Лилиан. Проклятие некромантки

Едва оказавшись в своей комнате, достала артефакты связи, предварительно изолировав комнату тьмой от прослушивания. Перебрав в голове варианты, решила, что мне всё же понадобятся драконы. Вернее, один, но какой!

– Доброй ночи, Марк, – не смогла сдержать улыбку, глядя на немного сонного и растрёпанного русоволосого мужчину.

– Лика? Что-то случилось? – судя по позе и готовности во взгляде, Марк был готов в любую секунду сорваться и переместиться куда я скажу.

Понимаю его. Всё же, мы договорились, что ближайшие десять лет Мили его не увидит, а тут вдруг я среди ночи с ним связываюсь.

– Всё в порядке, – заверила дракона. – Вернее, с Миленой всё в порядке.

– Тогда зачем вышла на связь? – ухмыльнулся мужчина, за напускной весёлостью спрятав затаённую тоску и ожидание.

– Я в замке герцогства Дюар, Марк. В его замке.

– Прости, где? – мужчина сделал вид, что не расслышал, но тут же отбросил всю шутливость в сторону. Что, дракоша, понял, откуда ветер дует. – Он как-то узнал про Милену?!

– Нет, и никогда не узнает, – отстранённо ответила, прокручивая в голове варианты. – И здесь я нахожусь именно для этого.

Коротко обрисовав Марку требование духов рода Дюар представить им наследника и предпринятые ими действия.

– Не совсем пониманию их противостояние новому браку герцога, – выслушав меня, начал рассуждать Марк. – Новая жена – новый наследник, или нет?

– Да, – кивнула, нехотя поясняя. – Но это не отменяет наличие первенца. А, как заведено у этого славного семейства, первенец, как только ему исполнится семь лет, должен быть представлен духам и благословлён ими. Последующие дети их мало интересуют.

– Какая милая традиция, – хмыкнул наследник Первого Дома драконов. – Особенно учитывая отношение к магам в этом милом королевстве.

– Она появилась задолго до войны, – вздохнула, пожав плечами. – И вот здесь у нас ряд проблем, Марк.

– Что от меня требуется? – с готовностью ответил мужчина.

– Конкретно от тебя – ничего, – подняла ладонь, обрывая готовые сорваться возражения с его стороны. – Но мне бы не помешала помощь твоего брата. Он сейчас на Островах? Или снова бегает от невесты?

Меня всегда забавляли взгляды драконов на брак. Драконья составляющая, волею Богов, была наделена даром по одному лишь взгляду в глаза находить свою истинную пару. Ну не прекрасно ли это? По идее – да. Настоящая, нерушимая и сильнейшая любовь… вот только парой мог оказаться кто угодно. Например, дряхлая старуха, доживающая свой век. Или ребёнок… но это не так страшно, можно ведь подождать, пока вырастет. Вот, как Марк, например. И способ избежать такого «подарка судьбы» был лишь один – вступить в брак до момента нахождения своей истинной. В этом случае дракон замолкал, и, даже встретив пару, не проявлял к ней никаких собственнических чувств.

Как рассказывал Марк, он был готов вступить в договорной брак, но обстоятельства сложились так, как сложились, и он ни о чём не жалеет. Другое же дело его младший брат. Хендрик петляет, как заяц, пытаясь избежать навязанного родителями союза. Смешно, но даже в некроманты подался, хотя драконий Живой Огонь и тьма – так себе сочетание. Они вообще сочетаться не должны, но Рик как-то магичет. Мы с ним познакомились как раз в тот момент, когда он загорелся идеей уговорить Георга взять его в «ученики». Хендрик дожидался возвращения магистра с орочьих земель, когда в школу переместили меня. После инициации и возрождения в виде истинного некроманта я переживала только об одном – о своём ребёнке. И не зря, как оказалось. Если бы не Рик, подпитывающий Живым Огнём мою малышку на протяжении всего срока беременности, всё могло бы закончиться плохо.

– Ты разве не знаешь? – оторвал меня от тяжёлых воспоминаний Марк.

– Не знаю о чём? – вздёрнула бровь, ожидая ответ.

Неужели сдался и женился?

– Он больше месяца уже находится у вас в школе.

Плохо. Если он там, значит по просьбе Георга. Значит, дёргать его нельзя, так как начальнику внятно объяснить причину, по которой мне вдруг понадобился дракон-некромант, я не смогу.

– Если он объявится, я попрошу его осторожно связаться с тобой, – правильно распознал мою мимику Марк. – Лик?

– Да, хорошо, спасибо тебе, – выдавила из себя улыбку. – Я справлюсь, не переживай.

– Первый Дом не отдаст ему Милену, ни при каких обстоятельствах.

– Я знаю, – прошептала, разрывая связь и убирая артефакт.

На улице уже рассветало, а я продолжала сидеть в кресле, бездумно глядя в сторону окна.

7

Собрав учеников в своих покоях перед завтраком и усадив их на диван, я медленно мерила шагами комнату.

– Итак, кто мне скажет, что произойдёт, если при вызове одного духа или группы призраков, некромант неожиданно разорвёт связь? – остановившись, окинула взглядом троицу учеников. – Амели?

– Ничего хорошего, – уверенно заявила девушка. – Так никто делать всё равно не будет. Это же чистой воды идиоти…

– Я так сделала, – перебила ученицу, сдержав улыбку. – Ну, так что будет?

Лица их выдавали крайнюю степень ошарашенности.

– Будет очень сложный день для нас, – нервно сглотнул Леон. – И ночь, судя по всему. Магистр Лика, зачем? – и столько обиды в голосе.

Даже стыдно немного стало. Они ведь явно решили, что я специально так поступила. Бедняжки.

– Седьмой курс, – скрестив на груди руки, добавила голосу строгих ноток. – У вас практика, а не каникулы на территории соседнего государства, если вы вдруг забыли. Так кто мне ответит, что вас сегодня ждёт? Стелла?

– При одностороннем разрыве призыва духов образуется воронка, притягивающая к себе всю нежить, имеющуюся в округе. Радиус поражения напрямую зависит от количества призраков, явившихся на прерванный обряд.

– Хорошо, – кивнула, принимая её ответ. – Количество духов мне не известно. Скажу по секрету, ритуал я проводила ночью на прилегающем к замку кладбище. Можете прогуляться и сосчитать надгробья. Времени до захода солнца у вас уйма, – слаженный полный отчаяния вздох был мне ответом. – Леон, какие действия вам необходимо предпринять?

Пока молодой человек понуро рассказывал, что они будут чертить пентаграммы-ловушки вокруг замка, готовить зелья на уничтожение (на тот случай, если резерва не хватит), я мысленно прокручивала в голове совсем другие проблемы.

Бессонная ночь мне ничего не дала, кроме лёгкой головной боли. Что говорить Дидерику, я так и не решила. Все имеющиеся варианты казались совершенно глупыми. Мне бы найти золотую середину, что-то между правдой и откровенным враньём.

– Хорошо, – кивнув Леону и своим мыслям, указала ученикам на выход. – План ваш утверждаю. Нам пора выдвигаться на завтрак. Все помнят, что без моего разрешения в разговоры о магии не вступаем? Никакие предположения не строим и умом без моей команды не блещем?

– Да, – хором откликнулись семикурсники, явно немного повеселев.

Ну, ещё бы! Завтрак у высших аристократов. Куда там каше деревенской женой Феонара приготовленной до изысканных яств, поданных поварами замка к столу герцогскому.

В коридоре мы столкнулись с Хлоей, которая явно направлялась сопроводить нас на завтрак. Так забавно было наблюдать, как она старательно скрывает истинное отношение к нам. Страх – дело такое, просто так не скроешь. Всегда выдаст какая-нибудь мелочь, будь то дрожь в голосе, испуганный взгляд, бледный вид или нервозность в движениях. К слову, всё мной перечисленное у Хлои было в наличии. Расслабиться горничная смогла лишь приведя нас в столовую, спешно ретируясь из помещения.

– Доброго утра, ваша светлость, – поприветствовала герцога, как велят приличия, кивнула ему и присутствующей за столом девушке.

Ученики повторили за мной, пока мы с незнакомкой мельком обменивались друг с другом взглядами. Мой был оценивающим, её же сиял неприкрытым любопытством. Она была очень похожа на герцога, и цветом волос и синевой глаз…

– Доброе утро, – Дидерик указал рукой на накрытые для нас места. Два по левую сторону от герцога и столько же по правую руку, рядом с девушкой. – Прошу вас, присаживайтесь.

Как не прискорбно это осознавать, но с Дидериком села я. Рядом занял место Леон, сестры же устроились напротив.

– Моя сестра, леди Беттани, – представил герцог нам брюнетку, хотя я уже догадалась.

Пока слуги подавали завтрак, а герцог заводил ничего не значащую беседу, положенную в высшем свете, из стандартных вопросов, а как нам спалось, и пространственных фраз, из серии: «какая чудная погода за окном», я не могла отвести взгляд от малышки Бетти. Механически отвечала на вопросы Дидерика, мысленно подмечая, что нескладная худощавая малышка превратилась в настоящую красавицу. Оно и понятно – десять лет прошло. Сейчас ей должно быть девятнадцать. Интересно, она уже помолвлена с кем-нибудь?...

– Вы так пристально на меня смотрите, магистр Лика, – в какой-то момент обратилась ко мне маркиза Дюар. – Разглядели что-то в моей ауре? Дар?

И столько надежды во взгляде! Боги, да Бетти явно мечтает, чтобы у неё обнаружилась сила! Помнится, раньше она боялась магов до дрожи. Впрочем, я мало в своих суждениях в то время отличалась от неё.

– Возможно, – пожала плечами, краем глаза заметив, что Дидерик напрягся. – А вам бы хотелось иметь дар?

– Нет, – ответил за сестру герцог. – Ей бы не хотелось. И дара у неё нет.

– Ну, раз вы так считаете, – задумчиво протянула, решив просканировать Беттани.

У девушки в ауре ничего указывающего на дар не было. А жаль. Из вредности и из чувства женской солидарности.

– Дир! – насупилась на брата девушка, задав вопрос почему-то Леону. – А правда, что в школе магов и прорицателей Силании развивают даже незначительные способности?

– Вне зависимости от уровня дара, – ответил ей Леон. Не подняв руку, ответил. Не сподобившись даже посмотреть на меня, молчаливо прося разрешения. – И каждый вид магии…

Поперхнувшись тьмой, ученик всё же догадался скосить глаза в мою сторону.

– А сколько есть видов магии? – жаждала новых знаний Бетти, не обращая внимания на хмурого герцога.

– Амели, – предупреждающе посмотрев на Леона, обратилась я к ученице. – Виды и классификация магии?

– У всех, или только у людей? – уточнила она.

– У всех, перечисли общие, включая расы уничтоженных Нижних миров.

– Есть теория, что Нижние скрыты за завесой, а не уничтожены во время войны… – решил сумничать Леон, но, поймав ещё один косой взгляд от меня, благоразумно замолчал, сосредоточив всё своё внимание на тарелке перед ним.

– Условно виды магии делятся на пять типов – это боевая, целительская, стихийная, некромантическая и прорицательская, – начала просвещать присутствующих Амели. – Классы того или иного типа определяются в зависимости от расы носителя. Например, стихийники, у которых проснулся огонь и драконы, с рождения владеющие Живым Огнём, относятся к одному типу.

– Всё? – выждав минуту, после того как Амели замолчала, решила я уточнить.

– Оборотни и драконы имеют две ипостаси, но оборотничество не классифицируется, так как является особенностью расы, – дополнила ответ ученица. – Если брать обитателей Нижних Миров – то там в ходу была боевая, у тех же демонов. Вампиры обладают хорошими навыками внушения, но, опять же, дар является врождённым свойством, как чувствительность оборотней к правде и лжи. До войны и падения Нижних Миров, оборотни часто занимали должности дознавателей, из-за этой особенности.

– Верно, – грустно вздохнув, посмотрела на Леона и Стеллу. – Стелла? Есть что дополнить?

– Стихийная магия у людей относится к отдельному типу врождённой магии, так как только в этом виде магии силу нельзя развить. Стихийником можно только родиться, - уверено ответила ученица. – Тоже самое касается истинных некромантов. До пробуждения дара у человека может вообще не быть никаких зачатков силы, но при встрече с любым творением тьмы – истинность пробудится. Остальные же виды и типы магических даров развиваются.

– Можно? – чуть приподнял руку Леон, дождавшись моего кивка. – Сёстры забыли упомянуть иллюзионистов.

– Их истребили ещё до войны! – возмутилась Амели.

– Не всех! – парировал Леон. – Всем известно, что в составе королевских магов Силании есть иллюзионистка.

– Она не считается! – вставила своё слово Стелла. – Она пожизненно обязана носить браслеты, блокирующие магию.

– Так это она, – отмахнулся Леон. – Но где гарантия, что нет оставшихся и скрывающихся магов иллюзий?

Ох, если бы ты знал, как ты близок к истине Леон!

– Хватит, – обрубила начинающуюся у учеников перепалку, переключив внимание на Беттани. – Мы удовлетворили ваше любопытство касательно видов магии?

– Не совсем, – заявила она. – А чем так страшны эти иллюзионисты, что их истребляли? И почему та женщина не может пользоваться даром пожизненно?

– Беттани, хватит! – тихо, но проникновенно произнёс Дидерик, неосознанно спасая меня от необходимости отвечать на щекотливый вопрос.

Честно говоря, я и сама не сразу осознала, почему так запаниковал Марк, когда Милена впервые создала иллюзию. Что может быть плохого в бабочках? Особенно, если их создаёт пятилетний ребёнок? И лишь потом они втроём с Георгом и Хендриком мне всё разъяснили. Чем страшны маги иллюзий, почему их так боялись и практически истребили как вид. Вот тогда мне действительно стало страшно. Страшно за жизнь своей дочери. И, хвала всем Богам, Первый Дом драконов стоит на моей стороне. Никто к Милене и пальцем не прикоснётся, даже если про её способности узнает кто-то, кроме нас троих.

Даже забавно немного – у истинной некромантки родилась дочь с даром мага-иллюзиониста. Мы всю родословную Дюаров с Марком перерыли – у них всё чисто, значит, способность передалась дочери по моей линии. Жаль, что я родилась в семье просто помещика, получившего графский титул по наследству от демоны-пойми-какого-дальнего-родственника. Моих предков отследить не удалось. Но факт остаётся фактом – где-то в моём семейном древе отметились маги иллюзий.

– Магистр Лика? – закончив сверлить взглядом притихшую Беттани, Дидерик обратился ко мне. – Не поделитесь планами на день?

– Планы у нас, ваша светлость, грандиозные, – уверенно посмотрела ему в глаза. – Для начала, позвольте попросить вас предупредить всех обитателей замка не выходить на улицу с наступлением темноты.

– Могу я полюбопытствовать причиной столь странной просьбы? – в тон протянул Дидерик.

– Ожидается наплыв разнообразной нежити, - пожала я плечами. – Но, беспокоиться совершенно не о чем. Над их ликвидацией будут работать целых трое подготовленных некромантов-семикурсников.

– А не будете ли вы так любезны пояснить, с чего вдруг ожидается такой наплыв? – герцог, как и я, сделал вид, что не заметил слаженный грустный вздох моих учеников.

– Ваше проклятие притягивает, – ляпнула первое, что пришло на ум.

– Дир! – тут же взвизгнула Бетти. – Ты проклят?!

– Завтрак закончен, – отчеканил Дидерик. – Беттани, иди к себе!

– Но…

– Беттани! – повысив голос, герцог коршуном проследил, как его сестра покидает столовую. – Магистр?

Поняв по его виду, что дальше он хочет продолжить разговор наедине, обвела взглядом учеников:

– Седьмой курс, что сидим? Кого ждём? Пентаграммы сами себя чертить не будут.

И лишь когда за понуро вышедшими из столовой учениками закрылась дверь, Дидерик вновь заговорил:

– Я внимательно слушаю вас, магистр. Что за проклятие на мне, как оно себя проявляет, и, самое главное, как его снять?

8

– Даже и не знаю, с чего начать, – прочистив горло, потянулась к стакану, решив немного потянуть время.

Что же тебе ответить, герцог?!

– Магистр? – минуты три спустя нарушил тишину Дидерик, вежливо дождавшись, пока я наконец-то допью.

Пила я очень медленно. Тщательно. Вдумчиво.

– Это невыносимо, – щёлкнула пальцами, окутывая мужчину тьмой.

Даже немного поморщилась от слишком громкого звяканья тарелок на столе, когда на них упала голова герцога.

– Согласна, – начала рассуждать вслух, смотря на его макушку, – постоянно лишать тебя чувств не выход, но мне нужно подумать.

Дидерик уверен, что проклят. Хорошо, значит, будем отталкиваться от этого. Его абсолютная безграмотность в магии очень хорошо сыграет мне на руку, правда, проблему до конца не решит.

И вот, главный вопрос – как выдать за проклятие требование духов рода Дюар представить им наследника? С призраками разговаривать бессмысленно – они и так очень чётко обозначили свои намерения, тут даже повторный ритуал призыва проводить не нужно. Да и не явятся они, после того, как я их насильно зашвырнула обратно в мир мёртвых. Хорошо ещё, что Дидерик решил обозначить своё присутствие до того, как услышал совершенно лишнюю для него информацию.

– Может убить тебя и прикопать по-тихому, а? – шёпотом обратилась к макушке мерно сопящего Дидерика, подперев рукой подбородок.

Идея была заманчивой, но… но я не такое чудовище, как герцог. Я не в праве решать, кому жить, а кому нет. Как бы мне не хотелось отплатить бывшему мужу той же монетой.

– Монеты… – поймав за хвост промелькнувшую в голове мысль, растянула губы в улыбке. – А вот это может сработать!

Раз духи рода не хотят отказываться от наследника, то это может сделать сам Дидерик! Осталось решить, как заставить его провести ритуал откупа! И, самое главное, нужно провернуть всё так, чтобы он не понял, от чего именно откупается. И, сущая мелочь – провести сам обряд.

Георг рассказывал, что такие ритуалы были в ходу задолго до Столетней войны, и применялись в основном членами королевских семей и высшими аристократами, желающими разорвать кровные узы со своими бастардами. Во избежание, так сказать, возможных притязаний на состояние и прочие семейные регалии в будущем.

В те времена это было очень распространённо. Не измены и бастарды, само собой – они и сейчас популярны, а вызов специалистов для проведения такого обряда. Но это было до войны. Тогда и магов в целом было больше, как и истинных некромантов. Сейчас нас в Верхних Мирах, включая меня, всего семеро.

И этот обряд именно то, что мне нужно! Как мне сразу это в голову не пришло?!

Щёлкнув пальцами, изобразила максимально озабоченный вид, наблюдая, как Дидерик приходит в себя, отрывая лицо от тарелки.

– Что?... – озадаченно выдал герцог, смахивая с лица налипшую еду.

– Знаете, я бы на вашем месте обратилась к лекарю, – прицокнув языком, уверенно встретила раздражённый взгляд Дидерика. – Второй раз при мне в обморок падаете. Наводит на мысли, знаете ли.

– Наводит на мысли, – холодно повторил за мной мужчина, рваным движением схватив со стола салфетку. – Странно, что проблемы со здоровьем у меня начались лишь с вашим появлением, не находите?

– Вы меня в чём-то обвиняете, ваша светлость? – поинтересовалась, откинувшись на спинку стула.

– Нет, что вы, как я мог заподозрить вас в чём-либо, – без намёка на сожаление отчеканил Дидерик. – Я жду от вас информацию по проклятию.

– Как я уже говорила ранее, до того, как вы решили вздремнуть, – выдерживать его взгляд и оставаться равнодушной было трудно, но я справлялась. И как бы сильно мне не хотелось его приложить холёным лицом об поверхность стола ещё раз – я держалась. – Вы прокляты. На вас наложено проклятие.

– Серьёзно? – с сарказмом откликнулся герцог.

– Рада, что несмотря на проблемы со здоровьем и сгущающимися над вашей головой тучами вы находите в себе силы ёрничать, с оптимизмом глядя в будущее…

– Магистр Лика! – рыкнул герцог, откидывая в сторону салфетку, которую с тех пор как взял, безостановочно сжимал в кулаке. – Я…

– Знаю, – перебила его, задумчиво постукивая пальцами по столу. – Вы хотите больше узнать о сути проклятия. Но стоит ли мне впустую сотрясать воздух, если смысл моих слов вы всё равно не поймёте? И я вас не виню. Как можно обвинять магически пустого человека, живущего, к слову, в стране, где и сама магия вне закона? Совершенно естественно, что нужными знаниями вы не обладаете, поэтому я как можно проще и доступней постараюсь вам озвучить азы и необходимые действия для снятия самого проклятия.

Знаю, что меня понесло. Знаю, что перегнула палку, но остановиться была уже не в силах. Ненавижу его. Будь моя воля – никогда бы его больше не видела, но… Но приходиться сидеть и говорить.

Соглашусь, с его точки зрения мои нападки должны выглядеть как минимум странно и необоснованно. Магистра Лику он видит впервые в жизни. Вернее, второй день наблюдает в своём замке. Это во мне отголоски малышки Лилиан показывают зубки, пытаясь, если и не загрызть, то хотя бы до крови укусить обидчика.

– Если опустить излишние подробности, – продолжала я свой монолог, не обращая внимания на скрипящего зубами Дидерика. – Я не могу сказать, кто вас проклял. Слишком хорошо подчищен след. Цели, которые преследовал ваш недруг, мне тоже не очень ясны, кроме очевидной – кто-то явно против того, чтобы вы связывали себя узами брака. Я могу лишь предположить, что за всем этим стоит женщина.

– Женщина? – вздёрнул бровь герцог.

– Отвергнутая поклонница, брошенная любовница, - пожала я плечами. – Кто ещё может теоретически быть против вашего вступления в брак? – задержав дыхание, боясь, что голос дрогнет, внесла ещё одно предположение. – Бывшая жена?

Не знаю, какие эмоции хотела я увидеть у него в этот момент. Раскаяние? Чувство вины? В любом случае, ничего из этого не было и в помине.

– Лилиан? – безразлично назвал имя герцог, чуть прищурив глаза. – Сомневаюсь, что она к этому причастна.

Ещё бы ты не сомневался! Ты ведь собственными руками отправил её на смерть, лживый ты…

– Ваша светлость, - дверь в столовую открылась и к нам чинно приблизился управляющий, нарушая нашу приватную беседу. – Простите, что прерываю ваш разговор с магистром, но вас требует посетитель.

– Кто…

– Ваша светлость! – не став дожидаться, пока ей будет дозволено войти, в столовую практически вбежала светловолосая женщина, и сколько же яда было в её голосе. – Спасибо, что согласились поговорить!

Злость и бессильную ярость, которую она не таясь проецировала на герцога, казалось, можно потрогать руками. Странно… не помню, чтобы она питала к нему какие-либо негативные эмоции раньше. Наоборот, заваливала меня советами, как быть хорошей, а главное – достойной супругой для герцога Дюар.

К этой встрече я была совершенно не готова, жадно осматривая гостью. Десять лет… Вокруг глаз и на лбу у неё появились морщинки, шея и декольте прикрыты кружевной отделкой… А ведь я помню, как она любила немыслимые в своей откровенности наряды! И даже муж не мог ей запретить этой маленькой слабости к платьям на грани приличий…

– Леди Виер, – произнёс Дидерик, пока я боролась со сбившимся дыханием и сошедшим с ума сердцем. – Чем обязан визиту?

– Всё тем же, – бросив в его сторону, Дария переключила всё своё внимание на меня. И здесь тон её голоса, как и брезгливое выражение лица, кардинально сменились. – Так это правда. Сюда действительно прибыли истинные некроманты.

– Один, – поправил её Дидерик. – Точнее, одна.

– Прошу вас, – обратилась она ко мне, ненадолго замолкая, справляясь с дрожью в голосе. – Помогите мне найти сестру.

– Сестру? – на грани слышимости получилось у меня произнести, пока я наблюдала, как Дария медленно идёт ко мне.

– Десять лет назад она была женой герцога Дюар, – с отвращением посмотрев в сторону Дидерика, женщина встала рядом со мной, начиная тараторить. – Все знают эту историю! Сбежала с любовником! Да она бредила Дидериком, понимаете? Она не могла так поступить! Просто не могла! – всхлипнув, Дария прикрыла глаза, опускаясь перед моим стулом на колени, больно сжав свои руки на моих запястьях. – И её нет! Нигде нет, слышите? За столько лет ни единого письма, ни строчки! Я обращалась к некромантам Его Величества, но они не смогли помочь. Умоляю вас, помогите мне найти сестру!