо всем расскажи, я заметил, что вы подружились!