Нежеланная для феникса, или Тихая умница в Академии магии

Он отобрал мою сумку, закинул ее себе на плечо, выставил меня из лаборатории и запер дверь. И все это буквально одним движением. И вот стою я в коридоре, а парень меня под руку хватает и говорит:

– Чего замерла, пошли уже.

И я пошла, хоть это и было так необычно – идти куда-то с адептом Дорсом и не ругаться. Но мне важнее было другое выяснить:

– А что за посторонние на территории Академии?

– Проверяющие приехали, сразу несколько человек, в том числе попечитель Ортис Гошенг племянника своего приволок, а Эрдли та еще мерзкая тварь, – пояснил парень, не сбавляя шагу и уверенно ведя меня к общежитию.

Вот ведь, сейчас и правда все будут думать, что мы встречаемся! Хотя, что он сказал? Эрдли Гошенг? Это же тот самый племянник попечителя, которого Ивка корытом отходила! И он тут вместе с дядей? Ой, мамочки, что теперь будет?!

***

Придя в комнату, я успокоилась. Первый порыв бежать и рассказать все братьям прошел. В конце концов, я обещала, что сама со всем справлюсь. Ну проверка и проверка, мало ли что что им тут надо, с чего я вообще решила, что этот Эрдли ищет меня или Иву? “Академия не маленькая, может быть, вообще его не увидим”, – решила я и выбросила Гошенгов из головы.

Как я была неправа, поняла на следующий же день днем.

Сидела в библиотеке, делала задание себе и реферат Ивке, как вдруг кто-то нагло взял учебник и перевернул его. Подняла глаза. Стоит, щурится, пятерню с учебника не убирает.

– Где же твои защитники, детка? – спрашивает Эрдли Гошенг и сияет, как новехонький золотой.

Жаль, что его книгой не огреть. Гошенги здешнему монарху родней какой-то дальней приходятся, мне так-то все равно, я не их подданная, но, во-первых, скандал никому не нужен, во-вторых, моя цель не достигнута, а значит вылететь из Академии из-за недоумка в планы тоже не входит.

– Полагаете, что мне непременно нужны защитники? – спросила вежливо и спокойно.

Не ответил, принялся перебирать учебники на столе, читая названия того, что я изучаю.

– Первый курс, огонь, – заключил он. – Так ты у нас огненная девочка? – хохотнул.

Молчу, не отвечаю, очевидно по учебникам, откуда я. Но парень никак не уймется. Оглядел меня внимательно. А на мне блузка скромная, сумка потертая рядом и вообще я сама серость и незаметность.

– Всем нужны защитники и покровители, – с умным видом заявил он. – И я так и быть, готов снизойти до тебя, детка. Придешь вечером ко мне, одна, посмотрим, насколько ты горячая.

Последнее он мне чуть ли не в ухо прошептал, наклонившись к самому лицу. А потом забрал тетрадь с конспектами и пошел прочь.

– Эй, конспекты верни! – крикнула.

– Непременно. Вечером, – он обернулся, чтобы глумливо мне улыбнуться и помахать книгой.

– Это не твое, – Дорс выхватил мою тетрадь из рук ухмыляющегося парня оттолкнул его плечом с дороги и прошел в зал. Проходя мимо, небрежно бросил конспекты мне на стол.

Хотела поблагодарить, но он будто и не заметил меня, прошел дальше к стеллажам и принялся выбирать книги. А высокопоставленный племянничек проверяющего посверкал злобно глазами на Дорса и все-таки выдал:

– Так я жду, детка! – и послал мне воздушный поцелуй.

Фу-у-у, уж лучше Дорс и его “Птичка”. Сделала вид, что парень не ко мне обращается, но от Дорса ничего не укрылось. Хмыкнул. Стоило Гошенгу испариться, уселся на соседний стул.

– Ищешь себе нового покровителя, Птичка?

Боги, если еще и этот свою кандидатуру предложит, то я не знаю, что делать уже. Хотя, почему не знаю, Мишеля попрошу, он все время по Академии с разными девушками ходит, прибьюсь к ним. Но парень удивил:

– Гошенг не самый лучший вариант в этом плане, – спокойно сказал он. – У него ни чести, ни совести, его исключили из двух Академий за недостойное поведение. Хотя скандалы заминает его отец, но все знают, что он беспринципная тварь и никто не желает иметь с ним дела. И только его дядя свято верит, что окружающие норовят оболгать “доброго мальчика”. Вот и привез его из столицы, чтоб приткнуть сюда. Так что на твоем месте, Птичка, я бы вернулся к прежнему покровителю. Крис Рей порой высокомерная сволочь, но он надежный и порядочный, подумай об этом.

– Угу, спасибо, я учту, – буркнула я, думая о своем.

Не хватало еще, чтобы этот мерзкий Гошенг сюда поступил, тогда конфликта с ним не избежать. И это я еще о Дорсе плохо думала? Мда, все познается в сравнении. Надо же заботливый какой, к покровителю какому-то советует вернуться…

А, так это он про Кристиана! Мы все поступали под разными именами, это не возбраняется, главное, чтобы адепт сам считал названное оракулу имя своим и оно на ауре отражалось. Вторым, третьим, сокращенным – неважно. Ну и свиток об окончании Академии потом на него выпишут. Местные под родовыми именами учатся, для них это престижно, и они надеются в королевской канцелярии осесть. А что мне, что братьям местные бумажки не важны.

Потому и не сразу поняла, о чем Дорс говорит. Когда дошло, хотела возразить, что Крис мне вовсе не покровитель, но… Да пусть думает, что хочет! Ему-то какая разница?

Глава 8. Участок стражей порядка

Интерлюдия

Леонис Дорс злился. Младший Гошенг, этот мерзкий хорек прибыл в Академию Элементалей. Неужели могущественный дядюшка собирается пристроить племянника сюда? Столичные академии под разными благовидными и не очень предлогами отказали отпрыску благородного семейства, всех их денег и влияния не хватило, чтобы замять очередной скандал с участием мальчика. На этот раз Гошенг подбивал молодежь на участие в нелегальных гонках. Его поручные позволяли им выиграть пару заездов, а потом приободренные жерты ставили все на кон, закономерно проигрывали и оказывались в должниках Гошенга и компании. Скандал разгорелся, когда в последнем заезде серьезно пострадало несколько человек. Все указали на Эрдли, как организатора соревнований, но родители и дядя поспешили увезти “оболганное дитятко”из столицы. И вот оно тут.

“Надеюсь, хотя бы без своей дури, – думал Леон, шагая в библиотеку. – А то проблем не оберемся”. Неприятный с виду парень всегда брал нахрапом. И если простолюдинки отпор обычно не давали и не жаловались, получая монетку в качестве компенсации, то аристократки парня игнорировали. И тогда он достал где-то сбор трав, которым поил девушек и после которого они ничего не помнили. Но доказать вину гаденыша не удавалось.

Эти проделки аристократа стали известны Дорсу, пока тот негласно расследовал факты пропажи фениксов. И они бы не трогали Леона, ну говно человек, бывает, вот только сейчас тут училась одна на редкость безголовая Птичка, и парню категорически не хотелось, чтобы она привлекла внимание высокопоставленного ублюдка.

Он снова приморозил брачную татуировку, которая своим зудом и жжением словно намекала ему, что не стоит заглядываться на посторонних девушек, когда у него своя невеста имеется, и распахнул дверь в библиотеку. Так и есть, Гошенг уже тут как тут. Ничего, сначала разберется с уродом, потом с пропавшими фениксами, а потом и с невестой что-то можно будет решить. Первое труда не вызвало, Леон просто отобрал тетрадь у растерявшегося парня и вернул ее девушке, и тот предпочел сбежать. Еще бы, трусливый пакостный хорек и есть. Предостерег девицу, чтоб не связывалась, и поспешил в город. С делом о пропаже фениксов тоже надо что-то решать.

А вот тут было непросто. Его раса безупречно мимикрировала под людей, но несколько соплеменников чем-то выдали себя и пропали. Из разных Академий, но все с территории Оренверна. Плохо было то, что сами кланы в упор не хотели сообщать, кто из фениксов на данный момент находится здесь, как выглядит и под каким именем скрывается, будто специально саботируя расследование, зато требовали результатов и выдачи преступника. У Леона был план, как выманить похитителя, вот только задействовать в нем он собирался Ивону, соседку глупой Птички, хоть и подозревал, что девушкам это не понравиться. Но что поделать, раз уж одна из них так удачно оказалась связанной с кланами фениксов? Всегда приходится чем-то жертвовать, и уж коли его клан отвечает за безопасность всех фениксов, то он обязан использовать подвернувшуюся возможность.

***

Пока сидела в библиотеке, все думала, какие все-таки люди странные. Это же надо – озадачиться тем, чтобы у меня был покровитель. У меня так-то даже почти муж есть. Незаметно почесала метку. Что-то она слишком активна. Надеюсь, Гошенг не окажется моим нареченным? Но пока в Академии проверяющие, пожалуй, придется свернуть нашу торговлю зельями. С руководства станется показательно отчислить нас с Ив без доказательства вины только для того, чтобы соблюсти некие “правила”.

А вот заявление на снятие ограничивающих браслетов я все-таки подам. Каждый раз надеяться, что рядом окажется братья или боевик глупо. Собрала вещи и отправилась к куратору факультета.

Им был демон Дамиан Совергор, который и преподавал собственно демонологию. Это был высокий стремительный мужчина, в темных волосах которого играли алые всполохи огня. С собой в качестве оружия он носил книгу, и это позволяло мне чувствовать с ним некую общность.

– Господин Совергор, – начала я, найдя куратора в его кабинете. – Не могли бы вы дать мне разрешение снять ограничители, я готова доказать, что в полном мере контролирую свои силы.

– Исходя из чего вы пришли к таким выводам, адептка Каридис? – Демон сидел за столом и быстро-быстро проверял работы адептов, на меня он даже взгляда не поднял.

– В моей стране к 18 годам девушка уже не считается ребенком. Она должна владеть магией на должном уровне.

– Не аргумент, – качнул он головой. – Должна и обладает на самом деле – суть разные вещи.

– Тогда позвольте мне пройти испытания и доказать, что я контролирую силу, – предложила я. Не хотелось бы такого исхода, пока не найден ритуал снятия брачной метки, отсиживаться в тени Ивоны и не привлекать к себе внимания было бы более благоразумно, но что делать? Когда под носом снуют всякие Гошенги надо быть во всеоружии.

– Хорошо, после зимнего бала.

Что?! Но это слишком поздно!

– Господин Совергор, неужели нет способа доказать, что я достаточно взрослая как-то раньше? Эти браслеты создают слишком много неудобств, вы же знаете, что у моей соседки, Ивоны, проблемы с магией, а я даже не могу ей помочь.

– Да, действительно, – сказал куратор, и я было обрадовалась. – У Ивон с контролем магии все печально. Возможно, ей придется назначить кого-то из старших ребят для помощи и надеть ограничители.

Ну вот! Только еще хуже сделала.

– Господин Совергор, да не ребенок я! Я вообще уже замужем! А замужние девушки по определению считаются совершеннолетними, – привела я последний аргумент.

– Доказательства, – потребовала куратор.

И что делать? Показать метку – признаться, что я феникс, а братья просили меня никому об этом не говорить, даже Ив может и догадалась, но сама я молчу. А как еще доказать?

– Какие доказательства? – спросила немного растерянно.

– Бумагу из храма, адептка, – усмехнулся демон. – Ну не мужа же я прошу вас предъявить.

“Да лучше бы мужа, – думала я, уходя от куратора с разрешением на выход в город. – Фиктивным любого можно назначить, а что мне в храме скажут, еще неизвестно”.

В комнате опять царила разруха. Да что такое-то, Ивка же прибиралась вчера тут? Надо брату сказать, он некромант, попросить артефакты от нечисти или неупокоенных духов. Положила раскиданные вещи на места и чиркнула послания братьям и Иве. Короткие записочки – лепсаны перемещались между специальными шкатулками или небольшими ящичками, чтобы отправить такое послание, достаточно было представить внешность того, кому его направляешь. Отправила Крису и Мишелю записки о том, что иду в город в храм за подтверждением того, что я замужем. Иве просто на столе оставила. Подумала и сверху книгой придавила, мало ли, вдруг тут правда дух какой шалит, утащит записку, а соседка панику поднимет. Собралась, взяла мелких монет и отправилась к магополитену. Добраться до города проще всего оттуда через портал, можно в ближайший, можно в любой другой, где есть такое же сооружение, они в каждом среднем и крупном городе расположены. Внутри говоришь, куда тебе надо, и служащий тебя отправляет. Это я со слов братьев знала, сама-то не была никогда.

Одной отправляться в город было безумно волнительно, все же я с гор первый раз спустилась, и ни в магополитене, ни в чужом городе не была ни разу, но старалась держаться уверенно, во всяком случае, пока шла до ворот Академии.

А потом вдруг стало страшно. А как я пойму, куда идти? У меня была карта Элендора и я ее тщательно изучила на всякий случай, но вдруг на месте не смогу сориентироваться? Ведь до храма надо через весь город добираться. Может, вернуться и дождаться ответа братьев, и пусть они меня глупенькой считают, но зато проводят? Но у них могут быть свои дела, а куратор разрешение только на сегодня дал.

“Надо просто к кому-нибудь пристроиться в компанию”, – решила я. Огляделась. Из моих однокурсников никого не было видно, а других я особо и не знаю. Все-таки есть минус в том, чтобы быть заучкой. Ладно, разберусь с ритуалом и буду вливаться в общественную жизнь. Но сейчас к кому бы пристроиться? Может вон к тому пареньку в очках, не прогонит же? Вроде я его в библиотеке часто вижу.

Успела сделать пару шагов, как меня схватили за плечо.

– И куда это ты собралась, Птичка?

Ужасно недовольный Дорс рассматривает меня критически. А что я? Да, куртка на мне выглядит просто, но я то знаю, что она зачарована на совесть, а потрепанный вид – ну перестаралась чуть-чуть, с кем не бывает.

– Ты не ответила.

Ой, и правда. Стою и разглядываю его, как первый раз увидела. Просто он так близко, что как-то даже неловко и жарко. Хотела сказать, что не его дело, куда я собралась. Но… Может нам по пути?

– Мне в город надо, в храм. У меня разрешение есть, – помахала бумагой от куратора.

Кивнул серьезно.

– Ладно, тебе повезло, что мне пришлось вернуться. Пойдем, провожу.

Сумку мою забрал и меня под руку подхватил. Ну все, теперь точно братья узнают. Ладно, переживу, зато с боевиком в городе не так страшно. Главное – получить бумагу, что я замужем.

И когда я дошла до того, что меня радует этот факт? Как бы такими темпами не дойти и до того, что меня и присутствие мужа будет в восторг приводить. Ой, не дай Богиня!

***

– Зачем тебе в храм? – Спросил меня Дорс, когда мы вышли в городе.

Неширокая прямая улица вела от магополитена, и мы шли по ней. По мощеной булыжником мостовой процокала лошадь, запряженная в двуколку, и я подумала о том, что могла бы просто нанять такую же туда и обратно. Но что поделать, в бытовом плане я не очень много знаю и соображаю медленно.

– За мужем, – ответила я, крутя головой и стараясь запомнить дорогу. Не будет же Дорс со мной весь день возиться.

– Вот так сразу?

– А? – Мимо прогрохотала карета, вся в гербах и с плотно зашторенными окнами, и я безбожно отвлеклась на нее. Какие же они все-таки громкие и громоздкие. – Да, куратор сказал, что снимет с меня браслеты, если я докажу, что уже взрослая.

Дорс хмыкнул:

– Кардинально, но это подождет. Сейчас по дороге заглянем еще в одно место.

И он залихватски свистнул, тут же откуда-то появился мужичок на простой двуколке, запряженной сонной кобылкой.

– В участок, – скомандовал Дорс, усадив меня внутрь, и мы тронулись.

Покосилась на парня. Интересно, зачем ему в участок? Что-то натворить успел? Этот мог, наверное. Но почему-то думать о нем плохо уже не хотелось. Нет, он порядком достал меня с ремонтом рубашек и брюк, мне кажется, что в моих руках уже весь его гардероб побывал. И подколки его постоянные тоже достали. И манера общаться его фамильярная бесила изрядно. Но чтобы его в тюрьму посадили, все равно не хотелось. Хотя ему это на пользу пошло бы, самомнения, может, поубавилось бы… А то вон лицо холеное довольное какое. Покосилась на парня и отвернулась, потому что он посмотрел на меня.

Но долго не выдержала, любопытно ведь.

– А зачем в участок?

– Будем устанавливать твою личность, – заявил парень. – Если ты не та, за кого себя выдаешь, то задержим на трое суток.

Что?! Да как он смеет?

Набрала в грудь воздуха, чтоб разразиться гневной тирадой, а парень расхохотался.

Понимаете теперь, почему с ним невозможно общаться? Он все время меня дурой выставляет и смеется надо мной. Обиделась, отвернулась. От участка сама дойду, там недалеко уже, силой же он меня внутрь не потащит.

Потащил. Помог спуститься с двуколки и, не давая даже опомниться, поволок внутрь. Как преступницу какую, честное слово!

Участок занимал большое двухэтажное здание возле площади. Высокие двери с широким крыльцом, множество окон, серые каменные стены. В целом, вид здание имело внушительный, монументальный и совершенно негостеприимный, несмотря на то, что фасад был затейливо украшен орнаментами из рун.

Внутри оно было еще менее дружелюбным, дежурному стражу на входе Дорс уверенно заявил, что я с ним, и потащил меня по отделанным деревом коридорам.

– Поймал бродяжку? – услышала я насмешливое вслед. – Давай, оприходуй ее по всем правилам!

Теперь я поняла, почему первокурсников не выпускают в город и не снимают с них браслеты. В душе клокотала такая злость, что несмотря на весь мой самоконтроль, я не удержала эмоций.

Стоило этому гаду отпустить меня, я с размаху ударила его по щеке:

– Что ты себе позволяешь?! – кричала я. – Ты обращаешься со мной как преступницей! Я не давала согласия идти с тобой куда-то! Отдай!

Я дернула сумку, выхватила ее и выскочила из кабинета. Побежала по коридору, не разбирая дороги, но от злости и кипящей внутри досады на себя, наверное, перепутала направление и оказалась в тупике. Знаки на двери говорили, что это общественное место, и я вошла внутрь.

Так, привести себя в порядок, успокоиться и двигаться наружу. Возможно, мне и правда рано браслеты снимать, слишком я близко к сердцу все воспринимаю. В конце концов, кто такой Леон Дорс и что он сделал? Просто зазнавшийся аристократ, который что-то забыл в участке правопорядка. Да пусть он даже тут работает, это все равно не дает ему права быть такой сволочью. С другой стороны, чего я хочу от этих мужланов? Да, обидно и неприятно, но я совершенно не обязана ни с кем из них общаться, и меня не должны задевать их замечания. Но задело, да. Почему-то в какой-то момент мне стало казаться, что Дорс неплохой парень. И ждала от него, что он одернет дежурного. Но тот смеялся, и остальные шептались вслед. Неприятно, но не смертельно. В конце концов, Раисейнар, ты не ребенок, а почти взрослый феникс из клана Рейберн, так что взяла себя в руки и двигаемся к цели.

Выйдя из туалета, поняла, что внутри здание гораздо более запутаннее, чем снаружи, наверное, чтобы если преступник сбежит, то выхода не нашел. Пошла по коридору, на этот раз старательно изучая таблички на дверях. В какой-то момент вдалеке мелькнула фигура Дорса, и я свернула в боковой коридор. Мне показалось, что вход сюда был затянут, как пленкой или паутиной, каким-то заклинанием, но встречаться с парнем не хотелось категорически. Умом понимала, что веду себя глупо и по-детски, но… Но ничего не могла с этим поделать. Обида оказалась сильнее меня и, завидев отворот на лестницу, ведущую вниз, решила, что она непременно выведет меня наружу, и устремилась туда.

Окованная металлом дверь не походила на ту, через которую мы пришли в участок, и людей в этом крыле не было, но я не придала этому значения и решительно толкнула преграду. Она поддалась, и я прошла внутрь.

Ну что же, до меня наконец-то в полной мере дошла собственная глупость. Это не был выход наружу. Это был вход в мертвецкую.

И это не было бы проблемой, мертвых я не боюсь, у меня брат некромант. Смущало другое – если я правильно соображаю, то посторонним тут находиться нельзя. И мне бы быстренько покинуть холодное, освещенное чуть голубоватым слепящим светом место, вот только дверь изнутри не открывалась.

Я бы непременно придумала что-нибудь и выбралась отсюда, но тут из-за легких распашных дверей в глубине помещения раздались решительные шаги.

Глава 9. Практикант

И что делать? Прятаться? Бежать? Ну уж нет, я вообще-то феникс из клана Рейберн. Попалась, значит надо отвечать за свои поступки.

Но чем ближе были шаги, тем меньше решимости оставалась. Наконец, двери распахнулись и в помещение вошел немолодой грузный мужчина, просто великан, на две головы выше меня и в три раза шире в плечах. И кто он? Явно не человек, вот только что за раса? Оборотень? Дракон? Присмотрелась. Кто-то из змеиных, похоже, наг или василиск. Увидел меня, остановился. Точно, не человек, зрачки на миг вертикальными стали. Может и дракон, кстати.

– Ты кто? – спрашивает.

– Раисейнар Каридис, адептка Академии Элементалей, – отвечаю.

– Практикантка что ли, – бурчит. – Надо же, сподобились прислать хоть кого-то. Мертвяков не боишься?

Мотаю головой.

– Это хорошо, – говорит мощный дядька. – А душу призвать можешь?

– В теории, – отвечаю.

Крис же некромант, а конспекты я у братишек все читала. В Академии на факультете огня три специализации – боевая магия, темная магия и некромантия, разделение идет только на последнем четвертом курсе, но Крис сразу решил, что будет некромантом, потому и готовился чуть ли не с первого курса, а я из любопытства с ним заодно. Так что теорию знаю.

– Совсем отлично, – говорит, наверное, все-таки василиск, потому что у него в кармашке нагрудном халата очки виднелись. – Ну пошли тогда, практику начнем.

Головой мотаю и руки показываю в браслетах.

– А, – понимает по-своему огромный мужчина. – Наказана что ли?

Я не успела возразить, что не наказана, просто несовершеннолетняя еще, как он пальцами щелкнул и ограничители открылась. Ну ладно, будем считать, что это у нас как бы практическое занятие. В Академии-то на практику с нас ограничители тоже снимают. Иду за дядькой.

В соседней комнате на столе лежит тело гнома. Они хоть на людей и похожи, но коренастые, кость широкая, а ступни и ладони крупнее, чем у человека. Ну и силы существенно больше, а еще и магия есть. Гномы часто в горах селятся, так что обычаи их я знаю, душу они не разрешают призывать без необходимости.

– Это гном, – говорю, – у нас неприятности будут, если его после смерти потревожить.

– А кто узнает? – улыбается большой человек, то есть василиск.

– Он к кому-нибудь из родичей обязательно во сне наведается и расскажет, а уж тот вас жалобами завалит. Никогда не докажете, что не пытались вызнать, где он заначку припрятал. Гномов без необходимости лучше не поднимать.

– Так-то оно так, – соглашается василиск, – вот только с этим конкретным гномом явно что-то не то.

– А что именно? – спросила я.

– При нем не было ни оружия, ни доспехов, и на теле нет внешних повреждений, – пояснил ответственный за мертвецов.

– Оружие, это аргумент, – согласилась я. Просто гномы, они если не с секирой, или топором, но хоть пару ножей с собой всегда имеют на поясе или за голенищем сапога, потому что с холодным оружием никогда не расстаются. – Но, может, он у дамы был, – предположила. Ну а где ещё гном мог без оружия оказаться?

– Может и так, только его у пристани нашли.

Тоже странно. Гномы воду не очень любят, и где пристань, там гномки не селятся, только дамы полусвета, а гномы к таким не ходят, у них пунктик на этом.

– Ладно, давайте попробуем, – согласилась я. Самой уже интересно стало. Если бы гнома ограбили, он бы без боя не сдался, тогда следы были бы, да и кто рискнёт с гнома оружие снять, оно же зачарованное сплошь, чужому с ним не справится, а только себя подставить.

Кинжал ритуальный у меня с собой всегда, пентаграмму и руны прямо на груди гнома вырезать пришлось. Это неудобно было, грудь хоть и широкая, но волосатая, и борода мешает. Родственники точно недовольны будут, что ему бороду завязали наверх, на это гном обязательно пожалуется. Ну да это проблемы не мои будут.