( Не) гадайте на любовь

Богдан – Богом дан. Да, именно им, а не тем мудаком, что так легко вычеркнул из жизни собственного ребёнка.

Ладно, нечего скулить!

Странно, но именно сегодня я проснулась с давно забытым ощущением, что всё обязательно получится. Выключился режим не понятно зачем бегущего в колесе хомяка. Впереди как будто забрезжила цель, пока до конца не оформленная, но уже такая желанная…

Я встала с дивана и пошла к напольному вешало на манер тех, что стоят в вещевых магазинах. На железной трубе висела вся наша с сыном одежда.

Чем же сегодня мне порадовать моего самого долгоиграющего клиента? Хоть бы успел квартиру продать и купить новую, пока не сменил место жительства с постоянного на вечное под Боярышником. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно…

Он же тоже мужик, значит любит глазами. Тем более, в его возрасте больше нечем. – сказала мне вчера Ленка, посоветовав сменить гардероб физички на что-то более интригующее. Легко сказать…

Интересно, вот эта белая блузка, если не застёгивать её под самое горло, сможет заинтриговать старого перд…

- Мам, я всё.

- Хорошо, сынок, беги одевайся. Сегодня в садике на завтрак манная каша. Помнишь? – А я уже точно не успеваю с этим благородным делом, если планирую создать на лице интригу…

- Мам, я всё. – Сын постучал в дверь ванной.

- Сейчас, Богдаш, я уже почти готова, - прокричала я, старательно дорисовывая стрелку. Белая рубашка, волосы в конском хвосте, юбка-карандаш – весь этот антураж требовал гламурную классику на лице. А ещё рябиновых бус, которые, как сказала Ленка, мне очень шли…

- Мам, что мне поделать?

Что поделать, что поделать…

- Богдаш, а нарисуй тёте Лене на гипсе солнышко. Она вчера мне так и сказала, вот бы хорошо, если бы Богдан мне солнце нарисовал.

- Точно? – Вот, одного мужичка я уже смогла заинтриговать, хоть он ещё пока испытывал некие сомнения…

- Точно, Богдаш. Давай быстрее, через пять минут выходим.

- Ладно.

Судя по звукам, сын побежал в комнату за новогодним подарком. Улыбнулась своему отражению. Месть за утреннюю петушиную вакханалию обещает быть сладкой…

Одним солнцем сын не ограничился. Места на гипсе хватило на три счастливых огурца с палочками и точками.

- Это я, это ты, а это папа. А это собака, - сказал Богдан, дорисовывая горизонтального огурца.

Вспомнил всё-таки. А я так надеялась… Может, и правда щенка завести, раз с папой у нас тухляк?...

- Всё, Богдаш, побежали. Опаздываем. – Я влезла в свои позапозапрошлогодние сапоги, Богдан в дутыши. Хорошо, что сын пока не понимает, когда я вот таким вот безобразным образом ухожу от темы…

На улице только-только занимался рассвет. Балом правили крещенские морозы. Я накинула на голову Богдана капюшон, то же сделала и со своим.

Хорошо, что я ещё дома вызвала такси к саду, хоть не придётся ехать на объект общественным транспортом. Сегодня, ещё и в колготках на сто ден, ехать в задубевшем автобусе совсем не хотелось…

Добежали к садику мы быстро. Даже успели на раздачу манной каши.

- Ирина Александровна, доброе утро. – В раздевалку вышла Лидия Григорьевна. – Богдан, давай мы маму отпустим, да? А я тебе помогу раздеться.

- Я сам.

Так, и какая там была статья, а? Надо бы вспомнить, чтобы раз в месяц в профилактических целях напоминать Лидии Григорьевне, что все мы под законом ходим…

Я вчера, вон, почти сделала ходку на двадцать пять. Так сказать, прочувствовала всю мощь закона на себе. Почти…

Щёки обожгло румянцем от потянувших меня во вчерашний день воспрминаний.

А что бы я сделала увидь, как «поёт петух» Егора? Воспользовалась бы моментом и оседлала голосящего кивина в джинсах?... Он же явно предлагал, когда хлопал себя по коленям. Правда, я этого намёка не поняла тогда. Честно признаться, по мне ни у кого уже так давно даже цыплёнок не вылуплялся, чтобы иметь хоть какую-то программку действий…

Допустим, я бы всё-таки не прощёлкала тот момент. А как же быть с тем, что он хотел меня посадить, и явно не на колени, когда так откровенно издевался в отделении? Насмотревшись вчера на него в записи, я совсем забыла о продолжении в вечернем выпуске... А ведь я была на волоске от тюрьмы.

Вот же дура! Во всём виноват Многолетник-Воздержаниус. Просто мозг решил отфильтровать вчерашние события, оставив в памяти только приятные. А зря…

Фингал под глазом сына, горькие слёзы и равнодушное "пока" – вот что я должна помнить, а не то, что на мои бусы у кого-то там встал. Дура!

- Ирина Александровна…

Чёрт… Опять я выпала из реальности.

- Да, Лидия Григорьевна, спасибо. До вечера, сыночек. – Чмокнула Богдана в раскрасневшуюся с мороза щёчку.

- Не переживайте, Ирина Александровна. Я пригляжу за Богданом.

- Естественно, Лидия Григорьевна, приглядите…

Я вышла из группы, доставая из сумки телефон.

Что ж, теперь пора сделать то, что я наметила для себя вчера. В родительском чате нашла нужный мне контакт.

- Здравствуйте, это мама Богдана. Я звоню вам по поводу вчерашней драки. Нет, это вы меня послушайте…

Я как раз закончила распекать маму Иванова Ярослава, когда на телефон пришло уведомление от службы извоза – машина была подана. Вышла из сада и побежала к кованым воротам.

Из-за мороза даже магнитный ключ сработал не сразу. Хотя я сама холода не чувствовала – слишком горячий разговор получился у меня с мамой Ярослава. Вот, даже пуховик не застегнула, впитывая в себя успокаивающую свежесть…

Разглядела на парковке нужную мне машину, и побежала к ней.

- Глафира! – окликнул знакомый голос...

Накатанная дорога, стёртая подошва на сапогах, и не весть откуда взявшийся Егор сделали своё дело – я исполнила тройной аксель и повалилась в снег…

Спасительная темнота, созданная накрывшим меня капюшоном, дала несколько секунд на подумать.

На кой он здесь? На этом время закончилось…

- Глаш, ты как там? Живая?

Интересно, а имеется ли хоть какая-то вероятность, что он меня не заметил? Может, если прикинуться бревном…

- Ей, Ир, живая?! – В моём укрытии резко посветлело - Егор откинул капюшон. – Ты, кстати, на жёлтый снег свалилась.

Тьфу…

Вытерла подбородок, которым хорошо так вошла в снег. Белый, кстати.

- Давай помогу. Сегодня мне здоровье не позволяет в снегу с тобой барахтаться.

- А что так, Егор Дмитрич? – спросила я присевшего на корточки рядом со мной следователя.

- Да что-то, знаешь, в паху со вчерашнего дня побаливает. Может, Глаш, ты там не дослила чего, м? Или нужно нашептать там заклинание какое на болючее место?

- А может, нужно джинсы носить попросторней, Егор Дмитрич? Я вот, например, с этого ракурса прекрасно вижу левша вы или правша. – Приняла его руку, так как самой вылезти из вязкого сугроба просто не получалось.

- Какой у тебя глаз намётанный, Ир. Ну что, пошепчешь? Сольёшь?

Издевается или серьёзно? А ведь даже и не улыбается… Как его понять?

- А давайте, Егор Дмитрич, пошепчу. – Поманила его пальчиком к себе. Подцепила подбитый лисой капюшон. Притянула следователя к себе, не забыв при этом его понюхать, чтобы потом с гордостью сказать Ленке, что в восемь сорок утра девятого января я-таки нюхнула мужика. После чего зашептала ему в самое ухо. – Пыш-пыш-пы-пшшш.

- Ир, ты местом немного ошиблась, у меня не это место болит.

- Это, Егор Дмитриевич. Вы сейчас просто находитесь в стадии отрицания, что больной на всю голову.

Улыбнулся. Точно так же, как на вчерашнем видео, прежде чем броситься за мной. От его улыбки прошиб мороз, на коже выступили мураши. Несмотря на это я не сделала ни шагу назад, не отвела глаз. Скопировав холодный взгляд и плотоядную улыбку, я просто рассматривала его лицо, стараясь не смотреть на ту часть, которая, по словам Марьяны, была украшена серо-буро-малиновым фингалом…

Чё ты гонишь, мусор, шнягу не по делу? Чё ты паришь мне про нары и конвой? Чё мазуришь ты на понт? Я не товарка. И пугаешь, падла, бабу Колымой? – Неожиданно загорланивший на всю округу телефон внёс музыкальную паузу в напряжённую обстановку.

Сказать честно, обстановка не стала быть менее напряжённой даже когда звонок на мой телефон пошёл по второму кругу.

Стараясь не обращать внимания на совсем уж недобрый взгляд Егора, я полезла в сумку за телефоном.

Чё ты гонишь, мусор… - Надо было Богдану сказать, что тётя Лена очень хотела, чтобы он нарисовал ей огурец на лбу, причём несмывающимися фломастерами. Зараза!

- Алло, - прокашлялась, - слушаю. Да, еду, конечно. Я доплачу за простой. Да, уже иду…

Сколько, интересно, там уже за ожидание натекло…

- Извините, Егор Дмитрич, опаздываю. Приятно было пообщаться. До сви…

- На работу опаздываешь, Глаш?

- Ага.

- И с кого на сей раз венец безбрачия будешь снимать?

- Ой, там не венец, Егор Дмитрич. Недуг почти такой же как в вашей интерпретации. Правда, и мужики там, уххх. – Потрясла сжатым кулаком, изображая тот самый уххх. - Футбольная команда. Двадцать человек. Это каждому нашептать надо на бо-бо. Работы… полный рот.

Его улыбка совсем уж стала нехорошей. Какой-то мужик дефектный… Хорошо ему – хмурится, плохо – лыбится, аж в щеках вон лопается, как будто ему осталось жить до следующего понедельника. И как его вообще можно понять…

- Так, значит, ради этого разрядилась? А не маловато одежды, Ир? – Спросил он, медленно проделав путь от моего лица, до глубокого декольте. Пуговицы я не застегнула аж целых три. - Бусы, вон, вываливаются. Должна же быть в бабе хоть какая-то загадка…

Сволочь! Еле сдержалась, чтобы не запахнуть на себе пуховик.

- Зимой и летом одним цветом.

- Что?

- Загадка, говорю, во мне есть – зимой и летом одним цветом. Ну вы пока думайте, Егор Дмитрич, а я поехала.

Обогнула его.

Теперь главное в снег не упасть…

Добежала до ожидавшей меня машины. Залезла в прогретый, но ужасно пропахший куревом салон.

- Едем? - спросил водитель, смотря в салонное зеркало заднего вида.

- Едем. – Апчхи.

- Не против шансона, красавица? – На этот раз водитель продемонстрировал мне вставленный золотой зуб.

- Не против. – Это теперь вообще моя тема…

Посмотрела в окно. Егор стоял на том же месте. На ветру колыхался кудрявый чёрный парик, а на земле рядом с ним стоял пакет с кладбищенской землёй. Видимо, это и была причина его сегодняшнего неожиданного появления. Думаю, теперь второго такого порыва с ним не случится.

Так ведь?..

И зачем он только пришёл? Для чего приволок с собой тот мусорный мешок? А ведь ещё вчера он над ним трясся как над манной небесной. Вот и оставил бы себе, раз он так его сердцу дорог. Мне этого кладбищенского добра теперь и даром не нать, да и Ленка особо плакать бы не стала…

Ещё и парик притащил. Нафига? Неужели, по его мнению, я так жалко выгляжу, что нуждаюсь в той выщипанной лохматине? Презентовал бы её лучше, не знаю, Анастасии Семёновне. Волосы у неё, конечно, и свои хорошие…

Твою мать! Какая ещё Семёновна?! Какие волосы?!

Надо выбросить все эти глупости из головы и настроиться на показ квартиры…

В очередной раз уставилась в экран своего телефона, пролистывая фотографии объекта, вычленяя все возможные косяки, которые сто процентов заметит привередливый клиент, заранее продумывая рекламную оправдательно-побудительную речь… Очень даже прекрасно, что в ванне нет кафельной плитки, значит, эта комната подготовлена под ремонт…

Пошепчите ему на больное место, будьте добры…

Подавила глупую улыбку.

Твою ж тратамать! Вот зачем он пришёл?!...

Футбольная команда, скошенная неожиданным недугом, ждала сидя на лавочке у подъезда старой пятиэтажки.

- Остановите, пожалуйста, здесь. Спасибо. Сколько с меня?

Выцыганить скидку не помогли ни общие с водителем музыкальные предпочтения, ни позаимствованные у подруги влажные взгляды, ни моя томная улыбка. Всё равно пришлось сто рублей заплатить сверху за ожидание. А ведь это две пачки жевательного мармелада, единственного лакомства, что не так сильно травмирует молочные зубки, ну и ещё мой кошелёк. Мелочь, да, но когда деньги рассчитаны буквально до копейки, чтобы продюжить до аванса, такие траты не допустимы…

Вышла из машины, мысленно обращаясь ко всем богам сразу – купи уже чёртову квартиру…

- Вениамин Ананьевич! Здравствуйте! Как я рада вас видеть! – Я всегда впадала в бурные эмоции во время приветствия, чтобы замаскировать рвущийся наружу смех. Потом просто мастерски (надеюсь) избегала настолько личного общения, где требовалось бы обращение по имени.

Бедный старик. Точнее, бедный отец этого старика…

- Здравствуйте, Ирочка. Какие у вас прелестные бусы.

- Ой, Вениамин Ананьевич, - это было исключением из правил. – Уверяю вас, квартира намного лучше…

Была бы, если бы пока ещё действующие владельцы выполнили все пункты из высланной им на мессенджер инструкции. Я всегда настоятельно рекомендую продавцам убрать все личные вещи, будь то фотографии, грамоты, да те же книги… Покупатель всегда примеряет квартиру на себя, а это сделать очень сложно, когда из каждого угла с портретных снимков на тебя смотрит голожопый младенец. Ну и конечно же обезличенные квадратные метры должны содержаться в порядке.

- Ирочка, давайте посмотрим ещё варианты, - сказал мой долгоиграющий клиент, недовольно поджав губы и переступая через игрушечную свалку.

- Спасибо за показ! – Я постаралась быть максимально вежливой. Маловероятно, конечно, что эта семья когда-нибудь решится продать квартиру, такие обычно слетают на этапе внесения задатка, но чем чёрт не шутит…

- Вторая квартира вам точно понравится, - сказала я на улице, вбивая в программу местного такси адреса.

- Поехали, Ирочка. Посмотрим. – Хоть бы раз за такси сам заплатил, чтобы Ирочка смогла ещё и продуктов в дом принести…

В машине я уткнулась в свой телефон, чтобы тем самым свести к минимуму личные разговоры. У меня вообще начало складываться стойкое ощущение, что дедку просто не с кем поговорить, вот он и нашёл альтернативу в виде моих ушей. На данный момент он с пеной у рта рассказывал о внучатой невестке, или кем там ему приходится жена его внука…

- Представляете, Ирочка, она весь день лежит на диване и ровным счётом ничего не делает. И как вам это нравится?...

Мне это очень даже нравится – мысленно искренне позавидовала счастливой бабе.

- Какой кошмар… - вслух поддакнула я, просто чтобы дедок отстал. Открыла родительский чат, и стала выискивать среди кучи глупых сообщений протокол вчерашнего родительского собрания. У нас в группе есть ответственная мамочка, которая конспектирует каждое слово Лидии Григорьевны, а потом поднимает столько лайков под ними, что даже возникает желание взять автограф у сей знаменитости. Вот и на этот раз она не подвела.

Фонд, двадцать третье февраля, бла-бла-бла.

… А давеча она с подругами шлындать пошла до десяти вечера…

- Да вы охренели! - Громогласно объявила на весь автомобильный салон, ещё раз пробежав глазами по последнему пункту, всё-таки надеясь на обман зрения.

- Что такое, Ирочка?

Пять тыщ на подарок Лидии Григорьевне на выпускной, ну и на само торжество по десять – вот что случилось с Ирочкой. Одолел скупердяйский обморок.

Проигнорировав сконфуженного моим невниманием Вениамина Аннаньевича, я стала записывать голосовое послание для всего родительского чата. Да и клиент пусть послушает – ему тоже полезно. Катается он тут со мной по риелтор-туру. Хоть бы раз за такси заплатил…

Глава 7

Ни одна квартира Вениамину Ананьевичу так и не понравилась. Думается мне, что после нашей с ним поездки в задубевшем от мороза автобусе к заключительному пункту турне, уже и не понравится.

Надоело… Вот именно сегодня и надоело возить его на своём горбу и исполнять роль мусорного ведра, в которое он производит непрекращающийся сброс грязного семейного белья. Ладно бы ещё гарантия какая-то была, что всё это не зря. А так…

Утренний настрой, нет, не угас, но переродился в какое-то пока ещё молчаливое бешенство. Обычно после такой эмоциональной закупорки меня разрывало в самый неподходящий момент. Если бы сейчас мне под руку попался Егор Дмитриевич с просьбой ему пошептать в трудносливаемые места, то одним фингалом он бы не отделался…

В офис я влетела уже после обеда привычно голодная и злая.

- Всем привет, - буркнула, бросая сумку на свой рабочий стол. Не обращая внимания на более радостные ответные приветствия, я пошла на нашу общую маленькую кухоньку. В холодильник лезть было не за чем, поэтому я просто щёлкнула кнопку на чайнике. Хотя бы закрашенным кипятком себя побалую…

Немного отогревшись и на время обманув желудок, я вернулась обратно в офисное помещение и постаралась влиться в суетливый рабочий процесс. Но не успела занять своё рабочее место, как ко мне подлетела наша новая коллега Ольга – настолько же амбициозная, насколько молодая. Студентка-заочница, выполняющая на данный момент работу «волка». Так мы называли риелторов-новичков, в чьи обязанности входило «выследить» новое объявление о продаже квартиры в интернете и сделать всё возможное и невозможное, чтобы клиент заключил договор именно с нашей компанией. У Ольги уже сейчас неплохо получалось ловить продавашек. А ведь когда-то я была такой же…

- Ир, там о тебе Валерий Юрьевич спрашивался, - сказала Ольга, доедая на ходу бутерброд. Да, когда-то и у меня не было времени на то, чтобы спокойно посидеть и поесть. А сейчас у меня даже еды нет. Какой-то регресс…

- Спасибо, - ответила я немного резче, чем хотела.

Ясное дело, руководитель и собственник риэлтерской компании Этажи решил узнать, как обстоят дела с моим долгоиграющим клиентом. В декабре, наслушавшись от меня баек, он выделил мне небольшую премию. С того момента прошёл почти месяц, а воз и ныне там…

Постучалась, прежде чем открыть дверь.

- Здравствуйте, Валерий Юрьевич.

- Привет, Ирина Александровна. Проходи, присаживайся.

Вроде дружелюбный тон…

Хотя, в этом плане мой руководитель был адекватным мужиком – на пустом месте не ругался. Требовал, да, но и премиями стимулировал.

Свежий курортный загар, джинсы, пиджак, дорогой запах… Валерий Юрьевич был на пятнадцать лет старше меня. И к своим годам построил маленький, но доходный бизнес. А ведь когда-то начинал с работы обычного «волка»…

- Ну что там у нас, Ир?

- Да ничего, Валерий Юрьевич. Съехал, похоже, клиент.

- Ты же помнишь, Ирина Александровна, девиз нашей компании – мы боремся…

- За каждого клиента, - закончила я за него фразу. – Там дохлый номер. Зря только столько времени и денег потратила. – Про последний пункт я специально сказала, чтобы разжалобить шефа.

- Сколько потратила?

- Пятьсот рублей на такси.

- На, вот, держи. – Он достал из кошелька тысячную купюру и протянул её мне.

- Спасибо, - искренне поблагодарила я, вставая.

- Ир, подожди. Я ещё не закончил. - А ведь всё так хорошо начиналось. – Ты же знаешь, что Наталья Павловна на больничном?

- Не, не, не, не!

- Ты не руби сразу-то.

- Я на суточников не пойду, Валерий Юрьевич!

- Да я бы и сам, Ир, только не могу сегодня. Улетаю. Ну не будут же квартиры простаивать. Тем более там клиенты есть. Делов то… Оформишь, заселишь, проверишь, выселишь.

- Нет, у меня ребёнок. А если там что…

- Клиенты нормальные, адекватные, взрослые. Муж с женой.

- Валерий Юрьевич, ну вы же взрослый мужчина, ну какой муж поведёт свою жену в посуточную квартиру, ну…

- Короче, Ирина Александровна, хватит кочевряжиться. Я тебе премию авансом давал? Давал. Ты сделку оформила? Нет. Так что, голуба моя, пока отсутствует Наталья Павловна, суточники на тебе…

Твою мать….

- Так, Ржанов Сергей Дмитриевич, распишитесь вот здесь. И вы, Леонова Марина Андреевна, вот здесь. – Муж с женой, ага. Посмотрела я как будто невзначай паспорт супруга, в графе имя то совершенно другой бабы…

А ведь ещё тогда я чувствовала всеми своими чакрами, что с этими постояльцами получится проблема…

Так оно и вышло.

***

Каждый новый звонок на телефон дробил мои нервы в труху. Уже десять минут кряду я ходила вокруг мобильника, надеясь, что в нецензурно уважаемом мною в девять часов вечера начальстве проснётся совесть. Видимо, на это рассчитывал и Валерий Юрьевич, продолжая долбить динамик телефона…

Через двадцать минут я сдалась.

- Ну и! - рявкнула в трубку. Уж простите, но как есть. В десятом часу ночи мой язык автоматически получал освобождение от субординации.

- Ирина Александровна! - проорал мой начальник, но не зло, нет, а вполне себе дружелюбно, перекрикивая царивший вокруг него праздник.

- Сразу нет! Спокойной ночи, Валерий Юрьевич. Я пошла сына спать укладывать. – Без каких-либо мук совести нажала на отбой. Какие уж тут угрызения совести, если начальству неплохо так отдыхается…

- Богдаш, иди зубки чисти и надевай пижамку.

Да твою ж мать! Телефон зазвонил вновь…

- Да!

- Ирина Александровна. – Быстро же он переобулся а. Уже и веселья в голосе ноль, и музыка динамик не прошивает. – Слушай, я понимаю всё. Был бы в городе, сам бы поехал. Ну не могу я!

Промолчала, заглушая в себе желание проорать – я же говорила!

- Ир, правда, выручи. Съезди разберись. Соседи снизу полицией угрожают, но, думаю, всё мирным путём удастся разрешить.

- И как вы это представляете, Валерий Юрьевич, а?! Я одна в ночи поехала на разборки?

- Да там и тебя одной будет много, Ир. Ну немного шумные постояльцы попались.

- Зашибись, Валерий Юрьевич.

- Премия, Ир, вот прям щаз на сбербанк. И дополнительная неделя к отпуску.

- Оплачиваемая. И надбавка за переработку. Мне сына надо на выпускной собрать.

- Идёт, Ир. Всё, сейчас тебе скину премию. Давай, отзвонись потом.

- И на такси.

Валерий Юрьевич хмыкнул в трубку и отключился. Тут же пришло уведомление о зачислении на мой счёт премии.

- Мам, я всё. – сказал Богдан, шлёпая по полу босыми ножками.

Конечно, деньги сейчас мне были очень нужны, чтобы поддержать штаны, но разве в них счастье…

Присела на корточки рядом с сыном.

- Богдаш, посидишь у тёть Маши немножко? Хорошо? Маме нужно на работу съездить.

- Правда?! – В глазах сынишки зажглись счастливые светлячки, предвещающие приключения. Богдан любил нашу отзывчивую добрую соседку как родную бабушку, которой у него нет. Точнее, где-то бабушка имеется, и даже две. Одну из них я так и не смогла простить, когда она посоветовала сделать мне аборт, так как садить себе на шею ещё один рот она не собирается. Вторая бабушка, скорее всего, даже не знала об ещё одной почке на её родовом древе…

- Да, правда. Накидывай на себя курточку, обувай сапожки…

Бросила быстрый взгляд на своё отражение. Макияж был уже давно смыт, кожа на лице блестела от ночного питательного крема. Всё ещё влажные после душа волосы собраны в пучок, чёлка зацеплена невидимкой. Поношенный домашний спортивный костюм дополнял мой образ. Не совсем деловой стиль, но в десятом часу ночи на более представительный образ я просто не способна…

Соседка помочь мне не отказалась, хотя с интересом оглядела. Наверное, не поверила, что я отпросилась у неё, чтобы на работу съездить.

- Конечно, езжай, Ирочка. Конечно, а то всё дома сидишь. – Точно не поверила…

Такси подъехало едва я вышла из подъезда. Оно и понятно – будни, да и народ отдыхает после новогодних гуляний. Все копят силы перед Старым Новым годом и Крещением.

Продублировала водителю адрес, мысленно давая себе обещание, что эта моя ночная вылазка была в последний раз. Больше никаких посуточников, пусть хоть увольняют. Тьфу, тьфу, тьфу, конечно…