Иваныч

Иваныч

Глава 1. Назначение

Внешне Фёдор Иванович Менькин был совершенно неприметным человеком. Тихий, неброский — такой легко затеряется в толпе. Но за этой обманчивой простотой скрывался следователь с тридцатилетним стажем, майор, которому сдавались самые безнадёжные дела.

Он никогда не гнался за чинами. Это было его главное проклятие и одновременно козырь. Начальство не спешило двигать его по служебной лестнице, зато регулярно сбрасывало на Иваныча всё, где буксовали молодые карьеристы и не работали шаблонные схемы.

Вот и сейчас, сидя в приёмной прокурора области, он уже мысленно прикидывал, что из вещей нужно бросить в старый потёртый чемодан.

Секретарша — молодая женщина с внешностью фотомодели — плавно опустила трубку, мазнула по нему взглядом и произнесла грудным голосом:

— Проходите, Фёдор Иванович.

Иваныч одёрнул китель и вошёл в кабинет почти строевым шагом.

Прокурор вскочил ему навстречу, протягивая обе руки для рукопожатия.

— Дело дрянь, Иваныч. Настоящая загадка, — прокурор помассировал затылок. — С душком. Если разворошить этот муравейник, плохо будет всей области. Убийство. В закрытом городе. Есть свидетель... Он такого наговорил...

Город со своей, особой кухней. Спрут, опутавший местную администрацию взятками и чёрной бухгалтерией. Клубок, который никто не рисковал трогать. Похоже, они снова решили спихнуть самую грязную работу на него.

— Слушаю, — ровно произнёс Иваныч.

— Все материалы собрали. Тебя только и ждут. Квартиру сняли, прямо у администрации.

Знакомство

Провожать его было некому. Дети давно разъехались, считали отца скучным и звонили раз в год по обещанию.

Закрытость города ощущалась физически. Колючая проволока, люди в форме с автоматами наперевес, дотошный КПП. На въезде ждала целая делегация. Молчаливые мужчины в штатском усадили его в машину и повезли прямиком в администрацию.

Мэр оказался поджарым, спортивным мужчиной с резким, колючим взглядом. Прищурившись, словно пытался просветить Иваныча рентгеном, он кивнул на кресло:

— Фёдор Иванович, мы ждали вас. Квартира готова. С дороги отдохнёте или сразу к делу?

— Материалы я могу посмотреть? Хотя бы в общих чертах?

— Большую часть вам пока видеть не положено. Но мы идём навстречу. ФСБ и МВД подготовили базу. Кабинет для работы, возможность вызывать свидетелей — всё там, у безопасников.

Молодой оперативник с объёмной спортивной сумкой проводил его до машины. Через десять минут они были на месте.

Город действительно был ухоженным, утопающим в зелени. Чувствовалось, что сюда вбухивают деньги.

Однокомнатная квартира встретила тишиной. Окна выходили на глухую боковую улицу — то, что надо. Иваныч ненавидел шум.

Холодильник забит стандартным набором продуктов. А внизу, заботливо спрятанная за пакетом сока, стояла бутылка водки. Иваныч хмыкнул. Свои привычки он местным не афишировал. Вылил содержимое в раковину, бутылку аккуратно убрал в мусорный пакет.

Глава 2. Дело

Иваныч любил работать допоздна, смакуя крепкий чай с таёжными травами.

Итак: найдена мёртвая женщина. Удар по голове. На первый взгляд — банальное бытовое убийство, если бы не одно «но». Погибшая — Марина Масленикова, руководитель городской соцзащиты. В квартире явно что-то искали: ни единой ценной вещи не тронуто, зато на полу в хаосе валялись документы и пустые картонные папки.

Иваныч методично перебирал опись изъятого. Справки, накладные, акты... Скучная канцелярская рутина. Искали компромат — это было ясно как день.

Дверь открыла сама хозяйка. В подъезде домофон, в двери глазок. Она знала того, кто к ней пришёл. Повернулась спиной. Удар был нанесён сзади, профессионально. Тело так и осталось лежать в коридоре.

Иваныч достал новый блокнот. Это была его личная традиция, выработанная годами службы: новое дело — новая тетрадь. По окончании расследования он убирал её на антресоль с чувством выполненного долга.

Сегодняшний план:

Личное. Опросить сотрудников и близких. Формальные протоколы уже есть, но Иваныч чуял в них фальшь. Отписки ради галочки или намеренная дезинформация?

Следствие. Запросить личные дела всех дознавателей, которые успели потоптаться по этому делу до него.

Жертва. Поднять всю биографию Маслениковой. Кто тянул простую служащую в кресло руководителя? Кому она перешла дорогу своим резким взлётом?

«Для начала достаточно», — подумал Иваныч и, зевнув, лёг спать.

Кабинет встретил казённой пустотой. Стол, два стула, гора пыльных папок в углу. Иваныч знал цену этим бумагам — макулатура для отвода глаз.

Вошёл прикреплённый помощник. Егор. Пять лет в структуре, цепкий взгляд. Рукопожатие вышло сухим.

— Мне нужна заместитель Маслениковой. Зинаида Петровна. Действуем деликатно. Никакого давления. Пусть придёт в удобное для неё время. Я хочу видеть её лицо без маски страха.

Егор кивнул и вышел.

Иваныч пододвинул к себе протокол предыдущего допроса. Следователь лез в душу: женские тайны, интрижки, общие знакомые... Закончил тем, что прозрачно намекнул на ревность и возможную месть. Неудивительно, что довёл женщину до истерики. Теперь она будет молчать.

Зинаида Петровна вошла боком. Грузная, напуганная. Сумочку прижала к груди, как щит.

Иваныч всё понял без слов. Мягко подошёл, взял за руку — бережно, словно ребёнка.

— Выпейте чаю, голубушка. С мелиссой. Помогает.

Он усадил её на стул сам, подал дымящуюся кружку.

Она пила мелкими глотками. Чашка стучала о блюдце.

— Вы напуганы, — констатировал он, а не спросил.

— А вы бы не боялись? — голос дрогнул. — Меня поставили исполняющей обязанности. Весь отдел смотрит волком. Ждут, когда я оступлюсь, чтобы повесить на меня смерть Марины. Поймите, мне эта должность даром не сдалась! Вокруг неё постоянно крутились тёмные личности. Я даже не всегда понимала, чем мы занимаемся, кроме бумажной волокиты. Мы просто делали свою работу чисто, чтобы проверки из области проходили без сучка и задоринки.

— Успокойтесь. Мы во всём разберёмся. Вы вне подозрений. Скажите лучше, кто чаще всего ошивался у неё в приёмной? Опишите этого человека.

— Приходил мужчина... — она сглотнула. — С утра входил с кожаным портфелем, а вечером уходил с ним же. Но днём портфеля при нём не было. Так Любка-секретарша говорила.

— Приметы.

— Чёрное пальто в клетку. Кепка. Всегда в перчатках. Лицо неприятное... прощелыга. Нос острый, крысиный. И родинка на подбородке, крупная, с монету.

— Сколько времени он там проводил?

— Спросите Любу Тимофееву. Она должна знать.

Они проговорили ещё полчаса. О жизни, о погоде. Когда плечи Зинаиды Петровны наконец опустились, Иваныч улыбнулся:

— Можно буду обращаться к вам, если возникнут вопросы?

— Звоните, Фёдор Иванович. Буду рада. И чай у вас отменный. Вы очень приятный человек.

Она ушла лёгкой походкой.

А вот секретаршу Любу Егор не нашёл. Отдел кадров сообщил: больничный. Дома пусто. Соседка видела, как та уезжала на такси с огромным чемоданом.

Ушла на следующий день после допроса. Совпадение? Иваныча передёрнуло. Контора играет против него. Он осмотрел углы кабинета — микрофоны могли быть где угодно. Больше никаких бесед здесь.

Иваныч спустился в старый парк. Влюблённые парочки, осенняя сырость. Идеальное место, чтобы сбросить «хвост».

Слух, натренированный десятилетиями опасной работы, уловил сбивчивое дыхание за толстым стволом клёна. За ним следят. Плотно. Профессионально. Нужно понять уровень угрозы.