Философия внутреннего строительства человека. Учение о Внутреннем Замке.

Ашимов И.А.

Философия внутреннего строительства человека. Учение о Внутреннем Замке.

Предисловие

После выхода на пенсию переселился в замок, построенный мною в заповедном предгорье Ала-тоо. Замку дал название «Белый аист», ибо, внешне светлые стены замка и его две башни похожи на пару белых аистов. Там в уединении продолжаю жить и работать по сей день. Года два тому назад увидела свет моя философская повесть «Замок «Белый аист», которая представляет собой книгу-размышление о своей мечте и судьбе, рассказываемая от третьего лица – профессора Каракулова - персонажа, представляемого моим литературным прототипом.

Вообще, мечта о замке, зародилась во мне еще в юности. Тогда крепости, замки рисовались в моем воображении как бастионы против осязаемых врагов, как это было в реальности Средневековья, но с возрастом мне пришло понимание того, что они, по Фрейду, являются и метафизическим убежищем от сугубо простых «земных невзгод» - тревоги и страхов, суеты и пустоты, сомнений и малодушия, которые способны разъедать сознание, лишать внутренний покой человека.

Признаться, в молодости ощущение тоски от бессмысленной суеты и вечной тревожности представлялась мне бездонной пустотой, способной поглотить радость творчества и смысл самого существования. В этом контексте, крепость или замок рисовалось в моем воображении как своего рода защитой от такой пустоты, становясь неким внутренним космосом, наполненного идеями и целями, где душа обретает свой центр и свою опору.

Вот-так строительство замка с высоким каменными стенами, сторожевыми башнями, донжоном, узкими бойницами, подъемными воротами было не столько проявлением моих безотчетных сомнений и страхов, сколько стремлением к тишине и творческой сосредоточенности, к самопознанию и совершенству.

Вот-так зарождалась во мне идея построения замка. Та была юношеской мечтой о создании собственного, автономного мира, внутри которого можно было бы безраздельно властвовать над своими мыслями, строя свой путь к познанию, свободный от любого внешнего давления и внутренних помех. Между тем, как известно, не все зависит от человека. Зачастую, реализация мечты, идей, желаний зависят от обстоятельств жизни, которые иногда оказываются сильнее.

Годы и десятилетия взросления и зрелости ушли на завоевание своего места под солнцем, на получения образования и специальности, на заботу о собственном бытие, семье, детях, профессиональном становлении. И вот лишь после того, как я перешагнул пятидесятилетний рубеж, наконец, представилась возможность купить в предгорьях Ала-арчинского заповедника дачный участок и начать строительство замка.

Нужно отметить, что в то время я уже состоялся не только как ученый-медик (хирург, физиолог), но и как ученый-философ. Писателем мне еще предстояло стать. И вот, построенный мною замок «Белый аист», действительно стал для меня не просто убежищем от суеты, и не просто домом тишины, а живым манифестом свободы познания и величия человеческого духа, воплощением той самой юношеской мечты о создании цитадели свободы и духовного творчества.

Как я уже говорил, еще в годы юности, «тревоги» и «сомнения» воспринимались мною как невидимые путы, сковывающие мою волю и парализующие мои действие. Теперь же я понимаю, что они были скорее следствием отсутствия во мне внутренней опоры, неспособности укорениться в собственной истине. Между тем, мне обязательно хотелось в будущем стать не просто цельным, но и полноценным, то есть ищущим, творческим человеком. Все эти мысли выражены в моей капитальной монографии «Моя тень (Я-концепция».

Даже вселившись в замок, я еще и не догадывался о том, что крепость или замок должен был стать и символом, и источником собственного уединения, причем, не как бегства от несправедливого мира, а скорее, как необходимого условия для самопознания и обретения внутренней свободы и стойкости. Хотя еще в молодости, зачитываясь книгами писателей, философов, мудрецов, понимал, что уединение для творческого человека вовсе не изоляция от познания мира, а, наоборот, его катализатор, подобно отшельничеству, которое для будущего ученого, философа, мыслителя, деятеля - есть самое необходимое условие и путь к постижению глубин, недоступных в шуме суеты мира.

В этом контексте, образ замка и сама крепость мысли, по моему разумению, должны были стать метафизической защитой от внешнего негатива, позволяя моему духу оставаться собранным, цельным. А мысль: «От замка к замку», олицетворяющий переосмысление вероятности перехода от физического замка к внутреннему замку было почти закономерным. Так зарождались контуры новой философии.

Что касается названия монографии. Полагаю, что наиболее полным академическим названием является «Философия внутреннего Замка». Такое название, где Замок начинается с заглавной буквой снимает риск буквального толкования и задает более верный вектор восприятия.

Введение

Признаться, замок «Белый аист» сыграл ключевую роль в моем духовном устремлении, ибо, именно в тиши замка шло формирования меня как свободного философа, мыслителя, созерцателя, писателя. В этом плане, сама идея построения удаленного от перекрестков обычной жизни, убежища, позволяет раскрыть не только ключевые контексты его материальной реализации, но и создания философской повести «Замок «Белый аист», в которой говорится о поиске истины, смыслов человеческого существования. В ней также говорится о метафорическом смысле моего становления как философа.

Вот-так, в те ранние года для меня крепость или замок были не просто архитектурными формами, а скорее метафорами идеального пространства для независимости мысли и духа, представляя собой не только физическое убежище, но и ментальную цитадель, где будущий творческий человек, каковым мне мечталось стать во взрослой жизни, мог бы беспрепятственно предаваться сосредоточенности и уединению, где царила бы та глубинная тишина, в которой только и возможно личности услышать голос собственной истины.

Карл Юнг в своем эссе «Башня философа» писал: «Я испытывал потребность перенести непосредственно — в камень — мои сокровенные мысли и мое знание. Так возникла Башня, дом, который я построил для себя… Башня сразу стала для меня местом зрелости, материнским лоном, где я мог сделаться тем, чем я был, есть и буду. Она давала мне ощущение, будто я переродился в камне и с ее помощью я как бы утверждался в самом себе… В нем я увидел некий образ, преисполненный смысла - символ душевной целостности».

Мартин Хайдеггер в своем сочинении «Язык есть дом бытия» писал: «…вне своего каменного убежища я не мог бы быть сделан ни в каких других условиях. В тишине можно прочувствовать каждое мгновение чего-то идеального…». Уже потом Колин Эллард в книге «Среда обитания» напишет: «В каком-то смысле каменная хижина философа и была им самим».

Каменную цитадель тишины построил и знаменитый художник Фернан Кнопф, назвав строение «Храм себя». Именно там он нашел абсолютную гармонию своего внешнего и внутреннего мира. Другой выдающейся художник - Сальвадор Дали, проживая более полувека в своем каменном доме писал: «…Мой дом представляется мне живым лабиринтообразным организмом, где я по утрам просыпаюсь то испанцем, то итальянцем...». В свое время философ М.Монтен творил в тиши одной из башен родового замка: «Стены замка утешают меня, снимая бремя докучной праздности, избавляя от неприятного общества и заставляя работать над собой».

О том, что душа человека является своеобразной крепостью сказано в сочинении Св. Терезы Авильской «Внутренний замок». В свое время Сталин И.В. в своей речи перед молодежью говорил: «Перед нами стоит крепость. Называется она, эта крепость, наукой… Эту крепость мы должны взять во что бы то ни стало. Эту крепость должна взять молодежь, если она хочет быть строителем новой жизни…».

Анализируя мысли известных деятелей науки, философии, литературы, культуры я пришел к неожиданному заключению. Речь идет о необходимости формирования новой философии внутреннего пространства человека. Философия должна объяснить, почему путь «Из замка в замок» универсален. Практически каждое рассуждение сводится к одному вопросу: Что должен построить человек, чтобы стать самим собой?

На первый взгляд кажется, что речь идет о строительстве крепости. Но в действительности строительство дома заканчивается уже в первой половине жизни. Настоящее строительство только начинается после этого, когда Человек начинает строить самого себя. Следовательно, замок — это не сооружение, а потенциальный проект внутреннего человека. Такая мысль и составляет философское ядро новой философии.

Еще об одной идее. В повести «Замок «Белый аист» говорится о тишине. Насколько мне удалось выразить ключевую идею о том, что тишина тоже не является конечной целью, а является лишь условием. Получается своеобразная цепочка. Не Замок – тишина, а Замок – это и тишина, и самопознание, и истина, и свобода. Между тем, это уже философская структура. На вопрос о том, что есть Замок, я отвечаю: «Замок – это не убежище, а внутреннее пространство, специально создаваемое человеком для встречи с собственной сущностью».

Возникает и другая неожиданная мысль. Речь идет о некоторой закономерности. В повести говорится о комплексе неполноценности, страхе, робости, сомнении, тревоге, суете, ментальном шуме, одиночестве, тишине, поиске истины. По сути, мысли касаются о психологических паттернах личности. Но если посмотреть философски, получается определенная последовательность.

На наш взгляд, практически все вышеперечисленные психологические состояния представляют собой не что иное как стражи внутреннего замка. Именно они не допускают человека к самому себе. Тогда философия получает совершенно новую категорию: «Внутренний Замок нужно взять в осаду и взять».

Каковы новые философские категории по сути? На наш взгляд, это не только Замок, но и стражи Замка, которых можно классифицировать: страж страха; страж тщеславия; страж суеты; страж самолюбия; страж власти; страж ложного знания; страж общественного мнения. Человек проходит через них не один раз и это уже напоминает не психологию, а философскую инициацию.

Итак, получилась линия от эмпирического объекта к онтологическому принципу. Речь идет о предметном воплощении архитектурного замысла — возведение каменного замка с башенными комплексами, донжонами и подъемными механизмами в англосаксонском стиле с элементами средневековой готики, в духовный феномен через философское переосмысление, пройдя первичный экспликационный этап. Так прошла глубокая метафоризация философского замысла.

Осмысление опыта жизнедеятельности в замке «Белый аист» и моего погружения в философскую проблематику привели к фундаментальному выводу о том, что процесс созидания замка носит двухуровневый характер: первый уровень — эмпирико-вещный (строительство из камня); второй — онтологический и антропологический (конструирование личности).

Нужно подчеркнуть, что приоритет второго уровня над первым формирует ключевой тезис исследования: «всякий субъект осуществляет двоякое строительство — внешнего пространства, доступного постороннему наблюдению, и пространства внутреннего, скрытого от самого субъекта». Данное положение, на наш взгляд, выступает исходной аксиомой разрабатываемой нами концепции.

В процессе работы над повестью «Замок «Белый аист» мною осмыслялась природа ключевого деструктивного фактора человеческого существования. Если на ранних этапах в качестве такового рассматривались неведение, депривация, экзистенциальный страх и сомнения, то последующий философский анализ показал, что подлинным деструктором выступает не внешняя среда (социум, институции, политика), а внутренняя рассеянность субъекта — состояние, генерирующее хаос, пассивность и ментальную дезориентацию.

В данном контексте «суета» трансформируется из бытового понятия в категорию философской антропологии. Суета определяется не как избыток деятельности, а как невозможность самосборки личности, как процесс диссипации человеческого бытия. Соответственно, Замок уже выступает как пространственно-смысловой центр интеграции субъекта.

Глава

I

. Пробуждение внутреннего поиска.

Начало пути к самому себе.

Начну с того, что не может человека не заинтересовать мысль о том, что замок строится сначала реально, а затем раскрывается как метафора, как это было в моей жизни реально. Итак, построил настоящий каменный Замок с высокими стенами, башнями, донжонами, подъемными воротами. Живя и работая в Замке во мне все больше приобщался к мудрости философии, все глубже проникался философскими идеями.

И вот примечательный результат. Однажды понял, что нужно уходить «из замка в замок», ибо, осознал, что Замок строится дважды: первый раз — из камня, а второй — из личности. Причем второй значительно важнее первого. Таково рождение нового философского тезиса: «Каждый человек строит два замка. Если первого видят другие, а второй скрыт даже от него самого». Этот тезис лег в основу идеи о разработке новой философской концепции.

Хочу сказать, что уже тогда, когда писал повесть «Замок «Белый аист» я задумывался над вопросом: Что является главным врагом человека? В юности мне думалось, что главным препятствием является неведение, комплекс неполноценности, ментальные страхи и отчаяния, неуверенность и сомнения. Но со временем все больше понимал, что для человека главным врагом является не внешний мир, не общество, не религия, не политика, а внутренняя рассеянность человека. Отсюда, суета, хаос в голове, боязнь, пассивность и малодушие. Эти мысли отразил в капитальной монографии «Контуры философии предупреждения», где мною делается акцент на феномен «неосознание происходящего».

Мне кажется, суета, в том числе от «неосознания происходящего» - это не бытовое или социально-психологическое понятие, а философская категория. Суета — это не множество дел, а это невозможность собрать себя. То есть суета есть рассеивание человеческого бытия, мешающее самосборке личности. Именно поэтому необходим внутренний Замок, который призван собирать человека обратно.

В нашей концепции, так или иначе можно говорить о философской триаде: 1) Замок - пространство внутреннего человека; 2) Тишина – способ встречи с собой; 3) Истина - обретение собственной сущности. В эту конструкцию можно вплести еще одну категорию – «Белый аист». Если Замок — пространство, то белый аист — состояние чистоты и освобожденной души. Тогда возникает определенная философская система: Замок — место, башня — вершина сознания, тишина — условие, белый аист — обретенная свобода.

Согласно замысла нужно постепенно отходить о философии замка «Белый аист», ибо эта повесть выполнила свою задачу как эмпирическое подтверждение философской гипотезы. Теперь следует говорить и рассуждать вокруг философии внутреннего замка человека. При этом акцент нужно перенести на следующий тезис: «Человек не рождается хозяином самого себя. Между ним и его сущностью находится внутренний замок. Вся человеческая жизнь есть путь к его открытию».

В свое время, понял, что если эта идея станет исходной аксиомой, то все остальные элементы — тишина, одиночество, творчество, поиск истины, свобода мысли, Белый аист, Башня познания и молчания, наконец, займут свои места как части единой философской системы под названием «Философия внутреннего замка».

Так шло во мне трансформация взглядов на сущность замка: от материального к духовному, от внешнего к внутреннему. В целом, данную книгу можно было бы назвать «Из замка в замок». Мой замок «Белый аист» - это дом тишины, расположенный на примечательной лоне природы - чистый горный воздух, луга, леса, речки. Это не замок для демонстрации статуса, а настоящий цитадель покоя и внутренней гармонии, где можно жить в согласии с собой, принимая редких гостей с которыми можно вести интеллектуальные диалоги.

Признаться, все мои главные научные труды написаны там – внутри замка, в атмосфере добровольного отшельничества в своем рабочем кабинете, расположенной в «Башне познания». Убедился в том, что именно статус духовного одиночества в тишине замка, является той благодатной зоной, где можно прислушаться наконец к себе самому, понять, перестроится, открыть себя заново, увидеть свою сущность.

Перечитывая повесть понял, что так или иначе, главным смыслом книги является то, что душа человека – это внутренний замок, собственная крепость, тогда как замок, построенный в стиле средневековья – это лишь метафора. Человек строит замок из камня и песка, но по ходу он строит самого себя, свою сущность. Он штурмует свой замок, а между тем, они лишь метафоры самопоиска, самопознания, самосовершенства, когда человек открывает самого себя, свою сущность.

Если вникнуть в текст повести, то можно удостоверится в том, что в ней заложены мысли о том, что замок – это метафора внутреннего убежища, запрета, защиты, это дом ментальной тишины и самопознания, это оплот независимой мысли и поиска Истины и смыслов.

В повести говорится не только о том, что Замок - это центральная арена для духовных встреч и дискуссий в поиске социально-психологических и познавательно-мировоззренческих метапозиций, но и о том, что это цитадель свободной мысли и свободного познания, что это сакральная колыбель для углубления в себя и символика самопоиска, самопознания и самосовершенствования.

В повести заложена также мысль о том, что замок – это зона одиночества как дара и непременного фактора для творчества, это интимная территория внутренней человеческой сущности, это место, где мечты развиваются и реализуются, наступает гармонизация Я и Мы. Именно здесь происходит углубление разума, становясь неким локусом встречи самого себя, принятия своей Тени, судьбы, времени, возраста, одиночества, это вершина самореализации, откуда можно увидеть свою сущность в зеркале реальности.

Структура нашего исследования опирается на экзистенциально-философскую триаду: во-первых, Замок — онтологическое пространство «внутреннего человека»; во-вторых, Тишина — метод и гносеологическое условие встречи субъекта с самим собой; в-третьих, Истина — акт обретения имманентной сущности. Выстраивается целостная архитектоника: Замок — пространство бытия; Башня — вершина рефлексивного сознания; Тишина — экзистенциальное условие; Белый аист — репрезентация обретенной свободы.

Могу заверить, что эмпирический замок выполнил функцию практической верификации гипотезы. Главный исследовательский фокус смещен в сторону положения: «субъект не рождается хозяином своей сущности и между его «Я» и сущностью располагается внутренний замок, а человеческое существование есть процесс его открытия».

При принятии такого тезиса в качестве исходной аксиомы элементы концепции — уединение, творческий акт, свобода мысли, персонаж-прототип (профессор Каракулов), Башня молчания — структурируются в единую систему «Философии внутреннего Замка». Так Замок становится территорией, где можно взглянуть на самого себя со стороны, понять, простить, прислушаться к себе самому, понять, перестроится.

Таким образом, стало ясным то, что замок – это нечто большее, чем просто необычное архитектурное строение, обеспечивающее физическую защиту человека.

В чем же заключается предмет и сущность философии замка на примере повести «Замок «Белый аист»? Для меня лично это штурм и взятие внутренних крепостных стен самой личности, это самопоиск и самопознание. А что касается символики белого аиста, то это чистота помыслов, миролюбие, семейное счастье, мировое благополучие.

Мои философские переосмысления и обобщения в целях постепенного превращения философской повести в источник самостоятельной философской системы имеют три последовательных этапа.

I этап. Герменевтический анализ, направленный на поиск не литературного смысла, а философских оснований новой философии. Важно определит: основную философскую проблему; скрытые философские идеи; онтологические положения; антропологические положения; экзистенциальные вопросы; новые категории и тезисы. Речь идет о поиска ответа на вопрос: Какую философскую истину скрывает та или инач глава?

II этап. Системный философский комментарий. Речь идет уже о философском осмыслении. Если в главе говорится о строительстве башни, то здесь уже идет поиск ответов на следующие вопросы: что такое Башня как категория? Почему она отличается от стены? Почему восхождение важнее строительства? Какое место она занимает в системе «Внутреннего Замка». На наш взгляд, именно здесь будет постепенно рождаться категориальный аппарат новой философии.

III этап. Философское обобщение. Речь идет об усилении философского содержания, составив по каждой главе философское досье: главная идея; новые философские категории и тезисы. К примеру, «Человек входит в свой внутренний замок не через дверь, а через внутреннее преображение», «Каждый этаж замка соответствует определенному уровню самопознания»

Нужно отметить, что в процессе реализации ключевого замысла, главной категорией постепенно становится не Замок, а Путь к Замку. Парадокс заключается в том, что человек уже находится внутри своего внутреннего замка, но остается отчужденным от его центра. Поэтому путь — это не перемещение в пространстве, а изменение способа бытия. Отсюда возникает важный тезис: «Путь к внутреннему замку есть путь от внешнего «я» к собственной сущности».

Согласно главной идеи «Из замка в замок», что подчеркивает необходимость перехода от материального замка, обеспечивающего защиту, безопасность, покой и тишину к духовному замку – самопознание, самосовершенствование, самосборка личности, достижение гармонии с сами собой, нужно было выработать единую исследовательскую схему. На наш взгляд, такой поиск можно выполнить в той же структуре.

Во-первых, выполнить герменевтический философский анализ с выявлением главной философской проблемы, с определение герменевтического ядра, с раскрытием философского открытия, а также с формированием общей архитектонике «Философии внутреннего замка».

Во-вторых, выделить новые философских категорий с определением каждой, с установление ее места в категориальном аппарата, с разграничением с близкими понятиями классической философии (онтология, герменевтика, феноменология, экзистенциализм, философская антропология и др.).

В-третьих, сформулировать новые тезисы «Философии внутреннего замка» с формулировками новых философских тезисов, с их кратких интерпретаций, с включением в общую систему уже сформированных тезисов. Причем, все это закрепить на уровне примеров, цитат, ссылок и объяснений.

Речь идет об усилении философской аргументации, выявления скрытых смыслов, углублению символики и категориального аппарата, по повышению концептуальной целостности текста. Все это необходимо для поэтапного определение нового уровня развития философской системы; оценка вклада в архитектонику «Философии внутреннего замка»; уяснения того, какие новые элементы философии необходимо формировать и детализировать.

Естественно, работа содержит серьезный и постоянный аналитический блок, который, на наш взгляд, существенно повысит научную ценность новой философии. Речь идет о научно-философской оценке и аргументации новизны полученных результатов: 1. Сопоставление новых категорий с философскими концепциями Платона, Аристотеля, Августина, Канта, Гегеля, Гуссерля, Хайдеггера, Ясперса, Рикёра, Гадамера и других мыслителей; 2. Указание, в чем категория совпадает с существующими философскими традициями, а в чем является оригинальной; 3. Оценка степени философской новизны каждой категории; 4. Определение того, может ли она рассматриваться как самостоятельный вклад в современную философскую антропологию и герменевтику.

Как нам кажется, такой раздел позволит не только развивать внутреннюю логику нашей системы, но и показать ее место в истории философии. Для монографии это имеет принципиальное значение, поскольку демонстрирует, что «Философия внутреннего замка» не является лишь совокупностью образов и метафор, а представляет собой самостоятельную философскую концепцию с собственным категориальным аппаратом.

Чтобы концепция приобрела свою философскую самостоятельность нами изменен предмет исследования. Не метафора является предметом изучения, а им всегда должен оставаться человек. То есть Замок — лишь язык, на котором философия говорит о внутреннем человеке. Сказанное позволит избежать самой распространенной ошибки будущих читателей и исследователей — буквального понимания названия.

Нужно отметить, что практически все философские системы строятся вокруг одной фундаментальной идеи: у Платона — мир идей; у Аристотеля — сущность и форма; у Декарта — мыслящее Я; у Канта — условия возможности познания; у Гегеля — становление Духа; у Хайдеггера — бытие; у Франкла — смысл. В этом смысле, на наш взгляд, ядром нашей концепции может стать идея: «внутренняя неприступность человека для самого себя».