Измена. Ты нас потерял

- Я понятия не имею, что думает господин Морозов. Меня это не касается, - огрызаюсь резко. Возможно слишком резко.

И снова темная бровь удивленно подскакивает.

- Да? Интересно. Я ни на секунду не сомневался, что получу удовольствие от нашего общения, но это.... вы превзошли все мои самые смелые ожидания.

По его губам расползается чувственная улыбка.

Молчу, стараясь унять вспыхнувшую внутри боль от недавнего предательства.

- Ну так на каких условия вы уступите мне сделку, Алина?

- Я уступаю вам контракт за пятнадцать процентов от его рыночной стоимости, - выдыхаю и замираю.

Исаев поднимается, проходит по кабинету молча до двери и обратно. Молчаливой пугающей тенью замирает за моей спиной.

Осторожно и вместе с тем крепко сжимает мои плечи. Наклоняется слишком близко, непозволительно близко и шепчет на ухо.

- Согласен с одним условием...

Визуализация

Дорогие мои!
Я продолжаю знакомить вас с нашими героями:

Представляю вашему вниманию, прошу любить и жаловать - Исаев Артур Фаридович.
Прямой конкурент Андрея Морозова. И кажется, теперь не только в бизнесе...

Бизнесмен, отельер и просто восточный красавец!

Держит вторую по величине сеть отелей в столице.

Уверенный в себе, хитрый, просчитывающий все шаги наперед. Может казаться легким в общении и веселым, но все не так, как кажется.
С удовольствием принимает предложение Алины, но со своими условиями. А какой бизнесмен при сделке не торгуется?

Глава 10

Пытаюсь проглотить ком в горле.

Во рту пересыхает и я с трудом могу выдавить.

- И с каким же?

- Алина, - он разворачивает меня к себе лицом и заглядывает прямо в глаза. При этом его губы расползаются в хищной улыбке. - Я думаю, для вас не секрет, что у нас с вашим мужем есть некоторые...кхм.. разногласия.

При слове «муж» я морщусь. И это не остаётся незамеченным.

Улыбка Артура становится шире и опаснее.

С каждой минутой общения с этим мужчиной я понимаю, что ступаю по очень тонкому льду. Возможно, явиться сюда было большой ошибкой. Но отступать мне некуда.

- Мы не обсуждали это, - стараюсь отвечать нейтрально.

- Не важно, - он продолжает изучать меня. - И я как конкурент пристально слежу за... успехами Морозова.

Что-то в его словах настораживает меня. Только пока не понимаю, что.

- И сегодня его успехи были так «искромётны», - Артур выделяет голосом последнее слово, - что он лишился своего самого главного сокровища, моя дорогая. ВАС!

В одно мгновение его глаза вспыхивают адским пламенем, яростью и превосходством.

Это пугает.

Сердце тревожно бьется в груди.

- Вам нечего бояться, Алина. Я предлагаю вам партнерство, - на секунду он замолкает, - длительное. На обоюдовыгодных условиях.

- Да? И какие это условия? - мой голос не слушается, сипит. Но я все равно задаю этот вопрос.

- Кроме процентов по контракту с «Шато Алинэ», вы получаете место консультанта в моей компании и...

Очередная пауза.

- ... и самого лучшего моего адвоката. Чтобы развестись с Морозовым.

Это... это очень странное предложение. Оно сбивает с мыслей, пугает и заставляет задуматься.

- Чтобы развестись с Морозовым? - хмурюсь. - С чего вы взяли, что мне нужна работа и что я собираюсь разводиться?

- Алина, Алина, не унижайте меня и себя ложью. Когда я говорю, что слежу за успехами Морозова. Это в прямом смысле значит, что слежу! Сегодня вы застали его с любовницей и сбежали. А теперь стоите передо мной и предлагает выкупить у вас супервыгодный контракт.

- Возможно, - отвечаю осторожно, - в чем-то вы правы. Но пока я готова сотрудничать с вами только по «Шато Алинэ».

Я вижу плохо скрытое разочарование в хищных раскосых глазах.

- Как скажите, Алина Игоревна, - кивает он сдержанно. - Я попрошу своих юристов составить договор и дам вам знать, когда вы сможете с ним ознакомиться.

Киваю и порывисто бросаюсь к выходу.

Я снова задыхаюсь. Разговор о муже заставил желудок снова сжаться в тугой узел. Точно, я ведь с самого утра ничего не ела.

В этот момент в кабинет после короткого стука входит секретарша. На серебряном подносе дымятся две крохотные чашечки с вязким и терпким напитком.

Аромат кофе бьет в нос, шекочет ноздри, расползается по гортани.

Отшатываюсь. Тошнота подкатывает к горлу. Да, кофе на голодный желудок не лучший вариант.

- Буду ждать вашего звонка, господин Исаев, - осторожно бочком обхожу секретаршу с подносом.

- Непременно, Алина Игоревна, непременно.

Я вылетаю из его кабинета и сама не замечаю, когда успеваю спуститься и выскочить из высоких стеклянных дверей отеля.

Замираю, положив ладонь на грудь. Дышу мелкими глотками, хватаю свежий воздух и надеюсь, что тошнота пройдет.

Надо ехать домой. Спрятаться ото всех. Потому что моих сил почти не осталось. Я все истратила.

Сейчас мне нужен тихий угол, где меня никто не достанет. А я смогу подумать и поплакать вволю.

Мне просто необходимо выплеснуть наружу свою боль и разочарование. Иначе они сожрут меня изнутри.

Предательство самого дорого человека в этом мире кривой занозой засело в груди, пробило сердце насквозь и зацепило легкие.

Поэтому от каждого вдоха внутри все горит.

Поэтому через рану на сердце вытекает отравленная предательством кровь.

Поэтому сердце так часто сбивается с ритма и так болезненно сжимается внутри.

Убежать. Укрыться. Спрятаться. И дать волю слезам.

Проблема в том, что мне некуда идти.

У меня больше нет дома.

Нет островка защищенности и покоя.

Ничего больше нет.

Всхлипываю.

Хорошо, что мама этого не видит. Она была расстроилась.

Ей всегда так нравился Андрей. Она считала, что мне очень повезло с ним. И сама привязалась к нему как к сыну. Его предательства она бы не пережила.

Куда мне идти?

Смотрю на небо. Темные свинцовые тучи низко стелятся над землей. Скоро пойдет дождь.

Оборачиваюсь.

В голове мелькает совсем уж шальная мысль. Может, поселиться в отеле у Исаева? Нет!

Тут же отбрасываю ее. Слишком пугает меня сам владелец.

Пока иду по улице в никуда, перебираю варианты.

Я могу позволить себе снять номер в любом отеле. НО...

Андрей!

Если он сказал, что так просто не отпустит. То не отпустит и ему плевать на мои чувства и желания.

Куда бы я сейчас не заселилась, ему десяти минут хватит, чтобы узнать название отеля и адрес.

Сама себе качаю головой. Нет. Так не пойдет.

Мне нужен покой.

В этот момент в руке начинает вибрировать смартфон.

На экране большими буквами горит «ЛЮБИМЫЙ».

«ЛЮБИМЫЙ», зачем ты растоптал нашу жизнь, зачем ты унизил меня, зачем предал?

Скидываю вызов, закусывая губу до боли.

Я не могу сейчас слышать его голос. Не хочу видеть. Да я знать его не хочу!

Снова и снова скидываю настойчивый вызов. А после начинается град сообщений.

Но их я тоже стряхиваю, не читая.

«Я тебя найду, Алина. И нам придётся поговорить» - на пару секунд зависает уведомление на экране. Успеваю его прочитать.

Не так быстро, Андрей. В голове в рождается очередной «гениальный» план.

Глава 11

Ну не такой уж и гениальный! Думаю я, разглядывая абсолютно пустую квартиру-студию, только что после ремонта.

Точнее она еще на стадии ремонта. Но по комнате и совмещённому санузлу остались мелкие доделки. А вот кухонная зона далека от завершения ремонта. И мебели нет совершенно никакой.

Захожу и захлопываю за собой дверь.

Хорошо, что на посту охраны внизу был комплект запасных ключей.

Собираюсь скинуть узкие лодочки на высоком каблуке. Они меня измотали за целый день на ногах. Но пол, вымытый рабочими, далек от моего понятия чистоты. Поэтому остаюсь в обуви.

Прохожусь по квартире. Щелкаю выключателем. Свет есть. Хорошо.

Прохожу в ванную и умываю лицо ледяной водой, чтобы взбодриться.

Вода тоже есть. Отлично!

Я совсем недавно купила эту квартиру. Элитный жилой комплекс. Квартиры улучшенной планировки.

Она не была мне нужна. У нас с Андреем прекрасная двухуровневая квартира...

Сердце предательски екает в груди.

У Андрея прекрасная квартира. И мы пока не планировали никаких переездов.

От мамы мне осталась старенькая хрущевка за третьим кольцом. Несколько лет я не могла ее продать. Мне казалось, что я предам память о маме и о нашем счастливом прошлом с ней.

Ведь в той маленькой квартирке на первом этаже, на шестиметровой кухне мы засиживались до поздна и болтали обо всем, пекли блины и пирожки, смеялись и грустили. Мы были с ней одной семьей. И не могли представить, что когда-то в нашу жизнь ворвется предательство.

Мамы не стало.

А я так больше никогда не смогла зайти в нашу с ней квартиру.

Прислоняюсь к белоснежной мраморной стене в ванной и опускаюсь на пол.

С удивлением понимаю, что холодный гранит подо мной медленно нагревается и дарит уютное тепло моему измученному и уставшему телу.

Наверное, вместе со светом я включила нагрев пола.

Закрываю глаза и по щеке скатывается слезинка.

Медленно она скользит все ниже и ниже, обрисовывает подбородок и срывается вниз.

С тихой печалью вспоминаю нашу квартирку и наши с мамой тихие вечера.

Я помню, какие обои были поклеены в зале, помню нашу старенькую механическую газовую колонку с двумя рычагами и фетилем. Помню окошечко из ванной на кухню. Через которое надо было покричать, чтобы мама убавила или прибавила газ на калонке.

Я любила маму. И я любила нашу квартиру. Но без мамы эта квартира потеряла свое очарование и стала местом не приятных воспоминаний, а постоянным напоминанием, что все было иначе.

Андрей предложил ее продать. И я с радочтью ухватилась за эту идею.

Пускай, кому-то в той квартире будет так же хорошо. Как было нам с мамой.

Светлый воспоминания я храню в себе, как и память о маме. А квартира? Это просто стены! И они должны дарить уют своим жильцам, а не стоять за закрытой дверью.

После продажи хрущевки Андрей настоял, что деньги я должна вложить. Тогда я не понимала зачем это нужно.

По нашим меркам - это были копейки. Поставка одних только фруктов на неделю в наши рестораны и отели стоила дороже, чем моя старая квартира.

Но если Андрей что-то решил, то переубедить его невозможно.

И вот я сижу на теплом полу в своей новой квартире-студии в центре столицы с видом на Третьяковку.

Хватит, Алина! Заставляю себя встряхнуться.

У нас еще много дел! Рыдать будем ночью и в подушку!

Достаю из сумочки смартфон, стряхиваю десяток уведомлений от мужа и открываю карты. Ищу ближайший супермаркет.

Господи, как удобно стало жить. Нашел магазин, установил приложение, закинул в корзину все, что нужно и оформил доставку.

Никаких поездок, никаких неудобств и очередей на кассе.

На все про все мне потребовалось минут сорок.

Все, от надувного матраса с подушкой, одеялом и постельным до набора трусов «неделька» я смогла выбрать в приложении обычного супермаркета.

Господи! Смеюсь, как сумасшедшая. Набор трусов, сто процентный хлопок, семь штук стоит дешевле, чем мои обычные трусики. Те же приятные открытия и с футболками и с сотнями мелочей.

Да, за время жизни с Морозовым я изрядно «отстала» от простой жизни.

Но ничего! Отправляю в корзину ведра и тряпки, моющие средства. Я умею жить экономно. Я всю жизнь так жила. И мыла, убирала, стирала и гладила сама.

Никакой трагедии для меня в этом нет!

Оформляю заказ.

Никакой трагедии... откладываю смартфон на пол.

Никакой...

Держаться больше нет сил.

Закрываю лицо руками и всхлипываю.

Черная удушающая тоска растекается по груди. Острыми когтями она сжимает сердце, что пытается отчаянно биться.

Расползается, отравляет тленом легкие. Каждый вдох становится сделать все труднее.

Она охватывает все мое тело, всю мою суть.

Для меня не трагедия вернуться к простой жизни, где я сама себе и повар, и уборщица, и стилист.

Для меня трагедия - предательство самого дорогого и любимого человека.

Я сжимаюсь, склоняюсь и в итоге сползаю на пол полностью.

Трагедия оказаться ненужной и выкинутой, об которую вытерли ноги.

Красивая, молодая женщина, роскошная блондинка в дорогом деловом костюме рыдает скрючившись от боли на полу в ванной в абсолютно пустой квартире.

Слезы, которые должны были помочь мне выпустить боль, делают только хуже.

С каждым всхлипом, с каждым вздохом боль становится только острее, ярче и нестерпимее.

На кого он меня променял? На искусственную куклу с «очаровательной» глупинкой в глазах и постоянно приоткрытым пухлым ротиком? Что в ней могло быть такого, чего не было во мне?

- Андрей! - кричу в пустоту. - Как ты мог? Зачем? За что?

Ответа нет, как и облегчения.

Прижимаю колени к груди и замираю в позе эмбриона. Словно так я могу отгородиться от всего мира.

Закрываю глаза и стараюсь выровнять дыхание.

Мягкое тепло от пола заставляет напряженные мышцы расслабиться. Словно это мама нежно гладит меня своей дрожащей рукой.

- Мама! Мамочка! - шепчу в пустоту. - За что он так со мной? За что? Я же для него все...

Мои страдания обрывает звонок в дверь.

Доставка!

Вскакиваю и лечу открывать.

Интересно, как они прошли мимо охраны?

Перед тем, как открыть дверь привстаю на носочки и заглядываю в глазок.

О, нет!

Глава 12

- Алина! - рычит за дверью мой муж. - Я знаю, что ты там! ОТКРЫВАЙ!

Оставив в покое звонок, он стучит огромным кулаком по двери.

От этого стука я вздрагиваю.

Мысли мечутся в голове. Бежать! Но куда?

Оглядываюсь. Мне некуда скрыться. Некуда сбежать.

Есть только маленькая квартирка, я и мой муж за тяжелой металлической дверью.

Но я знаю Андрея. Эта дверь его не удержит.

Выдыхаю и проворачиваю защелку на дверном замке.

В эту же секунду дверь отлетает в сторону и на пороге замирает разгневанный муж.

Его темные волосы всклокочены, словно он постоянно запускал в них пятерню.

Темные глаза бешенно вращаются, пронзают меня насквозь убийственным взглядом. Оглаживают лицо, подмечают следы недавней истерики, хмурятся.

- Что все это значит? - выдыхает он рвано. Тихо. На самой грани.

- Что именно? - устало разворачиваюсь. Хочу присесть куда-нибудь. Но вспоминаю, что сесть здесь некуда.

Просто приваливаюсь к стене.

- Это, Алина! - рычит он и захлопывает за собой дверь. - Это протест?

- Нет, - хмыкаю с каким-то отчаянным весельем. - Это развод.

Морозов такой Морозов. В его голове даже после утреннего инцидента ничего не щёлкнуло. Он решил, что я просто дуюсь? Такая милая дурашка, решила немного пощекотать ему нервы? Устроить протест? Не брать трубку? Спрятаться?

- Не говори ерунды! - он действительно запускает огромную пятерню в волосы и ерошит их. Нервно, дергано.

А ты не так спокоен, Андрей, как хочешь казаться.

- Это не ерунда, - снова прикрываю глаза. Смотреть на мужа оказывается не так просто.

Во рту скапливается горькая слюна. А к горлу в очередной раз подкатывает тошнота.

- Хватит!

Я вздрагиваю от того, как его кулак врезается в стену где-то рядом со мной. Но глаза не открываю. Не хочу.

- Уйди, - прошу по-хорошему.

- Где ты была весь день? - он не слушает. Впрочем как всегда. - Я звонил тебе на сотовый!

- Ага, - киваю я.

- Я написал тебе сотню сообщений...

- Мог не утруждаться...

- Я искал тебя везде. Тебя не было дома...

- Это больше не мой дом...

- Алина! - громовой крик и очередной удар в стену.

- Андрей, уйди, а? Тебя слишком много, - морщусь. Но глаза не открываю. Виски пульсируют тупой болью.

Я совершенно не настроена на разговор и на выяснение отношений. Мне плохо.

Только сейчас, привалившись к стене пустой квартиры, переминаясь с ноги на ногу в дорогущих туфлях я понимаю, как же я устала. Я просто хочу скинуть с себя одежду и залезть под душ. Встать там и плакать. Рыдать навзрыд и обнимать себя под струями горячей воды.

Я не хочу сейчас ни с кем разговаривать. Особенно с неверным мужем.

- Что ты такое несешь, Алина? - огромными ручищами он хватает меня за плечи и встряхивает.

Я совершенно этого не ожидала. Моя голова запрокидывается, зубы клацают. А внутри словно взрывается маленькая атомная бомба и выбивает из меня все мысли и чувства. Оставляет только черный пепел и вечную ядерную зиму. Ни желаний, ни эмоций, ни веры в лучшее.

В ноздри заползает давно знакомый и любимый аромат моего мужчины. Терпкий, вязкий с нотками пряного мужского тела. Вот только сейчас я понимаю, что за последние месяцы в этот аромат вплелась сладкая настойчивая нотка. Легким шлейфом она раздражала меня на уровне подсознания. И только сегодня я поняла откуда она взялась. Кто был ее причиной.

Катюша. Милая соска с пухлыми губками. Готовая как рыбка заглатывать наживку и причмокивать от удовольствия.

- Отойди от меня, - говорю тихо, едва сдерживая рвотный позыв.

- Алина, - рычит Андрей и сжимает мои плечи.

Его пальцы до боли впиваются в мое тело. Заставляют внутри все дрожать от омерзения и новой порции боли.

- ОТОЙДИ ОТ МЕНЯ! - я взрываюсь.

Распахиваю глаза и бью неверного мужа по рукам.

- Ты что, не слышишь меня? - продолжаю кричать. Уже не в силах успокоиться. - Уходи! Убирайся! Иди в свой расчудесный отель и продолжай общение с Катюшей. Она милая девушка, наверное. И готова всегда тебе услужить! А меня оставь в покое!

- Прекрати истерику, - рычит Андрей и выставляет вперед руку в предупреждающем жесте.

- Истерику? Хуерику! Я еще даже не начинала!

- Алина! Успокойся. Мы обязательно поговорим об этом. Позже. Дома. Пошли! - он тянет ко мне руку.

А я отшатываюсь.

- Ты дурак? - мои нервы реально сдают. Меня бесит его появление. Бесит его спокойный самоуверенный вид и то, что он меня не слушает. - Я никуда с тобой не поеду. Я больше не буду с тобой разговаривать. Я больше не буду жить с тобой. И я больше не хочу тебя видеть.

Андрей уже двумя руками сначала лохматит свою прическу, а потом пытается пригладить непослушные волосы.

- Так! Ты что-то не понимаешь, родная. Ты здесь не останешься. Ты устала, трудные переговоры, тяжелый перелет и не самая удачная встреча утром...

- Не самая «удачная»? - я нервно усмехаюсь. - Теперь измена так называется? «Не удачная» встреча? А для кого она была неудачной? Для Катюши? Судя по ее вздохам и причмокиваниям ей все понравилось. Может, для тебя? Кажется, ты спустил ей в ротик. Я конечно, не эксперт, но вроде этого и добиваются мужики, когда суют член кому-то в рот.

- Алина, - снова рычит мой муж. - Не передёргивай...

- Даже не собиралась. Может, ты имеешь в виду меня? Так для меня утро выдалось даже очень удачным. Я своими глазами увидела, что живу с предателем и изменщиком. И это самый лучший день за последнее время.

Темные брови моего мужа ползут вверх в немом изумлении.

- Да, да, - улыбаюсь горько. - Потому что я могу удалить эту досадную неприятность из своей жизни и начать все сначала. Пока еще не поздно. Завести детей. У меня все впереди...

- О какой досадной неприятности ты говоришь?- спрашивает Андрей, опасно хмурясь.

- О тебе, конечно, дорогой! Теперь ты для меня - досадная неприятность. Оплошность, допущенная в прошлом, от которой я хочу избавиться!

Глава 13

- Ты не посмеешь, - рычит он.

В темных бездонных глазах вспыхивает раздражение и нетерпение.

- Посмею. Еще как посмею, - дерзко отвечаю я и вскидываю подбородок.

Внутри меня бушует огненное море моих эмоций, щедро приправленное болью предательства. Яростные волны лижут мое сердце и оставляют после себя опалины. Болезненные, черные, через которые наружу сочится яд многолетнего обмана.

Все ложь! Вся наша жизнь и семья - ложь!

Но я гордо вскидываю подбородок и закусываю язык до боли. Уверена, что на моем лице сейчас не дрогнул ни единый мускул.

Андрей хорошо меня обучил. Держать лицо на переговорах - самое важное. Можно плавать в каких-то вопросах, не знать сводку. Но «покер фейс» окупит это сполна.

Я смело встречаю разъяренный взгляд мужа, позволяю легкой улыбке скользнуть по губам.

Один только Бог знает, каких усилий мне это стоит. Но я держусь. Я сильная.

Андрей не увидит моих слез. Только не он. Он этого просто не достоин!

- Развода не будет, - хрипит Андрей, наклоняясь ниже.

Его горячее рваное дыхание приподнимает пушистые волоски на моем виске.

Сердце в груди болезненно сжимается.

- Это ты так думаешь!

- Я это знаю! Я не дам тебе развод!

- Андрей! На дворе двадцать первый век! И мы живем в правовом государстве. Твое согласие на развод мне не требуется. Суд сделает все без тебя. Если не хочешь, можешь даже на слушания не приходить!

- Я еще раз повторяю тебе, Алина... - он делает шаг ко мне.

А я отшатываюсь.

Но он не останавливается. Надвигается на меня несокрушимой глыбой. А я позорно отступаю, пока не упираюсь в стену.

Его ладони упираются в стену с двух сторон от моей головы, отрезая пути к бегству.

- ... развода не будет, хочешь ты этого или нет! Ты моя... - он делает эффектную паузу, - жена. И ей и останешься!

- Об этом надо было думать до того, как совал свой член в глотку Катюши! - не выдерживаю я.

Неужели он не понимает, что этот разговор доставляет мне боль. Почти физическую, острую, пульсирующую, разрывающую меня надвое.

- Алина! - в его голосе звучит предостережение.

- Не перебивай! Я верила тебе! Я любила тебя! А ты... ты предал! Ты мне изменил!

- Ничего не было!

- Что? ЧТО??? - мои глаза распахиваются шире и в уголках мгновенно скапливается влага. - Да как ты смеешь? Я видела все своими глазами!

- И что же ты видела? - рычит Андрей. - А?

- Я видела, как она... - горло сжимает спазм. Пытаюсь пропихнуть воздух глубже в легкие, - как она сосет у тебя...

Слова даются мне с трудом. Но я все-таки говорю это.

А Андрей запрокидывает голову назад и смеется. Нагло, громко и так болезненно для меня.

- Алина, Алина, - наконец рокочет его голос. Почти нежно, почти сексуально. Так, как я очень любила раньше. - Бедная моя девочка, ты запуталась.

Его ладонь отлипает от стены, длинные пальцы подхватываю прядь моих волос и заправляют за ухо.

- Это ничего не значит.

- Что? - бью его по руке и трясу головой. Волосы каскадом рассыпаются по плечам. - Что ты несешь?

- Я говорю, что один минет ничего не значит! Это не измена! Это проступок. Шалость. Мы с тобой переживем эту досадную неприятность.

- Я тебе уже говорила, что досадная неприятность здесь только одна - это ты! Мне все равно как ты к этому относишься. Для меня любое прикосновение к тебе другой женщины - это измена. Секс или минет! Без разницы! Ты мне изменил!

- Я был напряжен...