Одно сердце на двоих

– Ну и что теперь делать? Связи толком нет, на телевизоре помехи. На улицу нельзя. Даже нет каких-либо книг, а спать не хочется. Чем же тут занимаются люди?

Я любовался белым потолком и не заметил, как уснул. Разбудил меня разговор, доносящийся через кем-то открытое окно. В комнате было темно, хотя я, вроде, ничего и не отключал перед тем, как заснуть. Мое тело стало покрываться холодным потом.

Мужчина и женщина о чем-то громко спорили. Через пятнадцать минут их разговор перерос в крик. Да в такой громкий, что спор должны были услышать все больные, но никто не реагировал на это.

– Раз все боятся, выскажусь я. – с этими словами я встал и направился к окну.

Но сколько я не всматривался, ни единой души не было видно на улице. Крики тоже пропали. Скинув всё на свои фантазии, я попытался закрыть окно, но, услышав скрип двери, руки окоченели.

Я почувствовал чей-то взгляд на себе. Желание поворачиваться нет. У меня была надежда, что этот человек развернется и уйдет, но не тут-то было... Появились звуки ходьбы, медленно приближавшиеся ко мне. Через несколько секунд я почувствовал холодное дыхание рядом с моей шеей.

Вот так всё и закончится. Я пережил встречи со злым призраком, предательство друга, смерть близкой подруги, взрыв газа. Но кто же мог подумать, что я погибну в своей палате от чьих-то рук. Нет, я должен бороться! Но тело отказывается поворачиваться. Почему я стою и ничего не могу сделать? А вдруг это сон? Нет, не похоже.

– Я не смог уберечь самых близких мне людей. Давай! Убей меня, и прекратим всё это! – шепотом произнес я.

На мое плечо опустилась такая холодная рука, что морозец смог протиснуться через майку. Дыхание приблизилось. Показалось, что существо, стоящее прямо за спиной, обнюхивало меня. По телу побежали мурашки, оставляя противные покалывания на спине.

– Ну и чего ты ждешь? Моего сердечного приступа? Приступай уже к моему убийству...

Рука поднялась по шее к моим щекам и стала нежно поглаживать. Вот и все! Теперь со мной играют в кошки-мышки. Как же я много еще не сделал, а так хотелось попасть хотя бы на похороны. Но то, что находится позади меня, похоже, не хочет этого. Но и не убивает. Почему?

– Стас, какой же ты дурак! Всё у тебя еще получится. Я не собираюсь тебя убивать, просто соскучилась, – заговорил женский голос за спиной.

– Алла? Нет, этого не может быть! Ты меня хотела убить! Я не верю тебе! – мой голос заикался от страха.

– Стас, это был лишь сон. Не воспринимай его всерьез. Мысли о том, что ты виновен, заставили это представить. Но это не так, твоей вины тут нет. Повернись, пожалуйста, хочу посмотреть на тебя. - Голос стал теплым и родным.

Я аккуратно повернулся и сделал несколько шагов назад, до упора к окну. Холодный приятный ветерок обдувал мою спину. Редкие капли дождя, отталкиваясь от подоконника, попадали на майку, увлажняя ее все больше и больше. По телу пробежался холодок.

- Стас, отойди от окна, пожалуйста. Заболеешь, - вновь заговорила Алла.

Ее глаза до сих пор блестели голубым цветом, волосы слегка взлетали от порыва ветра, который дул из окна. Лицо и все тело были бледного, мертвенного цвета. А между глаз красовался огромный шрам от топора.

- Но как? Твое тело же в двухстах километрах отсюда, а ты вот тут! Я не верю, что это ты... Ты кто-то из верного окружения Федора Ивановича. Знай, у тебя была возможность убить меня, а сейчас я вышел из ступора и теперь смогу дать бой. Не подходи!

Девушка, не обращая внимания на мои предупреждения, набросилась на меня, и у меня перед глазами пролетела вся моя жизнь. Я зажмурился и приготовился к смерти, но она не спешила ко мне. Я открыл глаза и заметил, что Алла не собирается меня убивать, а лишь нежно обнимает.

- Стас, какой же ты дурак! Кулон… все благодаря ему. Я бы никогда не убила тебя, запомни это. Боже! Как приятно снова почувствовать твое тепло рядом. Особенно сейчас, когда меня всю морозит, - место, к которому Алла прижалась лицом, стало мокрым.

- Подожди? Ты что? Плачешь? Разве призраки...

- Умеют, - не дала закончить мне мою мысль подруга в облике призрака. - Особенно, когда они бродят около того, что их удерживает на этой территории. В моем случае - кулон. Я сама думала, что такое невозможно, пока не почувствовала это на своем опыте.

- Сейчас тоже сон? Если так, то я не хочу просыпаться, - с грустью в голосе произнес я, обнимая холодное мягкое тело.

- Нет, сейчас все происходит наяву... Береги, пожалуйста, кулон. В данный момент он единственное, что связывает нас. Если что-то случится с кулоном, я могу пострадать.

Взгляд направился на серебряное сердце на тумбочке. То светилось, слегка освещая плоскость, на которой находится.

- А если я захочу с тобой вновь увидеться? Как мне с тобой связаться?

- Никак. Я сама появляюсь, когда это нужно. Вот сейчас как раз тот момент... позвони Свете. Срочно!

- Но...

- Никаких но, им нужно сейчас услышать твой голос.

- Но связи нет...

- Проверь, сейчас все хорошо.

Я подошел к кровати и взял телефон в руки. Там, где показывается уровень сигнала, красовалось четыре палочки. Гудки в трубке, которые почти сразу сменились женским голосом.

- Да, Стас, алло.

- Свет, у вас все хорошо? Почему не пишешь?

- Вот только недавно остановились. Не хотела тревожить твой сон. Погода ухудшилась, и нам пришлось снять какой-то дом на границе КЧР и Ставропольского края. Он очень старый и обветшалый, но есть электричество и вода. Насекомых не заметили. Только... - на той стороне замолчали, тихо вздыхая.

- Что только? Говори... не пугай меня!

- Да нет, это, скорее всего, просто воображение. Не хочу...

- Света, не скрывай! Что случилось?

- Стас, тут вокруг двора ходят странные люди, все перекошенные. Кристина заволновалась и пошла загонять машину во двор. Хоть и все открыто, но никто из тех людей не заходит за забор. Только она вышла пять минут назад, и до сих пор машина не завелась, а я не могу рассмотреть, что там происходит. Кто-то бегает, от кого-то отмахивается, прячется за кустами. А все! Машина завелась, Кристина добралась. Вот она заезжает во двор. Пойду помогу закрыть ворота. Не нравится мне все, что тут происходит.

- Только не сбрасывай звонок! - выкрикнул я, и за моей дверью послышался женский голос, просящий не шуметь.

- Хорошо, – ответила Света. Я понял, что она включила громкую связь.

На той стороне послышались звуки надевания одежды, а через минуту раздался крик Кристины.

- Эти уроды... они не люди. Помоги! Ну давай же! Пожалуйста, закройся!

Металлический скрип и затем звуки пластмассовых колесиков по асфальту.

- Быстро домой, там безопаснее! - вновь крикнула Кристина.

Громкие звуки шагов, которые сменились звуком закрывающейся двери.

- Фух, ну что за дни? Когда мы уже отдохнем от этого всего? - вновь заговорила Кристина. - А с кем ты разговариваешь?

- Кристина, это Стас, - тихо ответила Света.

- Свет, я же просила не тревожить его. Мы и сами справились бы. Всего-то кучка каких-то извращенцев - уродов.

- Крис, он сам позвонил.

- Алло, я все еще тут. Как вы там? Не ранены? - попытался я перебить их бурное обсуждение.

- Да, дорогой! Все хорошо, закрылись. А те люди ходят около забора и облизываются. Если завтра они не уйдут, вызовем полицию. А ты почему не спишь?

- Крики за окном разбудили, - я решил пока не говорить девушкам о том, что в метре от меня сейчас стоит Алла. - Вы во сколько будете выезжать завтра?

- Как проснемся, так сразу в путь. Надеюсь, все-таки успеем к тебе на квартиру заехать.

- Хорошо, ложитесь отдыхать. Вам завтра ещё много ехать. Хороших снов, люблю вас! Если что-то случится, сразу звоните мне. Я уже нормально себя чувствую и, разбудив меня, вы хуже не сделаете. Обнимаю вас.

- Хороших снов, Стас! - из трубки понеслись гудки.

Оглядевшись, я не увидел Аллу. Куда она пропала? Окно оставил открытым и лег в прохладную кровать и сразу же отключился.

Глава 6

Утреннее солнце заглянуло ко мне в палату через незанавешенное окно. За дверью слышались тихие разговоры. В одном из них я узнал голос Марины Александровны. Она говорила, что не стоит мне завтракать в столовой, тем более там еще убираются. Завтрак она принесет мне в комнату через полчаса, и будить меня сейчас не стоит. Но она даже не догадывается, что я уже проснулся.

Я аккуратно слез с койки и тихо начал собирать свои вещи. Благо мои друзья оставили мне полностью пустой портфель, должно все поместиться. Первым делом в портфель направился подарок местных, за ним - оставшиеся фрукты, затем коробка от телефона и в конце - моя грязная одежда. Как хорошо, что девчонки постирали хоть малую часть моей одежды, которую я отложил в сторону. Хотел туда же кинуть кулон, но прикоснувшись к нему, сразу передумал. Кулон был теплый, хоть и пролежал всю ночь под открытым окном. Легким движением я нацепил серебряное украшение на шею.

Наконец, решив умыться, я зашел в соседнюю комнату. Это оказалась небольшое помещение, где компактно расположилась душевая кабинка, раковина и унитаз. Над раковиной висели небольшие деревянные полочки с мылом и стаканчиком, в котором красовалась моя зубная щетка.

- Какие же мои друзья заботливые. Думал, что придется уже ехать с нечищенными зубами. - тихо произнес я.

Моя рука отодвинула дверцу в душевую, и даже там был мой гель для душа.

Быстро искупавшись, я встал напротив зеркала. С него на меня смотрело молодое небритое лицо. Над глазами виднелись красные ссадины. На щеке уже пожелтевший синяк, а справа над губой порез длиной в пару сантиметров. Синяки с мешками от недосыпа пропали.

На торсе красовалось несколько ран средней длины, а по бокам синяки от ботинок.

Входная дверь в палату скрипнула. После послышались легкие шаги.

- Марина, я в душевой. Сейчас выйду! - крикнул я и принялся чистить зубы.

Завершив все операции по приведению себя в нормальный вид, я быстро вышел в палату, но в ней никого не оказалось. Ветер с окна раскачивал шторы, заполняя мою комнату утренней свежестью.

- Алла, это ты? - спросил я. - Ветер, наверное… так, стоп… я же слышал чьи-то шаги. Эх, Стас, пора понять, что эта республика полна необъяснимого. Пора бы привыкнуть!

Когда я положил последние принадлежности, в комнате резко похолодало. Подумав, что это из-за окна, пошел закрывать его. Как только я закрыл окно, снова послышался звук открывающейся двери. В отражении окна я увидел голову с глубокой раной от топора, в легкой шубе. Резким движением я повернулся и понял, что воображение со мной играет в злую игру. В дверном проеме стояла Марина. Она выглядела более отдохнувшей, чем в нашу первую встречу. В руках у нее толстая папка, из которой выглядывали белые листы с черными буквами.

- Доброе утро, Стас. Опять кошмары снились? - заговорила девушка бодрым тихим голосом.

- Нет. С чего ты взяла?

- Вы, ой, извини ты, так шарахнулся, когда я вошла, словно увидел мертвого человека.

- Воображение играет со мной, а так все хорошо.

- Вот и славно, это вам, — собеседница протянула мне папку с листами. - Отдайте в свою больницу, тут все написано о вас. Будут знать, что лечить. А я ведь уже успела зайти в лабораторию и узнать о ваших анализах. Что я могу сказать? - Марина держала долгую паузу. - У вас все хорошо, но я рекомендую не заниматься тяжелым трудом и спортом в ближайшее время. Тебе нужно хорошо отлежаться. Вечерние прогулки не сделают хуже, так что выходи гулять. Работаешь где-нибудь?

- Нет.

- Хорошо, тогда просто внесу данные о ранах в твою медицинскую книжку. Больничный будет электронный, вдруг пригодится, - деловым тоном проговорила девушка.

- Понял, а когда можно выезжать? И как это вообще будет проходить?

- Так как ты не тяжелобольной, а можешь передвигаться сам, отправим тебя с нашим штатным водителем после завтрака. Здоровья тебе, а я пойду! Возможно, провожу тебя.

Врач собралась уже уходить, но я ее остановил.

- Марина, подожди, у тебя дела уже?

- Хотела попить кофе и приступить к работе.

- Можно, составлю компанию? Я же правильно понимаю, что завтрак еще не скоро?

- Ну, твой минут через 30. Составить компанию? Хорошо, скоро вернусь! - стройная блондинка низкого роста скрылась за дверью.

Кулон вновь стал нагреваться, слегка обжигая мою шею. Дотронувшись до него, в глазах мелькнула улыбчивая Алла в синем купальнике. Она плескалась в озере, обрызгивая меня прохладной водой. В стороне слышалось треск горящих дров. Посмотрев на костер, я приметил грустно сидящую Кристину с телефоном в руке, другой она переворачивала красные угольки железным прутом, о чем-то задумавшись. На щеках моей подруги текли с трудом заметные слезы, но это были слезы не грусти или отчаяния. Эти слезы вызваны долгим отъездом Степы в соседний край.

Алла тихо вышла из воды и направилась в сторону грустной подруги. Подошла сзади и облила ее водой. Кристина ругнулась, затем накинулась на Аллу и затолкала ее обратно в озеро. Алла не растерялась и легким движением затащила Кристину с собой. Вот они радуются и обливают друг друга прохладной водой.

Меня отвлек какой-то шум из окружающего озеро леса. Я обернулся. Девчата это заметили и вдвоем затащили меня в воду.

Картинка сменилась. Мы с моими подругами сидим у костра и жарим мясо, даже сейчас я чувствую этот запах. Он окутал нас с головой. Кристина уже не грустит, а смеется во весь голос, пугая этим птиц, сидящих на верхушках деревьев.

Мои воспоминания перебил скрип двери, за которой послышался женский голос:

- Стас, ну давай, составляй компанию, - в руках у Марины был поднос с двумя кружками, из которых вверх поднимался пар, окутывающий мою палату кофейным запахом. - Я не знаю, сколько тебе сахара. Сам добавишь, сколько надо.

- Спасибо, я пью без сахара. Я хотел бы узнать побольше о тебе, расскажешь?

- Ой, надо прямо с самого детства? — с улыбкой спросила мой врач.

- Можно с того момента, как ты связала свою жизнь с «Выжившими».

- Вон оно что! А я думала, что тебе интересна личность, - с легкой грустью в голосе произнесла собеседница.

- Марин, ты очень красивая и милая, но у меня уже есть девушка…

- Я знаю это, просто хотела подружиться. Меня же стали избегать все мои друзья, как я приобрела квартиру в том жилом комплексе. Теперь у меня только работа и пустая квартира, в которой я провожу оставшуюся свою жизнь. Квартиру в «Выживших» купила моя мама, но за неделю, как должны были выдать ключи, она погибла. Отца я вообще никогда не видела. Я заканчивала обучение в университете и как же обрадовалась, что в нашем комплексе будет своя больница… Я сразу подала туда документы, и меня без собеседования приняли. Вячеслав Владимирович ухаживал за мной, как за своей дочкой. Они с мамой были лучшими друзьями. В детстве я его даже иногда называла папой. На первые несчастные случаи в тех домах никто не обращал внимание. Ну, выпил в гостях, пошел через лес к себе домой, это самая короткая дорога, там и погиб. Точно так же относились к смертям гостей в нашем дворе. Пока однажды один из гостей не погиб, оступившись на ступеньках. Эта смерть навела такую панику, что верующие люди избегали встреч с жителями «Выживших». Неверующие люди закончились, и к жителям больше не приходили гости. Собственники стали потихоньку переезжать в другой район. Некоторые, как я, перебрались сюда. Мне мать оставило хорошее наследство. Я смогла накопить оставшуюся сумму только тогда, когда в том комплексе остались я, Вячеслав Владимирович и некий Иван.

- А что у Андрея за проблемы с мамой?

- Какого Андрея? - удивленно спросила Марина.

- Медбрата, который следил за мной, когда вы отдыхали?

- Не припомню такого… Я вас оставила на Вячеслава Владимировича.

- Ну, невысокий брюнет, примерно моего возраста.

Я посмотрел на девушку и сразу наказал себя за произнесенные слова. Как бы она тоже не стала осматривать меня также, как вчера днем Андрей. И если это все мои видения, похоже, придется остаться тут на еще неопределенный срок, чего я не хотел. Но Марина своим рассказом сразу развеяла мой испуг.

- Не понимаю, о чем ты… а хотя… был у нас один работник с именем Андрей, но его мама умерла от какой-то простуды. Он не выдержал такой потери, - Марина замолчала, дабы не сказать чего лишнего, потом продолжила. - У него, кроме матери, вообще никого не было. Она была ему и родителем, и лучшим другом. Сколько Андрей не пробовал завести еще знакомства, всегда его придавали. Ирина, мать Андрея, уже стала думать, что его прокляли. Куда только она его не водила: и к психологам, и в церковь, и даже к экстрасенсам из-за безысходности. Но никто так и не помог. Его все также предавали.

По моей спине побежали мурашки. С кем же я тогда все это время общался? Он выглядел как живой человек. Хорошо, что я не рассказывал ему никаких тайн. Что нужно сделать, чтобы это все закончилось. Я же теперь вообще ничему не буду верить. А как же девушки? Они хоть живые? Ну, скорее всего, их же видела Марина и помогала им. А может Марина тоже призрак, а я сейчас все еще в бессознательном состоянии? Ну да, конечно, не могут такие раны так быстро зажить.. От этих мыслей у меня разболелась голова, и в глазах иногда мелькали черные пятна. Через минуту я почувствовал, что падаю в обрыв, на дне которого было мягкое покрытие.

В нос ударил резкий запах нашатырного спирта. После я почувствовал холодную воду у себя на лице. Тишину пронзил нежный низкий голос:

- Стас? Все хорошо?

- Марина? - с трудом я открыл глаза и заметил темный цвет глаз перед собой.

- Ну а кто же еще? - взволновано шептала девушка над моим лицом.

- Марина, а вы тоже видение?

- К чему такие вопросы? Конечно же, нет.

- Что случилось с Андреем? Где он сейчас? - встревоженно расспрашивал я своего врача. — Я видел, как он вчера помогал человеку, которому прокусила шею дикая собака. Что с тем человеком? Могу с кем-нибудь из них связаться? - я закидывал девушку вопросами, от которых её глаза принимали более шарообразную форму.

- К сожалению, ни с медбратом, ни с пострадавшим вы уже никогда не пообщаетесь, оба погибли несколько лет назад… Андрей помогал выполнять, не отвлекаясь ни на что. Его телефон всю операцию трезвонил. К сожалению, пострадавшего не удалось спасти. Хотели все скинуть на малоопытность Андрея. После операции Андрей сразу схватился за телефон. Звонили с номера его матери. Когда он, наконец, дозвонился, ему вкинули неприятную новость… Его мать погибла. Медбрат, не переодевшись, побежал домой, но ему дали посмотреть только на её лицо в мешке, который как раз закрыли перед его приходом. Андрей похоронил мать, потом взял отпуск, чтобы хоть как-то отвлечься от всего, что происходит. Его дело уже лежало на столе в полиции. После своего отпуска он не выходил на связь. Когда вышел на работу, все заметили его огромные мешки. Думали не высыпается, но оно и логично после того, что с ним произошло. Все оказалось куда хуже. Он в принципе не спал. Как закрывает глаза, сразу мерещатся мертвые люди. Андрей напросился на ночную смену, хоть его и отговаривали. Вот как раз в эту смену он выпил много алкоголя, после полез на крышу и оттуда скинулся.

- А кто же вчера ходил за мной?

- Никто. У главврача много работы. Он только оставлял вам таблетки, так как заходил к тебе, когда ты спал.

- А тот человек, которого вчера привезли… Что с ним? И есть ли у вас психиатрическое отделение?

- Стас, вчера никого не привозили. А насчет отделения ничего не могу сказать. Это здание возведено поверх старого. Вроде как это был военный госпиталь.

- Я же это все вчера видел!

- Ты вчера много спал… возможно, это был лишь сон?

По взгляду собеседницы я стал понимать, что она не верит ни единому моему слову. Испуг, что я еще тут останусь, вновь стал подходить к горлу противным комком, из-за которого мое дыхание постоянно прерывалось.

- Не знаю… Я вообще уже ничего не знаю и не понимаю. Что за таблетки вы мне даете?

- Обычные обезболивающие, - девушка отставила кружку.

- А когда меня выпишут? - я повторил движение девушки, и на тумбочке уже стояли две пустых емкости для напитков.

Марина не ответила на мой вопрос, скорее всего, потому, что теперь и сама не уверена в том, что я уеду сегодня отсюда.

- Что-то мы заговорились. Скоро вам принесут завтрак, а я пойду к работе готовиться, перед отъездом еще зайду.

Когда девушка произнесла эти слова, надежда на то, что я уеду сегодня, вновь появилась у меня в душе.

***

На улице меня уже ждала черный Honda Accord возле которого стоял парень с черными волосами, примерно моего возраста, среднего роста, одетый в светлую легкую одежду. На запястье находились часы внушительных размеров. Рубашка закатана по локоть, обнажая его мощное предплечье. Глаза я не разглядел, так как их скрывали темные очки- капельки.

Мой временный водитель что-то бурно обсуждал по телефону, предлагая свои варианты решения проблемы. Кто-то из его знакомых сильно заболел, но довериться профессионалам не хотел. Парень пытался уговорить, приводя неплохие аргументы, но в конце сказал: «Ну сколько можно? Вроде, взрослый человек, а мозгов нет. Делай, как считаешь нужным, надоело тебя уговаривать». После этих слов я понял, что аргументы молодого человека не помогли.

- Стас Евгеньевич, здравствуйте! Я Константин. Присаживайтесь. Сейчас покурю и будем выдвигаться.

И теперь я почувствовал себя важным дядей. Еще бы, нечасто к тебе обращаются по имени и отчеству и предлагают сесть в машину. Если бы ещё открыл дверь, то вообще ничего не отличало от какой-то шишки. Я даже слегка загрустил от того, что это временно.

- Константин, можно просто Стас. А то к хорошему быстро привыкаешь.

Я закинул свой портфель на задний ряд сидений и затем тоже закурил. Мне было очень интересно, с кем Константин так сильно спорил.

- Извините, Константин, а можно вопрос?

- Стас, можно просто Костя, - парень протянул мне руку. - Приятно познакомиться! Конечно, можно. - Весело ответил мне собеседник.

- Взаимно. А с кем ты так активно спорил?

- С подругой. Вроде, взрослая, но не понимает, что медицина лучше всяких знахарок и тому подобное. У нее голова уже неделю не проходит. Звонила, хотела, чтобы я обезболивающие выпросил у наших. Я ей сказал, что лучше всего сходить в больницу. Но она же у нас самая умная! Она уверена, что в больнице ей сделают только хуже. Ведет себя как старомодная леди… тьфу, блин! - Константин скрутил губы и сделал движение похожее на плевок.

К нам подошла Марина с кружкой кофе, постояла рядом, слушая наш разговор. После обняла меня, хоть я и сопротивлялся, и протянула листок с цифрами со словами:

- Стас, как доедешь, пожалуйста, напиши.

- Марина, я же сказал, что у меня есть девушка. Я не собираюсь ей изменять!

Врач загрустила. Она забрала бумажку и уже собралась уходить, но я её остановил.

- Ладно, Марина, извини. Давай свой номер. Возможно, мы подружимся.

Ее лицо вновь заулыбалось. Она дала свой номер и, словно летя, направилась в больницу. А Костя с улыбкой наблюдал за этой картиной, потом сел за руль и запустил двигатель.

- Ты понравился нашей Марине Александровне, это хороший знак.

Не ответив ничего на это высказывание я сел рядом с водителем и наша машина сразу двинулись в путь. Дорога была ровная и почти пустая. Я даже задремал, но проснулся от того, что мы как-то долго стоим на одном месте. Посмотрев на Константина еще не до конца проснувшимися глазами, я заметил, как он курит сигарету и, судя по дыму в машине, уже не первую.

- Костя, тебя что-то тревожит? - спросил сонным голосом я.

- Да. Насте, девушке, про которую я рассказывал, стало хуже. Ее подруга, с которой она снимает квартиру, вызвала скорую. Когда машина приехала, Настя стала кидаться на врачей и говорить, что никуда не поедет с людьми в белых халатах. Врачи долго не церемонились, вкололи ей успокаивающее и через несколько минут уехали, сказав перед этим Наде, что если Настя будет себя продолжать так вести, ее положат в психиатрическое отделение.

Я решил аккуратно узнать у Кости, возможно, что-то скрывает их начальство. Начал с поддержки, а в конце спросил:

- Кость, а у вас в больнице есть такое отделение?

- Знаешь, Стас, точно не скажу. Но я ни разу не видел больных в белых рубашках у нас на территории. Но некоторые рассказывали о странных разговорах, которые звучали в перекрытом крыле нашей больнице, хоть им и говорили, что там уже давно никого не бывает. Крыло перекрыли, как госпиталь, переделали в городскую больницу. Честно, я тоже интересовался, что там скрывают дверью, поверх которой огромные цепи. Когда там бродил, слышал какие-то звуки, непохожие на скрежет мелких грызунов.

- А почему мы стоим? Разве тут бывают пробки? - решил я перевести разговор в другую сторону.