Развод. Спасти бывшего мужа

Глава 1. Алексей

- Вован! - кричу помощнику, когда замечаю на его щеке тот самый красный луч...

- Черт! - вылетает у мужчины и мы синхронно выпрыгиваем из машины.

За доли секунды до ее взрыва...

Грохот колоссальный. Я потерялся во времени и пространстве. Огонь, кажется, обжег мне слизистую глаз, отчего слезы идут не переставая и каким-то неизведанным мне ранее потоком. Что с Володей, не знаю. Лишь с трудом переворачиваюсь на спину. Смотрю на огонь и становится совсем невыносимо. Закрываю глаза. Ударяюсь затылком об асфальт. Ухожу в темноту...

**********************

- Алексей Витальевич... Просыпаемся...

- Ммм.., где я? - не открывая глаз, начинаю разбираться в окружающей меня ситуации.

Неожиданно в голове возникает мысль, вызывающая приступ паники:

- Соня! Где Соня?! - рявкаю так, что врач крепкий мужчина пугается моей реакции.

- Что такое? - интересуется, стараясь быть спокойным. - Какая Соня? Вас привезли с Мерзликиным Владимиром.

А. Да.

Облегченно выдыхаю.

- А с Владимиром чего? - спрашиваю гораздо тише, потому как сил нет громко возмущаться.

- В ожоговом. Спину немного зацепило, - поясняет врач, изучая какие-то приборы, стоящие рядом с моей кроватью.

Не сразу понимаю, что многочисленные провода от них идут ко мне.

- Ооой, черт.., - морщусь и отрываю от себя присоски разных цветов.

- Что вы делаете? - ругает меня мужчина в белом халате. - Нам надо отследить работу вашего сердца. Давление у вас высокое.

- Ничего мне не надо, - спорю с ним, желая встать.

Тот стоит спокойно и больше не принимает попыток остановить меня. И я его намерения понял сразу, как только встал двумя ногами на пол.

- Ой, ё! - практически падаю пластом вперед, но какой-то крепкий мужчина меня подхватывает.

- Алексей Витальевич, - причитает знакомый мужской голос, - слушайте врача.

Чувствую, что сажают меня на что-то мягкое. Хотя нет. Не настолько. Я оказываюсь на той же неудобной кровати. Лежу. Моргаю глазами, чтобы вернуть способность видеть.

- Фу, - приходится справляться с резко подступившим приступом тошноты.

- Вооот, все признаки сотрясения, - бубнит врач. - Лежим. Как минимум до утра. А там будем решать, что делать с вами дальше.

- Ничего не делать, - отсекаю жестко. - Некогда мне здесь лежать. Дела.

- Да все вы деловые, - отмахивается врач. - А потом вас от горящих машин оттаскиваешь...

На этом врач уходит. Моя тошнота прошла вместе с его исчезновением. Точно. От него меня и тошнит...

- Ну как вы? - вдруг подозрительно близко раздается знакомый голос.

Поворачиваю голову. Собираю глаза в кучу.

- А...Вить, это ты.., - наконец-то узнаю своего телохранителя.

- В следующий раз я не послушаюсь вас, - грозит громилла.

Остается только удрученно вздохнуть.

Я специально отправил Витька к «наблюдателям», заверив, что там происходит что-то страшное. Нам нужно было с Володей отправиться на встречу одним. Такое было условие той стороны. Сейчас я понимаю, что не просто так с нас это стребовали...

- Так, стоп! - подскакиваю. - А Мерзликин там как?!

- Спокойнее, - кладет руку мне на плечо так, что я слегка вниз опустился. - Там Сашок сидит.

- Хорошо, - киваю, начиная соображать, что делать дальше.

Витя продолжает смотреть на меня выжидающе. Хотя он ничего и не ждет. Если только дальнейших указаний.

- А как там… у этих… наблюдателей? – не знаю даже как назвать свою слежку.

- Все в порядке. Со вчерашнего вечера никаких изменений, - четко отчитывается.

- А сейчас сколько времени? – морщусь, начиная переживать, что, возможно, я больше суток не спрашивал о результатах проведенного слежения.

- Вечер, - кивает головой. – Все в порядке, Алексей Витальевич. И там все под контролем. И здесь.

- Вот там сейчас нужно усилить контроль, - даю наставления. – Поэтому давай опять дуй туда. Чтобы со всех ракурсов. Чтобы все окна четко просматривались.

- Нет, не поеду, - перечит мне мой телохранитель.

- Это почему? – морщусь, слыша от него подобное впервые.

- Я сейчас уйду отсюда, вы сразу сбежите, - объясняет спокойно. – Знаю я вас. Опять во что-то страшное и опасное ввяжетесь.

- Витя, - начинаю «включать» злобный и предупредительный тон, - я тебя за такие дела и уволить могу.

- Увольняйте, - соглашается. – Я бесплатно буду здесь сидеть.

Вот же упрямый тип. Впрочем, сам такого долго искал. Радуйся теперь.

Вдруг кто-то стучит в палату.

- Войдите! – насколько громко кричу, тут же чувствуя резкую боль в области лба.

- О! Алексей Витальевич! – неожиданно в дверях появляется Володя. – Рад вас слышать, - входит медленно и не торопясь.

На Мерзликине полосатая пижама, отчего он сейчас больше похож на заключенного. Невольно опускаю голову, чтобы осмотреть себя. Так и есть. Я в аналогичной.

Невольно морщусь, что воспринимается моим помощником неправильно:

- Тошнит, да? – с сочувствием интересуется тот. – Я слышал, что у вас сотрясение.

- Тошнит, - киваю, - только не от сотрясения. А от всего происходящего. Это ж надо…

- Зато живы, - заключает Володя и садится на стул, стоящий рядом с моей кроватью. – И кстати, я думаю, что убивать нас не собирались. Запугать хотели.

- Мы тоже с Сашком так думаем, - соглашается с версией моего помощника Витек.

- И чего теперь делать? Залечь на дно нужно?! – начинаю нервничать и психовать. – Почему?! Я сам строил эту компанию! Я ее вот этими руками с нуля поднимал! А пока я буду сидеть, не высовываясь, у меня все и отберут!

У меня давно есть предположения, кому это все нужно. Вот только верить в это не хочется…

- А где Сашка?! – подскакиваю, потеряв второго телохранителя.

- Он за дверью, - отзывается Мерзликин. – Меня вот проводил, а сам там остался. На стреме.

- Как спина? – теперь уже я с сочувствием смотрю на Володю.

- Да ничего, - отмахивается. – Жить буду. Врач сказал, что даже шрамов не останется. Чем-то обработали, повязку наложили. Хожу вот немного.

- Это хорошо, - завершаю разговор.

Молчу с минуту.

- Володь, - будто предлагаю, - тебе есть, где скрыться?

- В принципе, да, - кивает. – У меня дама сердца есть. В Саратове. Давно зовет меня. Поеду к ней. Кто знает, может и срастется у нас чего…

Честно говоря, подобного от Мерзликина не ожидал.

- А вы куда поедете? – интересуется Володя просто ради любопытства.

- Ну.., - поджимаю губы, - раз речь зашла о дамах…

****************************

- Алексей Витальевич, - взволнованно интересуется Витя, когда привозит меня к знакомому до боли дому, - вы уверены?

Молчу.

Нет. Не уверен.

- Алексей Витальевич, - переживает за меня Мерзликин, - может… со мной в Саратов поедете?

Втроем смотрим на него круглыми глазами.

- А что?! – парирует Володя, пытаясь объяснить мне, Саше и Вите ход своих мыслей. – Наверняка у моей подруга есть. Одинокая.

Смотрю на него ненавистным взглядом.

- Ой, извините, Алексей Витальевич, - тут же отворачивается мой помощник к окну, прижимая ближе к себе спортивную сумку с вещами. – Глупость сморозил.

Тишина.

- Ну ребят, - наконец-то отваживаюсь произнести. – Дай Бог встретимся. Если не убьют меня сейчас сразу. И порог переступить не успею…

- Не пуха, не пера! – втроем в голос.

- К черту, - поднимаю кулак, показывая, что я решителен и полон энергии.

Накинув капюшон на голову, выхожу из машины. Тяну за собой свою спортивную сумку с вещами. Парни дожидаются, когда я скрываюсь в подъезде и уезжают. Они отправляются на вокзал, чтобы посадить Мерзликина в поезд. Заодно и осмотрятся.

Поднимаюсь на третий этаж. Квартира – сразу напротив лестницы.

Звоню. Шаги за дверью обнадеживают и беспокоят одновременно.

Дверь открывается.

Глаза округляются.

- Привет, - только и успеваю произнести, как вдруг…

- Чур меня! – и дверь с грохотом захлопывается, чуть не треснув меня по носу…

Глава 2. Алексей

Стены обшарпанного подъезда, давно требующие ремонта, давят на меня так сильно, что приступ тошноты вновь появляется. Пытаюсь с ним справиться, но ничего не выходит. Невольно вылетают несколько рвотных позывов. Не подаю вида, что мне плохо. Мне еще серьезный разговор предстоит.

- Сонь.., - зову тихонько, приблизившись к верхнему замку, будто так меня будет лучше слышно.

- Иди на фиг!

- Сонь, - морщусь от тошноты, - давай поговорим спокойно…

- Ты все сказал! Год назад!

- Соооонь.., - тяну чуть ли не плаксиво, когда перед глазами начинает темнеть, - фух…

«Скатываюсь» вниз по дверному косяку, собирая рукавом черной толстовки всю побелку. Мне плохо. Меня дергает еще несколько раз рвотными позывами. Но поскольку я с утра ничего не ел, все заканчивается только неприятным ощущением во рту.

Неожиданно для меня дверь распахивается. Не удерживаю равновесие и падаю вбок, аккурат оказавшись наполовину в квартире.

- Э! Ты чего?! – вижу перед собой лицо Сони со спадающими вниз светлыми волосами.

Слишком близко. Так близко, что даже легче становится…

- Сонь, - пытаюсь встать, и у меня получается, потому как Соня помогает, - спасибо, - хочу улыбнуться, но только уголки губ приподнимаются.

Это явно не похоже на улыбку.

- Ты ранен? – тут же закидывает вопросами бывшая жена.

Ее взволнованный взгляд придает сил.

- Не совсем, - мотаю головой, стискивая зубы от боли, пронзившей теменную часть.

Мы с Мерзликиным были в больнице до утра. У меня диагностировали травму головы. Врачи настаивали на лечении. Но подписав все бумаги, мы с Володей просто свалили из медучреждения, отправившись собирать вещи. Нужно сегодня уже было решить проблему нашего дальнейшего пребывания.

Нас точно хотели запугать. Иначе, нанятый киллер пристрелил бы нас, когда мы валялись около горящей машины. Меня так точно. Ведь его расположение было с моей стороны. Это помогло заметить красный луч.

- У меня сотрясение головного мозга. И еще вроде травма какая-то, - объясняю Соне, что происходит со мной, фокусируя взгляд на лице без макияжа.

Красиво.

- Не ври, - смотрит на меня презрительно, - там сотрясать нечего.

Речь спокойная. Голос больше не повышает.

- Они нашли, - заверяю в наличии у меня мозгов.

Молчим. Смотрим друг другу в глаза.

- Долго усмирял брезгливость, прежде чем ко мне прийти? – вдруг спрашивает злобно.

Да, Соня, я самый последний козел. Я наговорил тебе тогда кучу гадостей.

- Сонь, давай не будем вспоминать прошлое, - пытаюсь задобрить.

- Что тебе нужно? – вскидывает голову, подгоняя меня.

- Можно я у тебя поживу? – интересуюсь, смотря ей в глаза с мольбой.

- Ты прикалываешься сейчас? – опять смотрит с презрением.

- Мне помощь нужна, - «строю» из себя опустившегося мужчину, который все потерял, которому деться не куда. Хотя тут и строить ничего не надо. – Ближе тебя, у меня никого нет.

Я знаю Соню. Она не должна отказать.

- Не строй из себя жертву, - морщится она и продолжает смотреть на меня сердито. – Думаешь, я поверю твоим глазам кота из известного мультика?

- Пожалуйста, - прошу совсем тихо, смотрю так, что сейчас заплачу.

Впрочем, я не далек от этого состояния. А еще я хочу…

Ладно. Об этом потом.

Стараюсь не смотреть на ноги Сони в коротеньких домашних шортиках. Ее огромные глаза смотрят сейчас на меня с ненавистью. Но я надеюсь, что мне удастся когда-нибудь заполучить ее расположение. Вновь.

- Блииин, - выдыхает и отворачивается от меня.

Соня смотрит какое-то время в сторону. Потом встает и просто заходит в квартиру. Дверь не закрывает. Практически вползаю в дом своей бывшей жены. Встаю, держась за дверной косяк. Затягиваю сумку и захлопываю дверь.

Кажется, есть шансы…

Глава 3. Алексей

Оглядываюсь. Впрочем, в тесной прихожей и оглядываться негде.

У Сони однокомнатная квартира. Совсем маленькая. Находящаяся в типичной пятиэтажке без лифта. Где на площадке всего три квартиры. Это вам не элитный район. Но мне сейчас жаловаться не на что. Сам решился на весьма интересный эксперимент. Сам и буду расхлебывать. В конце концов, таким образом я решил убить двух зайцев. Ну или добить. Там как пойдет.

Не дожидаясь дальнейшего приглашения и явно не рассчитывая на гостеприимство, разуваюсь и снимаю с себя толстовку. Вешаю рядом на крючок, прикрученный прямо к стене. Их всего три. На одном из них одиноко висит ветровка Сони. Неожиданно для самого себя глажу одежду, чувствуя, как в нос сразу ударяет знакомый запах духов.

Ухмыляюсь. Соня не изменяет себе.

Вот и сейчас, сидит на диване, нахмурившись, скрестив руки под грудью, и делая вид, что внимательно смотрит телевизор. Присаживаюсь в кресло, стоящее прямо у двери в комнату. Мебель неприятно скрипит. Старые пружины впиваются в мягкую часть тела. Морщусь. Неприятно немного.

- Если тебе так мешают пружины, просто пересядь на пол, - подает голос Соня, не отвлекаясь от телевизора.

Да. И это моя жена. По закону бывшая. Но это только по закону. А пока она так же, как и прежде угадывает все мои мысли и эмоции, даже не смотря в мою сторону. Именно это меня когда-то и привлекло.

Двадцатилетняя девчушка, выбежавшая мне под машину с целью успеть на автобус, плотно засела в моем сердце. В первый же вечер.

*************************

- Ай! – вскрикивает девчушка, стоит мне резко затормозить.

Я не ожидал такого подвоха на весьма спокойной дороге. Но вовремя оцениваю ситуацию. Наверняка бежала к автобусу. Вот и не заметила машины.

Выхожу, чтобы оказать помощь незнакомке. Возможно, я наехал ей на ногу. Надо бы проверить. Потому что блондинка с высоким хвостом, не двигается с места, а только морщится от боли.

- С вами все в порядке? – подхожу и интересуюсь взволнованно.

- Вполне, - кивает девушка, держась за бок рукой и поджимая губы. – Сейчас вот в пляс пойду. Или какой акробатический этюд исполню.

Иронизирует? Тоже положительный момент.

- Вы меня, конечно, извините, - начинаю вроде как и извиняться, а вроде как и замечание ей сделать хочется, - но это не я выбежал на красный свет.

Девушка так резко поднимает на меня голову, что у нее даже ее конский хвост мотнулся назад.

- То есть я еще и виновата? – спрашивает конфликтно, но кричать не начинает.

Я же слегка подвисаю. Никогда таких больших глаз не видел. Широко распахнутых. А еще пухлых губ. Очень пухлых.

Непозволительно и неуважительно подаюсь вперед, чтобы рассмотреть – настоящие у нее губы или накачанные.

- Вы что?! – тут же дергается от меня, когда я слишком близко приблизился к ней.

- Извините, - смущаюсь сразу, отмечая в своей голове, что лицо девушки натуральное. Здесь и не пахнет какой-то пластикой. – Давайте я подвезу вас.

- Не надо, - дергает плечом, хмурясь. – Ай, блин! – делает шаг, чтобы отойти от моей машины и тут же корчится от боли.

- Давайте не будем играть в гордую и независимую, - подхватываю ее на руки, наслаждаясь огромными глазищами, которые от моей наглости стали еще больше.

Обхожу машину.

- Откроете? – интересуюсь. – Если, конечно, ваши ручки не пострадали.

- А если пострадали, что будете делать? – скрещивает руки на груди и смотрит на меня с вызовом и интересом.

Все. Это добивает окончательно.

Ухмыляюсь, подняв только уголок поджатых губ. Бесцеремонно сажаю девушку на капот своей машины. Открываю пассажирскую дверь спереди. Забираю внезапно свалившееся на меня сокровище, чтобы аккуратно посадить ее рядом с собой.

Вот так. Рядом со мной. На всю жизнь.

Глава 4. Алексей

Осматриваю комнату в квартире Сони. Здесь я был всего один раз. Когда забирал Соню с вещами к себе. Произошло это на второй день знакомства. Первую же ночь она провела со мной. И по-другому быть не могло. Зря я ее что ли к себе в машину посадил тогда?

- Где ты будешь спать, и чем будешь питаться, решай сам, - категорично заявляет Соня.

- А что, в свою постель меня не положишь? – слегка подтруниваю над ней, что не остается без ее соответствующей реакции.

- Если только в виде трупа, - смотрит на меня с ненавистью.

- Ты стала некрофилкой? – вскидываю бровь.

- После развода с тобой в моей жизни произошли значительные перемены, - улыбается ехидно.

А меня как-то передергивает от ее рассуждений. Разумеется, Соня не дошла до подобных изменений, о которых мы разговариваем. Но чувствуется ее желание меня убить.

Не буду рисковать. Просто пойду на кухню и поищу себе чего-нибудь перекусить. Время позднее. Заказать доставку продуктов уже не получится. Хотя можно воспользоваться круглосуточными услугами. Но все будет зависеть от содержимого холодильника моей бывшей жены.

Открываю его… и замираю.

Засохший кусок куриной грудки, два огурца и пучок зелени. Все.

Оглядываюсь по сторонам. Даже хлеба и хлебницы не видать. Начинаю шарить по шкафам. Хотя это громко сказано. На крохотной кухоньке всего два шкафа – один нижний, второй верхний. В нижнем многочисленные кастрюли, повидавшие виды. В верхнем горсточка гречки в пачке.

- Сонь, - возвращаюсь в комнату, - а ты вообще чем питаешься?

Начинаю всерьез беспокоиться за питание своей жены. Пусть и бывшей.

- Я после шести не ем. А до шести нахожусь на работе. Там и питаюсь, - руки по-прежнему скрещены под грудью, на меня не смотрит.

- Фастфудом?! – нечаянно выдаю себя.

Соня тут же поворачивает голову, смотря на меня удивленно:

- А тебе какое дело? – не догадывается до основной правды.

- Да так.., - сразу отнекиваюсь. – Просто спросил. Фастфуд вреден.

- Кидаться оскорблениями тоже вредно, - тут же колит меня в самое сердце. – Но ничего. Живешь же. За год ни одного седого волоска не появилось.

Соня отворачивается. Я лишь тяжело выдыхаю. Мне и хочется ей ответить, а вроде как и нельзя. Не могу же я выдать себя.

Ухожу обратно на кухню. Решаю проверить содержимое морозилки. Может быть, хоть здесь что-то есть.

Аллилуйя! Удача улыбается мне замороженными покупными пельменями. Внешний вид не очень. Смотрю на срок годности…

- Соня! – бегу с пачкой в руках в комнату. – Ты с ума сошла?! Это же просроченные пельмени!

- Я в курсе, - опять недовольно поворачивает голову в мою сторону. – Я их купила за день до нашего с тобой знакомства. Даже открыть не успела. С тех пор они и лежат в морозилке.

- Почему не выбросишь? – совсем не понимаю ее логики.

- Держу в качестве наглядного пособия – таких ошибок в жизни больше совершать не нужно, - выдает свой вердикт и отворачивается к телевизору.

Соня смотрит какой-то турецкий сериал. Никогда за ней такого не замечал…

- На тебя варить? – из вежливости уточняю, всерьез собираясь сварить этот просроченный полуфабрикат.

В конце концов, раньше заморозка не имела сроков годности. Да и чего с ней может случиться, если она в морозилке все это время лежала? С виду пельмени не слиплись. Значит, холодильник все эти четыре года работал.

- Нет, - отказывается Соня. – Пусть из нас двоих кто-то один будет сегодня ночью в сантехнику кричать.

Интересные фразеологизмы Сони всегда впечатляли своей точностью. Девчонка. Что с нее взять?

Иду опять на кухню. Ставлю кипятить воду, с трудом справившись с газовой плитой. Я умею пользоваться такими. Застал и более старые модели. Но здесь явно что-то плохо с техникой.

Как только вода закипает, закидываю в нее пельмени для себя. Немного думаю и кидаю еще и для Сони. Вдруг захочет.

Постепенно кухню заполняет приятный запах вареной еды. И точно также постепенно все это перебивается неприятным запахом отварного соевого фарша…

Опять поступает к горлу тошнота. Непроизвольно справляюсь с рвотными позывами, помешивая пельмешки в кастрюле.

- Если тебе настолько противно, зачем, тогда вообще варишь их? – спрашивает Соня, стоя за моей спиной.

Оборачиваюсь.

С минуту, наверное, рассматриваю ее. Среднего роста, стройненькая, с длинными ногами в коротких шортиках. Именно ноги Сони стали моим личным фетишем. Рассматриваю длинные и тонкие пальцы на ногах. Острые коленки. Волосы моей бывшей жены собраны в высокий хвост. Мне же больше нравится, когда они распущены. А главное – глаза. И губы. С самого развода не видел Соню так близко. В очередной раз тону в ее красоте…

Отрывает от красоты звук выливающейся воды из кастрюли.

- Черт, - бурчу под нос, тут же уменьшая огонь, который не совсем залило.

- Еще и плиту мне испачкал, - недовольно замечает Соня. – Сам будешь отчищать. Пока не протрешь ее, спать не ляжешь. У меня прислуги нет.

- Не беспокойся, - уверяю ее, - все будет нормально. Садись, будем ужинать.

- В девять вечера? – вскидывает брови.

- Я даже не завтракал сегодня, - объясняю положение дел. – Поэтому мне все равно. Я есть хочу.

Начинаю вылавливать пельмени ложкой. Делаю это слегка неумело.

- Дай сюда, - отбирает Соня ложку, - не могу на это смотреть. Отойди.

Она в буквальном смысле отпихивает от меня. Ухмыляюсь. Нисколько не изменилась…

Глава 5. Алексей

- Куда нести? – интересуюсь у прекрасной девушки, которую сбил двадцать минут назад.

Девушку зовут Соня. По дороге она объясняет мне, куда так сильно торопилась. Оказывается, у нее экзамен. Последний. Сдаст – значит, будет переведена на третий курс. Нет – так ждет отработка в виде сельских работ. Почему-то их преподаватель именно так видит способ привить молодежи ответственность.

- Четыреста вторая аудитория, - обвивает мою шею. – Вы же понимаете, что это на четвертом этаже? Лифта в здании нет.

Понимаю. Здание всего в четыре этажа. Поэтому несу Соню в аудиторию.

У меня куча дел. Запланировано несколько встреч. А я держу в руках самое дорогое сокровище в мире и забываю обо всем.

- Привет! – машет довольно Соня кучке одногруппников, которые толпятся возле аудитории.

Те при виде нас слегка ошалели. Кто-то молча открыл рот. Кто-то не выдержал и прокомментировал, вроде «ничего себе!». В основном все замолчали, но поздоровались, кивком. Как с Соней, так и со мной.

Скажу честно, я слегка запыхался. Мое сокровище это заметило примерно на третьем этаже. Соня достала из кармана джинс платок и вытерла мне пот со лба. Аналогичные действия она делает и перед дверями аудитории.

- Я так понимаю, что я одна осталась? – одновременно интересуется у ребят.

- Да, - отвечает одна из девушек. – Вот только Семенова зашла.

- Ой, - довольно серьезно относится Соня к сказанным словам. – Ну если уж Семенова зашла… Мне тогда бежать срочно нужно.

Понимаю ее слова практически буквально. Держа Соню на руках, собираюсь уже дернуть за ручку двери, но она крепко обнимает меня, прижавшись, чтобы остановить:

- Подожди! – шепчет мне в ухо эмоционально, перейдя на «ты». – К нему нельзя входить без стука, - смотрит мне в глаза.

Сначала серьезно. Потом с улыбкой.

У меня же в голове только один вопрос возникает – зачем тебе сдавать какой-то экзамен? Я же к твоим ногам все что угодно теперь положу…