Строгий препод для одинокой мамы

Кто-то сзади всхлипнул, чем вызвал у меня усмешку.

— Говорю же, мышка сохнет по нему, — шепнула Лидка, а я сильнее поджала губы, чтобы не засмеяться громче.

И в этот момент серые глаза препода встретились с моими. Сердце начало дико колотиться, пытаясь вырваться из груди, потому что его взгляд ничего хорошего не сулил. Его голос даже не дрогнул, а взгляд так и не переместился от меня. Ему не понравилось, что я смеялась. Но я же не над ним…

Блин, глупая…Нужно было сидеть и молчать… А сейчас я почувствовала жар, поднимавшийся от груди, опаляя шею и перебираясь на щеки, окрашивая их в пунцовый цвет. Я отвела взгляд до того, как это сделал куратор, и молила бога, чтобы этот человек забыл обо мне и моей оплошности. Хорошо, что при всех не стал отчитывать, хотя мог это сделать и даже не поморщиться.

— Если будут вопросы —обращайтесь. Кто у вас староста? — он отвел взгляд и посмотрел на всех.

— Я... Я... Я… — вскрикнули три женский голоса, чем вызвали у ребят гогот.

— Неплохо. Как определитесь, кто главный — скажете, а пока Дорофеева будет нашим связующим. О собрании, конференции или каких-то дополнительных делах сначала сообщу ей, а она донесет до вас. А сейчас идите на пару, — а вот это звучало уже как угроза. — Спасибо за внимание. — Дорофеева, подойди.

Лидка распахнула глаза и поиграла бровями. Я так и читала у нее в глазах: «Давай», «не дрейфь», «бери быка за рога»…Только вот мне было не до шуток. Я боялась его…

Аудитория опустела.

— Вы что-то хотели? — сердце билось, как сумасшедшее.

Было такое ощущение, что он меня сейчас натянет за неловкий момент.

— Номер телефона свой оставь. — Он протянул свой телефон, и я автоматически взяла его. Тяжелый корпус тянул и холодил ладонь. Я без лишних слов вбила свой номер и подписала своей фамилией. — У вас пары до двух, после в мой кабинет придешь. — Я только кивнула, потому что будто оцепенела — ни слово сказать, ни шаг сделать. — Свободна, — насмешливо мне сказал.

Я быстро развернулась и пулей стремительно вылетела из аудитории, и побежала на пару. Вбежала в кабинет и выдохнула. Нужно успокоиться и просто загрузить себя учебой, но подруга не дала этого сделать. Я подошла к первому ряду и положила свою сумочку.

— Боже, крошка. Он — ходячая машина удовольствия. Он тебе что-то предложил?

— Лид, молчи. Даже слышать не хочу ничего про него. Давай слушать, — показала на препода, который вошел буквально следом за мной

— Ой-ой-ой, еще не пара и он ушел, — она показала мне язык. — Пойду тогда к другим, разведаю все. Не скучай.

Я удивленно посмотрела на нее, поражаясь такому рвению. Но в аудитории и правда никого не было. Кто побежал за кофе, кто перекурить перед парой, а кто, как Лидка, собрать сплетни на потоке.

Она взмахнула хвостом и выбежала из кабинета. Но уже через секунду открылась дверь. По-любому Лидка с новостями, точнее, без них.

— Ты быстро ничего о Демьянчике не получилось узнать? — повернулась к двери и слова застряли в горле

Глава 3

Глава 3

Демьян

Боже, эти студенты меня доведут. Особенно Дорофеева. Ведь умная же девушка, но нет. Эта лень ее погубит. Таких нужно держать все в ежовых рукавах. Лида, ее подруга, уже понятно, что толку нет. Но в этой большой потенциал, жалко, если она скатится...

— Ты быстро ничего о Демьянчике не получилось узнать? — услышал, и внутри сразу все закипело.

На общей встрече выделилась своим неуважением ко мне, так еще и тут. Я понимаю, что студенты за глаза и не так еще называют. Но сейчас можно было бы и поаккуратнее быть.

Она распахнула испуганно глаза и смотрела так затравленно, даже жалко стало. Молодая, про таких говорят «молоко на губах не обсохло». Ей бы еще под мамкиной юбкой сидеть, а не лезть во взрослую жизнь с большими дядями тягаться.

— Здравствуйте еще раз, Дарьяна. И что же вам нужно узнать про меня? — пальцы сильнее впились в журнал, который решил занести преподавателю.

— Ну вы же не единственный Демьян, — голосок тоненький, дрожащий, будто перед ней не преподаватель, а маньяк как минимум.

Что ж, логично. Только вот смотря на нее, понятно по красным щекам, искусанным губам, что это просто отговорка. Губы налились красным из-за того, что она их искусала, и подрагивали, будто сейчас разревется.

— Хорошо. Единственное замечание: когда говорит преподаватель, стоит слушать, а не смеяться с подружками. А то можно все пропустить, Дарьяна.

— Да, — она сразу кивнула, понимая, о чем я.

Умная девочка. Я понимаю, это было лишь недоразумение. Такого больше не будет.

— Вот и славно.

Она кивнула и вновь закусила губу. Никогда не испытывал влечения к дрожащим ланям, но сейчас меня будто перемкнуло. Смотрел на нее, и внутри дикое желание надавить сильнее, посмотреть, как она будет оправдываться и е дрожать от моих слов. И это только фразы… А что если коснуться?

Нафиг.

Я здесь не для этого. И от этой девицы стоит держаться подальше. Студентки далеко не в моем вкусе.

— Про курсовую не забудьте, — насмешливо напомнил.

Маленькие искорки вспыхнули и тут же погасли в ее глазах. Бросил журнал на стол и вышел из кабинета. Мне еще с ней видеть, а теперь пора прочистить мозги, но уже себе.

Глава 4

Глава 4

Дарьяна

Я еле высидела на парах до обеда.

И уже собиралась идти на поклон к Демьяну, как Лидка утащила меня в туалет.

— Дорофеева, ты должна мне, — сразу стала наезжать, чем вызвала у меня смех. Серьезно такое я не могла воспринимать.

— Да? И когда долг появился?

— Тогда, — она улыбнулась, поняв, что этим меня возьмешь. — Я с парнем рассталась. Прикинь, он мне фотку случайно отправил, где с девкой целуется.

— Может, специально? Или, например, бывшая?— сквозь зубы прошептала.

Мне было неприятно о таком слышать, потому что сама только пережила болезненный разрыв. И то не знаю, пережила ли или переживаю до сих пор…Но сердце разрывалось, стоило только услышать про измену.

— Ага, специально. Я попросила его скинуть мне фотки с нами, когда вчера в парке катались. А он вперемешку скинул и другое фото. Просто знаешь, если бы это была бывшая, но она не стояла так рядом со вчерашними снимками. А значит, он в субботу и воскресенье к бабушке не уезжал, а гулял с этой мымрой.

Глаза у Лиды наполнились слезами.

— Так, и от меня что ты хочешь?

— Чтобы ты поменялась со мной. Чтобы Демьянчик звонил мне и писал, а я тебя потом тоже выручу.

Меня это настораживало.

— А как, ты думаешь, я это сделаю?

— Ну скажи, что у тебя ребенок, много дел и на его звонки отвечать нет времени. А я тут на все готовая, с открытыми объятиями. И мой номер дашь, — она сунула мне в руку листок с номером и еще раз шмыгнула носом.

Вот манипулирует же мной. Чувствую, знаю, но ведусь…

— Я постараюсь. Пошла, подруга. Держи кулачки.

Дурында даже перекрестила меня напоследок и послала благим русским в дальнее и ближнее. В приподнятом настроении я добежала до кабинета, только вот возле двери меня как в ледяную воду опустили и маленькие иголочки по венам побежали, заставляя чувствовать себя неловко. Но оттягивать время нельзя, и я постучалась.

Дверь открылась, и оттуда вылетела Карина из параллельной группы, она была вся в слезах. Видимо, ей тоже досталось.

— У себя? — спросила у нее, а она лишь кивнула, поправила пиджак и пробежала мимо меня.

Мы будем вдвоем. Не трусить. Мне скрывать нечего. Учусь отлично, нареканий не было… Все должно пройти хорошо.

— Входите, — раздался грубый голос Демьяна Давидовича, а у меня сердце в пятки ушло.

Да что такое? Ну не съест же он меня!

Переступила порог и закрыла за собой дверь. Прошла в кабинет, где за столом сидел Демьян. Он облокотился на сцепленные руки в замок и смотрел на меня так, будто и правда сейчас набросится и съест.

Боже, что такого Карина натворила, что у него взгляд такой грозный?

— Вы говорили зайти к вам после двух лент, — промямлила.

— Да, Дарьяна, присаживайся, — Демьян указал на кресло, и я быстро прошла и присела на самый край, надеясь, что недолго тут задержусь.

Боже… От его взгляда у меня даже мысли отбило, зачем я сюда пришла. И имя его просто вылетело из головы. А еще взгляд, который не пропустил ни единого оголенного места на моем теле, продолжал осматривать. В груди пекло, щеки горели так, что хотелось нестерпимо пить.

— Если вы заняты, могу позже зайти. Завтра, например,— все же подала голос, который прозвучал как у больной ангиной. Хриплый и тихий, что препод наверняка не услышал меня.

— Нет, — он убрал руки и улыбнулся. — Давай курсовую. Исправила?

Может улыбка и была обычной, но мне стало не по себе. Я не привыкла, что мне просто так такие молодые улыбаются. Значит, им что-то от меня нужно.

Я передала папку, а он лишь пролистал ее бегло, положил в нижний ящик и вновь посмотрел на меня.

— Хорошо. Ты молодец. Давай зачетку.

А меня такая злость взяла. Я вчера до трех не спала, добавляла, корректировала. Почти всю курсовую переделала. А он… Он даже не почитал.

Я полезла в сумку, достала зачетку и передала Демьяну. Он быстро расписался и вернул мне ее. И тут я вспомнила о Лидке.

— Демьян Давыдович. Девочки определились, вот, возьмите, — я положила перед ним бумажку с номером подруги. — Это наша староста, и она будет оперативнее работать и передавать ваши слова.

Он встал из-за стола и обошел его, даже не взглянул в листок. Я надеялась, что Демьян не сядет возле меня. Пожалуйста, только бы ушел к окну, стеллажу или вообще вышел из кабинета. Честно, мне бы дышать стало легче. Но…

Демьян Давидович присел на край стола, его накаченные ноги обтянули джинсы, и градус в комнате увеличился.

— Дарьяна… — Мне пришлось поднять на него взгляд — Я понимаю, что прошлый куратор был для вашего коллектива своим человеком. Но именно из-за этого дисциплина нарушена вместе с субординацией. Я надеюсь на вашу помощь, так как в вас я вижу хоть какой-то потенциал. За Лиду вы не можете поручиться?— он говорил вкрадчиво и вопрос меня напряг.

— Ну. Как? Могу, наверное, — заикаясь, сказала и прикусила губу, потому что это было очень импульсивно.

— Во-от, — как кот, протяжно промурлыкал, и от вибрации его голоса мурашки по коже побежали. Да что со мной такое? — Дарьяна, вы останетесь старостой группы, кому дальше вы будете передавать информацию, мне все равно.

— Я мало с кем общаюсь. Но одногруппники у нас дружные, работоспособные. И вам в этом помогла бы как раз Лида, — сказала быстрее, чем подумала. Выдохнула и все же решила продолжить:— Она в институте чаще меня бывает, просто у меня правда много других забот.

— Сегодня Лида, завтра Света, а затем Камилла. Я видел достаточно желающих на место старосты с утра на летучке.

— Вы просто так много шума наделали, всех поразили, я думаю, еще долго в нашей тихой гавани…— его улыбка поубавила мой пыл и прыткость, вновь возвращая робость, —…еще долго будут обсуждать… — уже вяло добавила.

Глава 5

Глава 5

Демьян

— Значит, всех поразил? И тебя? — слегка наклоняюсь к ней и чувствую тонкий сладкий аромат.

В горле начинает першить, а ее испуганный взгляд и то, как она прижалась к креслу, только сильнее распаляло. Странная реакция. Не маленькая девочка, должна же понимать, что мужчины могли на нее обращать внимание. И даже преподаватели не исключения.

Я осмотрел ее еще раз: пиджак полностью застегнут, но последняя пуговица как раз под грудью, а воротник блузки приоткрывал ключицу и сильно пульсирующую венку на шее, плотно облегающая юбка оголила коленки, темно-синие балетки. М-да…

Она тряслась так, будто я накинулся на нее. Затравленный взгляд, безумно огромные глаза и напряженные пальцы впились в обивку кресла.

— Вы… Как наш куратор произвели на всех впечатление, — тонким голосом пропищала Дарьяна.

Это девочка совсем не укладывалась у меня в голове. Она маленькая, каштановые волосы собраны в убогий пучок, но глаза… Большие, красивые…

— Да. Куратор, — опять усмехнулся, и она еще отодвинулась от меня. Смешная. А у меня внутри все забурлило. Дурдом. Но мне хотелось довести ее, чтобы она показала, какая может быть настоящая. Без ужимок, страха и скованности. Сколько уже таких видел? — Но я все же оставлю старостой вас.

Миллион студенток, преподавательницы, но эта девушка… Лучше бы тогда на меня не смотрела, и я даже бы ее не и заметил. Но ее вчерашнее поведение меня сначала выбесило, а потом стало любопытно.

— Может, лучше Лиду? Честно вам говорю, — даже кивнула, прямо как в детском саду перед воспитателем.

— А если не так хорошо? Что мне тогда с тобой сделать за обман? — нагнулся еще ближе к ней, иона вскочила с кресла и поправила пиджак. Фигурка что нужно, но лучше бы... Ее нужно срочно выпроводить…

—Я так я. До свидания,— нервно спрятала руки за спину и нос так сильно вздернула, что я еле сдержал смех.

— Иди.

Дарьяна дернулась, но все же продолжала стоять. Я тоже встал, смеясь про себя, потому что видеть ее испуганное лицо и то, как она пыталась храбриться, не было сил.

— До свидания, — строго, прям как училка, сказала Дарьяна, и я захотел развернуть уже ее и наказать по-директорски.

Но дверь хлопнула.

Дарьяна…

Любопытно.

Я встал и подошел к стеллажу, нажал на кнопку кофемашины, и горячий ароматный напиток полился в кружку. Посмотрел на часы — до пары еще есть время. Забрал кружку и только сделал шаг к двери, как она открылась, и в меня впечаталась Дарьяна.

— Черт. Боже, как горячо….

Глава 6

Глава 6

Дарьяна

Вылетела из его кабинета и только добежала до лестница, поняла, что телефон как положила рядом с собой на кресло, так и забыла там. Возвращаться не хотелось, но это дорогая вещь, чтобы просто так разбрасываться ею.

Запрокинула голову и глубоко вздохнула. Нужно идти, а то вдруг он куда-нибудь уйдет. Развернулась и пошла обратно в кабинет. Быстро постучалась, тут же открыла дверь и шагнула внутрь, мгновенно налетев на препода с кружкой кипятка в руках. Он пролился на меня.

— А-а!— вскрикнула я и отскочила. — Горячо!— отпрыгнула, но облегчения мне это не принесло.

— Дорофеева, ты куда летишь без стука?!— рявкнул преподаватель. А у меня кожу жгло, из глаз брызнули слезы, а шипела и причитала, дуя на себя, оттягивая ткань.— Снимай быстро блузку, дай посмотреть…

— Вы издеваетесь?! — сквозь слезы спросила и отвернулась от его тревожного взгляда, как приклеенного к моей груди.

Жгло все сильнее.

— Что я там не видел? — раздраженно спросил Демьян.

— Там вы ничего не видели!

Он достал какой-то белый флакон.

— Это от ожогов. Его сейчас же нужно нанести, чтобы снять боль и не было волдырей. — Я отвернулась и все же стала расстегивать блузку, мне хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым. Тоже мне преподаватель нашелся. А он продолжил свою тираду:

— Повернитесь, а свое остроумие на занятиях будете оттачивать. А не…

— Давайте уже это ваше средство!— оборвала его возмущенно.

— Повернись! Приставать не буду, — насмешливо уточнил.

Перспектива стоять раздетой перед незнакомым мужчиной не воодушевляла, я глубоко вздохнула. За что мне все это? Демьян за плечо развернул меня к себе лицом, взбалтывая баллон, и распылил пену мне на место ожога. Сразу стало намного легче. Кожу еще жгло, но средство приглушало боль охлаждающим эффектом.

— И как мне домой ехать? — слезно вопросила.

— Дай впитаться и флакон возьми домой, вечером попроси кого-нибудь распылить.

Он вложил баллон мне в руку, взял папку со стола и вышел из кабинета.

Мне правда стало легче, и когда я смогла нормально вдохнуть, накрыло пониманием, как смотрел на меня этот мужчина. Щеки моментально начали гореть сильнее, чем грудь.

Когда уже можно будет уехать? И как сделать это так, чтобы не встретиться с преподавателем? А если он вернется быстрее, чем пена впитается?

Жжение не проходило. Хотелось закрыться и убежать. Но я продолжала стоять в обители преподавателя. Все вокруг такое мрачное, серое, ни одного яркого пятна. Это, конечно, не показатель характера человека, но… Одно радует — здесь чисто, стол не завален бумагами, нет грязных кружек.

Хотя для чего это все мне? Анализировать этого мужчину вообще не хочу и не буду! Тоже мне нашелся покоритель женских сердец. Вон, Лидка есть, любая другая девчонка пускай о нем думает, а я не буду.

Все, точка. И хватит тут вообще стоять.

Я обернулась в поисках салфеток или тряпки, чтобы убрать пену с груди, и услышала стук в дверь.

Боже мой. А если это кто-то из моих одногруппников? Не дай бог войдут и увидят меня в таком виде! Я же потом от позора не отмоюсь! И слухи сразу расползутся, что я голая стояла в кабинете и ждала препода, который мне курсовую не принимал.

Ничего умного не придумала, как спрятаться за шкаф. Я уже надеялась, что никто не войдет, но удача сегодня точно не на моей стороне.

Дверь открылась, и кто-то вошел, постукивая шпильками. Я закусила губу, чтобы меня не увидели и вообще не проходили дальше порога. Но и тут мимо. Кто-то прошел прямо к столу, я осторожно взглянула на гостью.

Лидка.

Я снова спряталась и притаилась. Она что-то делала, а затем быстро вышла из кабинета.

Пронесло.

Нужно быстро уходить.

Глава 7

Глава 7

Демьян

Это дурдом. Откуда она вообще такая взялась? Открыл дверь и вошел в кабинет к другу.

— Виталик, сделай мне кофе, пожалуйста, — присел на диван и прикрыл веки, но ее образ все равно стоял перед глазами.

— У тебя кофе кончился или машина сломалась? — усмехнулся друг, но по шагам слышно, что встал и пошел делать.

— Именно. И сломалась и кончилось… Скажи, когда уже неучи пойдут на каникулы? Сколько там осталось?

— О-о-о-о, — присвистнул и засмеялся Виталик. — Как тебя накрыло. Какой курс на этот раз?

— А ты не знаешь? — Я почувствовал аромат кофе и открыл глаза, Виталик смотрел на меня удивленно. — На меня же повесили кураторство.

— Вот гадство… — Виталик поморщился.

Ему повезло больше. Хоть и пришли в начале этого года с ним сюда вместе, но из-за моего отца стараются запихнуть везде, а его не трогают. Только вот Виталик не видел в этом катастрофы, как я, и называл меня зачастую дураком. А мне не нужны привилегии отца и его деньги. Я сам все могу.

— Вот именно, — забрал у него чашку с кофе и отпил.

На вкус напиток был не так приятен, как на запах. А я только что вылил самый вкусный на блузку очередной выскочки и при этом еще остался виноват и давлюсь этой бурдой…

Ненормальная. Не разгромит мне там кабинет?

— Хочешь, могу тебя разгрузить и подстраховывать. К какой группе тебя приставили?

— Третий курс, триста седьмая.

— О-о-о, я у них замещал историка раз. Неплохая группа, в основном женская.

Я поднял на друга взгляд, он мне подмигнул.

— То есть ты был бы не против встречаться со своей студенткой?

Я подозревал, что он вообще без принципов, но не настолько же открыто.

— А почему нет? Мы свободные люди прогрессивного времени. Сейчас уже стерты грани между преподавателем и студентом в плане личных отношений.

— Так, — мне надоело слушать это безнравственный бред моего коллеги и друга. Это уже перебор. Оставь это при себе.

Он засмеялся и присел рядом.

— Ты сам просил. Что, девчонки стали донимать?

— А они когда-нибудь останавливались? Стоило нам перевестись с тобой сюда, как паломничество какое-то началось в кабинет…

— Это да. Может, сегодня оторвемся?

— Понедельник же, — одним глотком допил кофе, встал и сполоснул кружку.

— Ты говоришь как старик. Ты же не зануда! — смеясь, подтрунивал надо мной друг.

— Нет, но в восемь нужно быть на работе. А опаздывать нельзя… Ушел на пару. Спасибо за кофе.

Я пошел на выход и услышал вновь насмешливый голос Виталия:

— А если она тебе понравится, то забей на свои предрассудки. И прости живи, хватит уже затворничества…

Но на это я уже ничего не ответил. Вышел из кабинета и пошел на пары. Проходя мимо своего кабинета, хотел заглянуть и посмотреть как там Дорофеева. Все же я и правда слегка виноват. Но вспомнил ее бешеный взгляд, покрасневшие щеки, губы, и сразу перехотелось заходить. Это не пытка для на меня — это наказание.

Но только подошел к двери, как она открылась, и Дарьяна опять налетела на меня. Теперь уже я ее придержал, чтобы не упала.

— Скажи, ты специально сидишь и ждешь, когда я буду проходить мимо?

Она стояла так близко, что я чувствовал едва уловимый аромат ванили. Странно конечно, молодая девушка, а пахнет, как детская присыпка. Но сейчас она не смущалась, а воинственно смотрела на меня. Будто я сказал неимоверную глупость. Но как мне еще реагировать на это? Если за последнее время наше общение стало настолько частым, что я уже ловлю себя на мысли, что эта девушка меня преследует.

— Демьян Давидович, у меня точно такое же предположение, — дерзко ответила и поджала губы.

Странная. Сама налетела, и опять я оказался виноватым. Это просто невыносимо!

— Вы слишком много на себя берете, Дорофеева. Вам бы …

— Да, помню. Лучше бы быть такой же прыткой на парах. Хватит уже это повторять. Я все делаю, перестаньте, пожалуйста, меня упрекать в неграмотности и безответственности.

Я смотрел на нее и впервые в жизни не знал что ответить. Точнее, в голове крутилось столько формулировок, которые бы поставили эту выскочку на место. Но что-то не давало сделать это прямо сейчас. То ли подрагивающие ресницы, то ли почти слезливые глаза, то ли дрожащие губы…

Неужели мне стало ее жалко?

— То есть я придираюсь?

Убрал руку с ее талии, и она тут же отпрыгнула от меня, как от огня. Глаза ее продолжали гореть, но только нервничать она стала намного сильнее, что даже мне было это заметно.

— Вы не придираетесь. Просто не так все понимаете. Извините, спасибо вам за лекарство, мне пора…

Она развернулась и пошла быстро. Я даже не успел спросить, как она себя чувствует. Но, может, это и к лучшему. Взрослая девочка, сама разберется.

— Так вот какая студентка тебе приглянулась, что ты сам не свой, — раздался голос Виталика за спиной, пока я смотрел, как Дарьяна удалялась.

— Глупости не говори, — попытался отмахнуться, только Виталя был бы не Виталей, если бы отступил.

— Да между вами чуть ли не искрит. А ты мне про глупости говоришь. Перестал бы голову себе дурить и пригласил ее… — он недоговорил до конца, потому что я резко на него посмотрел и прищурился.

Это уже перебор.

— Еще одно слово — и я пожалею, что потащил тебя за собой. Меня студентки интересуют только как ученики. И оценивать их буду только по посещаемости пар и тому, как они усваивают материал. Эта особа не с тем, ни с другим не справляется. Поэтому будет ходить до победного, чтобы хоть что-то осталось в ее голове.

Виталик прищурился, и его скулы напряглись. Ему не понравилось то, что я сказал. И это было удивительно.

— Ты ее недооцениваешь. Когда я историка замещал, ко мне Кирилл подходил — их бывший куратор. Ты знаешь, что она между прочим одна…

— Да мне плевать, даже слушать не буду. Ко мне тоже подходил, хотел просить за нее, только я не дослушал. И на этом тема закрыта!