Черный белый и серый юмор

Артур Исаев

Черный белый и серый юмор

Глава 1

Человек без отпечатков

Путешествие всегда придавало мне новых сил и впечатлений. В этот раз нужно было проходить границу между государствами, а это не всегда приятно: очереди, потерянное время и чувство как при обыске, когда даже невиновный может почувствовать вину. Наш автобус направлялся из Софии в Белград. Расстояние небольшое — примерно четыреста километров, но граница должна была украсть не меньше часа, это точно.

Когда мы приехали к первому пограничному пункту с болгарской стороны, нам всем сказали выйти из автобуса. Снаружи дул такой ветер, что пронизывал до костей, несмотря на то, что был конец апреля и солнце светило во всю мощь. Но, как известно, границы часто проходят или вдоль рек, или на гряде гор — как раз на этом пункте было межгорье, которое и создавало сильный ветер.

Мы длинной очередью выстроились в небольшом строении, где принимали по одному у окошка. Работник пограничной службы не отличался быстротой — в принципе, в Болгарии я почти не встречал спешки в работе. На каждого человека он уделял минимум минут пять: не спеша сканировал паспорт, задавал вопросы и делал фотоснимок.

Некоторые счастливчики уже прошли проверку, и оставшиеся в здании наблюдали из окна, как те греются на солнышке. Была надежда, что скорость сохранится хотя бы такая, но жизнь решила подсунуть сюрприз.

Передо мной стояла мама с довольно взрослым сыном. Он выглядел лет на восемнадцать, а то и на все двадцать, но по разговорам казалось, что ему лет десять. В автобусе он донимал маму вопросами, как функционирует туалет: неужели всё выливается прямо на дорогу, как в старых поездах? Я не выдержал и сострил:

— А самолёты, когда летят, сбрасывают всё в небе, и всё летит на головы людям!

Мама решила пустить сына первым к окошку. Его сфотографировали, после чего начали сканировать отпечатки пальцев. Вот здесь и началась целая комедия. **Спокойное лицо пограничника стало всё больше украшаться мимикой: брови поднимались всё выше, а глаза открывались всё шире. Его движения становились всё резче и быстрее.** Он дёргался на своём стуле, вглядываясь в экран, но сканер упорно не видел папиллярных линий.

Прошло пять минут бесплодных попыток. Работник решил позвонить начальству, но те, видимо, приказали просто нажимать сильнее. Пограничник старался с огромным рвением, буквально вжимая пальцы парня в стекло, но экран оставался пустым.

Парень нервничал, мама давала советы:

— Потри пальцы, они, видимо, у тебя закоченели!

Пограничник снова и снова пытался поймать хоть какой-то отпечаток, но техника была слепа. Он снова вызвал подмогу. Прислали второго сотрудника, и они вдвоём начали лихорадочно повторять процедуру, меняя пальцы один за другим.

В нашей очереди начались волнения, ведь парень стоял у окошка почти целый час. Мама нервничала всё больше:

— Неужели нет закона для таких случаев? У сына проблемы с кожей, скорее всего, в этом дело.

Тогда я решил добавить:

— Да, интересно, а если у человека нет рук? Как он сдает отпечатки?

Мама парня была уже на грани:

— Может, пусть возьмут отпечатки с пальцев ног?

Идея, в принципе, неплохая — какие только мысли не приходят в голову в стрессе! В это время сканирование не прекращалось ни на секунду. Парню приказали тереть руки об одежду, но и это не помогло. В итоге пограничники догадались намочить ему пальцы влажными салфетками — и о чудо, сканирование прошло успешно.

Мы все с облегчением вздохнули, особенно когда узнали, что сербы отпечатки не требуют. Видимо, у парня действительно была очень сухая кожа. Хорошо, что он оказался законопослушным, иначе с такими «невидимыми» пальцами он был бы идеальным преступником!

Глава 2

Мы же всё подготовили!

Снился ли вам когда-нибудь необычный сон? Некоторые люди вообще не помнят своих снов, но мне нередко снятся такие сюжеты, что по ним можно сразу снимать фильм в Голливуде. Недавно приснился как раз такой.

Не знаю почему, но меня собрались похоронить. Возможно, я был болен — точно не помню. Пришли люди, мне не знакомые, но все выглядели довольно прилично. Почти все среднего возраста, с хорошими манерами, одеты сдержанно — скорее всего, были хорошо подготовлены к данному событию. Принесли гроб. Гроб был обшит чёрным бархатом — по мне, так это смотрится лучше, чем красная ткань, но всё равно это предмет несимпатичный.

Начали собираться родственники и знакомые. Но проблема заключалась в том, что я ещё не умер, хотя почему-то знал, что это скоро случится. Вдруг я вспомнил, что ещё не потратил все деньги, которые лежат у меня на счету. Стало ужасно обидно: неужели все пропадут? Было очень жалко денег.

Потом я вспомнил, что у меня есть мобильный телефон и его нужно разблокировать. Я попросил мужчину, стоявшего рядом, принести мой аппарат, чтобы я мог ввести пароль. Вдруг кому-то понадобятся фотографии или другая информация? Да и сам телефон можно ещё использовать — он был почти как новый.

Видимо, в этот момент я уже лежал в гробу, но всё ещё был жив. Тогда я спросил окружающих:

— А можно ли мне не умирать? Кажется, я жив.

Это ввело присутствующих в замешательство. Они же специально приехали на похороны, всё подготовили! Так мне и высказали:

— Мы же всё уже организовали, что нам теперь делать?

Но их логика меня не убедила. Почему-то умирать совсем не хотелось, ведь я не был мертвецом. А уж тем более не хотелось быть заживо закопанным в сырой земле! Нужно было что-то срочно предпринять... и я проснулся.

Это было лучшим решением, хоть и проснулся я с головной болью. За окном стояло пасмурное утро, но солнце находило в небе просветы, сквозь которые пробивалось и заявляло ярко-желтым цветом, что оно уже встало. Выйдя на улицу, я подумал: как хорошо, что я жив! Я могу идти по дороге, дышать свежим утренним воздухом, видеть людей. Жизнь прекрасна! Поблагодарив Бога за этот дар, я с хорошими мыслями провёл весь оставшийся день.