Герои Меча и Магии: Клинок Армагеддона в Асхане

И повержен будет враг!

Тум, тум, тум-тум-тум...

Тум, тум, тум-тум-тум...

Когда Сандро проснулся, Лукреции рядом не оказалось, что его очень удивило, так как вампиры обычно спят днём. Но у него и так было много дел, и поэтому он не стал её искать.

В тот момент, когда войско герцогов выдвинулось к границам королевства нежити, некромант накинул на плечи свой слегка потёртый синий плащ и вышел из спальни. Ему предстояло принять делегацию ханов Ранаара, а после отдать распоряжения высшему иерарху некромантов выдвигаться навстречу людям через новосозданные порталы.

Деметриос после эдакой «ничьи» между Джованни и эльфами был лишён звания лучшего ученика, и место Высшего Иерарха занял некромант Каспар, который когда-то был придворным лекарем одного из баронов и принял учение Сандро чтобы избежать скорой смерти, так как был очень стар. Каспар постоянно спрашивал своего учителя, скоро ли он обратит своего ученика в лича, но Сандро отмалчивался, вгоняя старика в уныние.

Некромант пришёл в свой тронный зал. Там было привычно пусто и холодно, лишь безмолвные статуи воронов по обе стороны входной двери пронзительно смотрели на своего нового хозяина, словно желая выказать своё недовольство и каркнуть: «Никогда! Никогда твоя подобная праху душа не восстанет из пепла! Никогда! А мы будем здесь вечно, и однажды тёплая рука живого вновь коснётся нас. А тебя – никогда!».

«Мне и не нужно ваше счастье, - мысленно отвечал им Сандро, как всегда в ожидании мысленно разговаривая сам с собой. – Посмотрите на себя, вы лишь железные статуи. Даже привидения намного живее вас, они всегда испытывают мощные эмоции, которые держат их в этом мире. Эмоции текут по их призрачным венам как горячая тёплая кровь, не причиняя им вреда. А вы страдаете от каждого стимула, каждого слова… Вы подобны истеричной женщине, которая не умеет мыслить логически и живёт лишь своими выдумками, причиняя всем вокруг боль и страдание. Никогда, говорите, не коснётся меня счастье? Оно коснётся меня тогда, когда все ваши слова и крылья обратятся в пепел…».

Вороны ничего не ответили некроманту, вперяя в его грудь искусно вырезанные в металле очи, оставаясь холодными и молчаливыми.

- Ханы Ранаара, ваше величество, - холодно произнёс вошедший герольд, пропуская вперёд делегацию из странно выглядящих людей: один был одет в звериные шкуры и распространял повсюду запах мяса и чеснока, второй был в широкой и высокой деревянной маске с раскосыми глазами и держал в руках посох с бараньим черепом. Третий же человек был огромного роста, носил только набедренную повязку и поигрывал здоровенной сучковатой дубиной, что была покрыта недавно засохшей кровью.

- Я приветствую доблестных ханов, готовы ли ваши войска? – смерив взглядом варваров, спросил Сандро.

Первым ответил человек в маске, стукнув по полу посохом.

- Наши войска уже на подходе к Пику Ворона, как велели нам наши предки. Но есть одно «но»…

- Что вы имеете в виду? – с лёгким удивлением поинтересовался некромант, вопросительно склонив голову.

Шаман два раза стукнул по полу посохом и стоявший рядом с ним здоровяк со всей силой попытался ударить некроманта дубиной.

Дубина натолкнулась в воздухе на невидимый щит и разлетелась на мелкие кусочки, оставив варвара растерянно созерцать остатки своего оружия.

- Э-э… Это была моя любимая палка.

- Сочувствую, - саркастически отвесил поклон Сандро. – Если ещё раз кто-то из вас попытается меня ударить, то я сотру в порошок его гнилые кости.

- Мы должны были тебя проверить, - сказал одетый в звериные шкуры. – Меня зовут Мигран, я хан самого большого из кланов Ранаара. А это мои союзники – Хан-Шаман Авэлан и здоровяк Цымбало.

- Я прошёл «испытание»? – ядовито парировал некромант. – Может мне ещё шаманский танец сплясать?

Цымбало расхохотался:

- Бва-ха-ха-ха-ха! Я бы посмотрел на это!

- Не самое приятное зрелище, поверь. Итак, вы готовы выслушать мой план?

Мигран кивнул и скрестил руки на груди.

- Рассказывай.

Выслушав план некроманта, ханы заулыбались: победить казалось легче лёгкого, ибо всю основную работу за них сделают мертвецы.

- А как насчёт трофеев, наград? – спросил Мигран. – Мы же не можем вернуться домой с пустыми руками.

- Можете забрать себе всё, что хотите, - улыбнулся Сандро. – Женщин, скот, имущество, что угодно. Я прошу вас только об одном: соберите все, на первый взгляд, необычные мечи, и принесите их мне. Зачем мне это нужно – не ваше дело.

- Сделка хороша. Но выполним ли мы таким образом волю наших предков? Поможет ли могучий Сандро ранаарцам разорить земли ненавистных герцогов? – спросил Авэлан.

- Если я не найду среди мечей ничего необычного, то мы дойдём хоть до самого края Таллана. Хотите ли вы овладеть эльфийскими девами? Или, может, кому-то по нраву гномы?

Молчавший все переговоры Цымбало вновь расхохотался:

- Бва-ха-ха! У меня будет целый гарем белокожих чистых девок! С эльфиек я вообще слезать не буду! Бугагаг!

Довольные ханы распрощались с некромантом и вернулись к войску, строя планы и мечтая как они будут править в каменных городах, окружённые сотнями прекрасных пленниц.

Сандро же решил поискать Лукрецию и немного отдохнуть с ней. Расспросив слуг, он нашёл её стоящей на балконе самого высокого этажа замка. Девушка была обмотана плотной тканью, чтобы на неё не попадал свет солнца, и смотрела на холмы и горы вокруг Вороньего Пика.

- Тебе повезло, что я сохраняю над этим местом пасмурную погоду, - заметил Сандро, подходя и обнимая её сзади.

- Мне больно всё равно. Как бы ни было пасмурно, солнце жгёт мои глаза.

- Тогда зачем ты стоишь здесь? – некромант отвёл её в темноту коридора и, размотав голову, поцеловал в холодные губы.

- Я так скучаю по солнцу, свету и теплу…

- Это пройдёт.

- Может быть, я не знаю. Знаешь, иногда я обвиняю тебя в том, что ты со мной сделал. А иногда мне это нравится. И нравится мне гораздо чаще, чем злит. Но иногда я путаюсь в своих мыслях. Меня очень тянет вновь к теплу, к свету, солнечным лугам…

- Разве моя любовь недостаточно тебя греет? Если она тяготит тебя, то ты всегда можешь уйти.

Девушка вздрогнула:

- Нет, я решила, что буду любить вечно одного человека – тебя. И я сдержу своё обещание. Ты обязательно победишь в войне, и наша любовь вознесётся над всем бренным миром до самых звёзд.

- Да будет так, а пока… - некромант притянул к себе девушку и вновь поцеловал, ловя себя на том, что его сердце действительно начинает биться чаще рядом с ней.

К рассвету седьмого дня войско людей достигло середины некогда прекрасной долины, со всех сторон окружённой высокими скалами и плоскогорьями и ныне превращённой в безмолвную пустыню с отравленными реками.

Два дня пути прошли без особых происшествий, разве что многие люди жаловались на кошмары, и им казалось, что из глубин леса за ними пристально следят тысячи и тысячи незримых глаз (разведчики, правда, ничего и никого не обнаружили).

Восходящее солнце вновь развеяло страхи войска, ярко освещая своими первыми лучами мёртвую долину, разгоняя ужасы ночи и суля скорую победу над поднявшимися мертвецами.

Многим солдатам приснились прекрасные танцующие девы, сотканные из чистого света, что излучали любовь и пели прекраснейшими голосами, даря покой и уверенность в завтрашнем дне. Жрецы пояснили удивлённым людям, что это никто иные как Элементали Света, что рождаются из чувств и эмоций Эльрата, питающего к своим почитателям бесконечную любовь. Этим они отличались от ангелов, которые служили лишь проводниками его непреклоняемой воли.3

Люди шли вперёд, не строя по пути укреплений и не возводя сторожевых башен, полные решимости дать честный прямой бой Сандро и его ордам нечисти. Впереди лёгким аллюром ехали паладины Эльрата, а за ними шло остальное войско. Грифоны парили в небесах многотысячной стаей, высматривая своим орлиным зрением малейшую опасность, но ничего не находили.

Такое лёгкое продвижение вперёд несколько нервировало герцога Николаса, но радовало простодушного Годрика, который грозился в одиночку сокрушить целую орду скелетов.

Сильно было войско Эльрата, но допустило один грандиозный промах – никто не опасался нападения при свете солнца…

И вот, ближе к полудню, когда был разбит временный лагерь, чтобы войско отдохнуло от ночного бдения и наполнило голодные желудки походной кашей, около отравленной реки появилось три огромных портала, светившихся зловещим зеленовато-розовым светом.

Сторожевая гвардия едва успела протрубить тревогу, как лагерь накрыл целый дождь стрел, выпущенных вырвавшейся из порталов ордой раннарцев, с боевым кличем ринувшихся в атаку на лагерь герцогов, которых варвары так ненавидели и презирали.

Раннарцы с наскоку влетели в неукреплённый лагерь и начали крушить своими огромными топорами и молотами полусонных паладинов, которые не успевали вскочить на коня и взять свой меч.

Лишь немногие прожженные в боях с ранаарцами ветераны, в основном из герцогств Единорога и Сокола, могли дать отпор варварской коннице, мигом построившись в шеренгу и ощетинившись лесом копий и алебард. Также неплохо сражался отряд принявших подданство людей гномов, которые не снимали доспехов с самого выхода и категорически отказывались сдавать в общий обоз свои топоры и огромные копья.

Варвары всё прибывали, но быстро подоспевшие свежие силы пехотинцев пришли на подмогу ветеранам и образовали широкий фронт из сверкающих копий, постепенно оттесняя ранаарцев к выходу из лагеря. Помогали войску и маги, обрушивая на ранаарцев грады волшебных стрел, молний, огненных шаров, ставя магические ловушки и мины, а также парализуя самых ретивых, чтобы затем взять их в плен и допросить.

У варваров не было сильных магов, так как волшебство степных шаманов и шаманок оставалось на довольно примитивном уровне ещё со времён падения Империи Шантири, но им неплохо помогли наложенные на их лёгкие доспехи некромантами защитные чары, поглотившие значительную часть урона от волшебства. И, конечно же, люди не знали, что Аркат наделил войско нежити и их союзников устойчивостью к огню. Поэтому варвары, хоть и были быстро отброшены, но потерь понесли мало, мигом устремившись к порталам, которые закрылись за последними всадниками и исчезли.

Войско герцогств выиграло первую стычку с противником и заплатило сотнями жизней за свою беспечность и самоуверенность. Многие славные паладины сложили свои головы в первые минуты боя.

Герцоги (в особенности Николас) корили себя за своё безрассудство, которое стоило множества жизней. Поэтому было принято решение возвести укреплённый лагерь и ждать очередной атаки.

С большими почестями павшие рыцари были похоронены и отпеты, а их друзья и родичи дали клятвы преследовать ранаарцев и Сандро до самого края Таллана.

За несколько часов, прошедших после боя, вокруг лагеря вырос небольшой земляной вал, который укрепили камнями и дрекольем. У людей не было искусных магов земли, как у эльфов, поэтому они не могли выстроить за день целую крепость, но их упорство позволило достичь многого, так как все осознали, что битва уже началась и что следующая атака была лишь вопросом времени.

Пленные ранаарцы же отмалчивались, бормоча что-то о воле своих предков, ругаясь и огрызаясь, и герцоги не смогли выведать больше.

Ближе к шести часам вечера земляная крепость по всей ширине фронта была уже готова и укреплена на подступах магическими огненными ловушками. В будущем планировалось изменить русло реки и создать тем самым защитный ров.

Жрецы Эльрата, как и все остальные, тоже не сидели без дела, накладывая священные чары на оружие и стрелы воинов, леча раненых и вселяя вдохновенными речами воодушевление в ряды войска.

И вот, ровно в восемь часов вечера, когда заходящее солнце почти скрылось за горами и холмами, порталы некромантов появились вновь на том же месте, где их видели в первый раз, выпуская из своего чрева десятки высоченных фигур с огромными косами – Умертвия.

В отличие от не слишком дальновидного Джованни, Сандро сразу пошёл с туза, обрушив на войско людей свои самые могущественные силы.

Позади умертвий из порталов выходили ряды Чёрных Рыцарей: мертвецов-всадников, закованных в непробиваемые обычным оружием латы.

Вёл мёртвых рыцарей первый генерал войска нежити – Винчензо, чья зеленовато-чёрная броня зловеще сияла на фоне его гвардии в рогатых шлемах.

Умертвия без труда преодолели земляной вал и ворвались в ряды людей, круша своими косами доспехи, оружие, и, конечно же, плоть и кровь живых. Даже заговорённые жрецами стрелы и копья не причиняли им существенного вреда, только лишь замедляя их движение вперёд.

Что касается рыцарей смерти, то их сгорбленные в сёдлах фигуры внезапно выпрямились, сверкнув в последнем слабом свете дня острой сталью мечей и копий, и устремились вперёд, сойдясь в горячей схватке с паладинами Эльрата, которых вели в бой старшие сыновья и братья герцогов.

У герцога Единорога Годрика не было родственников и поэтому он лично повёл в бой своих верных Рыцарей Света.

По примеру сэра Годрика, не остались в стороне и другие герцоги, храбро бросившись в атаку вместе со своими сыновьями и братьями, снова позабыв об осторожности.

Но какими бы смелыми и сильными ни были люди, тягаться с закованными в броню мертвецами им было не по силам. Косы умертвий собирали обильную жатву, а рыцари смерти, хоть их и было немного, теснили паладинов по всей ширине тесного фронта.

Казалось бы, что может помочь магия, но молнии и огонь разбивались о доспехи мертвецов и заклинания яркими искрами осыпались на землю.

Не прошло и часа, как передовые отряды паладинов были отброшены и рассеяны, но бой продолжался.

В воздух были подняты грифоны, и это несколько облегчило ситуацию: их мощные когти и тела сбрасывали мертвецов с коней, уносили их прочь в небеса и отправляли в долгий полёт на дно горных пропастей.

Вскоре из глубины тыла подоспели жрецы Эльрата, вызывая на головы умертвий столпы обжигающего божественного света. Это помогло: умертвия заходились в пронзительном крике и чёрными тенями уползали с поля брани.

Ближе к десяти вечера с помощью жрецов и грифонов удалось вытеснить мертвецов обратно к порталам, но во время отступления Винчензо случилась трагедия: трое братьев герцога Родриго, а также троюродный брат Николаса устремились вослед за мертвецами и все погибли, сражённые мечами Винчензо и его гвардейцев.

Также были тяжело ранены двое сыновей герцога Алексея, а ему самому рассекли щёку, разбили шлем и искромсали доспехи (сам Алексей под ними не пострадал, предусмотрительно одев под латы кольчугу).

Рыцари Смерти отступили, но отступление это было хорошо спланировано, так как Сандро не ставил себе задачей истребить войска противника, пока кто-нибудь в войске людей не проявит себя и не использует Клинок Армагеддона.

Именно поэтому из порталов не выходило всё войско сразу: некромант одновременно давал людям призрачную надежду на победу и не хотел потерять всё своё войско в один момент в том случае, если владелец Клинка объявится.

Новой волны нападавших не последовало, но порталы не закрылись, оставляя войско герцогов в постоянном напряжении и неврозе.

Рыцари Эльрата не знали, кто будет в третьей волне: мертвецы, варвары или ещё что-нибудь ужасное и непонятное. Поэтому Николас, у которого из-за гибели брата было тяжело на сердце, приказал построить фронт по следующему примеру: сначала шла шеренга копейщиков, в просветах которой сосредоточились маги и гномы, затем шла шеренга из жрецов Эльрата, которых прикрывали пехотинцы, а в тылу сосредоточились всадники, грифоны и эльфы со всего войска, чья численность составляла немногим больше трёх тысяч.

В основном, принявшие подданство людей эльфы были из Винланда, одного из самых знаменитых городов Ироллана, где проходили ежегодные соревнования лучников «Глаз охотника». Винландские лучники были самыми искусными мастерами стрельбы среди эльфов, поэтому им было скучно среди сытого покоя Ироллана, откуда они уходили на восток Таллана в поисках битв и приключений. Пограничные герцогства вроде Сокола или Единорога охотно принимали винландцев в свои ряды.

Наступила полночь, а нежить всё не появлялась, лишь порталы зловеще светились в темноте.

Вперёд отправился небольшой отряд всадников, осторожно въехавших в один из порталов. Их взору предстала безрадостная картина мёртвых гор, наполненных отравленными источниками и стелившимися по земле ядовитыми испарениями.

В небесах ярко светили звёзды, а Шаласса и Аркат скрывались где-то среди низко нависавших облаков, казавшихся клубами чёрного дыма. Но вскоре подул свежий ветерок, разгоняя облака и отгоняя в глубины провалов ядовитый туман, из-за которого рыцари не могли спешиться. Выйдя из-за облака, Аркат первым гордо осветил своими багровыми лучами горные вершины, покрытые буро-серым снегом.

Паладины осторожно объездили окрестности в радиусе километра и не нашли ни живой, ни мёртвой души. Сандро будто отступил, опасаясь мощи соединённого войска людей, поддерживаемого благословением Эльрата.

Ближе к утру восьмого дня паладины вернулись к войску и доложили об увиденном верховному генералу Николасу.

- Весьма странно… - задумчиво проронил герцог Сокола, отпуская разведчиков из шатра.

- Да что тут думать! Грязный некромаг убежал, едва увидев как его возлюбленную нежить испепеляет свет Эльрата! – воскликнул Годрик, ударив по деревянному столу кулаком. Стол жалобно заскрипел и прогнулся под тяжестью его перчатки.

Николас уронил голову на руки, его золотые кудри растрепались по красно-золотому плащу на плечах.

- Что такоэ, гинерал? – обеспокоенно спросил Родриго.

Николас посмотрел на орлиное лицо герцога Быка, и взял себя в руки: негоже так поддаваться отчаянным мыслям!

- Нет, ничего. Минутная слабость. Просто… Я думаю, что Сандро заманивает нас в ловушку. Есть соблазн отправиться за порталы и дать бой на его территории, развернувшись на холмах и среди редколесья широким фронтом. Но кто знает, не закроются ли порталы за нами, отрезая все пути к отступлению?

Годрик не нашёлся что сказать, молчал и Родриго.

- Идём вперёд, - раздался спокойный голос Алексея. – Только вперёд, другого шанса не будет. Серебряные бакенбарды герцога Лисицы были измазаны его собственной кровью, но рана на щеке зажила, заботливо вылеченная жрецом. – Если мы не будем напирать, то у нас нет шансов против бесконечного натиска мертвецов в этой тесной долине. Тяжело раненых предлагаю хорошенько заштопать и отпустить домой.

- Я думаю, Алексей прав, - подал голос герцог Жан. – Отомстим за наших братьев и товарищей!

- Верно! – чётко выкрикнул потерявший всех своих братьев Родриго. – Вперёд и только вперёд!

- Погодите, погодите, - поднял руки в усмирительном жесте Николас. – Я тоже потерял брата в сече, но мы не должны позволять эмоциям затуманить наш рассудок. Я предлагаю отступить к границе и образовать сеть укреплений у Белех-Кара.

- Давайте проголосуем, - мелодично предложил Жан, доставая из кармана своего серебристо-голубого плаща с вышитым посередине оленем палочки жребия. – Кто за временное отступление – тяните. Кто за битву на территории врага – толкайте вниз.

Голоса разделились ожидаемо: Годрик и Родриго выступали за бой, Алексей и Жан – за отступление.

- Почему-то я не удивлён таким поворотом событий, - вздохнул Николас и толкнул свою палочку вниз кулака Жана. – Уходим.

Сандро ждал атаки или хотя бы появления войска на рубежах Пика Ворона, но никто не появлялся.

- И где, скажите на милость, войско людей? – спросил некромант, обращаясь к сидевшим возле него полукругом на ковре ранаарского шатра некромантам-ученикам и ханам. – Я жду их уже два дня, а они всё не появляются.

В шатёр осторожно вошёл разведчик из войска Миграна и что-то прошептал хану на ухо.

- Что такое? – слегка раздражённо поинтересовался Сандро, ненавидевший сюрпризы.

- Ненавистные… герцоги… отступают, - медленно произнёс Мигран, старательно выговаривая все слова и задыхаясь от подступавшей к горлу ярости: добыча ускользает!

Некромант поднялся на ноги и вытер запотевшие руки о лёгкий халат из овечьей шерсти, который подарили ему ханы.

- Мигран, Авэлан, Цымбало. Мне нужны ваши кони. Задержите их во что бы то ни стало!

Цымбало вскочил на ноги и испустил яростный крик, поигрывая новой дубиной из закалённого железа. Затем могучий варвар вылетел из шатра как ураган на равнину, вскочил на коня и начал созывать своих воинов.

- Пожалуй, мы последуем его примеру, - смеясь, поднялся на ноги Авэлан. Его лицо по-прежнему скрывала высокая деревянная маска с узкими прорезями для глаз.

Мигран же, не сказав ни слова, вышел из шатра.

- Не очень он вежливый у вас, - прокомментировал один из некромантов. Это был Высший Иерарх Каспар, бывший лекарь, всё надеявшийся стать личем. Его длинная седая борода была заляпана чернилами от бесконечных занятий рунной некромантией и созданием заклятий по заданиям Сандро, глаза старика были впалыми из-за бессонных ночей, а тощие руки слегка подрагивали от старческой нервной болезни.

Сандро посмотрел на своего нового главного ученика и равнодушно заметил:

- Пора бы тебе уже поспать, Каспар, - сказал некромант и вышел из шатра.

Следовало поразмыслить, что делать дальше. Если люди укрепятся на границе, где много равнин и строительного леса, то выманить владельца Клинка будет сложнее, а война может затянуться. Некроманту было жизненно важно как можно скорее разгромить войско герцогов, вынудить их дрожать от страха, чтобы владелец артефакта поскорее использовал свою силу.

Тянуть было больше нельзя. Боги Асхана благоволили Сандро, но поддержка богов не может быть бесконечной…

Быстрым маршем, люди отступили к своей изначальной позиции у замка Белеха и начали возводить пограничные заставы и укрепления.

Но сделать это было не так легко, так как Сандро перенёс порталы ближе к границе и бесконечные набеги Ранаарцев не давали герцогам возвести ничего более-менее долговременного.

На тринадцатый день похода людей, когда спустилась ночь, один из разведчиков пошёл на свой пост и не увидел на заставе никого из своей смены. Свободные стражники обычно собирались у башни своего друга и дразнили его тем, что он работает, а они нет. Они играли в карты и громко смеялись, а бедный сторож стоял на ногах всю ночь и постоянно переругивался с ними.

Но на этот раз там никого не оказалось и разведчик вздохнул с облегчением: наконец-то служба пройдёт как положено. Он забрался на вышку и стал вглядываться в череду близлежащих холмов, где ярко светилось множество порталов, больших и малых.

Разведчик поёжился: сражаться с живыми это привычно, а вот что делать с уже умершими он не знал.

- У-у-у… - услышал он не то стон, не то плач у основания башни. Воин выглянул за парапет и увидел как какой-то человек упирается лбом в стену и месит ногами размякшую от недавнего дождя землю.

- Эй, ты кто? – спросил разведчик и натянул свой лук. – Назовись, а то получишь стрелу в голову!

Человек ничего не ответил и продолжил переть в деревянную стену как баран.

- Я не шучу! Получишь стрелу – потом не жалуйся!

- У-у-у… - ответил человек и поднял вверх голову.

Воин выронил из рук своё оружие: это было его дядя, которого он считал без вести пропавшим и погибшим от рук некромантов.

- Дядя! – радостно воскликнул разведчик и кинулся открывать ворота, чтобы впустить своего родственника, который, возможно, был тяжело ранен.

Лучник снял с ворот железный засов и вышел к дяде.

- Я так рад! Я думал, ты умер! – радостно обнял человека воин, но внезапно почувствовал странный сладковатый запах. – Дядя?

- Ууу!!! – завопил его дядя и вонзил свои гнилые зубы в незащищённую шею своего племянника, вырывая целый кусок плоти.

А за деревьями маячили всё новые и новые фигуры, неловко шаркающие по земле прямиком к раскрытым воротам.

Тем временем, войско людей отдыхало в своих шатрах и ничего не подозревало. Лился эль, жарилась окрестная дичь и пелись походные песни.

Без боёв, часть войска, находившаяся на крайнем восточном крыле, расслабилась и потеряла часть дисциплины, проводя время в азартных играх и опустошении полковых запасов пищи. Здесь были, в основном, ополченцы и прочая вспомогательная лёгкая пехота, набранная из крестьян и мелких землевладельцев, у которых не было даже титула баронов. То были отряды деревенских старост, градоначальников и приморских наместников, которые в мирные время заключали тайные контрабандные сделки с Вольными Городами на южной границе Таллана и не очень хотели перенимать эльфийскую культуру, по натуре своей оставаясь теми же не очень умными людьми, вышедшими из тёмных веков падения империи Шантири.