Папа напрокат

Хочу немного приструнить девчушку. Подхожу к ней ближе и склоняюсь над ухом.

- А если я тебя сейчас в секс-шоп заведу для выбора наряда на сегодняшний вечер? – говорю специально томно, чтобы задать нужную атмосферу своему стебу. – Проявишь интерес в выборе? – специально кончиком языка прохожусь по внутренней стороне нижней губы. – Тебе что больше нравится? Зайчики или кожаные кошечки?..

Анна смотрит на меня невозмутимо. Она не ожидала такого поворота от меня, но и реагировать на него истерически не собирается. Вместо этого она лишь приближается ко мне, чтобы быть еще ближе.

Я чувствую запах ее духов. Дешевая подделка дорогой марки. Несмотря на простоту во внешнем виде, эта девочка может зажечь, потому как в ухо весьма возбуждающе полилось мне следующее:

- А если я сейчас схвачу тебя за твое сааааамое причинное место и сожму покрепче, ты, как будешь завывать? Тенором или кастрированным котиком в марте месяце?

Напоследок Анна закусывает нижнюю губу и отходит от меня к примерочным.

Эх… Если бы эти губки были подкрашены яркой красной помадой, я бы заинтересовался этой особой всерьез.

А пока мне приходится подбирать ей платье на свой вкус. А со вкусом у меня… Ну как бы это сказать…

- Солнышко, неужели и двенадцатое платье тебе не подходит? – устало щебечет дочери мать, приоткрыв шторку.

- Я могу принести другое платье! – тут же выскакивает продавец-консультант, которая выслуживается перед руководителем, наблюдающим за нами из-за угла.

Боже… Если такие проблемы у меня возникли с ребенком, представляю, сколько времени уйдет на примерку платья матерью…

- Паааап, - ноет Полина, которая уже вошла в роль моей дочери. – Можно я сама выберу? - тянет губки ребятенок.

- Ладно, - отмахиваюсь. – Выбирай. Только поскромнее. Можно ярче. Но скромное, - поднимаю вверх указательный палец.

Девочка радостно бежит в сторону вешалок с детскими платьями. Хватает, как мне кажется, первое попавшееся, и несется радостно в примерочную.

- Сдается мне, что она просто положила глаз именно на это платье.., - бурчу под нос, дожидаясь Полину.

Мне нужно создать фэмили-лук. Сегодня на встрече с иностранными партнерами мы должны выглядеть самой настоящей счастливой семьей.

Идея «взять» с собой Анну и Полину пришла ровно в тот момент, когда девчушка с кучеряшками заговорила о необходимости иметь отца, чтобы принять участие в выступлении на утреннике в школе по случаю Международного женского дня. Идея для меня ужасная. Но если мы будем ВЗАИМОвыгодны, почему бы и нет?!

Мой иностранный партнер многодетный отец. Насколько я понял от других, уже заключивших с ним договор, чтит семейные традиции, и никогда по приезду в другую страну не расслабляется с какой-нибудь девицей легкого поведения. Хотя мне привычнее заказать номер в отеле. В комплекте с девкой это иногда даже финансово-выгодно.

Но здесь другой случай. Тащить с собой Гельку нельзя. Эта краля с силиконовыми буферами и надутыми (заметьте, не от обиды!) губами сразу зайдет профессиональной эскортницей. А мне нужна семья. Самая настоящая и любящая. Так что, я еще и благодарить Полину должен за то, что именно сегодня она решила со мной познакомиться. Сразу бы сказала, что у нее есть мама – стройная и молодая, неизувеченная косметологическими процедурами, глядишь и не было бы этой аварии. Хотя… Все равно бы врезался. Настолько уж неожиданным было обнаружение незнакомого ребенка на заднем сиденье автомобиля.

- Я готова! – выходит из примерочной Поля в весьма привлекательном красном платье.

- Уаааууууу! – тянет Анна, искренне (или нет) восхищаясь дочерью. – Солнышко, ты красавица.

Молчу до тех пор, пока не получаю удар локтем Анны по больной руке.

- Аааай, уууй.., - морщусь от боли, поскольку вывих у меня существенный.

Своей несдержанностью пугаю ребенка. Полина назад отпрыгнула, чтобы быть подальше от злого меня.

- Полечка, - улыбаюсь девочке, стараясь сдерживать себя, потому как боль затихает постепенно, - ты просто шикарно выглядишь.

- Правда? – детская непосредственность предстает во всей красе.

- Правда, Полечка, - подтверждает мама.

- Тааак, - тянет ребенок, удаляясь в зал, - значит, мне еще нужны туфельки, колготочки, и новую прическу надо бы сделать…

Девочка что-то говорит еще, но я уже не слышу. Я просто закатываю глаза, целиком и полностью понимая тех мужчин, которые вынуждены тратить свое драгоценное время на шопинг с женой и детьми. Вот те знаменитые ролики на тему ожидания в примерочной – это не постанова. Это жизнь!

- Вы мне-то платье выбрали? – обращается ко мне Анна с претензией в голосе.

- Для начала приучайся говорить мне ТЫ, - делаю замечание в очередной раз. – Я муж твой. Хотя бы на этот вечер.

- От одной только мысли тошно, - скрещивает руки на груди. – Но так уж и быть. ТЫ, - специально выделяет, - мне платье выбрал?

- Учитывая, что Полина идет в красном… на, - даю одно из висящих на моей здоровой руке платье.

Выбираю чисто по цвету – красное с тонкими лямками и незначительными черными вставками. Остальное просто отдаю продавцу. Пусть сама раскладывает.

Анна забирает платье и молча уходит в примерочную.

- Папа! – подскакивает ко мне Полина, хвастаясь новыми туфельками. – Вот! Я выбрала.

Черные туфельки с красными цветочками.

- Отлично! – показываю ей большой палец, поняв, что именно так и надо поступать с детьми, если хочешь быстрее уже закончить данный квест.

- Осталось только колготочки!

Полина убегает, оставляя меня с ноющей болью в руке. Рукой пользоваться могу. Но только без резких движений, без нагрузки на нее. Машину водить получается и ладно. Я успел «пересадить» свою семью в кадиллак. Осталось только подобрать всем наряды и причесаться. Столик в ресторане забронирован еще со вчерашнего дня. Добавилось только количество персон. Ну и немного нервный тик стал проявляться под глазом…

- Это, конечно, не мое, - отзывается из-за шторки Анна, - но раз дресс-код такой, так ладно…

Понимаю, что ей не нравится. Значит, мне сейчас не понравится тоже. А это еще часа два времени.

- Ладно уж, - устало откликаюсь, облокотившись о вешалку. – Покажись.

Анна откидывает шторку и… я просто застываю на месте…

Глава 6. Филипп

- Я еще раз говорю, что это слегка не мое, - разводит руки в стороны, приоткрывая свои прелести.

А надо сказать, что здесь просто шикарные прелести… И пофигу, что нет красной помады на губах. А волосы всего лишь в высоком хвосте. Так открывается длинная лебединая шея, которая раньше прикрывалась высоким воротником заношенной уже водолазки.

- Подойдет или нет?! – смотрит на меня Анна, вытаращив глаза.

- Мама, ты шикарно выглядишь! – непонятно откуда появилась Поленька.

Девчушка, как и мать, не теряется и толкает меня в локоть больной руки. Только в этот раз я не чувствую боли. Я лишь растянуто произношу:

- Даааааа.., - продолжаю смотреть задумчиво.

Вот правду говорят: не бывает некрасивых женщин! Нужно просто в их красоту вкладывать! Красотка будет красоткой с меньшими вложениями. Несимпатичная вполне себе заявит о целеустремленности с чуть бОльшим капиталом. К кому относится Анна? Разумеется, к красавицам! И даже чуточку больше и выше…

- Ясно, - отмахивается она от меня, не понимая причину моего идиотского поведения.

- Тебе даже с обычным хвостом очень хорошо, - выпаливаю быстро первое, что приходит в голову.

Я очень боюсь, что Анна сейчас или просто откажется от затеи, или решит примерить другое платье. И ведь не позовет к себе за шторку, чтобы я лично посмотрел, как происходит примерка…

- Решил сэкономить на стилисте? – хмыкает она в ответ, уперев один кулак в бок.

В этот момент пелена с моих глаз слетает мгновенно.

Вот она – натуральная поза жены. Нет, я к этому не готов. И не когда на это не пойду. Это же вот каждые выходные буду смотреть на такие кулаки в боках. И пусть эти бока красивые и стройные.

- С чего это? – вскидываю брови, стараясь не выдавать себя. – Сейчас же отправляемся в салон. Он на втором этаже.

Мы в большом торговом центре. Я здесь частый гость. Мне нравится, что все выбираемые мной магазины и салоны находятся в одном месте. Достаточно спуститься на этаж, и ты уже в руках профессионально мастера барбершопа.

Полина радостно показывает маме выбранные колготочки.

- Мам, мы же идем в кафе для взрослых, можно мне и колготочки, как у взрослых? – протягивает ей упаковку.

- Кончено можно, - улыбается Анна, - только я их сама тебе надену.

Обе скрываются в примерочной. А я… я кусаю кулак больной руки, совсем забыв о том, что рука побаливает.

- Сссс, ааай, - морщусь, стараясь быть тише.

Не смотрю, как девчонки подбирают туфли под платье Анны. Не смотрю, как они проводят последние подготовительные работы. Просто оплачиваю все бирки, которые были срезаны тут же перед стойкой администратора. Беру брендовые пакеты, где лежит одежда Анны и Полины, в которой они зашли в торговый центр. Идем в сторону салона красоты.

- Сделать из моих красавиц еще больших красавиц, - заявляю с порога, сам от себя такого не ожидая.

- Сделаем! – сразу же реагирует администратор салона и уводит клиенток куда-то вглубь.

- Эээ, - решаю все-таки добавить, - девчушке сохранить кучеряшки, а девушке высокий хвост.

На этом удаляюсь. Теперь предстоит мне подобрать строгий костюм и галстук, который, как я понимаю, должен быть красного цвета. У нас же фэмили-лук.

Мои сборы проходят очень быстро. Меня уже знают. Размер не изменился. Сам выбираю галстук темно-красного оттенка. Аналогичного цвета мне предлагают платок в нагрудный карман. Чуть вытягивают уголок. Да, смотрится очень даже прилично.

Забираю из салона своих девчушек… Главное, не привыкнуть к такому объяснению степени нашего «родства»…

Глава 7. Анна

- Ух, тыыыы.., - тянет восхищенная обстановкой Полина.

Я бы тоже сейчас таращилась во все глаза по сторонам, но мне нельзя в силу своего положения.

- Бери ребенка за руку, - командует Филипп, хватая меня своей больной рукой.

- Может поменяемся местами? – на всякий случай уточняю, чтобы не тревожить его руку, с которой он снял бинт, забив на рекомендации врачей.

- Нормально все, - говорит строго, глядя вперед. – Не дергай ее только лишний раз.

Филипп нервничает. Я тоже. И если я нервничаю из-за отсутствия необходимых знаний, касающихся этикета, то Филиппу сейчас гораздо сложнее. Он переживает за поведение Полины, за мой длинный язык, за исход переговоров… Одним словом – за все! О чем нам было сказано по дороге в ресторан несколько раз.

Я же уверена в Полине. Она умеет вести себя аккуратно и не докучать взрослым своими вопросами. Хотя… Я также была уверена, что мой ребенок никогда не сядет в машину к незнакомому дяде или тете. И уж тем более не залезет в пустую и ЧУЖУЮ машину! Поэтому, словив незначительный приступ паники, иду за Филиппом, который гордо ведет свою «семью» в ресторан.

Нам помогают присесть. Потенциальных партнеров еще нет. Поэтому Филипп решает еще раз провести краткий инструктаж о поведении бедных людей в заведении для излишне богатых цац.

- Полина, не крути головой, - берется за мою дочь. – Делай вид, что ты сюда ходишь постоянно.

- Хорошо, - соглашается Поленька, выпрямив спину и перестав вертеться.

Надо же, как хорошо моя дочь слушается посторонних.

- Анна, - смотрит теперь в мою сторону, почему-то рассадив нас двоих по обе стороны от себя, - вот эта вилка для десерта, эта для устриц.

- Морепродукты есть не буду, - заявляю сразу и категорично. – Ни я, ни Полина.

- Почему? – сразу злится, смотря на меня, поджав губы.

- Мы с Полиной кроме крабовых палочек из супермаркета ничего подобного не ели, - поясняю, стараясь быть тише. – Вдруг у нас аллергия? Ладно, если просто отеком Квинке проявится, а если диареей и вздутием живота?

Филипп теряется.

- В смысле… умереть от анафилактического шока, - уточняет он, - можно, а вот обосрать….

- Ты прав, - прерываю его фразу на самом интересном месте. – Плебейское воспитание не позволяет.

- Добрый вечер, - подходят к нам двое мужчин.

- Здравствуйте! – тут же подскакивает Филипп, подавая руку мужчинам для приветствия.

Повторяю за ним.

- Знакомьтесь, - приобнимает меня Кириллов, - это моя жена. Анна.

Сначала говорит мужчина явно неевропейской внешности. Кореец, китаец, японец – точно не скажу. Здоровается на своем родном языке и целует мне руку.

- Господин Асано очень рад знакомству, - переводит мужчина-переводчик, который просто пожимает мне руку.

- А это моя дочь, - представляет Филипп Поленьку, которая так и продолжает сидеть на стуле.

- Привет, - смущенно улыбается, помахивая рукой в воздухе.

Узкоглазый опять что-то произносит.

- Господин Асано не знал, что у вас есть ребенок, - говорит переводчик. – Иначе захватил бы самую лучшую и большую куклу.

- А.., - пытается вставить слово Филипп, но Поленька его перебивает.

- Да пустяки, - отмахивается. – Я уже не маленькая, чтобы играть в куклы. Мне льстит просто знакомство с вами.

Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. Но я больше боюсь за Филиппа. Он буквально застыл на месте, когда Поля замолчала. И отмер только после того, как иностранец засмеялся над словами ребенка, переведенными переводчиком.

- Ахахаха, - смеется Филипп и поворачивает голову ко мне, чтобы одарить меня злым взглядом, но сохранить улыбку на лице. – Поленька наша может и не такое сказать.

- Приятно, когда дети чувствую себя на равных во взрослом обществе, - поясняет сказанное узкоглазым переводчик. – У нас в Японии такого нет. И меня это огорчает. Мои дети в школе больше слушают учителей. А вот дома я даю им право высказывать свое мнение относительно любых тем.

Сердце постепенно восстанавливает ритм. Только бы не повторилось нечто подобное еще раз…

Глава 8. Анна

- Я сок хочу, - просит Поленька, когда нам приносят напитки.

Полина выбрала апельсиновый сок. И, разумеется, он ей не понравился.

- Горький, - морщит носик, делая глоток.

Она-то ждет сок из пакета. Вроде мультифрукта. А здесь ей предложили попробовать свежевыжатый апельсиновый.

- Солнышко, - улыбается Филипп, стараясь за три минуты стать отцом года, - ты же сама попросила апельсиновый сок. Вот он.

- Он апельсиновый, но не такой, - мотает головой в стороны дочь, явно не ожидая такого сервиса.

- Давай сахар подсыпем просто, - Кириллов быстро бухает в стакан с соком сахар, стоящий тут же на столе. – Так, о чем мы говорили? – вновь обращается к японцу, как я поняла из разговора.

Иностранец начинает что-то говорить, но замолкает, поскольку его перебивает стук металлической ложки о стенки стеклянного стакана. Полина просто решила размешать сахар в соке…

- Доченька, - продолжает сердиться Филипп, - можно тише?

Полина тут же кивает, но продолжает мешать сахар, стараясь стучать ложкой по стакану тише.

- Так, - отбирает стакан с соком у ребенка. – Принесите ей, пожалуйста, кружку горячего шоколада, - просит официанта, стоящего постоянно где-то возле нас.

- Но я не хочу горячий шоколад, - мотает в стороны Полина.

- А я не хочу делать тебе замечания, солнышко, - с угрозой в голосе Кириллов обращается к моему ребенку.

В другой обстановке я бы уже высказала пару ласковых слов этому напыщенному индюку. Но сейчас…

- Минуточку, - извиняется Филипп перед японцем, чтобы обратиться ко мне. – Дорогая моя, - шепчет в ухо, попутно сжимая мою ногу под столом, чтобы объяснить всю серьезность ситуации, - сейчас принесут греческий салат, а потом рыбу. Сделай так, чтобы наша с тобой дочь все съела. Молча.