Естественный интеллект

– А кто такой Эдди?

Пришлось выкладывать отцу всё как на духу и про свою депрессию, и про общение с Эддом. В том числе и про его мнение, касающееся маминой сим-карты.

– Да… Вот уж не думал, что моя командировка, только начавшись, уже будет такой насыщенной. И интересной.

Следующие четыре дня они практически не виделись: Стас уходил из дома рано, а отец приходил с работы очень поздно. Перед отъездом Геннадия у них нашёлся час, чтобы вместе поужинать и пообщаться.

– Не знаю, нравится ли тебе быть курьером… В общем, когда созреешь, подойди на третий КПП нашей базы – знаешь, где это? Назови себя и скажи, что тебе нужно связаться с капитан-лейтенантом Рокотовым. Он поможет с работой. Денег я тебе оставляю. Как понимаешь, в виде НЗ. На ерунду не трать. Ну и ещё из важного… Я думаю, в крайнем случае твой знакомый Эдди поможет нам наладить переписку. Как ты считаешь?

2

– Ну, здравствуй! Наконец-то! И часто ты собираешься уезжать в свои командировки? Или твоя жена уже не настолько молода, не настолько привлека…

Геннадий закупорил ей рот поцелуем. Таня и не сопротивлялась, наоборот, прильнула к нему всем телом. Так долго они не целовались и на свадьбе, под счёт гостей. Но, выдохнув, она продолжила ему выговаривать:

– И ведь даже не зашёл домой, сразу на работу! А побриться где успел?

– Где-где, там же, на работе. У меня там все условия…

– Ну рассказывай, как там Стасик? Я так плакала, что начальница не пустила меня с тобой… У неё, видите ли, мероприятия, которые она без меня никак провести не может! А он мне каждую ночь снится.

– Стасик, похоже, уже совсем взрослым стал. Ничего, справляется с переменным успехом. Сейчас расскажу. Ну а ты как? Не сильно одичала без меня?

– Сильно! Хотя меня и пытались развлекать. Даже в театр сводили.

– Я в курсе, – кивнул Гена. – Молодой красивый майор. Как он тебе?

– Вот это да! Тебе уже настучали?

– Это же небольшой город, все на виду. Тем более такие красавицы, как ты. Но ты не ответила – как он тебе?

– Ну, на безрыбье… И если муж часто будет оставлять жену без присмотра… А ты что, неужели ревнуешь?

– Немного. Совсем чуть-чуть.

– Если только чуть-чуть, значит, я всё-таки недостаточно красива.

– Ты красива, и у тебя огромная сила воли!

Таня удивлённо округлила глаза:

– Вот это комплимент! А из чего такой вывод? Что я сходила с ним в театр только один раз?

– Нет. Ты мне ни разу не позвонила!

3

Стас отработал на базе Черноморского флота уже два месяца. Какую только работу ему не поручали! Восстановить металлический забор из стальных узорчатых секций – чтоб стал как новый. Отремонтировать дизель-генератор. Перекрыть кровлю хозблока. Отставной мичман Михалыч, похоже, решил проверить весь перечень способностей Стаса – и пока оставался доволен.

Такая работа нравилась ему куда больше, чем курьерство. И жалованье было существенно больше, плюс обеды в столовой базы. В «камбузе», как её здесь все называли, хотя располагалась она на берегу.

– Стас! Быстро помылся-переоделся – и к Рокотову! – распорядился Михалыч за час до конца рабочего дня во вторник.

– Разрешите, товарищ капитан-лейтенант?

Рокотов молча указал Стасу на стул возле стола, на котором была развёрнута карта Феодосийского залива и побережья.

– Я наблюдал за твоей работой, и не без пристрастия. Хорошо справляешься, многое умеешь, молодец. Пора расширить твои функциональные обязанности. Смотри и запоминай, записей не делай ни здесь, ни дома. Тебе нужно будет сделать качественные фотографии нескольких объектов. Сейчас покажу их расположение и места съёмки. Штатив для фотоаппарата у тебя ведь есть? Первый объект здесь, место съёмки отсюда. Второй, третий… Всего пять. Повтори про себя. Если не всё запомнил, переспрашивай. Вот, возьми карту памяти для фотоаппарата. На это тебе два дня, завтра приступай. Свободен. И абсолютно никому ни слова.

– Валерий Александрович, а эти фотографии… зачем?

Каплейт сначала нахмурился и недовольно посмотрел на Стаса, но потом усмехнулся:

– Не думай, я не шпион. Да и ты тоже, я в курсе. Это нужно для серьёзного дела. Возможно, когда-нибудь узнаешь, для какого.

Стас отошёл от дома совсем недалеко и направился вдоль улицы. Его обогнал чёрный Passat B5, остановился. Из открывшейся задней двери ему навстречу вышел мужчина лет сорока.

– Извините, не подскажете… Нам нужна улица Некрасова. Навигатор что-то не работает.

– Бывает, – согласился Стас. – Это совсем просто. Всё время прямо по главной, километра три, а там на Т-образном перекрёстке налево.

– А может, сядете, покажете, и вас заодно немного подвезём?

Не чувствуя подвоха в приветливой улыбке незнакомца, Стас подошёл к машине.

– Садитесь на заднее, а то здесь у нас сумка…

Как только Стас захлопнул дверцу, машина лихо сорвалась с места.

– Ну, здравствуйте, Станислав Геннадьевич! – сказал мужчина, занявший место слева на заднем сиденье.

– Мы знакомы?

– Конечно! Благодаря вашим замечательным фото. Правда, до этого момента только заочно. А сейчас нам приятно лицезреть их автора. Меня зовут Иван Иванович, это Пётр Петрович.

– Что вам нужно? Я не собираюсь больше с вами сотрудничать.

– Ваше право. Но сейчас намерение посотрудничать есть у нас. И вам не стоит отказываться. В общем так, Стасик. Нам нужны фотографии, которые ты делал на прошлой неделе, в среду и четверг. Не бесплатно. Наоборот, ты сможешь уйти в отпуск хоть на полгода и всё это время безбедно жить.

– А если я откажусь?

– Тогда о твоём сотрудничестве с нами станет известно нужным органам, и ты сядешь в тюрьму года на три минимум. Да и дальше в жизни у тебя уже ничего хорошего не будет. Мы позаботимся.

Иван Иванович протянул Стасу брелок для ключей в форме таблетки:

– Это флешка.

– У меня нет этих фотографий. Я их отдал заказчику и копий не делал.

– А вот это уже твои проблемы. Ты знаешь, где эти фотографии, и за те деньги, что получишь, стоит постараться их добыть. Сегодня после восемнадцати часов я тебе позвоню на твой новый номер, и мы договоримся о встрече. И ещё: не дури. Полиция тебе не поможет, ты уже убедился, не так ли? Пожалуешься начальнику – сделаешь очень плохо себе и его поставишь в дурацкое положение. Спасать тебя ему резона нет никакого. Так что молча принеси фотографии, а мы, так и быть, оставим тебя в покое, раз мы тебе не понравились.

«Пассат» притормозил у тротуара.

– Тебе отсюда совсем недалеко, правда? До вечера, Стасик. Ну куда ты, флешку забыл!

Дежурный на КПП так пристально на него посмотрел, что Стас сразу понял: все его переживания читались у него на физиономии. А куда их деть?

Уже почти неделю Стас работал в новом качестве, в новых условиях. Ему выделили место в «офисе», правда, работа за компьютером в отдельном помещении была под расписанием. Его время – через двадцать минут.

Рокотов опять проверял его способности. Стас умел работать в 3D-программах, понимал их логику и вполне мог построить более-менее простую модель. Ангар из легковозводимых конструкций с заданными габаритами. Когда есть подробные характеристики составляющих элементов – не самое трудное задание. Сейчас, однако, его мысли были заняты совсем другим.

Стас вспоминал слова Ивана Ивановича, акценты, которые он расставлял в своём разговоре. Новый номер его телефона – откуда он у них? Не говоря уже о том, что его подкарауливали на улице, недалеко от дома. «Оставим тебя в покое». Можно подумать! Коготок увяз – всей птичке пропасть. «Пожалуешься начальнику – поставишь его в дурацкое положение. Спасать тебя ему резона нет…»

Стаса припёрли к стенке из-за его собственной глупости. Предлагал же Вадим денег в долг! Те же пять тысяч! Надо же было, дураку, отказаться…

Стас ввёл свой пароль, открыл документы. А если попробовать создать на рабочем столе папку «Дроп», как дома? «Для выполнения этого действия необходимы права администратора». К тому же для выхода в интернет нужно было получить разрешение, подписанное Рокотовым, у начальника отдела кибербезопасности. С указанием цели, адреса и последующим отчётом. Мобильный интернет на территории базы не работал. Безо всякой надежды Стас достал смартфон, открыл телефонную книгу, в поисковике набрал слово «Дроп». А потом нажал «вызов»… Теперь оставалось только сказать: а что, так можно было? Потому что на экране появилось сообщение: «Привет, Стас!»

Никогда ещё с такой скоростью Стас не набирал текст на клавиатуре смартфона, словно боясь, что он сейчас выключится. Не стал перечитывать в поисках ошибок и отправил сообщение. Экран потух.

Ответ от Эдди пришёл через час, в течение которого Стас мог только изображать видимость работы: «Зайдёшь к каплейту в конце дня».

4

За двадцать минут до конца смены Стаса, так и не придумавшего, что он должен сказать своему начальнику, Рокотов вызвал к себе сам. В кабинете за столом сидели два его утренних знакомых из «пассата».

– Знакомься ещё раз. Это сотрудники отдела разведки флота: Михаил Сергеевич и Олег Николаевич.

– Можно просто Иван Иванович, – сказал, улыбнувшись, Михаил Сергеевич, пожимая Стасу руку.

– Можно просто Пётр Петрович…

– Расслабься, – сказал Рокотов. – Это была необходимая проверка.

Стас молча достал из кармана флешку-таблетку, протянул Ивану Ивановичу.

– Оставь себе. Пригодится.

– Присядь, – Рокотов указал Стасу на свободный стул. – Честно говоря, я не очень поверил тому, что пересказал мне с твоих слов Геннадий Андреевич про твоего виртуального друга. А сегодня убедился. Он сумел нас оперативно связать в одну компанию… Сейчас скажи честно: ты действительно не сделал копий последних фотографий?

– Конечно, Валерий Александрович! Зачем они мне? Даже если бы я представлял их ценность. Я не хочу подводить отца. Кстати, они действительно столько стоят? Или это пустышка?

– Таких больших денег они, конечно, не стоят…

– Да и откуда у нас такие деньги, – засмеялся Иван Иванович.

– Но это не пустышка. Это небольшой кусочек важной работы, о которой чуть позже.

– А три года тюрьмы – тоже преувеличение?

– Не обижайся. Надо же было тебя как-то встряхнуть, проверить твою реакцию… Конечно, учитывая чистосердечное признание, сотрудничество со следствием, про реальный срок речь идти не может. Хотя пятнышко на биографии гарантировано. Но будем считать эту тему закрытой.

– У этой темы может быть продолжение, – возразил Пётр Петрович. – Кто скажет наверняка, что охотники за фотографиями про Стаса забыли? Может быть, мы их просто чуть-чуть опередили. И здесь тебе, Станислав, надо учесть и сегодняшний опыт. Ты сел в машину к незнакомым людям и оказался полностью в их власти.

– А если бы отказался сесть, спровоцировал бы их на более жёсткие действия. На будущее надо просчитывать любые ситуации и быть осторожным, – добавил Иван Иванович.

– Я с ними общался только через сообщения на телефон и электронную почту. Если они про меня не забыли, может, имеет смысл их как-то выманить на личный контакт, чтобы можно было брать с поличным?

– Правильно мыслишь, – похвалил Рокотов. – Вот мы и подошли вплотную к тому, что тебе надо оформляться к нам не разнорабочим, а по более серьёзной специализации. Вместе с твоим другом. Но, честно говоря, учитывая его способности и возможности, одним словом – уровень, который я даже не берусь оценивать, правильнее будет сказать, что это он нас всех возьмёт к себе подмастерьями. Если сочтёт, что мы прошли кастинг успешно. Как его правильно зовут?

– Я зову его Эдди.

– Значит, для нас он будет Эдуардом. Он за десять минут виртуальной конференции нам с Геннадием Андреевичем столько информации выдал… Я потом час записывал. Завтра утром зайдёшь ко мне, обсудим направления твоей работы. Да, и оставишь свой телефон на пару часов. Наши хлопцы добавят ему полезных функций.

Глава 3

1

Стас не вполне представлял себе своё будущее. В его понимании спецназовцы или сотрудники разведки – люди особые. Начиная с физической подготовки, в которой Стас балансировал на уровне советских норм ГТО, и заканчивая тренированностью мозговых извилин, способностью запоминать большие объёмы информации… Про какую такую серьёзную специализацию говорил Рокотов?

Что действительно, без преувеличения, было для Стаса важным – не подвести отца. Не дать ему повода когда-нибудь сказать: «Сын, ты не оправдал моих ожиданий…»

–Начнём новый этап твоей работы с новой серии фотографий. И пора тебя немного ввести в курс дела, чтобы ты понимал важность того, чем занимаешься. Мы создаём маскировочную сеть. Она будет делать невидимыми для средств наблюдения из космоса реальные объекты: корабли, инфраструктуру ПРО[3] и ПВО[4]. Мало того, она будет замещать их другими, ложными, объектами в иных местах дислокации. Принцип действия этого чуда я тебе объяснить не могу, это под силу только одному человеку – твоему отцу. Необходимые отправные точки для моделирования этой сети – информация, которую мы можем вытащить из твоих и других фотографий. Фотосъёмка с земли – это одна часть данных. Ещё более важная часть – это съёмка сверху, с коптеров[5]. Насколько тебе знакома эта тема?

– Немного знакома, я даже недавно в Питере был на презентации разработок фирмы, которая серьёзно занимается коптерами, беспилотниками. Но я не профи.

– Вот и славно, значит, не с нуля будешь учиться. Сейчас пока определим места завтрашней «нижней» фотосъёмки. Кстати, имей в виду, что на эту работу я получаю разрешение в штабе округа. Ты фотографируешь, и каждый твой шаг фотографируется тоже.

У Стаса было ощущение, что каждый его шаг начал фотографироваться задолго до того, как он открыл объектив своего фотоаппарата. Прямо с момента выхода из дома.

Сегодня объекты были разбросаны по побережью. Чтобы обойти пешком все места съёмки, не хватило бы и трёх дней от рассвета до заката, поэтому электровелосипед оказался как раз кстати. И Стас не один раз уже, оборачиваясь на ходу, замечал один и тот же чёрный «пассат», двигающийся в одном с ним направлении со скоростью велосипеда. Иван Иванович с Петром Петровичем? Правда, машина, казалось, была немного другого оттенка чёрного цвета. Чуть светлее – может, просто давно не мылась? Эта слежка начинала действовать на нервы. Но в какой-то момент, как раз когда Стас припарковался, привязал своего коня к решётке забора и пошёл дальше в гору, он «пассата» за спиной не увидел. Слава богу!

«Пассат» появился снова совсем недалеко, метрах в ста впереди него, после предпоследнего объекта. Стас остановился, повернулся в сторону, открыл объектив и начал снимать панораму улицы.

В этот момент он снова вспомнил свою встречу с Иваном Ивановичем и Петром Петровичем. Понятно, что он не смотрел на номерной знак их машины перед тем, как в неё сесть. Просто не мог видеть его сбоку. Но, выйдя из неё, уже понимая, кто в ней, мог бы ведь посмотреть?

«М-да, разведчик из меня никакой. Но, учитывая неплохие характеристики объектива моего аппарата, – подумал Стас, – вполне вероятно, что номер сегодняшней машины будет различим».

Приехав домой «с задания», Стас впервые после командировки отца открыл свой аккаунт, с которого отсылал злополучные фотографии. Ожидаемо в почтовом ящике валялось несколько покрывшихся пылью писем от охотников за фотографиями. А последнее было от сегодняшнего числа.

«Здравствуйте, Станислав! Что-то Вы совсем про нас забыли, не отвечаете на письма, не присылаете свои фото. Мы уверены, что у Вас есть чем поделиться с нами, ведь Вы любите фотографировать. А у нас хорошая новость: цены выросли! Присылайте, ждём!»

– Молодец, что сфотографировал машину своих соглядатаев. Нет, это не наши ребята, – говорил Рокотов. – Но пока зацепиться не за что. Мы пробили всё, что можно: владельца авто – он просто таксист, которому нечего предъявить; аккаунт и телефоны, счета тех, кто тебе писал письма и перечислял деньги. Всё одноразовое. Липовые паспорта либо мигранты, которых уже выслали. Настолько тщательно подчищены все следы, что поневоле задумываешься: и этому цена – всего лишь пять перечисленных тебе тысяч за одну фотографию невысокого качества? Возможно, это начало крупной игры, цель которой – подобраться к той информации, рядом с которой ты оказался.

2

Стас оформил сим-карту, вышел из пункта мобильной связи МТС, вставил симку в смартфон.

«Мой аккаунт под контролем. Возможно, заблокируют карту банка. Поэтому фото могу передавать только на флешке, и оплата наличными. Мне нужны деньги. Что нужно вам?»

Ответ пришёл менее чем через полчаса: «Нам нужны все фотографии двух твоих последних фотосессий. Размер оплаты тебя приятно удивит».

«Мне нужно 24 часа», – написал Стас.

«Завтра в 17:00 согласуем время и место обмена», – ответил телефон.

– И вы считаете, что им надо отдать все мои фото? Тогда у меня тот же вопрос: моя работа кому-то нужна или я просто фотограф-любитель?

– Стас, не кипятись. Во-первых, всю полезную информацию с твоих фото мы уже обработали. Причём обработали так, как знаем мы и никто, кроме нас. А в самих по себе фотографиях секретной информации нет, пока что и из космоса всё хорошо видно. Во-вторых, начни мы эти фото редактировать, это будет заметно. Да, конечно же, главное – именно набор фотографий. Вот его мы и скорректируем так, как нам выгодно. Личный контакт с преступником – дело серьёзное. Будь осторожен. Мы тебя, безусловно, будем страховать, но главное, я думаю… Попроси об этом Эдуарда.

«Переулок 2-й Пехотный, возле бара „Минутка“, 19 часов. Возьми цветы».

«Какие цветы?» – спросил Стас.

«Хорошие. Красные розы, 15 штук».

По Второму Пехотному переулку было одностороннее движение, и кафе-бар «Минутка» располагался как раз слева по ходу.

Стас уже несколько минут стоял возле бара, перекладывая из одной руки в другую дорогущий букет роз и всё время чувствуя на себе насмешливый взгляд огромного детины в кроссовках и свитере, неизвестно зачем прохаживающегося рядом. Стас достал смартфон, посмотрел на время. В этот момент прямо перед ним затормозила огненно-красная приземистая авдотья[6]. Водительская дверь раскрылась, на тротуар выставилась точёная нога в туфельке на высоченном каблуке – точно в цвет машины. Юбка была такого же цвета и ослепительно короткой.

– Это ты, что ли, Стас?

Хорошо, что Стас предусмотрительно запихал флешку между стеблями роз. Сейчас он заставил себя наконец поднять взгляд. Ярко, но со вкусом накрашенное миловидное лицо… Девица, посмотрев ему в глаза, выхватила из его рук букет и бросила на правое сиденье.

– Мне кажется, я тебя где-то видела. Ты, случайно, не Маринкин хахаль? Передавай ей привет.

Дверца машины захлопнулась, двигатель с турбонаддувом взревел и сорвал авдотью с места.

– Погоди! От кого? – Стас адресовал вопрос удаляющимся огням машины.

Он уже вполголоса пробормотал: «А деньги?» – и в этот момент обернулся. Детина в свитере взглядом показывал ему: на тротуаре валялась пятитысячная купюра. Теперь он смотрел на Стаса с явным уважением.

—Что мы имеем?– вопрошал Иван Иванович.– Красная «ауди-80» 1988 года рождения. Хозяин – владелец СТО[7] на улице Денисова. Как раз вчера он праздновал пятидесятилетний юбилей, и цветы предназначались ему. Валентина Шпакова двадцати восьми лет от роду, которая была за рулём машины, – его сожительница. Круг подозреваемых может быть достаточно большим, но в первую очередь это работники СТО. Авдотья постоянно паркуется там как в гараже. Работников пять человек, Валя для них своя в доску, они вместе не первый год увлекаются дрифтингом… Вот, пока всё.

Через два дня вечером Стас, разогревая ужин, услышал гудок телефона – пришло сообщение: «Загляни в почтовый ящик».

Первым желанием было вскрыть этот обычный почтовый конверт, на котором, однако, не было никаких надписей, вообще никаких. В последний момент, почти физически ощутив сопротивление в пальцах рук, Стас остановился. Отыскал пустой целлофановый пакет из продмага, положил в него находку.

– На конверте нет отпечатков пальцев, кроме твоих, Стас. Купюры – десять штук по пять тысяч – вообще только что напечатаны. Кстати, как и та, что ты подобрал на тротуаре возле бара. Сообщения на твой последний новый номер приходили… из Турции. Причём каждый раз с другого номера. Это всё подтверждает простую мысль: они – и это необязательно турки, а даже, скорее всего, не турки – не хотят оставлять следы, потому что это всё для них крайне важно. Честно говоря, я их понимаю. И так они в попе. И всё, что они могут, – разузнать о наших новых разработках, это очень нужный им шанс…

– Валерий Александрович, мне сегодня мысль приснилась. Почему бы мне на гонорар за фотографии не купить машину?

– И что же ты хочешь купить за пятьдесят тысяч, Стас? Самокат?

– Примерно столько или чуть больше стоит «немка», та же авдотья или мерс выпуска конца восьмидесятых. И ей прямая дорога сразу на СТО, где я и познакомлюсь сразу со всеми подозреваемыми.

– Не так уж глупо, как кажется на первый взгляд, – одобрил Иван Иванович. Они как раз вошли в кабинет каплейта с Петром Петровичем. – Эти машины при надлежащем досмотре ещё полста лет проходят, в отличие от тех, что выпущены в двухтысячных. Теперь ресурс машин до пяти лет не дотягивает. Наш «пассат» уже весь ржавый.

– У меня как раз есть знакомый, который такие машины пригоняет, – добавил и Пётр Петрович.

– Уговорили! – Рокотов поднял руки вверх. – Не поймаешь шпионов-бандитов, так хоть покатаешься…

Спустя три дня они все вместе рассматривали фотографии работников СТО.

– А вот этот молоденький пацан – он кто? Он же не в их команде.

– Он младший брат вот этого, Гриши. Постоянно крутится в мастерской. Не в последнюю очередь потому, что по-детски влюблён в Валю…

– Погоди-ка, – сказал Иван Иванович. – Не он ли заходил в твой подъезд как раз перед тем, как ты достал из почтового ящика конверт с деньгами? Помнишь, мы пацана с камеры срисовали?

– И ещё его миниатюрный силуэт больше всего похож на пассажира в том «пассате»-такси, что за тобой следил.

– Мы, получается, вычислили курьера, – сказал Рокотов.

– И роль Вали тоже, похоже, выросла в наших глазах.

– Да. До старшего курьера.

3

Был уже поздний вечер, когда в квартиру Стаса кто-то позвонил. Посмотрев не без опаски в глазок, Стас слегка оторопел, но дверь открыл. Перед ним стояла Марина.

– Здравствуй, Стас. Я тебе звонила и на почту писала… Но телефон ты уже сменил, да? А почту не читаешь… Можно мне войти?

Стас пропустил Марину, закрыл дверь и теперь молча смотрел на неё. Она почти неуловимо изменилась – повзрослела, что ли? И даже красивее стала.

– А ты что же, приехала к маме в гости? С мужем?

– Мама умерла. Я даже не смогла приехать на похороны.

– Прости, я не знал. Сочувствую.

– А замуж я так и не вышла. Я приехала к тебе, Стас. Сможешь ли ты простить меня?

Стас молчал. К такому повороту событий он явно был не готов. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

– Стас… – Было очевидно, что Марина с трудом сдерживает слёзы. – Конечно, это с моей стороны просто наглость, но если можно… разреши мне остановиться у тебя. Хотя бы на два дня, на день… Если ты меня прогонишь… Я постараюсь быстро найти жильё, у меня просто нет возможности жить в маминой квартире…

– Сейчас.

Стас всё так же молча ушёл в свою комнату, убрал со стола на полку бумаги, закрыл ноутбук.

– Проходи. Будешь спать в моей комнате, я – у родителей. Сейчас дам постель. Да, и полотенце. Если хочешь есть, найди что-нибудь сама в холодильнике.

Утром Стас как можно тише умылся, собрался, сделал себе бутерброд и убежал на работу раньше обычного. Ключ оставил Марине на кухонном столе. На работе так поздно он никогда не задерживался и домой шёл как будто в гости. Марина встретила его сдержанной улыбкой.

– Я тебя не спросил вчера, – сказал Стас, – тебе надо было, наверное, оставить денег?

– Нет, спасибо, у меня есть. Я приготовила ужин, он ещё не остыл.

«Что ж, – отметил Стас, – это вкуснее, чем моя холостяцкая еда…»

Стас старался не встречаться с Мариной взглядом. Но поневоле обращал внимание на движения её тела под домашней одеждой. С удивлением отмечал изменения в своём отношении к Марине. Мало того, что он так быстро привык к тому, что она снова появилась в его жизни. Он уже чувствовал влюблённость, которой раньше никогда не было.

Следующий день был до самого вечера изнурительно жарким. Сегодня Стасу не хотелось задерживаться на работе, он даже с небольшим нетерпением думал, дома ли Марина.

Марина была дома, и ей, очевидно, тоже было жарко. Она вышла встретить его в прихожую. На ней был только полупрозрачный лёгкий халат – и больше совсем ничего. Но она ничуть не смущалась.

– Стас! Скажи, у тебя сохранились наши фотки? Мне хочется их посмотреть…