(не) Любимая жена северного Вепря

— Ты думаешь я не знаю о твоей измене, шлюха?

Глава 10

— Что?

— Не смей отрицать. Той весной когда была зачата Елана ты раздвигала ноги перед Рогданом! Перед этим ублюдком, который предан тебе как пёс! Елана мне не дочь!

— Что ты несёшь, Чарослав?

— Не смей отрицать! Я все знаю про вас! Оракул друидов показал, что твоя дочь родилась зимой, а не весной. И ты умело прятала её три месяца ото всех, чтобы скрыть свой позор! Потому что понесла ее в то время пока меня не было в столице. А потом в нужное время представила её, как новорожденную, но твоей девке было уже три месяца. Ты зачала ее от Рогдана, который тогда был при твоей юбке. Все эти годы ты делала из меня дурака, Вея!

Я пораженно замерла, не веря своим ушам.

Неужели моя нежная правильная матушка сотворила подобное? Изменила моему отцу со своим телохранителем, моим дядей Рогданом? Получается я была дочерью своего дяди? Но если это так, тогда я бастард, и не могу называться царевной Налагии.

— Это всё ложь, Чарослав. Елана твоя дочь.

— Не смей лгать мне, жена! — прорычал царь и занес руку над головой Златовеи.

Я на миг решила, что он намерен ударить царицу в своей бешеной злобе, но видела, как в следующую минуту, Чарослав сцепил зубы и сдержал себя. Медленно опустив руку, прохрипел:

— Отпираться бесполезно, Вея. Я разыскал твою прежнюю служанку. Она поклялась, что в ночь родов ты принесла трехмесячного младенца. И ты не рожала в тот день. А родила раньше, это же подтвердил лекарь который был при тебе. Ты щедро заплатила им за молчание и удалила их в дальний град, но от меня не скрыться. Они подтвердили твой обман, изменница.

— Я не изменяла тебе с Рогданом. — тихо сказала матушка, опустив голову — Я была верна тебе муж все эти двадцать три года.

— Замолчи! Даже не желаю слушать! Той весной я прозябал четыре месяца на Гринской войне, и не мог зачать Елану. И оракул точно подтвердил, когда она родилась. Зимой! Я не отец твоей дочери!

На Оракуле друидов в этом мире проводили инициацию перехода детей в возраст совершеннолетия. Здесь оно было в девятнадцать лет. Во время этого обряда юнец прикладывал ладони к каменному древнему кругу, называемому — Коло вечности и произносил обет. Что готов служить и жить на благо своего рода. После этого древний круг переливался зеленоватым свечением, что означало, что Боги услышали мольбу отрока и новый член принят в большую семью родичей. Я несколько раз видела этот обряд со стороны. Говорили, что древний магический оракул считывает и запоминает всю судьбу о человеке. Но не знала, что он может точно указать на дату рождения. Неужели матушка моя не знала о том? И это было странно.

Елана проходила инициацию за три месяца до моего появления в этом мире, до того, как ее толкнули с башни.

— Поэтому ты не спешил к нам на помощь? Мстил за мою измену? — траурно произнесла царица.

— Да! Хотел, чтобы ты и твоя ублюдочная девка сдохли! Понятно тебе?!

— Понятно.

Златовея глухо выдохнула и, отвернувшись от него, отошла.

— Не смей молчать! — продолжал властно Чарослав. — Я требую, чтобы ты покаялась! Всё рассказала немедленно.

— Нет.

— Обещаю, что никому не скажу о том, что Елана мне не дочь. Нам нужна законнорожденная царевна для союза с империей. Потому я скрою правду, как ты скрывала ее все эти годы. Но не ради тебя, жена, а из-за Налагии. Я требую только одного от тебя, неверная — покаяния!

— Правда тебе не нужна, Чарослав. И ты всё равно не поверишь мне. Ты упёрся в своих подозрениях и злобе, оттого думаю наш разговор окончен.

Матушка попыталась уйти, уже направившись к двери, но царь вмиг догнал её и развернув к себе, впился жестким поцелуем в ее губы. Через миг резко отпрянул от нее, сжимая ее хрупкие плечи своими ладонями. Требовательно приказал:

— Покайся, Вея! Одумайся! И возможно я прощу тебя! Ведь я всё ещё люблю тебя, жена.

— Оставь меня!

Более я ничего не услышала, потому что матушка стремительно покинула гридницу, а я едва успела спрятаться за выступ соседней залы, чтобы не столкнуться с ней нос к носу.

Глава 11

Империя Торитария, царский дворец Танганитов

Весна 12 005 лет от великой стужи

Моя свадебная ночь прошла спокойно.

В одиночестве.

Руслан не вернулся, да и служанки видимо не дерзали беспокоить меня. Я сама сняла прекрасное алое платье, облачилась в приготовленную чьими-то заботливыми руками длинную ночную рубашку. Залезла на большое ложе и спряталась под одеялом.

Долго не могла уснуть. Всё думала, что отныне моя жизнь снова изменится, как и в тот день, когда Елана упала с башни и я очутилась в этом мире.

Проснулась я от громких криков, доносившихся из распахнутого окна. Открыв глаза, увидела над собой грозное лицо Руслана. В этот миг, он грубо вытащил меня сонную из-под одеяла и бесцеремонно задрал подол ночной рубашки. Я вскрикнула, пытаясь оттолкнуть его наглые руки, но он недовольно зыркнул на меня и прорычал:

— Прекрати орать, дура! Мало времени. Сюда уже идут.

Не понимая, о чем он, я все же сдержала себя, замолчала. Он говорил слишком властно и убедительно.

Тут же заметила кровь на его правой ладони. Руслан провел окровавленной рукой по моей промежности и потом по постели. И я поняла, что он делает.

Заметал следы моего грехопадения.

Через миг он откинул меня обратно на подушки, с такой легкостью как будто я была тряпичной куклой. Стремительно направился к каменному умывальнику, висевшему на стене. Смыл кровь, сжал порезанную ладонь в кулак. Отошел к окну. Повернулся ко мне спиной, скрестив руки на груди и вперил взор в зеленую даль ближайших лесов.

Не прошло и пары минут, как дверь в спальню отворилась.

Я вздрогнула, уставившись еще осоловелым ото сна взглядом на входящих: императора Тимула с женой, моих родителей и еще три десятка вельмож. Все критично оглядывали меня, испачканную кровью постель, кровавые следы на моей рубашке и бедрах. Императрица Любава кратко поздравила сына с хорошим выбором жены, и вся кавалькада быстро покинула спальню.

На слова гостей и императрицы мой муж даже не обернулся, а как истукан стоял недвижимо и смотрел в окно.

Оказывается, он все просчитал.

Я же облегченно выдохнула.

Все же он не был мерзавцем. И сейчас спас меня от публичного позора и забвения. Ведь по законам этого мира девица, которая не уберегла свою девственную честь до замужества считалась порченой. Союз с ней могли признать недействительным, а в некоторых государствах даже могли приговорить к сожжению. Конечно в просвещенной Торитарии такого варварства не было, чтобы за потерю невинности деву могли лишить жизни. Но заклеймить на веки позором могли, а еще сослать в какую-нибудь дальнюю захудалую местность на всю оставшуюся жизнь.

Именно на это я и рассчитывала. Уехать подальше отсюда и от злого мужа. Потому и выдумала этого ребенка в своем чреве. Лучше уж жить одной в дальнем селении, чем находиться рядом с мужчиной, который ненавидел тебя всеми фибрами души.

И для чего Руслан спас меня теперь я не понимала.

Естественно с сотником Зоряном я не была близка. Это была выдумка, чтобы мой бешеный муж поверил в мою беременность и отстал от меня. Три месяца назад княжич Зорян сопровождал меня и мою матушку сюда в Золотое царство, центральное в Торитарийской империи. А спустя месяц он геройски погиб в кровопролитном бою с мангрйцами в битве у Медвежьего утеса.

Именно поэтому мой выбор выпал именно на Зоряна. Ведь он не мог сказать правду о том, что мы не были любовниками. И Руслан не мог отомстить ему за мою измену, ибо Зорян пал смертью храбрых на поле боя, и уже этим искупил свой якобы «грех». Единственное, о чем я молила Богов этого мира теперь, чтобы Зорян на том свете простил мне обман. Ведь только лживые слова сегодня ночью спасли меня от надругательства и унижения. И я не жалела о них.

Теперь я была в незнакомой империи, в новом мире. Жена Адаманского князя, и его ненавистная супруга.

— Мы уедем в мое княжество немедленно, едва кончатся свадебные торжества, — прочеканил Руслан, так и не оборачиваясь ко мне. — Через неделю. Чтобы никто не увидел твоего позора.

— Твоего позора ты хотел сказать? — буркнула я дерзко, все же начавшееся утро со слов «дура» сразу испортило мне настроение.

Он молниеносно обернулся, и прорычал в мою сторону:

— Продолжаешь бесить меня, змеюка?

Я и сама не знала зачем я его провоцирую. Но отчего то мне было обидно оттого, что он даже не пытался разобраться во всем. А только обвинял меня и ненавидел. Но я была не виновна как минимум в двух злодеяниях. В покушении на его матушку, и в страданиях его возлюбленной Пересветы.

Часть воспоминаний бывшей Еланы вернулись ко мне. И в них отчетливо прослеживалось одно. Царевна искренне не ведала кто и по чьему приказу стрелял в императрицу Любаву. И все слухи о том, что именно она, Елана виновата, вызывали у царевны лютую злость, ибо она знала о своей невиновности. И думала, что кто-то намеренно решил свалить на нее вину за это преступление.

О связи же Пересветы и Руслана императору из ревности донес советник Белава, нынешний муж княжны. Это я узнала от своего дяди Рогдана недавно.

Единственное преступление, к которому возможно и была причастна Елана, это отравление царевича Глеба. Но то случилось до того, как я попала в тело царевны, а воспоминания Еланы об этом случае не посещали меня.

Оттого я хотела объясниться с Русланом. Попытаться доказать, что в этих двух злодеяниях моей вины не было.

— Почему мы не можем поговорить, как воспитанные люди, Руслан? Обсудить все наши недовольства, без гнева и оскорбительных слов, — попыталась я взывать к его разуму.

— Обсудить? Нет, поганка. Отныне ты будешь каждую минуту жалеть, что стала моей женой!

— Я-то тут причем?! Меня тоже не спрашивали!

— Неужели? А кто говорил моему отцу, что я самый лучший из витязей?

Глава 12

Я и правда написала это в письме императору в ту неделю, когда княжич Руслан избавил нас с матушкой от Углеба.

— Я говорила, но только восхищалась твоей отвагой в том сражении, где вы за полдня разбили Углеба с его шайкой!

— То-то же. Моему отцу было этого достаточно! Они давно хотели породниться: твои родители и мой отец. А ты только подлила масла в огонь своими словами!

Его глаза метали злые молнии и в них все сильнее закручивался смерч злости и ненависти ко мне.

— Надо же! И в нашем союзе тоже я виновата? — вспылила я. Его возмущение все равно было мне непонятно. — У тебя скудное воображение, муж. Неужели какая-то малолетняя девица может указывать императору, как поступить? Он сам решил женить тебя на мне, мои родители лишь приняли его предложение, я тут ни при чем!

— Умело заметаешь следы своих хитроумных козней, Елана. Только я не желторотый юнец, чтобы верить в твою невиновность. Одно твое нагуленное брюхо говорит само за себя. Какая ты подлая, блудливая бестия!

— Зачем же ты сейчас спасаешь меня от позора? Порадовался бы, посмотрел, как меня выволокут на площадь и при всех скажут, что я блудница.

— Я делаю это не ради тебя, змеюка. Были бы мы при других обстоятельствах, я бы сам выволок тебя за волосы на улицу и высек, а потом публично отрекся от тебя, и нашему союзу вмиг бы пришел конец.

— Боже, что за варварство такое! — похолодела я.

— То, чего ты заслуживаешь, наглая подстилка!

Мое терпение кончилось. Еще даже солнце не встало, а я уже наслушалась довольно гадостей от этого поганца.

— Прекрати оскорблять меня, или я сама выйду к людям и расскажу всем о своем пикантном положении!

Он в три шага приблизился ко мне, и я невольно попятилась глубже в постель, на которой сидела.

— Угрожаешь мне?!

— Я тебя предупредила…

— Да иди!

— И пойду! — заявила я, оттолкнув его от себя.

Он только цинично хмыкнул. Видимо думал, что я шучу, но я уже была на взводе, и готова наломать дров, только бы заткнуть его поганый язык.

— Пусть все потешатся. Думаю, после этого вся империя будет насмехаться над тобой, рогоносец!

Я быстро соскочила с постели и, увидев платок на небольшой лавке, подхватила его. Накинула себе на плечи. Устремилась к двери.

Но не успела выскочить в коридор. Он жестко схватил меня за талию и, прижав к себе, потащил назад, снова кинул на постель.

— Уймись, — сказал! — прорычал он мне в лицо. — Как же ты мне омерзительна!

— Пошли к императору немедленно, и потребуем развода. Телесной близости между нами не было, пусть объявляют наш союз недействительным.

— Никуда мы не пойдем, зараза! Ишь выдумала! Ты останешься моей женой. Понятно тебе? — прохрипел он, показывая мне кулак. — Или немедля врежу.

— Не ожидала от благовоспитанного сына императора подобных мужицких замашек, — съязвила я, намекая на то, что именно так и говорили о Руслане при дворе.

Если честно, я вообще сейчас видела его в таком гневе впервые. Мне всегда казалось, что он миролюбивый, смурной и прагматичный. И я чувствовала, что он только угрожал, и точно бы не ударил.

В подтверждение моим мыслям мой муженек опустил руку. Пару раз выдохнул через зубы, явно пытаясь успокоиться.

— Ты и мертвеца выбесишь своим грязным языком, змея.

— Продолжаешь оскорблять?

Я снова попыталась соскочить с постели. Хотела просто отойти от него. Его угрожающая мощная фигура так близко нервировала меня. Руслан тут же властно ухватил меня за плечо.

— Сядь ты! Наш брак нужен нашим царствам, дура! Нам нужен военный и мирный союз. Твои и мои хотелки и чувства тут не в счет! Думаешь, мне в радость видеть тебя своей женой?

— Мне тоже это не в радость.

— Вот и ладно, хоть в чём-то договорились. Отец сказал, что лишит меня Адаманского княжества, если с твоей головы упадёт хоть один волос.

— Так вот оно что! Боишься отца больше, чем ненавидишь меня? Это радует, — огрызнулась я.

Если честно, уже достали его откровенно злой взгляд и угрожающие речи.

— Замолкни уже, — процедил он, отходя от меня и оправляя свой поясной ремень с холодным оружием.

— Ты первый начал. Но я могу и замолчать.

Я демонстративно встала и отошла к окну, повернулась к нему спиной. Мне было неприятно. Никто и никогда в прежнем мире так люто не ненавидел меня. И если бы я знала, что мне предстоит такое тяжелое испытание, как ненавидящий муж, который ещё и любит другую, точно бы молила о том, чтобы никогда не попадать в тело Еланы.

Глава 13

С дядей Рогданом я должна была встретится в полдень на дальней аллее императорского сада.

После того как Руслан покинул нашу спальню, я наконец смогла умыться и позавтракать. А потом принесли послание от дяди, что он хочет поговорить со мной.

В полдень я уже была на месте. Зябко куталась в теплую синюю душегрею, вышитую золотыми нитками. На улице ещё было прохладно, но через ветви, набухшие почками уже во всю выглядывало шаловливое весеннее солнце. Не хотела, чтобы наш разговор слышали, оттого назначила встречу именно здесь.

Рогдан подошёл сзади, и я совсем не заметила его приближения. Положил тяжёлую руку на моё плечо и по-доброму вымолвил:

— Как ты, Елана? Княжич не был груб с тобой?

— Пытался, — вздохнула я, поворачиваясь к мужчине и печально улыбнулась. — Пришлось даже выгнать его, хотел снасильничать надо мной.

— Белужий потрох! Я поговорю с ним, научу как должно обращаться с тобой, царевна!

— Не надо, дядя, — попросила я, положив свою руку на его ладонь, что лежала на моём плече. — Только сильнее его ненависть распалишь. Я сама с ним все решу.

Дядя Рогдан на сколько я знала, находился рядом с Еланой почти с детства. Точнее при Златовее и её детях служил телохранителем, почти пятнадцать лет. Мои братья выросли, и нужда в защите Рогдана отпала, братья сами виртуозно владели мечами и были умелыми в военном искусстве.

Я же и моя матушка так и оставались под неусыпным присмотром дяди. Я чувствовала, что Рогдан любит нас с братьями как своих детей, ведь своей семьи у него не было. Потому сейчас видела его искреннее желание помочь мне в моих проблемах. Мой отец Чарослав всё эти полгода игнорировал меня, даже не удостаивал взглядом. Когда я была рядом, говорил обо мне в третьем лице, что очень удручало. Но видимо он так и не мог простить грех матушки, оттого при взгляде на меня батюшка менялся в лице и смотрел злобно и дико.

В последние месяцы дядя Рогдан стал мне близок и словно заменил отца. Хотя я уже была взрослой, но иногда совет или заступничество старшего мужчины были необходимы мне. Старшие мои братья Владияр, Добролик и Стойнег остались в Налагии, и я мало общалась с ними за эти полгода, да и встречалась с ними пару раз.

За эти полгода я много чего увидела. Этот мир был для меня в диковинку, оттого я с удовольствием сопровождала царицу Златовею. Дядя Рогдан сопровождал нас, как и дюжина преданных воинов из свиты царицы.

Сначала мы с матушкой два месяца ездили по южным градам нашего царства, совершая вояж по всем крупным городам Налагии, который она делала каждые пять лет. А потом отправились сюда, в Богодар — столицу Торитарийской империи, чтобы подготовится к моему скорому союзу с княжичем Русланом. С царевичем я не виделась до самой свадьбы, ибо он находился безвылазно в свои новом княжестве, дарованным ему в управление императором Тимулом. И приехал только утром торжественного дня.

Батюшка Чарослав так же, как и знатные роды из Налагии прибыли в столицу Торитарии только на этой неделе и вчера присутствовали на заключении союза у обручального камня. Сегодня ближе к вечеру празднование должно было продолжиться, и свадебные торжества планировались на целую неделю.

Оттого я хотела поговорить с дядей наедине, чтобы «уши» во дворце императора ничего не знали.

— Как скажешь, Елана. Но если тебе понадобиться моя помощь с этим бешеным княжичем, только скажи, я найду на него управу.

— Хорошо.

— Я так сожалею, что не уберег тебя от этого союза, я же знаю, что ты принесла себя в жертву ради Налагии. Но зачем, Елана? Ты же так не хотела этого княжича в мужья.

— Пришлось. Это мой долг.

— Это меня весьма печалит, — выдохнул он.

Последний месяц, пока я жила во дворце императора, мы не говорили с дядей Рогданом. Он уезжал с моей матушкой. Они посетили несколько царств империи Торитарии, заключали торговые договоры. Вернулись только за день до свадебного пира.

Мой будущий муж тоже появился в императорском дворце утром в день нашей свадьбы. До последнего дня Руслан бойкотировал приказ своего отца — приехать раньше и провести время со мной, со своей невестой. На свадебном пиру сильно напился, видимо с горя, оттого, что его женили на постылой девице. А потом поперся качать права мужа в мою спальню вместе с дружками.

— Ты хотел о чем-то поговорить со мной, дядя?

— Да есть одно дело...

Рогдан отвёл в сторону глаза. Ему явно было не просто говорить со мной про это.

— Какое же?

— Твой отец Чарослав последнее время люто тиранит меня, хочет отослать в дальнюю Ражичу, что на восточной границе. Не знаю отчего. Всегда я служил царице правдой и своим оружием, не щадя себя. Но царь слушать ничего он не желает. Требует, чтобы я убрался из свиты Златовеи. И не смотрит на то что я брат ему, хоть и дальний. А я воин, Елана. Сильный, умелый, ещё молод, что ж мне в той деревне до конца дней прозябать?

Я молчала, поджав губы. Прекрасно понимая отчего Чарослав взялся на Рогдана, из-за моей матушки.

— Я не могу помочь, дядя. Батюшка последние время и меня третирует, — вздохнула я, зная, что отец меня ненавидит не меньше чем дядю.

Рогдану было сорок, и я вполне могла быть его дочерью. Статный, беловолосый, как и все из рода Морозовых, крепкий и плечистый, он был довольно приятен на лицо. Мало говорил. Сдержанный и спокойный нравом он очень походил характером на своего отца — старого советника Драгомира. На Рогдана всегда можно было положиться, как на родича и друга.

И я понимала отчего выбор моей матери пал на него. Единственно, Златовея была старше дяди на пять лет. Но разве для любви это препятствие? Я даже не сомневалась, что матушка могла решиться на измену мужу, только по очень большой любви, не была она ни легкомысленной, ни глупой.

— Ты не поняла, Елана. Упрости мужа своего, чтобы взял меня к тебе в телохранители. Всё рано царь Чарослав меня со свету сживет. Мы уже вчера на конюшне подрались с ним знатно, — он нервно дёрнул мощным плечом, и я поняла, что оно у него болит после вчерашнего. — И я не ведаю отчего Чарослав напал на меня вчера, что-то кричал в запале пьяный, я и не разобрал. Противно все это. Брат он мне все же. А так уеду с тобой в Адаманское княжество и уберусь с его глаз.

— Я поняла тебя, дядя. Я постараюсь поговорить с Русланом.

По-родственному обнявшись, я распрощалась с Рогданом, и поспешила в свою комнату. Надо было подготовиться к предстоящему свадебному пиру.

Глава 14

Платье на пир я тщательно выбирала и долго наряжалась. Горничная Марика красиво вплела в мои тёмные волосы жемчужные нити. А также подвела мои глаза тёмной охрой, чтобы подчеркнуть их миндалевидный разрез и аквамариновый цвет.

Я хотела выглядеть не просто красиво, а вызывающе соблазнительно.

Хотела, чтобы Руслан, пленившись моими прелестями, хоть на миг забыл о моих «прегрешениях». Я собиралась вести себя с мужем сдержанно, достойно и вежливо. Хотела показать, что я стала другой. Терпеливой и доброй.

Я хотела сделать это еще вчера, всё решить спокойно, но он вёл себя как зарвавшийся наглец. Потому я и не сдержалась. Не в моем характере было молча сносить оскорбления. Но сегодня я решила изменить тактику и поступить мудрее, не реагировать на его словесные выпады. Надеялась, что он постепенно поймёт, что я не желаю ему зла и изменит своё отношение ко мне.

И красота должна была стать моим главным оружием.

В прежнем мире я была симпатичной, с правильными чертами лица, добрыми глазами и спортивной фигурой, но не более того.

Сейчас же в теле Еланы я была настоящей красавицей. Темноволосой, стройной и статной павой с узкой талией и покатыми бёдрами, стройными ногами и упругой полной грудью. Светлые голубовато-зеленые большие глаза, нежная белая кожа, утонченные черты лица, чувственные губы — венчали мой облик. Про таких как Елана Морозова в моём мире говорили: «роковая красотка».

Здесь же в этом мире я производила фурор не меньше. За тот год, что я находилась в теле царевны, я почти привыкла к восхищению и поклонению окружающих мужчин. Когда я шла с матушкой или своими сенными девицами по улице, проходящие мужчины оборачивались вслед. На приёмах и пирах большая часть молодых мужчин не сводили с меня жадных взглядов. Но все знали о моем злом жестокосердном нраве потому вели себя сдержанно, хотя неожиданных признаний в любви за этот год тоже хватало.

Лишь один Руслан не замечал моей красоты. Держался холодно и сдержано. Именно поэтому чтобы получить от него желаемого я должна была как-то расположить его к себе. И намеревалось это сделать своей красотой и добрым нравом. Мне надо было попросить за Рогдана и за свою служанку, чтобы они остались при мне.

Я хотела воспользоваться данной мне красотой, как оружием. Соблазнить мужа и получить от него то что мне нужно.

Только голый расчет, ничего более. Раз мои знания из прежнего мира и моя квалификация врача пока не могли послужить мне, то придется использовать то, что есть.

А еще у меня была цель. Я рассчитывала, что после свадьбы смогу заниматься своим любимым делом. Стать лекарем. Ведь ранее, в статусе царевны Налагии мне это не позволялось. Однако выйдя замуж и как «накосячившая» отвергнутая жена, я могла уехать в дальний град и заниматься тем, о чем мечтала. Помогать больным и увечным людям, коих было достаточно в этом мире.

Моя старшая сестра Рута только так и смогла реализовать свой дар. Когда она вышла замуж за простого плотника и уехала на окраину Налагии в южные земли она смогла заняться выращиванием и разведением редких необычных культур и растений. Сменила свой статус царевны на княгиню и зажила прекрасно. Дар к растеневодству у неё проявился ещё с детства. Родила любимому мужу пятерых детей и стала счастливой, занимаясь своей семьёй и любимым делом. Её жизнь и была для меня примером.

Именно поэтому я придумала беременность и не хотела, чтобы Руслан спасал меня от позора. Как опальная жена я бы уехала далеко, где бы все забыли, что я царевна. Вела бы свою простую жизнь и снова могла лечить больных. Но этот невозможный муж словно специально делал всё мне назло.

Я надеялась, что всё же Руслан одумается. Займется своей войной, делами при дворе отца, а меня одну отошлет в своё княжество. А там, чтобы построить свою новую жизнь мне будут нужны союзники и друзья. Такие как мой дядя Рогдан и моя горничная Марика. Именно о них я и собиралась говорить с мужем на сегодняшнем пиру.