Невернувшиеся

Тимофей кратко поведал Аглае Семёновне, так назвалась радушная хозяйка, о причине столь позднего визита. На что Аглая Семёновна принялась отчаянно уговаривать гостей остаться до утра, а уже по утру отправляться в соседнюю деревню, у них то деревенька маленькая, глухая, ни транспорта и даже телефона не имеется. Глупенькая Настя, которую разморило после чая охотно соглашалась с хозяйкой, Евгений и Слава держали нейтралитет, и только Маша умоляюще смотрела на Тима, как на главного и категорично мотала головой.

- Спасибо, Аглая Семёновна, но мы вынуждены отказаться, в автобусе люди, которые ждут помощи и наверняка будут беспокоиться, если мы в скором времени не вернёмся, - мягко отказал Тимофей.

- И ничего, дождутся, а вы вот заплутаете в ночи, тогда получится ещё дольше, - настаивала женщина.

- Ну Маша знает эти места, она сразу предупредила, что лучше идти в другую деревню, надеюсь, с ней мы не заблудимся, - уверил Тим хозяйку.

- Да с такой проводницей...- начал было Евгений рассказ о Машиной попытке провести их мимо этой деревни.

Тут Тимофей заметил, как Аглая Семёновна нехорошо глянула на Машу, девочка вся сжалась под её взглядом и ему вновь захотелось обнять её и дать свою защиту.

- Спасибо, Аглая Семёновна, мы пойдём, - поблагодарил Тим хозяйку, поднимаясь с уютного диванчика.

Мгновение спустя молодой человек почувствовал тяжесть в ногах, зато в голове появилась невыносимая лёгкость, мысли разбегались в разные стороны, Тим с удивлением осознал, что он не может вымолвить и слова. Он успел уловить краем глаза спящую Настю, привалившуюся к зевающему Славику и Евгения отчаянно пытающегося подняться с диванчика.

Маша, где же Маша...- блеснуло последней мыслью ускользающее сознание Тима.

Маша с диким ужасом наблюдала, как ноги Тимофея подкосились и он рухнул на пол. Последовал глухой удар, девушка сморщилась от предполагаемой боли, которую наверняка почувствовал Тим, но он уже точно ничего не чувствовал.

В беспамятстве

Бросившись к неподвижному телу Тимофея, Маша принялась судорожно трясти его, ухватившись маленькими кулачками за футболку на груди парня. Затем она приложила ухо к его груди и откинула страшную догадку, сердце Тимофея размеренно, хоть и еле уловимо билось.

- Нет, деточка, он мне ещё нужен, убью я его чуть позже, - пояснила "добродушная" хозяюшка.

В этот момент она напоминала бабу ягу из детских сказок, только вот обстоятельства становились совсем не сказочными.

Маша оглянулась на остальных членов группы, в надежде найти помощь, но те находились в аналогичной отключке.

- Ах ты, старая стерва, - прошипела девушка, - ты всё равно не сможешь ничего с ними сделать.

- Конечно не смогу, деточка, ведь ты оградилась защитными знаками, поэтому моё колдовство не подействовало на вас, но действие защиты скоро ослабнет и вовсе спадёт, - говорила Аглая Семёновна мило улыбаясь.

- Не беспокойся, на тебя у меня тоже имеется управа, никакого колдовства не потребуется, - добавила она равнодушным тоном и приложив два пальца к губам звонко свистнула.

В ушах у Маши зазвенело от этого, а в коридоре в ответ на свист что-то задвигалось, заскрипело и направилось в дом. Девушка снова принялась творить в воздухе недавние знаки, чем привела хозяйку в настоящее бешенство.

- Давай, давай, тварь, это тебе не поможет!!! - истошно орала до того спокойная Аглая Семёновна, при этом её слюна разлеталась во все стороны, а багровое лицо выглядело по истине устрашающим.

Наконец в дом ввалился здоровый детина, всё в нем было непропорционально и уродливо: слишком широкие плечи, через чур длинные руки, болтающиеся плетями ниже колен и коротенькие ножки. Весь он походил на гориллу, такой же низкий лоб, маленькие глазки бусинками, выпяченная челюсть, плюс тупое выражение лица. Взглянув на Машу уродец расплылся в довольной улыбке, но когда его глазёнки нащупали Настю, мирно сопевшую на плече Славика, радость его удвоилась, он противно загикал мотая большой башкой. После он снова обратил внимание на Машу, являющуюся в данный момент более интересной игрушкой нежели неподвижная Настя.

Аглая Семёновна пристально посмотрела на верзилу, что-то мысленно ему внушая, после чего кивнула головой в сторону Маши. Тут Маше стало по настоящему, нет, не страшно - противно от одной мысли о том, что омерзительный урод будет хапать её своими ручищами.

Но что девушка могла сделать, против грубой силы, с детства бабушка учила её творить защитные символы от колдовства, делать обереги, собирать травы и готовить из них различные снадобья, вот только в этом не было ничего колдовского, Маша могла противостоять колдовству, но совершать сама его не умела, незачем чернить душу мерзостным делом считала бабуля.

Вот уже уродливая горилла начала заламывать ей руки за спину, Аглая Семёновна услужливо подала скотч, которым благополучно связали девушку, напоследок заклеив и рот. Маша не пыталась противиться, просто дала себя опутать липким скотчем, она понимала всю бессмысленность сопротивления. К тому же не хотела лишний раз ощутить на себе всю силушку здоровяка.

- Так то лучше, деточка, намного лучше, - рассеянно проговорила хозяйка.

- Этих во двор, да свяжи покрепче, - указала женщина на мирно посапывающую троицу на диванчике.

Понятливая горилла кивнула в ответ.

- Этого, - кивнула Аглая Семёновна в сторону распростершегося на полу Тимофея, - отдельно, мне нужно подготовить его к завтрашней ночи.

Затем она ехидно глянула на Машу, от чего той стало не по себе, и прямо таки расплылась в противнейшей улыбочке.

- С ней можешь забавляться сколько вздумается, толку от неё никакого, только будет мешаться со своим знанием, - отдала последнее указание Аглая Семёновна.

Сердце Маши ухнуло вниз и затрепыхалось где-то в районе солнечного сплетения, надежд на помощь она не питала, да и на свои силы рассчитывать тоже не приходилось.

Разделавшись с троицей, верзила вернулся за Тимофеем и Машей. Попытался утащить обоих, но Тимофей видимо оказался довольно тяжёлым для него и горилле пришлось делать ещё одну ходку.

После чего Маша оказалась в тускло освещённом полуподвальчике, выходящем на задний двор, хорошо придумано, с главной улицы совсем не видно, что здесь творится. Пахло отвратительно, складывалось ощущение, что рядом разлагается трупик животного, а может и не животного, но думать о таком Маше совсем не хотелось. Низкий потолок давил на девушку, наводя всё на более жуткие мысли.В полуподвальной комнате было совершенно пусто, лишь одинокая лампочка тускло освещала кучу грязной соломы в углу. Словно для скотины - подумалось Маше.

Уродец вёл приготовления, чтобы связать Тима, тут на Машу накатилась полная безысходность и она отчаянно расплакалась. Заметив это уродец заулыбался масляной улыбочкой и двинулся на девушку с ножом в волосатой лапе, бедняжка умолкла, но через несколько мгновений, когда верзила разрезал скотч на её запястьях и лодыжках, и принялся задирать подол её платья, она уже дико мычала и неистово брыкалась. Пространства вокруг было слишком мало и в одном из таких отчаянных порывов она сильно пихнула ногой Тимофея.

Молодой человек почувствовал болезненный толчок в левое плечо, после чего до него стали доносится, как будто, отдалённые звуки непонятного происхождения. Сознание медленно возвращалось к Тиму, он оказался довольно выносливым, к тому же "добросердечная"хозяйка малость просчиталась с дозой снотворного, не рассчитанной на весовую категорию Тимофея. Да и вряд ли снотворное могло его надолго свалить, после всех экспериментов с запрещёнными веществами, которые он устраивал будучи ещё совсем сопляком, всё тогда закончилось хорошо благодаря другу, которого он предал или всё же помог, показав истинную натуру девушки друга, как ни крути, но эта мысль неприятно свербила в его мозгу.

Окончательно придя в себя Тим увидел, как здоровенный детина рвёт на Маше платье, она ёрзает под ним и методично молотит руками и ногами куда придётся, и видно, что силы её на исходе.

Бля, Машааа - пронеслось у него в голове и мозг словно окутало туманом ярости.

Он поднялся слегка пошатываясь и яростный туман разорвал отвратительный звук, вошедшего в живую плоть ножа.

Надежда

Маша бессильно повисла на руках у Тимофея, тело её сотрясалось от мелкой дрожи, лицо было зарёвано, скотч по прежнему не давал ей открыть рот. Тим одним резким рывком сорвал его, лицо девчонки исказилось от боли. Тимофей невольно поморщился, сожалея, что причинил девочке страдания. Машины губы распухли и казалось пылали изнутри, Тим не удержавшись поцеловал напуганную девушку. Это не было настоящим поцелуем, парень лишь успел захватить своим ртом воспаленные губы Маши и пройтись по ним языком, собирая их вкус. На что Маша незамедлительно отреагировала и изо всей своей невеликой силы оттолкнула молодого человека.

Между ними повисла тягостная пауза, обоим было неловко, Маша старалась спрятать глаза. Хотя Тимофей не мог понять отчего его обуяла такая неловкость, раньше подобного по отношению к девушкам с ним не случалось. Ещё у Тима появилось противное чувство, будто бы он поступил сейчас плохо, так бывало в детстве, когда мама заставала его за кражей конфет из бабушкиного буфета. Молчание гнетущее, тягучее, нескончаемое...

Казалось, оно продлится вечность, но тут неловкий момент прервал яростный рёв поверженного верзилы, который к слову уже делал попытки подняться с пола.

Тим был уверен, что убил его, он с такой силой вонзил нож в спину урода, ещё чуть-чуть и тот вышел бы с другой стороны. Парень даже расстроился полагая будто лишил жизни человека. Пусть никчемного, ограниченного, мало походящего на род людской, но всё же несомненно принадлежащего к виду homo sapiens.

Теперь же наблюдая, как данный homo sapiens буквально воскресает на его глазах, Тим пожалел, что у него не вышло прибить верзилу окончательно. Зрелище напоминало дешёвый фильм ужасов, а ещё Тим не мог окончательно поверить в происходящее.

Схватив обомлевшую Машу за руку, парень рванул к низкому выходу, ещё секунда и они достигли цели, а дальше всё происходило по сценарию того же малобюджетного ужастика. Естественно дверь оказалась заперта. Тим навалился на дверь всем весом, не тут-то было, прочная дубовая дверь не подалась даже на миллиметр. Тогда он попытался найти задвижку или замок, но похоже предусмотрительная Аглая Семёновна заперла дверь снаружи, для надёжности вместе с охранником.

Сука, сука, сука!!!!! Тимофей пребывал в полнейшем шоке, такого он даже вообразить себе не мог.

Предебильного вида монстр приближался к своим жертвам, нож всё ещё торчал из его спины, крови не было совсем, что пугало ещё сильнее. Казалось, его невозможно убить и сколько не всаживай нож в его тело, всё будет тщетно.

Из ступора Тимофея вывела Маша, тихо поскуливающая и беспомощно жавшаяся к нему. На Тима нахлынуло отчаянное желание защитить девочку, любой ценой, не дать её в обиду. Отстранив Машу за свою спину он решительно настроился сражаться с верзилой. Девушка, ощутив исходящую от Тимофея решимость, перестала всхлипывать, лишь ещё крепче вцепилась в его руку. Тим высвободил руку из хватки маленькой Машиной ручки и не дожидаясь, когда урод подойдёт, сам двинулся на него.

Использовать грубую мужскую силу Тиму так и не довелось, урод неожиданно распластался прямо у его ног, не осилив последний шаг до Тимофея. Предсмертная попытка верзилы добраться до "неблагодарных гостей" не увенчалась успехом.

- Что с ним? - прошептала Маша, опасаясь, что верзила вновь оживёт.

- Видимо, нож только сейчас проник в жизненно важные органы, по сути это была его агония, - предположил Тимофей, после чего облегчённо вздохнул.

- Расскажешь, что ещё здесь произошло пока я был в отключке и где остальные, - голос Тима прозвучал над самым ухом девушки.

- Некогда, нужно выбираться отсюда, - произнесла Маша, отстраняясь от молодого человека.

- Хорошо, давай поищем выход, а пока будем этим заниматься, ты обо всём мне расскажешь, - предложил Тимофей.

Немногословная Мария кивнула в знак согласия, после чего кратко поведала о коварстве Аглаи Семёновны.

- Зачем ей всё это? - поинтересовался Тимофей, выдавливая маленькое оконце, некогда сделанное тут видимо для вентиляции.

- Она колдунья и хочет завтра в полночь забрать твою жизненную энергию, она очень старая ведьма и чтобы продолжить своё существование ей нужна подпитка, иначе силы её угаснут и она будет влачить жизнь обычной старухи, пока не найдётся тот, кому она сможет передать свой дар, - проговорила Маша на одном дыхании, - или скорее проклятие, - добавила спустя мгновение.

- Или же найдётся тот кто сам заберёт её силы, а она не готова ни к одному из двух исходов, - продолжила девушка.

Тимофей лишь недоверчиво хмыкнул.

- Ты не веришь, - обиделась Маша.

Тим глядя на её серьёзный вид и полные отчаяния глаза, засомневался.

- Почему я?- спросил он.

- Ты самый сильный среди нашей группы, у тебя много жизненной энергии, - отозвалась девушка.

- Если так, почему она не забрала энергию у этого дебила? - Тим указал на безжизненное тело, - он явно превосходил меня по силе.

- Ей нужна не только физическая, но и духовная сила, только в этом случае ведьма сможет провести обряд, - терпеливо объяснила Маша.

- Как часто ей необходимо проводить такие обряды?

- Полученной силы должно хватить на двадцать лет, чаще нельзя, поэтому колдунья ищет самых сильных.

- Это мы удачно попали, - иронично заметил Тим, - правда, малыш?

Вопрос повис в одуряющей тишине.

Маша стояла поджав губы и печально смотрела под ноги.

- Тебе пора идти, - нарушил тишину Тим.

Девушка глянула на маленькое оконце, оно было слишком мало для Тимофея, для неё же как раз.

- Я одна не пойду! - Маша протестующе выдвинула нижнюю губу вперёд.

- Малыш, ты же понимаешь, что мне не выбраться вместе с тобой, - Тимофей принялся уговаривать девушку.

- Нет, нет, нет,- замотала головой Маша.

- Ты сможешь привести помощь, если выберешься, если останешься, то вряд ли сможешь помочь, неизвестно какие ещё сюрпризы приготовила старая ведьма! - настаивал Тим.

Конечно Маша понимала это, поэтому по своему обыкновению согласно кивнула. Тимофея злила эта её привычка, у него складывалось ощущение, будто её много обижали, и ему до дурноты хотелось защитить её от всех.

- Поторопись, - умоляюще проговорил Тим.

Маша уже тянулась к окошечку, как вдруг обернулась, мучительно глянула на Тимофея и принялась чертить в воздухе символы. Они напоминали крест несколько раз обведённый в круг.

- Запомни, они защитят тебя от колдуньи, - пояснила она.

- Ты правда считаешь...- не успел закончить Тим.

- Прошу, поверь мне, - прошептала Маша, прильнув к Тимофею.

Его футболка намокла от её слёз, он гладил её по голове и целовал в затылок.

- Не плачь, не плачь, маленькая, - приговаривал он.

Тиму было невыносимо сейчас отпускать эту странную девочку, ставшую уже такой родной.

Он помог ей выбраться наружу и тоска полностью заполнила все углы подвальной комнатки.

У неё серые глаза, наконец вспомнил он их цвет, а горячая волна тепла, которая не покидала его в присутствии Маши, теперь исчезла, уступив место леденящей душу тьме.

Маша сделала шаг, после чего услышала скрип открывающейся двери в преисподней, из которой только что выбралась. Бежать! - пронеслось в голове и она побежала...

Встреча

Небо, видневшееся сквозь кроны деревьев, уже вовсю заиграло рассветными лучами, Маша бежала в направлении своей деревни. Дыхание сбивалось, лёгкие горели от нехватки воздуха, рваные вдохи не могли обеспечить организм необходимым кислородом. Совершенно выбившись из сил она рухнула в высокую траву на поле, которое отделяло лес от деревни, ещё чуть-чуть и она сможет позвать помощь, несколько сот метров оставалось до ближайшего дома.

Девушка замерла услышав, как шелестит и сминается под чьими-то тяжёлыми шагами трава. Совсем рядом прошли двое и она уловила обрывок их разговора.

- ... девку нужно убрать, вряд ли кто-то из этой деревни посмеет, что-то предпринять против Аглаи, но мелочь эта будет наводить панику, вряд ли успокоится, вся в свою бабку, та тоже неугомонная была, ещё в город за помощью отправится...

Дальше Маша не слышала, шедшие удалились в сторону деревни, но и этого было достаточно. Они правы, вряд ли кто-то из деревни поможет, боятся ведьмы, знают и боятся, и Маша понимала их, им ещё жить в деревне, а ведьма житья не даст. Никто здесь не поможет, тем более после визита прихвостней Аглаи Семёновны. Нельзя идти в деревню, сдадут свои же. Что же делать?

За этими мыслями она не заметила, как рядом что-то зашевелилось и на её рот легла тяжёлая ладонь. Машу пронзило ужасом от макушки до самых пяток, но тут она уловила знакомый запах, его запах, в перемешку с потом и от сердца отлегло раньше чем она услышала голос.

- Тише, малыш, - прохрипел Тим ей в ухо.

Маша всхлипнула и перевернулась на спину, когда он медленно убрал ладонь, уставившись влажными глазищами в его тёмные и немного пугающие глаза. Парень облокотился руками по сторонам от её лица и сейчас внимательно изучал его, затем медленно провёл кончиком носа по Машиной щеке и замер вдыхая аромат её волос.

- Как ты, - сумела тихонько вымолвить девочка, - выбрался?

Тимофей нехотя отстранился от Маши, но не спешил отвечать, ещё раз пристально посмотрел на девушку и лишь потом начал тихо говорить.

- Благодаря тебе, Маш, твои символы помогли, хоть я в них и не верил, ведьма не смогла воспользоваться своим колдовством против меня, а то что я уделаю её гориллу она и вовсе не ожидала, в общем-то зайдя в ту комнату, она оказалась безоружной против меня.

- Что с ней? - встревожилась Маша.

Парень отвёл взгляд, после чего лёг рядом с Машей, она еле слышно облегчённо выдохнула, ей было дискомфортно, и одновременно трепетно, когда Тим нависал над ней, теперь же стало чуточку спокойнее.

- Нет больше Аглаи Семёновны, - вымолвил он после продолжительной паузы.

Маша ахнула и тут же зажала рот руками, чтобы не вскрикнуть в голос, Тимофей не смотрел на неё, но она чувствовала, как тягостные мысли ворочаются в его мозгу. Она больше не решилась расспрашивать, как всё произошло.

- Как остальные ребята? - вместо этого она решила задать другой мучающий её вопрос.

- Незнаю, я сразу тебя побежал искать, как только выбрался, ведьма успела приказать своему прихвостню, с которым пришла, чтобы поймали тебя... это было её ошибкой.

- Надо им помочь, - размышляла девушка, - в мою деревню идти нельзя, большая вероятность, что жители нас сдадут, даже если ведьмы... - тут она замялась, - больше нет, у неё осталось много приспешников, которые захотят отомстить, ведь она годами собирала вокруг себя всяких отбросов и сколотила что-то типа общины, наши жители уже давно даже близко боятся подходить к той деревне.

- К тому же, в скором времени должен объявится её последователь, кому она успела передать свою силу, ведь кого-то в конце концов она готовила на эту роль, а приемники очень тесно связаны с наставником и чувствуют, когда наступает этот самый момент, - продолжала Маша.

Тимофей мрачнел с каждым сказанным ею словом, откуда Маше было знать, что никакого приемника хитрая ведьма не готовила, а собиралась видимо жить вечно, старая карга.

- В ведьмину деревню сейчас тоже нельзя возвращаться, там такое началось, когда поняли, что я её...- Тим не договорил.

- Еле ноги унёс, своим мы не поможем, если нас там поймают, - добавил он.

Маша растерянно посмотрела на парня, было страшно, но позволить себе бездействие, когда в опасности невинные люди, пусть и мало знакомые, она не могла.

- Что же делать? - спросила она с надеждой.

- Пойдём назад к автобусу, - отозвался Тимофей, - но только ночью, чтобы не отсвечивать при свете дня, всего скорее пассажиров к тому времени найдут спасатели, возможно и нас будут искать.

- А если нет? - не верила в это девочка, ей казалось, что Аглая Семёновна везде пустила свои щупальца и никуда им не скрыться.

- Будем добиваться до города на своих двоих, здесь нам никто не поможет, сама же сказала - мрачно ответил Тим.

- А сейчас нужно отдохнуть, поспи, как начнёт темнеть отправимся к автобусу, - добавил он.

После парень сгрёб Машу в охапку и прижал к твёрдой груди, она завозилась пытаясь отстраниться, но он лишь крепче сжал её.

- Спи, - прошептал он ей на ухо.

Действительно они не спали уже сутки, их ищут, укрыться негде, надо отдохнуть, чтобы набраться сил и помочь остальным. Хорошо, что лето и земля прогрета и они не получат воспаление лёгких, если проваляются в траве весь день, подумалось Маше. Но вот пить и есть уже ощутимо хотелось, но спать всё же хотелось больше, девочка даже и не осознавала этого и поэтому уткнувшись в грудь Тима, она быстро провалилась в спасительный сон.

Тимофей же пока не мог позволить себе расслабиться, ведь он уже ощущал, как лес прочесывают, рыскают в их поисках. Вместо того чтобы отдаться долгожданному отдыху, он охранял Машин тревожный сон. То тепло, которое покинуло его тогда с её уходом из дома ведьмы, сейчас вернулось, и казалось с новой силой разжигало пожар глубоко внутри него.

Пробуждение

Маша проснулась от ощущения навалившейся тяжести, она была прижата к земле чем-то тяжёлым и горячим, до её спутанного после сна сознания не сразу дошло, что это Тимофей подмял её под себя во время сна.

Сейчас она была укрыта его мощным телом словно щитом, от такого тесного контакта её бросило в дрожь, хотя в воздухе стояло вечернее марево после жаркого дня, они проспали целый день и никто их не обнаружил, девушка, конечно, удивилась этому и тому, как она могла преспокойно спать в виду недавних событий. Ответ напрашивался только один, она чувствовала необъяснимое спокойствие и защиту рядом с Тимом.

Свободными у неё оставались лишь правая нога и рука, которой она уперлась в плечо Тимофея и попыталась его сдвинуть,но было бы проще танк откатить чем этого здоровяка. Однако парень сквозь сон уловил Машины манипуляции и сам освободил её из своего плена, перекатившись на спину.

- Прости, - прошептал он осипшим ото сна голосом и с довольным видом потянулся, от чего стал ещё больше, хотя куда уж ещё.

Маша замерла лёжа на боку и наблюдая эту картину, где-то в животе разливалось непонятное тепло, скручиваясь в узел и превращаясь в приятную тянущую боль.

Она попыталась отбросить смущающие мысли и тоже перевернувшись на спину, принялась изучать небо, на котором уже отражались всполохи заката.

- Выспалась?- поинтересовался Тим. Сам он заснул лишь, когда понял, что ищейки уже мёртвой ведьмы, закончили прочесывать лес и вероятно отправились в другие пару деревень, которые находились так же неподалёку. Всего скорее к автобусу они тоже наведались, об этом думать он не хотел, но вряд ли они навредили людям в автобусе, ведь двадцать человек это не пятёро путников в ночном лесу и всё же была ещё надежда, что пассажиров уже спасли.

В Машиной деревне тоже активно искали, пару раз мимо проходили какие-то люди, но высокая трава надежно скрывала их, никто и не догадывался, что сбежавшие у них под самым носом. Вот если бы искали с собаками...

- Да, -наконец ответила Маша, не отрывая глаз от темнеющего неба.

Так они лежали, наблюдая за последними закатными лучами, объединённые одним инстинктом - спастись, выжить. Вряд ли их миры могли соприкоснуться там, в большом городе, наверняка Тимофей никогда не обратил бы своё внимание на серую испуганную мышь, коей считали Машу в институте. Если бы не злополучная поездка на автобусе...

Из раздумий девушку вырвало прикосновение, Тим крепко сжал её руку в своей огромной, тёплой ладони, как будто уловив её настроение и тем самым пытаясь приободрить.

-Пора, - спокойно проговорил он.

Затем парень поднялся и помог девушке, придерживая её за талию пока она снова привыкала стоять на ногах.

Парочка крадучись нырнула в лес, после чего Маша повела Тимофея к роднику, который находился рядом. Там они вволю напились кристальной воды, от которой сводило челюсть и ломило зубы, и которая показалась им самой вкусной в жизни.

Потратив ещё немного времени, чтобы справить свою нужду, они по очереди умылись родниковой водой и отдохнувшие, освежившиеся отправились в путь.

Маша шла чуть впереди, указывая дорогу Тимофею, они старались миновать лес, как можно быстрее и бесшумнее, и поэтому Маша вздрагивала от каждого шороха и хруста ветки. Сильно хотелось есть, но девушка верила, что их ищут не только ведьмины ищейки, но и спасатели, не может быть, чтобы не искали, ведь прошли уже сутки с момента поломки автобуса, не могут же просто забыть про существование двадцати пяти человек.