Невеста из багажника для Ягуара

Вот и прорвало меня…

Теперь осталось дождаться, что он ответит.

Глава 7: Кофе с ароматом миндаля

Матвей приходит в чувство не сразу. Открывает рот, но быстро закрывает его. Качает головой, а потом улыбается и даже подходит ко мне:

— Не говори глупостей.

— Ты первый начал, — бурчу.

— Просто ты у меня очень красивая, а я ревную тебя. Вот и всё.

— Я не давала повода. И ты прекрасно знаешь моё отношение к изменам.

— Знаю, — кивает жених, а у меня срабатывает будильник.

— Чёрт, — бурчу.

— Что такое?

— Я же хотела на работу пораньше приехать… а мы тут… мне бежать пора, — заглядываю в глаза Матвею.

— Ладно, — пожимает он плечами.

Собираюсь на скорую руку, хватаю косметичку — в туалете на работе накрашусь, сейчас важнее пробки проскочить.

Прыгаю за руль и мчу в офис.

Привожу себя в порядок и сажусь за стол. У меня целая куча дел. Не поднимаю головы до самого обеда. Хочу сходить перекусить, но беру очередную папку и погружаюсь в дела. Вчера Ярослав Романович выдал столько заданий, что успеть их до свадьбы сделать будет крайне сложно.

Но я всё же человек — в туалет ходить мне надо. Смотрю на часы и понимаю, что проторчала весь день в офисе. В животе урчит — кроме кофе сегодня туда ничего не попадало.

Забегаю в кабинку и слышу, как открывается дверь, а следом раздаётся смех Яси:

— Ну и что? — спрашивает она у кого-то.

— Ну и то, он женится через пару дней, — замечает Света, наша коллега из соседнего отдела.

Замираю, не решаясь выйти и прервать разговор. Где-то глубоко внутри ёкает, что обсуждают они меня и Матвея.

— Дарина уже положила глаз на нового шефа. Зачем ей Матвей? — презрительно фыркает Яся, а у меня глаза из орбит вываливаются.

— Ага, а ты хочешь утешить одинокого и богатого бывшего шефа, — смеётся Света. — Думаешь, она так легко отступит?

— Да плевать я на неё хотела. Ты же видела, как Матвей смотрел на меня вчера? — усмехается Яся. — Гарантирую, стоит мне щёлкнуть пальцами…

— Да ладно? Хочешь сказать, что у вас что-то было? — Спрашивает Света, а в ответ Яся лишь хихикает как девчонка.

Моё лицо сползает.

Это да?

Нет?

Может, у них что-то было до меня?

Вопросы роятся в голове, а слёзы уже накатывают на глаза. Дверь хлопает, и становится тихо. Как зомби выхожу из кабинки и смотрюсь в огромное зеркало, утирая слёзы.

— Подожди, я сумочку забыла, — раздаётся голос Яси, и открывается дверь.

Сталкиваемся взглядами. Коллега бледнеет и бросает взгляд на раковину. Я тоже смотрю туда и вижу её клатчик.

— А, э… ты… — заикается она.

— Была здесь, — спокойно говорю и стараюсь держаться, чтобы не выдать своих переживаний.

Не хватало мне ещё, чтобы эта курица думала, будто задела меня.

— Я… — мямлит Яся и подходит к раковине. — Ты всё не так поняла…

— Да ладно, — нависаю над ней насколько хватает роста. — Выходит, мне померещилось, что ты распускаешь слухи обо мне и моих отношениях с женихом и новым шефом?

— Я…

— Вон! — повышаю голос и выбрасываю руку в сторону двери.

Яся хватает свою сумочку и стартует с места как спринтер, а слёзы обжигают мои щёки.

— Ой, простите, — пищит коллега, а в проёме появляется Ярослав Романович.

Понимаю, что он смотрит на меня зарёванную:

— Дарина? — строго спрашивает он. — Что произошло?

— Вас это не касается, — смываю слёзы холодной водой и пытаюсь выйти, да вот только шеф так и торчит в проёме, загородив собой путь.

— Я хочу знать, что произошло, — настаивает он.

— Какая вам разница из-за чего ссорятся ваши сотрудники?

— Большая. То какая обстановка будет в компании определит её развитие.

— Да вы вообще хотели всё расформировать и распродать по кускам! — повышаю голос. — И думаю, так и сделаете, ведь тоже думаете, что перед вами неопытная и наивная девчонка, которая замахнулась на кусок, который не способна откусить.

Бездумно отталкиваю шефа и скрываюсь в своём кабинете, где слёзы застилают моё лицо.

Дура!

Да как мне в голову пришло, что я в силах тягаться с большими боссами? Им же плевать на мелких сошек, как я.

Мы для них лишь пешки, единицы, которым они зарплату выплачивают. Им…

— Дарина, — в дверь раздаётся осторожный стук, а голос шефа звучит твёрдо. — Я вхожу.

Даже не отвечаю, лишь съёживаюсь на кресле и отворачиваюсь к стене, чтобы он не видел моих слёз. Пусть увольняет, если хочется.

— Что у вас произошло? — раздаётся прямо над моим ухом, а перед носом появляется упаковка сэндвичей и стаканчик с кофе.

С удивлением задираю взгляд на начальника. Что это за марафон щедрости?

— Вы вообще не понимаете? Именно из-за вашего внимания они и распускают слухи.

— Пусть распускают. Тебе-то какое дело? — шеф садится на край стола и только сейчас замечаю, что у него такой же набор, как он мне даёт.

— Такое, что это моя репутация, — бурчу, а живот в такт моим словам громко урчит.

— Тебе надо поесть. Ты весь день просидела в офисе, держи, — он насильно впихивает мне в руку кофе и сэндвич.

— Вы совсем не понимаете? — вздыхаю, но еду беру, у меня уже голова кружиться начинает из-за голода и нервов.

— Это банальная зависть, — усмехается он и открывает свою еду, достаёт и смачно кусает. — Ты смогла охомутать шефа, вот-вот окольцуешь его, а они не смогли. Вот и бесятся.

Поджимаю губы и тоже ем. Может, Ярослав и прав, только от этого не легче.

— Просто это сложно, — шепчу я. — Никто не видит, сколько я сделала, чтобы добиться своего положения в компании. Думаете, Матвей дал мне должность, когда мы сошлись? — усмехаюсь и пружиню с места. — Нет. Нет, и ещё раз нет. Я была на пороге повышения. Мы сходили на свидание, и мою новую должность отдали другому. Почему?

— Уверен, это увлекательная история, — усмехается Ярослав и сдвигает бумаги на край стола, усаживается поудобнее и хлопает ладонью около себя.

— Да нет никакой истории, — бурчу и сажусь рядом. — Матвей просто сказал, что я должна понять, ведь пойдут слухи. Что никто не поверит… — слёзы встают посреди глотки. — Только вот я всё равно выполняла обязанности директора, но продолжала сидеть на своём месте. А все мои заслуги присваивались другим.

Опускаю руки с недоеденным сэндвичем. Понимаю, что хочется плакать. Хотя нет. Хочется реветь белугой.

— Обидно, — кивает шеф. — Ты кофе попей, — ухмыляется он. — Полегчает.

— Спасибо, — делаю глоток, — м-м, вкусно. Что это? Миндаль?

— Ага, — усмехается Ярослав. — Нравится?

— Да. Спасибо вам, — поворачиваюсь к начальнику. — Я вам всякого наговорила, а вы мне перекус принесли и слушаете. Хоть и не обязаны. Уже уволили бы такую, как я.

— Такую? — почти шёпотом спрашивает он. — А какая ты?

— Я не знаю, — грустно пожимаю плечами. — Мне кажется, я просто потеряла себя за всей этой карьерной гонкой, обязанностями и полным игнорированием моих заслуг. Вы не подумайте, — тут же поправляюсь. — Я говорю это вовсе не для того, чтобы вы как-то ко мне иначе относились. Просто хочу, чтобы вы знали, что я правда могу быть полезна. Но мне хочется, чтобы это оценили по достоинству, заслуженно… понимаете? — тихо спрашиваю я.

— О, да, — еле слышно усмехается шеф и делает глоток кофе, я повторяю за ним и даже улыбаюсь.

Но тут до меня начинает доходить, что голова кружится так, будто я выпила. А это точно миндаль?

— Можешь не сомневаться, — говорит Ярослав, — я всегда и всех оцениваю по их достоинствам, — он внезапно поворачивается ко мне. — И ты уже доказала, что являешься ценным сотрудником.

Хлопаю глазами, когда понимаю, что лицо шефа как-то слишком близко к моему…

— С чем, говорите, кофе? — шепчу я, ошарашенно глядя на Ярослава, кажется, он подлил мне в напиток амаретто.

Вкус миндаля, а в голову бьёт очень даже нехило.

— Знаешь, смотрю я на тебя, — совершенно не о том говорит он. — И думаю, зачем тебе замуж за Матвея? Он же не ценит тебя, не видит в тебе личности, только ту, которая готова тянуть на себе все его обязанности.

— Это не так, — мотаю головой, — а шеф перехватывает меня за подбородок и заставляет остановиться.

— Поверь мне, я знаю, о чём говорю. Ты достойна лучшего…

И тут происходит очевидно-невероятное: Ярослав Романович наклоняется к моим губам, явно намереваясь поцеловать.

Да он спятил!

Глава 8: Фотограф

Голова работает плохо, возможно, виной тому алкоголь в моём кофе, но руки соображают быстрее.

Бросаю стаканчик с остатками напитка в начальника и бегу. По дороге хватаю сумочку и выбегаю из кабинета. Сталкиваюсь с тишиной и с удивлением обнаруживаю, что в офисе нет ни души. Куда это все делись?

Или шеф отпустил всех, чтобы поговорить со мной?

А поговорить ли он хотел?

Оборачиваюсь на секунду, а потом быстро цокаю к выходу. Сердце колотится — теперь точно можно ставить крест на работе. Какая к чёрту карьера, когда начальник дал понять, что не прочь закрутить со мной роман.

А он, на минуточку, знает, что через каких-то два дня я замуж выхожу!

Мысли путаются, пока спускаюсь, вызываю такси — за руль в таком состоянии нельзя. Когда машина подъезжает, открываю дверь и поднимаю глаза. Что я там хочу увидеть? Не знаю.

Но вижу, как Ярослав Романович стоит у окна в моём кабинете и с улыбкой наблюдает за мной. Вздёргиваю брови, а он машет мне рукой.

Мозг даёт сбой.

Прыгаю в машину и прошу таксиста как можно быстрее доставить меня домой. Сейчас мне нужно отдохнуть, прийти в себя и поговорить с Матвеем.

Я не могу остаться в компании. Но и бросить всё — ох, какой же тяжёлый выбор. Может, если он поговорит с Ярославом и даст понять, что его женщину трогать нельзя, шеф поймёт и у нас наладятся чисто деловые отношения?

Кого я обманываю?

Захожу в квартиру, а слёзы снова просятся на глаза. В полной темноте нащупываю выключатель и щёлкаю.

Морщусь от яркого света и прислушиваюсь — тишина. Но не может же Матвей спать? Ещё рано.

Захожу в комнату — но его там нет.

Тут же достаю телефон и звоню жениху — он мне сейчас жизненно необходим. Хочу прижаться к сильному плечу и просто поплакать. Но он не берёт трубку.

— Да где же ты?

Листаю нашу переписку, но никаких сообщений о том, куда он поедет вечером — нет. Ничего не понимаю. Набираю его другу — вне зоны.

Может, они вместе?

Начинаю переживать за жениха, а сознание услужливо напоминает о том, что сказала Яся. А что если мой будущий муж прямо сейчас развлекается с девочками?

Силюсь, но выкинуть эти страхи из головы не выходит.

Всю ночь пытаюсь дозвониться Матвею и его другу. Спать не могу. Слёзы уже все выплакала, глаза чешутся и болят.

Умудряюсь даже в интернет залезть и поискать признаки того, что любимый изменяет. Но первая из мыслей — любого мужчину можно по ним обвинить. Но ведь не все изменяют?

Или все?

Хлопает дверь, и в прихожей раздаётся грохот.

Выбегаю из спальни и вижу Матвея. Он еле стоит на ногах, в руках бутылка вискаря, а рубашка полностью расстёгнута.

Смотрю на часы — шесть утра.

— Ты где был? — упираю руки в боки, переживания резко меняются на гнев.

— Ты мне ещё не жена, чтобы права качать, — еле ворочая языком, говорит жених.

— Ты обалдел?

— Прости, солнышко, — смеётся Матвей. — У нас был мальчишник. Всё! Теперь я весь твой, — он делает пару неуклюжих шагов ко мне и обнимает.

— Фу, — отворачиваюсь от яркого запаха перегара. — Тебе надо в душ, — сглатываю комок в горле.

— Эй, а как же любить в горе и радости? Здравии и болезни? — еле стоя на ногах, спрашивает он.

— В клятве нет ни слова о пьяном угаре, — выпутываюсь из неуклюжих объятий жениха. — Тебе надо проспаться.

— С тобой, — лезет целоваться, а я еле приступ тошноты сдерживаю, что он намешал? Одним виски дело явно не обошлоось. — Одному. И после душа.

Выскальзываю и отхожу от Матвея подальше.

— Малышка, нам просто нужен отпуск. Понимаешь? Ты устала, я устал…

— Дома сидеть устал? Или по корпоративам бегать, пока я в офисе впахиваю, устал? — злюсь уже по-настоящему.

Я не спала всю ночь, а он является в дупелину пьяный и несёт всякую чушь!

— Я на работу, а ты будь добр, приведи себя в порядок. Вечером поговорим!

Жених смеётся, передразнивая мои слова, и уходит в спальню, продолжая пить свой виски. А я иду в душ и стараюсь хоть немного привести себя в порядок.

Мальчишник — это зло!

Ну хоть теперь я знаю, что он там пил. В таком состоянии Матвей просто не способен на измену. Отодвигаю эти мысли и еду в офис. Там меня ждёт важный разговор с шефом.

А его-то на месте и нет.

И куда он делся после того, как пытался меня поцеловать? Скрывается от разговора или тоже был на мальчишнике Матвея?

Не удивлюсь — они же плотно сотрудничали, пока сделку проводили, могли и подружиться. В голове рождается очередная сумасшедшая идея — а что если это было проверкой от моего жениха?

Подослал своего знакомого, чтобы он поприставал ко мне?

Ужас!

После такого не могу сосредоточиться на делах. Еле успеваю всё, что наметила. Валюсь с ног, но тут мне звонят со свадебного салона и напоминают, что сегодня финальная примерка платья.

И как я могла забыть?

Свадебный наряд подгоняли по моей фигуре, и сегодня я должна всё утвердить. Сразу после окончания работы снова вызываю такси — на ногах стоять не могу, я устала и хочу спать. Ещё в ДТП попасть мне не хватало.

Приезжаю в салон и примеряю уже весь комплект. Выгляжу восхитительно, если не считать синяков под глазами и серой кожи из-за того, что я не выспалась.

Женщина, которая подшивала платье, скачет вокруг меня, что-то говорит, а у меня в голове пустота. Я будто не замуж собираюсь, а на похороны.

Всё же было так хорошо, в какой момент произошли изменения? Чего я не заметила? Где оступилась?

— Дарина, Дарина-а, — настойчиво зовёт меня швея.

— Да? Простите, о чём вы говорили? — слегка улыбаюсь и перевожу взгляд в зеркало, где прямо за моей спиной в окне вижу фигуру в чёрном.

Резко оборачиваюсь и понимаю, что это снова тот фотограф. Подбегаю к окну, но его уже и след простыл.

— Простите, — понимаю, что опять перебила швею. — Мне срочно надо позвонить.

Ухожу в примерочную и набираю Матвею.

— Да, киса, — всё ещё пьяным голосом отвечает жених.

— Матвей, скажи честно, ты опять что-то натворил?

— Ты о чём?

— Мне кажется, за мной следят. Я уже несколько раз видела человека с камерой, — шепчу в трубку. — У тебя какие-то проблемы?

— А с чего ты решила, что если проблемы у меня — следить будут за тобой? — смеётся он и икает.

Он что, не заканчивал пить? Такое чувство, будто он ещё пьянее, чем был.

— Я твоя будущая жена. Мало ли. Вдруг кто-то хочет денег с тебя стрясти, а меня похитить, — говорю первое, что в голову приходит.

Так-то за продажу компании он хорошие деньги получил, вполне можно долго жить припеваючи. Надо только вывести их.

А если я права…

— Не смеши меня, ну кому ты нужна. Тебя просто глючит, никто за тобой не следит. Всё. Пока. Мне надо ехать, Стасик ждёт. Если сегодня не оплачу билеты, то никакого свадебного путешествия не будет. Пока, — жених кладёт трубку, так и не дождавшись моего ответа.

Я бы с радостью забила на всё, но сердце трепыхается в груди — мне страшно. А что, если Матвей опять взял кредит, как в прошлый раз, и его снова преследуют коллекторы?

Второй раз через это я не готова проходить. Тогда они угрожали, а потом вынесли половину мебели из нашей квартиры. Большую часть мы потом так и не вернули.

Слёзы катятся по щекам, а в голове звучит голос Ярослава, который шепчет, что не надо мне за Матвея замуж выходить.

Шмыгаю носом и звоню родителям, может, отец сможет забрать меня, чтобы я у родителей переночевала. Я действительно боюсь выходить из свадебного салона одна.

— Дочь, ну не говори ерунды, — отвечает папа. — Да и у меня дел невпроворот. Я обещал деньги отдать, которые для вас занял, так что я сейчас в ночную смену пойду. На меня уже давят. Позвони жениху.

— Но… — говорю я, но понимаю, что отец уже положил трубку.

Сажусь на табурет в примерочной и листаю телефонную книгу. Слёзы накатывают ещё больше — мне даже позвонить некому в этой ситуации.

Матвей больше недоступен, похоже, по пьяни телефон забыл зарядить. Папа на работе. С коллегами поссорилась… а подруг… а их в моей жизни с появлением Матвея поубавилось и осталось ровно — ноль.

И кому мне позвонить? У кого попросить помощи?

Листаю телефонную книгу до самого конца — никого. Лишь одно имя на букву «Я» есть…

Ярослав Романович.

«Позвонишь, если помощь понадобится»… — вспоминаю его слова.

И что мне делать? Позвонить или успокоиться и домой поехать?

Глава 9: Подготовка к свадьбе

Откладываю телефон и выхожу из примерочной. Швея в шоке смотрит на меня, когда я подхожу к окну и вглядываюсь в прохожих.

Уже стемнело, горят фонари, а под одним из них вижу фотографа, с камерой наготове. Сомнений нет — он следит за мной.

— Дарина, у вас всё хорошо? — женщина подходит ко мне, а я судорожно соображаю, что же мне делать.

— Простите, а можно я в день свадьбы от вас поеду? — решаю, что так будет безопаснее.

Теперь-то точно я буду одна. Подружка невесты пропала вместе со своими смешками в туалете.

— Разумеется, мы всё подготовим и поможем вам собраться.

— Спасибо, — снова выглядываю в окно и, вздрогнув, иду переодеваться.

Оплачиваю платье и все работы, а потом сажусь на пуфик около входа и пялюсь на свой телефон. Набираю жениху — недоступен.

Шмыгаю носом и делаю самую большую глупость в жизни, но тот фотограф так и торчит напротив салона. Если это акция устрашения от коллекторов — она отлично сработала. Мне страшно.

Набираю шефу, и он почти сразу отвечает:

— Слушаю, — раздаётся резкий голос, будто я его от чего-то важного оторвала.

Хотя откуда мне знать, чем начальник вечерами занимается. Может, у него свидание, а тут я.

— Простите, — шепчу я.

— Дарина? — удивлённо спрашивает он.

— Ярослав Романович, извините меня, но мне больше некому позвонить, — от полного осознания ситуации, снова хочется плакать.

— Что случилось? — голос шефа звучит обеспокоенно. — Где ты?

— В свадебном салоне, — поджимаю губы. — Мне кажется, за мной следят. Мне страшно, а Матвей недоступен. Простите, не стоило вам звонить, но мне… простите… — хочу положить трубку, но слышу голос шефа.

— Адрес. Сейчас буду.

— Спасибо…

Диктую адрес салона и украдкой выглядываю в окно. Фотографа вижу не сразу, но он там — стоит подальше, а его объектив, как прицел, направлен на вход салона.

Через пару минут на уши давит урчание двигателя и свист тормозов. Почти сразу после этого на весь салон звенят колокольчики, что висят над входом.

Ярослав влетает в помещение так, будто здесь кого-то убивают. Быстро осматривает салон и останавливает взгляд на мне:

— Ты не пострадала?

Приподнимаю бровь. Что это за реакция такая? Будто это он виноват, что за мной следят. Может, это проблемы у фирмы? А я как новый директор попала в поле зрения… не знаю… спецслужб?

Вдруг этот Маршал в разработке у ФСБ? Или кто там этим занимается?

Да что за чушь мне в голову лезет?

— На той стороне улицы мужчина, — тихо говорю я, — он уже несколько дней следит за мной. Я не знаю почему. Вы не знаете, может, у Матвея проблемы снова?

Шеф садится передо мной на корточки и заглядывает в мои глаза:

— А такое уже было?

— Нет, — мотаю головой. — Не совсем. Просто… — теряюсь в словах, не находя ответа.

— Ясно, — Ярослав поднимается и протягивает мне руку. — Пойдём. Я отвезу тебя в безопасное место.

— Мне домой надо. У меня свадьба…

— Может, лучше в полицию?

Мотаю головой, что я там скажу? Кто его видел? Только я и то, сама не уверена, что он по мою душу там бегает с фотоаппаратом.

— Ладно, — Ярослав берёт меня за руку и выводит из магазина.

Оглядываюсь по сторонам, но фотографа не вижу. Наверное, ушёл. А может, это моё воспалённое воображение на нервной почве разыгралось.

— И как давно ты его видишь? — спрашивает шеф, когда садится за руль своего «Ягуара».

— Пару дней. А в компании проблем нет? — поворачиваюсь к начальнику, а он сидит и невидящим взглядом смотрит на мои колени.

— Я бы знал, — усмехается он и поднимает глаза. — Так и куда мы едем?

— Домой, — тихо отвечаю.

— Я знаю только один адрес дома, я не против отвезти тебя туда. Но что-то подсказывает мне, что ты туда не хочешь…

На губах начальника появляется соблазнительная полуулыбка, а до меня доходят его слова. Быстро прихожу в себя и называю свой адрес.

Машина срывается с места с такой скоростью, что меня вжимает в сидение, кажется, вот-вот расплющит. Кто-то в детстве, наверное, гонщиком хотел стать.

Может, Ягуаром его называют не из-за марки машины, а потому что он ездит с бешеной скоростью? Хотя тогда гепардом бы назвали.

Хватаюсь за ручку на двери и крепко держусь, стараясь на дорогу не смотреть.

— А мы можем ехать немного медленнее? — тихо спрашиваю.

— Если за тобой и правда следят, думаю, не стоит давать возможность им узнать твой адрес. Не находишь?

— Мне кажется, они знают, где я живу, — тяжело сглатываю. — Я даже в свадебный салон сборы перенесла, чтобы не оставаться дома одной.

— Сборы сборами, — говорит Ярослав и резко поворачивает на перекрёстке, заставляя другие машины тормозить. — А что потом? Будешь дома сидеть?

— Потом мы уедем в отпуск на неделю, — говорю я и жмурюсь.

— Сразу из ЗАГСа?

— Н-нет, — после ресторана, — говорю зачем-то.

— А мне казалось, что у тебя отпуск подписан уже после свадьбы, хм…

— На следующий. Свадьба вечером. Я после работы поеду…

Не успеваю договорить, машина тормозит с такой скоростью, что ремень безопасности выбивает у меня ведь воздух из груди. А шеф поворачивается и внимательно смотрит сначала на красный светофор, потом на меня.

— Ты в день свадьбы на работу собираешься?

— Ну да. А что такого? В документах есть, что я на два часа раньше уйти просила…

— Ты точно замуж хочешь? Или у вас торжество только для своих? А как же торжество?

— Будет семейный ужин в «Эдельвейсе». А что такого? Не всем пышная свадьба нужна.

— В «Эдельвейсе»? — Ярослав смотрит на светофор и стартует с места куда осторожнее, чем прежде. — Я знаю хозяина, хочешь, попрошу, чтобы они охрану усилили? Охраной там тоже друг занимается. Он шарит в этом. Могу и с преследователем попросить его разобраться. Его ребята на раз таких находят.

— Не хочу вас утруждать, — опускаю взгляд. — Матвей вернётся домой, и я всё ему расскажу. Он что-нибудь придумает.

— М-м, ну, моё дело предложить, — шеф снова останавливается, а я понимаю, что около моего дома. — До квартиры провожу.

— Не надо, — отстёгиваю ремень безопасности.

— Это не вопрос.

Он выходит и осматривается, будто мы в блокбастере каком-то, даже замираю и тоже смотрю по сторонам, но никого не вижу. Босс открывает пассажирскую дверь и подаёт мне руку. А сам напряжённым взглядом продолжает сканировать мой двор.