Легенды леса

В тишине ле́са перед священным камнем Матери Воздуха мы провели обряд прощания с близкими людьми. Это был сложный ритуал. Но Сола, несмотря ни на что, смогла провести его. Рябиновая ветвь, возложенная к основанию камня, начала благоухать. Шишки на ней вдруг распустились красными цветами. Из камня вышел легкий туман и я увидела, как в этом тумане появился отец. Сола протянула к нему руку, чтобы коснуться его лица, но рука прошла сквозь дымку. Я посмотрела на неё. По её лицу потекли слезы. Душа моего дорогого отца растворилась в этом тумане.

Мы с мамой долго сидели, скорбя по ушедшему. Наши ду́ши, наши сердца́ оплакивали родного человека.

Мать снова взяла ветвь в свои руки и обошла камень. Не успела она положить ветвь на место, как вспыхнул огонь. Зелёное пламя охватило алтарь, черный дым наполнил поляну и показалась чёрная тень. Она вышла из дыма и приблизилась ко мне. Я боялась пошевелиться. Запах горьких осенних цветов опустился на меня, заставив задыхаться. А в глаза как будто насыпали сажу от костра. В голове появились странные видения. Мои муж и дочь тонули в озере крови, а я не могла помочь, потому что я стояла за прочной стеной из зеленого огня. Я кричу от бессилия, а он касается моих ног. Своим пламенем он сжигает меня изнутри.

Внезапно на зелёный огонь обрушивается ледяная вода. Она тушит злое всепоглащающее пламя и уничтожает стену. Я бросаюсь в озеро, но там уже никого нет. Красная вода смыкается над моей головой и

из глубины появляется черная тень. Она влечет меня вниз, в самую бездну отчаяния и пустоты. Но иная сила, более могущественная, одним рывком вырывает меня из крепких объятий тёмной магии и возвращает к жизни.

Я очнулась на поляне у подножия священного алтаря, перед которым на коленях стояла Сола. Она пела странную песню на неизвестном мне языке, а из её рук вились ко мне красные нити. Мать Воздуха помогла ей прогнать тьму и вернуть меня к жизни, но не дала попрощаться с Иллианом.

Глава 5

Шаг в темноту.

Я иду по лесу в густом липком тумане боли. В моих руках лук и стрелы. Они раскалены, но жар оружия лишь подстегивает, питает то страшное чувство, где человек нарушает все законы божьи. Нет ничего страшнее мести. Озлобленный, обескровленный человек с вырванным сердцем становится слепым орудием в чьих-то руках. Он не повинуется своему разуму, он становится тем, кем легко управлять.

Сейчас мне кажется, что я принадлежу кому-то, кто умело ведет меня в нужном мне направлении. Подпитанная страшной картиной, я думаю только об одном - кровь врага, в которой я искупаюсь. Мне хотелось уничтожить весь род того, кто лишил меня любимых. Я была готова к тому, что мой враг сможет одолеть меня. Но моя жизнь больше не имеет смысла. Больше нет ничего, что держит меня в этом коварном и жестоком мире. Когда-то у меня были отец и мать, любимый брат, муж и дочь. Но теперь у меня нет никого. Те, кто должны были нас защищать, лишили меня всего.

Густой тяжелый туман не хотел рассеиваться. Я не видела тропинку, которая вела в логово зверя. Мне казалось, что даже лес пытается остановить меня от того, что я хочу сделать. На моем пути вставали заросли, густые и прочные. Они не пускали меня. Но боль от хлестких ветвей лишь подстегивала меня и мое желание мстить росло с каждой кровавой царапиной. И только крохотная часть души, каким-то чудом уцелевшая в моем сознании, взывала к милосердию. Но оставалась неуслышанной....

Следы зверя становились все отчетливей. Это были те следы, которые были повсюду. В доме, на поляне, даже на берегу озера. Настолько огромные, что могли принадлежать только одному существу. Было сложно поверить, что Хранители могут так поступить с теми, кто веками относился к ним с уважением и почитал их силу и превосходство. Но я слишком хорошо знала, кто их оставил. Я почти выросла в лесу и никогда не ошибалась.

Туман под моими напористыми движениями не устоял и начал отступать в зеленые кроны вековых дубов. Каждый охотник нашего поселения мечтал о мальчике, но мой отец гордился тем, что я - его дочь, была самым искусным охотником и следопытом. Моя бесшумная походка и молниеносная реакция, зорький глаз и терпение стали легендой. Я близко подошла к логову зверя и притаилась......

Волчица лежала в окружении меховых комочков, играющих с ее хвостом, а один из них, самый шустрый, обхватив маленькими лапками морду хищницы, пытался укусить ее за нос. Малыши весело резвились по надзором матери.

Моя стрела поразила всех волчат. Боль от потери дочери и мужа, такой драгоценной части моей жизни, сделала меня бесчувственной к крикам этих ни в чем не повинных малышей. Своим окаменевшим от боли мозгом я поняла одно — надо оставить мать напоследок, чтобы она испытала те же страдания, которые довелось испытать мне. Она должна была выть от боли, как я, страдать до последнего вздоха.

Но как только я поразила стрелой последнего малыша, она легла между ними, этими меховыми комочками с торчащими из их беззащитных маленьких тел, стрелами. Посмотрела на меня, словно прощая мой поступок и закрыла глаза. Она не могла задать вопрос «за что ты убила их?». Она молча смирилась с их смертью и предпочла умереть вместе с ними.

И вот я стою над убитыми мною малышами. Несколько мгновений назад поляна была наполнена веселым повизгиванием, но смертельная тишина пришла незванной гостьей. Моя душа сначала ликует от совершенной мести. Наступает эйфория, которая охватывает мое напряженное тело и словно чернота, наполняет меня. Она расползается по моим сосудам, вытесняя живую горячую кровь.

Я прихожу в себя от раскатов грома и ледяного дождя на моем лице. Чистая вода, падающая с небес, стала вымывать из меня тот черный густой, неимоверно тяжелый туман. Он растворился в кристальных прозрачных каплях и сознание очистилось от темных мыслей, полонивших мою человечность. И все яснее я стала осознавать то, что произошло в этот священный день.

Осматриваюсь вокруг. Смерть и боль. И это сделала я, творение Матери, ее дочь.......Я начинаю сознавать, что натворила. Сладость мести уступила место гнетущему чувству. То состояние, когда ты понимаешь, что невозможно исправить тобою сотворенное зло.

Силы оставили меня и я опустилась на колени среди убитых мной животных. Время остановилось. Мне не хотелось возвращаться в дом, где я могла найти смерть и боль. Идти некуда. Закрываю глаза и прошу смерть забрать меня. Но у жизни свои планы.

Почти неслышные шаги и вот передо мной стоит огромный черный волк. Отец семейства вернулся с добычей, но нашел лишь смерть в своем логове. Он понял, кто я. И я узнала его. Он был одним из тех, кто приходил за Илианом. Мои лук лежал рядом, а стрелы торчали в телах его волчат. Он медленно обошел свое семейство. Потом сел и громко завыл. Я никогда не слышала, как плачет волк. Но отец рассказывал, что это больше похоже на плач души.

Всю ночь он изливал свою боль, а потом поднялся и пошел в лес. Пройдя несколько шагов, он обернулся и словно позвал меня с собой. Я встала. Мне хотелось умереть и я надеялась, что он зовет меня в лес, чтобы убить. Лук и стрелы остались лежать среди убитых мною малышей. Я покорно шла за ним, не замечая кровоточащих ран на лице и руках и снова переживала тот страшный день, который разбил мою жизнь на две части, в одной из которых я была любимой дочерью, счастливой женой и матерью, в другой- женщиной с кровоточащими сердцем и душой.

Вороний лес встретил нас леденящей тишиной. Застыли звуки, деревья, даже воздух был густой и невозможно было дышать. Хукку провели меня по Кедровому мосту к своему святилищу. Я надеялась, нет, я желала смерти всей своей, разбитой на мелкие частицы, душой. Каждая из них разъедала меня изнутри осознанием потери и совершенным преступлением. Меня поставили в центре черного ритуального круга, изрисованного странными символами. Четыре черных волка встали по четырем сторонам света. Через несколько мгновений от каждого из них в небо устремились яркие зеленые лучи, которые соединились в одно целое и на меня сверху стали падать звезды. Одна из них вспыхнула прямо у меня перед глазами. От сильной вспышки я почти осл