После развода. С чистого листа

Оказывается, не помнит. Или?..

- Должен был, - отрезает Ольга. Но не перевёл. Более того, он не берёт трубку, а в сообщениях отвечает по-хамски и кормит завтраками.

- Я... - не знаю, что сказать.

- Вы должны были следить за этим! Я не могу и не хочу больше уговаривать вас заплатить мне. У меня есть и другие желающие.

- Что вы имеете в виду, - я уже и так понимаю, к чему она клонит.

- Выметайтесь из моей квартиры! Чтобы завтра вас уже не было! - рявкает она и сбрасывает вызов.

А я огромными, полными слёз глазами смотрю на Иру.

Адик из переноски громко фыркает.

- Герман, - говорит Ира в трубку. - Планы снова меняются. Поднимайся! Нам понадобится твоя помощь.

Глава 5

Я уже ничего не понимаю. Просто опускаюсь на пуфик в прихожей и закрываю лицо руками.
Осознание всего масштаба катастрофы наваливается на меня бетонной плитой.
Мой Макс мне изменил.
С моей лучшей подругой, которую я знаю с детства.
Впереди меня ждёт развод и объяснение всем родным, что я теперь разведёнка.
О Господи! - из груди рвётся стон.
Впереди меня ждут сочувствующие взгляды и фразы за спиной типа «бедняжка, от неё муж ушёл».
Но хуже всего то, что мне прямо сейчас придётся ехать домой к маме.
А вот там я получу довольно специфическую поддержку.
Моя мама очень хороший человек, и я её очень люблю. Но она воспитана в советском союзе, при комсомоле и общественном порицании.
Для неё развод - это несмываемый позор.
В разводе, конечно, виноваты оба. Но женщина всегда больше, чем мужчина.
Потому что она должна быть мудрее, мягче, покладистее, где-то стерпеть, где-то сгладить острые углы.
Потому что муж - добытчик, глава семьи.
А жена - хранительница домашнего очага. Забота о быте и благополучии в семье лежит полностью на её плечах.
Сколько раз я слышала её размышления на очередную новость о разводе двоюродной сестры, дочери маминой подруги или соседки, что они виноваты сами. И нет ничего важнее семьи, которую надо пытаться сохранить любым способом.
А как? КАК сохранить то, чего, оказывается, и не было?!
Ведь Лизка про своего Масика-Максика нам все уши прожужжал. Значит, всё это длится у них не день и не два. И даже не неделю.
Это не сиюминутное желание!
Это полноценный роман! Регулярные встречи и паутина лжи, которой они опутали меня, облили своим обманом и добили предательством.
- Лето! Лето! - Ира садится передо мной и крепко обнимает.
Подруга гладит меня по голове, волосам, по спине и приговаривает:
- Всё будет хорошо! Ну из-за чего истерика? Из-за Макса? Да плюнь и разотри!
- Легко сказать! - всхлипываю я.
Весь мой боевой настрой пропал, потому что на меня навалилось, кажется, больше, чем я могу переварить!
- Ну, подумай сама: из-за кого ты убиваешься? Из-за морального урода, который от молодой красавицы и умницы жены побежал «облизывать» шалаву, на которой уже пробу ставить негде?
Сквозь слёзы я прыскаю со смеху.
Нет, конечно, Лизку нельзя назвать прожжённой шалавой. Но к выбору мужчин часто она подходит легкомысленно. Может устроить себе секс без обязательств практически с первым встречным. И этот момент нас с девочками всегда смущал в ней.
Но она просила не осуждать её, раз мы такие зашоренные пуританки.
Поэтому доля правды в словах Иры есть.
- Но зачем он делал мне предложение? - всхлипываю я. - Зачем настоял на свадьбе, если так легко предал?
- Да чёрт его знает! У дураков вообще мало логики в поступках! - фыркает Ира. - Может, Лизка постаралась и напрыгнула на него без трусов. Ты же знаешь, что она может быть о-о-очень настойчивой.
Да, это я знаю. Роскошная пышногрудая блондинка с практически коровьими наращёнными ресницами и подколотыми губами. Стоит ей надеть платье с глубоким декольте или расстегнуть пару пуговичек на блузке, как все другие женщины в радиусе нескольких метров просто перестают существовать для всех мужчин.
- Такое есть! - выдыхаю обиженно.
- А твой... дурак на букву "м"! Да кто знает, что там у него в голове! Может, захотел острых ощущений, адреналина, ЗППП полечить анонимно! Кто его разберёт! - фыркает Ира и распахивает дверь на громкий стук.
На пороге уже стоит Герман - высокий, смуглый мужчина со жгучими чёрными волосами и жёсткой линией подбородка.
Он молча подхватывает переноску с Адиком и вопросительно смотрит на Иру.
Она прижимается к нему, поднимает лицо с расплывшейся блаженной улыбкой и шепчет с придыханием.
- Дорогой, отнеси, пожалуйста, Адика в машину, вот это, - она поддевает носком кроссовка ручку огромной сумки с вещами Макса, - надо будет забрать с собой, потом отвезём на дачу и ритуально сожжём.
Она говорит всё это таким милым голосом, невинно хлопая глазками, в которых горит практически адское пламя мести.
- Нет! - выкрикиваю я порывисто.
- Что? - хлопает ресницами Ира.
А Герман приподнимает вопросительно бровь.
Нет, мне не жалко вещей Макса. Просто у меня есть другая мысль.
Я даже представляю, как вытянется лицо моего будущего бывшего мужа, когда он узнает, где теперь его брендовые шмотки!
- Там за домом проходит теплотрасса, - я отвожу взгляд. Потому что мне немного стыдно показывать свою мстительную натуру перед Германом, но я прекрасно понимаю, что самой мне будет сложно воплотить пришедший на ум план, - там живут бомжи...
Ира прыскает со смеху. А Герман, как мне кажется, одобрительно хмыкает.
- Отнесите, пожалуйста, вещи туда и вот... - я вскакиваю с пуфика, расстёгиваю сумку и запихиваю туда обувь из обувницы, о которой я совершенно забыла. Сверху летит селективный мужской парфюм и куртки.
В итоге через две минуты я плюхаюсь обратно на пуф, а сумка не закрывается и больше походит на монстра, который подавился шмотками и собирается отрыгнуть их назад.
- Великолепно! Дорогой, мы ждём тебя через двадцать минут назад, нам надо собрать вещи Леты, - Ира поднимается на цыпочки и чмокает своего молчаливого мужчину в щёчку.
Он кивает и подхватывает огромную сумку так легко, словно она совершенно ничего не весит!
Адик протяжно воет из переноски в другой его руке.
- Так! - Ира захлопывает дверь за своим будущем мужем. - Собирайся! У нас мало времени!
- Для чего? - моргаю. - Я могу собраться утром и заказать такси...
- Не-а! И куда ты поедешь? К маме?
Киваю.
- Чтобы выслушивать о том, что ты сама во всём виновата и тебе надо вернуться и сделать вид, что ничего не произошло?
Опять киваю.
- Не-а! - качает головой подруга. - Собирайся. Ты едешь с нами!
- Куда? Я моргаю удивлённо.
- Поживёшь в нашей квартире, пока мы будем гостить в Греции! - решительно заявляет Ира и сама распахивает огромный шкаф с моими вещами.

Глава 6

- Я не могу! - хватаюсь за ручку спортивной сумки, куда Ира уже сметает с полки мои кофты и футболки.
- Можешь! - она не слушает моих возражений.
- Я не могу ехать к вам! Ночью! К тому же что скажет Герман?
Надо сказать, что это не ИХ квартира, а ЕГО квартира. Не думаю, что он будет рад такой «квартирантке».
- Он будет только рад, - отмахивается от меня Ира и отпускает другую ручку сумки. При этом ловко сгребает со следующей полки джинсы и спортивные штаны.
- Не будет, - качаю головой. - Ира!
- Лето! - Ира закрывает наполненную сумку и тянется за другой. - Он всё равно искал кого-нибудь, чтобы присмотрели за квартирой. Согласись, лучше это будешь ты, чем малознакомый человек. К тому же ты будешь следить за Адиком!
- Ира! - сопротивляюсь я уже не так отчаянно.
Потому что я прекрасно понимаю и сама, это отличный вариант для меня. Только если Герман действительно не будет против.
- Всё, решено. Живо переодевайся! И начинай уже мне помогать!
Я киваю и выуживаю из сумки только что запиханную туда кофту.
Собираюсь быстро и также быстро закидываю в сумки свои немногочисленные вещи.
- Всё? - Ира оглядывается.
- Подожди! - я иду к кухонному шкафчику.
Достаю свои главные сокровища - ягодное вино и кофе в зёрнах, который мне привезли в подарок из Бразилии.
Я очень люблю кофе. Но этот! Просто передаваемое наслаждение! Терпкий, ароматный, с приятной благородной горчинкой. Идеальная обжарка и насыщенность настоящей арабики.
Следом в сумку отправляю и турку.
- Стоп! - командует Ира.
Смотрю на неё с удивлением.
- Вынимай турку!
- Но почему? - я успеваю задать вопрос, но тут же и сама понимаю, в чём дело.
Эту турку подарил мне Макс, ещё когда мы встречались. Пускай и недорогая, она оказалась одним из самых ценных для меня подарков.
Во-первых, потому, что без неё сложно приготовить идеальный кофе.
Во-вторых, потому, что это по-настоящему был подарок ДЛЯ меня, не для нас, не для дома. А для моей души.
Всё остальное Макс дарил с оглядкой на совместную жизнь.
Гидромассажной ванночкой для ног, подаренной мне на день рождения, Макс пользовался чуть ли не чаще, чем я. А недавно вообще без моего разрешения дал попользоваться своей маме. Потому что у неё больные ноги, а нам не жалко.
Нет, мне не было жалко. Но сам момент мне не понравился.
Тогда я почувствовала несправедливость ситуации. Ведь это был мой подарок, моя вещь. А её отдали, пускай и во временное пользование без моего на то разрешение.
Но Ира права!
Вынимаю турку и возвращаю на место, в шкаф. Пускай пользуется кто хочет, но я больше варить в ней кофе не буду!
- Отлично! Я горжусь тобой, родная! - Ира опять обнимает меня.
А я обнимаю её в ответ со всей своей отчаянной благодарностью.
Пускай сегодня она оказалась рядом случайно, но за час с небольшим сделала для меня просто невероятно много.
У неё в кармане вибрирует телефон, оповещая о новых сообщениях.
- Так, - Ира разблокирует экран и тут же прыскает со смеху. - Смотри!
Она разворачивает экран ко мне и запускает короткое видео.
На пустыре за нашим домом, прямо перед теплотрассой стройным пошатывающимся рядом выстроились местные бомжи.
Я присматриваюсь к этой картине и прыскаю сама.
Потому что эти опустившиеся, поднятые среди ночи патлатые и вонючие мужики уже нарядились в дорогие шмотки Макса. И это просто... просто... смешно.
Нет, это ржачно.
Низкий коренастый мужичок завернул джинсы от Армани почти до колен, так они ему велики, натянул на себя пуловер от «живанши» и выпятил пузо.
Рядом, икая и зевая, стоит следующая «модель» в строгом костюме. Пиджак трещит на его широких плечах, а на груди сошлась только одна пуговица.
Ещё несколько бомжеватых мужиков поправляют то расходящиеся на груди рубашки, то сползающие с задницы джинсы и брюки Макса.
Все как один переминаются с ноги на ногу в дорогих кроссовках от «ньюбэланс», которые им отчаянно малы. Поэтому все задники уже смяты или просто срезаны и валяются рядом.
Я хохочу уже в голос и не могу остановиться.
Но это ещё не всё.
За кадром раздаётся зычный голос Германа.
- Пошли!
И вся эта толпа приходит в движение, кривляясь и стараясь подражать высокооплаченным моделям, они вышагивают вперёд, машут руками и высоко поднимают ноги. Подходят ближе, все как один ставят руку на пояс, врезаясь друг в друга локтями, пошатываясь и матерясь.
Но стойко замирают в картинных позах, а потом с грацией коровы на льду разворачиваются и идут назад.
- Ещё проходочку! - командует Герман.
И вся эта пьяная невыспавшаяся толпа по команде разворачивается и опять идёт на оператора, криво улыбаясь беззубыми ртами.
- Три-четыре! Дружно!
Бомжи замирают и выдыхают, не попадая в единый лад.
- Спасибо тебе, Макс! Доблоеб ты, еб....
Прямо на этом моменте видео прерывается, но посыл вполне ясен.
А мы с Ирой в обнимку валяемся от смеха на кровати, вытираем друг другу слёзы.
- Гениально! - выдыхает, наконец, Ира. - Так ему и надо.
- Ага, - киваю, вытирая очередные слёзы счастья. - Перешли мне видос. Я думаю, такой шедевр должен дойти до адресата.
Ира резко садится на кровати, кивает и пересылает мне сообщение от Германа.
А я отправляю её тому, для кого старались местные бомжи, моему «дорогому» Максу.
Переслать, выбрать адресата, отправить!
Ну вот!
Второй спонтанный пункт мести обманутой женщины свершился!
И я ни о чём не жалею!

Глава 7

Герман и Ира быстро довозят меня до элитного жилого комплекса в центре, где у Германа на последнем этаже роскошная квартира-студия.

Ну то есть формально это студия. Единое пространство, размером с небольшое футбольное поле, разделённое на несколько функциональных зон.

- Всё, что найдёшь на кухне и в холодильнике - можешь брать, не стесняйся, - Ира ставит переноску с Адиком на пол и открывает дверцу.

Кот недовольно фыркает и, потягиваясь, медленно выползает на волю.

Я оглядываюсь и обхватываю себя за плечи.

Квартира прекрасна. Она занимает весь последний этаж элитного жилого комплекса, откуда открывается захватывающий вид на ночной город.

Просторное помещение с высокими потолками и большими панорамными окнами создаёт ощущение свободы. Мне кажется, я никогда не видела столько «воздуха» в квартире.

Делаю глубокий вдох и закрываю глаза.

Здесь нет давящих стен и крохотных окон без солнечного света. Уверена, днём, его здесь предостаточно.

- Располагайся, - Ира берёт меня за руку и сжимает ладошку. - Будь как дома, правда.

Я открываю глаза, полные слёз и киваю ей.

Чтобы не расплакаться, я закусываю губу.

Но Ира всё понимает, сама бросается ко мне с обнимашками.

- Перестань, слышишь? - её голос тоже дрожит от нахлынувших чувств. - Нашла из-за кого расстраиваться! Один кот шелудивый, другая блудная драная кошка! Таких только поганой метлой надо гнать из жизни!

Я киваю, полностью с ней соглашаясь.

Всхлипываю и шепчу.

- Я не из-за них...

- А из-за кого? - Ира от удивления икает и отодвигается от меня.

- Из-за тебя, - снова всхлипываю.

- Из-за меня? - глаза подруги округляются.

- Ты, ты... ты так мне помогла, поддержала. Я так благодарна тебе. Я просто... - мне сложно сдержать рыдания. И я не уверена, что это надо делать. - Я бы без тебя не справилась. Лежала бы сейчас на кровати и билась в истерике. Но ты... вы с Германом...

- Перестань! - говорит Ира строго, но я вижу как её глаза блестят от подступающих слёз. - Для этого и нужны друзья. Чтобы поддержать, порадоваться, когда нужно, и взбодрить, когда тебе изменил какой-то кобель. А Лизка ещё своё получит! Я уверена! На чужом несчастье нельзя построить своего счастья! Тем более, на несчастье лучшей подруги!

- Может, это не она... - я не то, что хочу оправдать Лизу. Но внутри меня наравне с обидой и жгучим чувством стыда от их предательства, горит слабая надежда, что всё может оказаться сложнее.

- Что не она? Не она сейчас пьёт шампусик за шестнадцать косарей? Она! И мы это видели? Или ты думаешь, что это не она соблазнила масика, а он её?

Киваю.

Это не отменяет предательства. Но тогда я смогу хотя бы найти логику в поступках Лизы. Потому что пока для меня её не существует!

Она наблюдала за развитием наших с Максом отношений с первого дня. Более того, всегда была против. Считала моего парня, а потом и мужа, скучным, бесперспективным, необеспеченным. Она всегда замахивалась на олигархов. Правда, побыть девушкой такого ей удалось только однажды, и расстались они довольно быстро по его инициативе.

- Не хочу тебя обижать, - смущается Ира, - но твой Макс тот ещё подарочек.

- В смысле?

- Он не из тех, кто добивается чего-то сам.

Хлопаю глазами.

- Он просто заводит нужные знакомства и пользуется ими. В университете он дружил с сыном декана и сдал госы на отлично. А сейчас они поддерживают отношения?

Качаю головой. Да, их дружба как-то сама собой сошла на нет. Но я никогда не придавала этому значения.

- А работа? - Ира уже хитро улыбается. - На первую работу ты его устроила к нам в фирму. Пошла к начальству, дала рекомендацию. И что он сделал?

- Что?

- Через полгода ушёл к конкурентам!

- Ему предложили лучшие условия.

- Ага, а он им свой практически завершённый проект, который делал для старой работы. Со всеми правками инженеров и сметчиков. Удобно.

Я удивлённо моргаю.

- Я об этом не знала!

- Конечно, не знала. Максик дома был милым котиком, который всегда умело пользуется чужим трудом и заботой. Ты вот от себя готова последнее оторвать, но купить ему свитер от «живанши».

При этом подруга очень выразительно смотрит на моё безразмерное худи, купленное по скидке на маркетплейсе.

- Ты жила с ним и даже его не знала. Вот и исход. И то, что они снюхались с Лизкой неудивительно. Они одного поля ягоды. Вот только, как они будут крутиться вдвоём, для меня большой вопрос. Оба привыкли ездить на чьем-то горбу. Преимущественно на твоём!

Я собираюсь что-то возразить. Но прямо сейчас понимаю, что она права.

С моих глаз прям пелена слетает.

Мне всегда казалось, что-то. Что я делаю для Макса или Лизки - это забота о родном и близком человеке.

Отложить покупку какой-то вещи и одолжить денег подруги. Пускай она вернёт их и через полгода. Ведь у неё трудная ситуация.

Или заказать себя костюм, блузку или строгие чёрные туфли через интернет, вместо того, чтобы пойти и купить это в брендовом магазине. Потому что У Макса собеседование на новую работу и он должен выглядеть блестяще. Значит, ему нужна новая рубашка и брюки, и, конечно, ремень и ботинки. А ещё новый телефон с фруктовым логотипом. Потому что это статус.

На статусную работу не берут не статусных людей.

При этом Макс до последнего мог спорить с кассиром на кассе. Если ему пробили товар без акции или не начислили бонусные баллы.

Тогда мне казалось это бережливостью, а что на деле?

- Подумай об этом на досуге, - мягко улыбается Ира. - И полюби себя!

Она подмигивает мне так игриво и легко, что на душе сразу становится светлее.

Мы обнимаемся, и подруга выскакивает, громко хлопнув на прощанье дверью.

Я оборачиваюсь и оглядываю «своё новое жильё».

В центре квартиры располагается зона отдыха с мягким диваном и журнальным столиком, куда я и подхожу.

Но тут же вздрагиваю - в тишине пустой квартиры раздаётся настойчивая вибрация моего смартфона.

Подхватываю его и смотрю на всплывающее уведомление.

Сообщение от Макса.

Сердце в груди замирает и тут же рвётся вскачь. Пальчики немеют от напряжения.

Во мне борются два противоречивых чувства: удалить сообщение не читая, или всё-таки посмотреть, что там.

Глава 8

Сообщение от Макса.
Любопытство пересиливает.
Сажусь на диван и открываю сообщение.
Всего несколько слов.
«Видео не грузится. Посмотрю потом. Не забудь встретить маму».
И всё.
Ни привет. Ни как дела. Ни что ты хотела.
«Встреть маму».
А я совсем забыла, что завтра к нам в гости собиралась мама Макса, хотя я предупреждала, что сегодня праздник у моих родителей - годовщина свадьбы.
Но меня опять никто не слушал.
И мне становится так весело и так легко.
Господи, эти люди действительно удобно устроились.
Масик и его мама, и его сестра туда же.
Они просто объявляют мне о том, что хотят. А я должна подстраиваться, крутиться и радоваться любому их желанию.
И я ведь подстраивалась, потому что мы семья. И все так живут, сглаживают углы, подстраиваются, «радуются» приезду родных.
Откидываю голову на подголовник дивана и смеюсь.
Мама! Да эта женщина всегда разговаривает со мной сквозь зубы и учит, как правильно надо кормить Макса и как о нём заботиться. Как будто он кот, а не мужик.
Смешно, честное слово!
Разблокирую телефон и пишу в ответ.
«Я никого встречать не собираюсь. Тем более твою маму, которой я говорила, что весь день буду занята».
Отправить.
Галочки о прочтении вспыхивают моментально.
Сидит, ждёт, значит. Странно, что не звонит.
Или Лизка его там держит за что-то очень важное? А Макс боится не совладать с собой и начать пыхтеть мне в трубку?
Тут же приходит ответ.
Открываю его без сомнений. Внутри меня разгорается азарт.
Нет ни страха, ни волнения.
У моего будущего бывшего мужа не хватает смелости мне перезвонить, он просто жалок.
Макс: «Вита (терпеть не могу, когда он меня так называет), это неудачная шутка».
«А я и не шучу. И встречать никого не собираюсь. И дверь открывать тоже».
Макс: «Вита! Что на тебя нашло?»
«Ты уверен, что хочешь знать?»
Макс: «???»
«А ты потрудись посмотреть видео. Потом и поговорим».
Он читает и затихает. Смотрит.
Я тоже запускаю видео и в очередной раз хохочу над бомжами в одежде Макса.
Я не успеваю дойти до эпичного момента с пожеланием, как мой телефон разрывается от входящего звонка.
- Привет, дорогой, - полным сарказма голосом принимаю вызов.
- Вита, что это значит? - его голос дрожит от едва сдерживаемой ярости.
- Я просила не называть меня Витой, - обрываю его. А он этого не любит.
- Это твоё имя!
- Моё имя Виолетта. Не Вита!
- Ты позвонила мне посередине ночи, чтобы затеять скандал?
- Это ты мне позвонил, дорогой, - усмехаюсь я и жду.
На том конце повисает напряжённая пауза. Я слышу тяжёлое дыхание Макса.
Мне даже кажется, что я слышу щелчки от того, как натужно крутятся шестерёнки в его голове, пока он пытается осознать происходящее.
Прямо сейчас у моего мужа происходит разрыв шаблона!
И ему это не нравится.
- Вита...
- Кхм! - громко кашляю в трубку.
- Виолетта! Объясни, что происходит? - Макс начинает терять терпение. - Почему эти бомжи в моей одежде?
- Потому что я выкинула её.
- Ты что?! - на том конце связи что-то падает с жутким грохотом, а Лизка испуганно охает.
И я слышу это.
Я узнаю её голос. Она прижалась к Максу и вместе с ним слушает наш разговор. Вот же тварь!
- Я выбросила все твои вещи. И обувь. Бомжи были счастливы. Они тебе там в конце передавали огромное спасибо.
- Вита!... Виолетта! Ты что кукухой поехала? Ты хоть представляешь, сколько стоят эти шмотки?
- Конечно, - отзываюсь с готовностью. - Я сама их покупала. А ещё я знаю, сколько стоит шампанское, которое ты сегодня пил. И клубничка, которую ел из рук своей любовницы. И даже какие ты выбрал презервативы! С рёбрышками и пупырышками! Кстати, тоже недешёвые.
Выпаливаю всё на одном дыхании и жду, что он мне ответит.
Да и что он может мне сказать?
Но Макс меня удивляет.
- Ты о чём? - его голос даже не дрожит. Он врёт мне без зазрения совести, со знанием дела. Нагло, напористо, разыгрывая непонимание и оскорблённую невинность.
- Я о тебе, твоём отпуске без содержания и Елизавете под боком!
- Так, - выдыхает он тяжело, словно разговаривает с душевнобольной. - Виолетта, я не знаю, что у тебя там произошло, но я...
- Ты! Ты произошёл! Вот что! - снова перебиваю его. - И твоя покупка в супермаркете с презервативами для Лизки вечером произошла! Кстати, передавай ей привет. Скажи, что я тебя ей дарю! Если ей нравится донашивать за мной, то на здоровье. Я подбирать после неё не собираюсь!
- Виолетта! - впервые за всё время нашего знакомства Макс повышает на меня голос. Но это не пугает.
Наоборот, заставляет улыбнуться. Он нервничает. А мне смешно.
- У меня сегодня был трудный день! Переговоры прошли не так, как я планировал! А теперь ты пытаешься компостировать мне мозг по надуманным причинам! Какая Лизка? Какие презервативы?
- Дорогой мой! - я уже смеюсь в трубку. - Я в курсе твоих переговоров! В следующий раз, когда будешь покупать продуктовую корзину на свои гульки, не пользуйся моей скидочной картой, хорошо? А свою любовницу попроси не постить рилсы, где есть твои руки с обручальным кольцом. И кстати, как вернёшься, не забудь забежать к начальнику. Он сегодня очень удивился твоей командировке и рвению к работе. Да, и за квартиру хозяйке заплати за два месяца. А то она нервничает.
- Так, Вита, не пори горячку. Я приеду и со всем разберусь.
- Обязательно, дорогой, только без меня. Я подаю на развод!
Выдыхаю и сбрасываю вызов, не дожидаясь его ответа.
Пути назад нет, дорогой! Подбирать тебя после Лизки я не собираюсь.
Чтобы не быть голословной, делаю скриншоты из приложения супермаркета о покупке и высылаю Максу. А потом просто заношу Макса в чёрный список и выдыхаю.
Но не проходит и пяти минут, как на телефон приходит новое уведомление.
О, у Лизки новый пост.
Ноги в шерстяных носках, замотанные в тёплый плед, чашка чая в руках и слезливая надпись о том, что она разболелась.
Ага! Воспалением хитрости!
Потому что на заднем плане, стоит безумно дорогой ноут Макса, на экране которого на заставке я вижу нашу свадебную фотографию. А на её ногах ЕГО шерстяные носки со слониками.
Ну как дети, честное слово!