Ненужная невеста. Последняя надежда

Как я и предполагала, через несколько минут мы вышли к водоему.

Чистая незамутненная вода, сразу привлекла мое внимание. Сразу появилось желание скинуть с себя все и окунуться.

Подошла ближе, присев на корточки, положив ладонь на теплую гладь воды.

— Тут никого не водится? — проговорила, наклонив голову вбок.

— Водится. Ешистые пяткокусы. Они ершатся и кусают пятки.

— Ты это серьёзно? — рассмеялась, посмотрев на Лису.

Она действительно соответствует своему имени. Лиса, такая лиса.

Веселье наше прекратилось, когда мы услышали лошадиное ржание недалеко.

Нахмурилась, поднявшись, стряхнув воду с руки.

Внутри снова начало разрастаться напряжение, сжимаясь в тугой ком. Руки слегка подрагивали, а грудь закололо.

— Я проверю, — сказала Лиса.

Перевела на нее взгляд, позавидовав ее спокойствию. Похоже, она даже не испугалась.

Наверно, это нормально.

Глубоко вздохнула, беря себя в руки, заставляя успокоиться.

Вокруг меня больше нет ужасных родственников, которые как падальщики крутились вокруг меня.

— Нет Лисс. Давай вместе.

Подошла к ней, храбрась.

Ежики! Ну это же всего лишь конь.

Он прятался за кустами, поедая траву, недовольно махая хвостом.

Кто же такой бездушный мог его здесь оставить?

“Вороной конь… Белого не трожь…” В голове всплыли слова бабушки Литы. Вот и черный конь появился. А белый где?

Подалась вперез, заглядывая за широкий зад жеребца, но там никого больше не было. Странно. Может потом появится?

— Девушки, не трогайте лошадку, она и укусить может!

Обернулась. Глаза мои непроизвольно расширились. Они никак не ожидали увидеть голого мужчину. Как бы я не старалась смотреть ему в глаза, но мой взгляд медленно опустился ниже.

— Вот же. Ершистые пяткокусы…

— И не говори, — ответила мне Лиса. — Ну, в принцепе, нормальный, и… даже ровный такой.

— Ага, — кивнула.

Мужчина стал заливаться краской. Он быстро прикрыл ладонями свой орган и отвернулся, торопно уходя в кусты сверкая голым задом. Видимо там лежала его одежда.

Хихикнула расслабляясь. И чего я нервничала? Между прочим, я стала темным магом, мне не должно быть страшно.

— Неожиданно, — протянула, заправив выбившуюся прядь за ухо.

— Но приятно, — фыркнула Лиса. — Вот, не нужен он нам здесь, я хотела с тобой терапии всякие провести. Обидно. Единственный выходной. Лина, гони этого в шею.

Этот - как окрестила его Лиса, вышел из кустов, гордо выпятив грудь, задрав аристократический нос.

Поджала губы, понимая, что лучше он не стал. Павлин напыщенный.

— Добрый день, — подошел он к нам и поклонился, задержав взгляд на мне.

Широкие темные брови мужчины слегка поднялись, а глаза, нежно зеленого цвета, стали похожи на очищенные изумруды, сверкая искорками.

— Как зовут такую прелестницу? — он понизил голос, взяв мою руку, целуя тыльную сторону запястья.

Вздрогнула, выдернув руку.

Ему жить надоело? В эту часть целуют только мужья своих жен. А обычным смертным позволено целовать лишь тыльную сторону ладони.

— Простите, но вы мне не интересны. Обратите внимание на других девушек, которые соответствуют вашему статусу.

Бесспорно, передо мной стоял аристократ. Его в нем выдавали движение, взгляд, манера говорить и держаться. Ну и одежда, конечно.

Сюртук, расшитый золотой нитью, брюки с идеальными стрелками, начищенные до блеска ботинки. Это все никак не сможет носить обычный сельский житель.

— А если я не хочу. Витта, я в праве выбирать того, кого хочу. И я хочу вас.

Растерянно глянула на Лису, которая просто тупо пялилась на этого аристократишку, поджимая свои полноватые губы.

И снова посмотрела этому мужику в глаза, в которых растеклось ожидание и восхищение.

— Я, не хочу вас, — отчеканила каждое слово.

Если он сейчас не уйдет, на одного трупа в этом мире станет больше. Честно, он начинает меня нервировать.

Видимо, он уловил мои мысли, раз отступил, как-то грустно улыбаясь.

— Я понял. Сегодня у вас просто плохое настроение. До завтра. Самая прекрасная девушка во всем мире. И запомни, меня зовут Артемир Даннис. Я, самый завидный жених империи, между прочим.

Завидный жених прошел мимо, отвязал своего коня и, вскочив на него, умчался подальше от нас.

— Ну и трепло огородное. Тьфу! Позорище.

Мельком посмотрела на девушку задумавшись. Получается, это был тот самый барон Даннис. По тому, что я услышала, он единственный и прямой наследник. Неужели ему настолько безразлично состояние рода? Было бы так, он бы не заявлял, что имеет право выбирать того, кого хочет.

— Лина, ты просто красотка! Уделала этого чукарбика, осталось добить.

Улыбнулась от услышанных слов, наклонив голову, сунув руки в карманы.

Хоть и снаружи я показывала всю непоколебимость, но внутри что-то волновало меня. Это чувство можно сравнить с лишней деталью в цельной конструкции. Она мешает так, что пыпадаешь наполовину из реальности.

— Давай свою терапию. Времени у нас достаточно. На что я согласилась? — это я уже произнесла тише, но, к сожалению, была услышана.

Лиса резко ко мне обернулась, смотря исподлобья.

— Нам нужно вылечить твои страдающие нервы. Или тебе нравится жить как натянутые трусы на забор? — она провела пальцем по переносице, изображая жест, словно поправляет очки.

— Трусы то хоть, какого цвета, — вздохнула, выбирая место, куда я могу постелить кофту и сесть.

О, а сяду ка я прямо перед водой - освежающей, обновляющей, дающей чувство свободы.

— Красного, с надписью - здесь висит кукарека. Мозги ей кто-то продолбил, а она и рада замыкаться дальше. Пу-пу-пу…

Покачала головой, с удовольствием садясь перед водой в позу лотоса, вдыхая свежий речной воздух полной грудью.

— Ты эта, что ли? Как их называют то… душегубка. Не, не то. Душелеченец? — не думаю, что она поймет слово “психолог”.

— Да. Я все вижу. Тебя пронизывают черные, кровоточащие нити. Не простые они, но необратимые. Прости Лин, максимум, я могу лишь нервы подлечить.

Глава 8

Домой я возвращалась, чувствуя, словно за спиной выросли прозрачные крылышки. Пока они еще маленькие, но если продолжать учиться любить себя, то они вырастут до небывалых размеров.

Приложила ладонь к груди, чувствуя спокойствие и тишину. В моих действиях больше не было нервозности, в мыслях не было тревоги, а в груди рассосался черный комок из переживаний.

Не знаю, как Лисе получилось это сделать? Она, на протяжении, наверное, часа. Сидела за моей спиной. Одна ее ладонь лежала у меня на плече, а вторая на спине, между лопатками. Время от времени она начинала тихо напевать какую-то мелодию, а потом замолкала.

На свой дом я уже смотрела по новому. В нем я видела перспективы. Пусть и не долгие, но, может, я смогу оставить о себе след?

— Видишь эту женщину? Она черная колдунья, не подходи к ней. Она таких как ты ест на завтрак.

Обернулась, недовольно смотря на мамашу. А она, увидев мое внимание, лишь фыркнула, вздернув нос и повела сынишку дальше.

— Я таких еще на обед ем! — громко ответила, подавляя было вспыхнувший страх. Пусть знают, что я больше молчать не буду…

— Ты отвратительна, — рассмеялась сестра Кайана. — Зачем ты брыкаешься. В этом месте никто тебя не поддержит. Хочешь жить - молчи…

После того короткого диалога с Милли, полтора года назад. Во мне стал разрастаться страх. Было тяжело ощущать себя мышкой в клетке со змеями.

Постепенно я стала привыкать к тому, что я жертва. Я срослась с этим состоянием.

Сегодня Лиса выдернула меня из кокона, но предупредила, что мне стоит держаться себя именно в этом состоянии, иначе она больше не сможет мне помочь.

Поэтому, сегодня я начинаю с чистого листа.

Расплылась в улыбке, шевельнув пальцами.

Из небольшой коробочки, в которую я тщательно складировала трупики, вылетел рой некро-комаров. Мысленно я приказала им спрятаться в заборе и не подпускать подозрительных личностей, в особенности - Кайана.

… Доварив суп, я накинула на плечи легкое пальто и выбежала на улицу, столкнувшись с Глиеном.

Он как раз заходил в ограду, держа в руках массивный сверток. Увидев меня, мужчина заулыбался.

— Куда спешишь?

— Вторничная служба. Ты заходи, там обед готов. Я приду через часа полтора.

Обняла Ена и поспешила дальше. Путь до храма лежал челез три улицы.

Подняла лицо к небу, видя беспросветное серое небо. Думаю, что скоро может пойти дождик. Успеть бы дойти до храма.

Сунула руки в карманы, натянув капюшон на голову, но тут же его скинула. В общем-то, я же ни от кого не прячусь.

Прячусь… В голове тут же всплыли воспоминания, когда я сбежала из имения Тенерис в город. В ближайшем магазине я купила это пальто, именно с глубоким капюшоном, чтобы оставаться незаметной.

Улыбнулась. В тот день, на главной площади, меня нашел Кайан. Он посмеялся над моей обновкой, отметив глупую нашивку в виде желтого зайчика.

Грустно вздохнула. Тогда он был нежным и добрым. Ну и фу на него.

Мотнула головой, ускорив шаг.

Храм меня встретил оживленной толпой сельских жителей, которые, постепенно, но все же заходили вовнутрь.

Недалеко стоял храмовник Миин. Он смотрел на собравшихся добрыми глазами, в которых плескалась доброта и уют.

Подошла ближе. Мужчина был рад меня видеть, но, я все же уловила тревогу.

— Добрый день. Сегодня вы проводите службу?

— Да, Иля, сегодня выпал мой черед. Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно! Так хорошо, я себя не чувствовала никогда, — выдохнула, не обращая внимание на взгляды жителей, которые они бросали, проходя мимо.

— Не знаю как и что этому послужило, но жители вас недолюбливают? Почему? — от, слегка грубоватого, тона Миина, я почувствовала легкий укол страха.

Тема с жителями для меня казалась больной, хоть и старалась не придавать этому значения.

— Говорят, что я колдунья. Понятия не имею, откуда они это придумали.

Страх сменился возмущением. А действительно. Откуда эти “высшие умы” взяли такую бредовую информацию?! Или, им лишь бы кого-то загнобить? Выбрали меня в роли “игрушки для битья”? Как бы не так. Я знаете ли, тоже не пальцем деланная, могу и пристукнуть.

— Вопрос… Лично я, не ощущаю от тебя враждебную энергию. Видимо они просто боятся чего-то нового.

Пожала плечами, смотря как территория храма постепенно пустеет. Почти все уже были внутри, осталась я, Миин и еще несколько зевак. Они ходили по дорожкам, выложенным из серого камня, просто глазея по сторонам.

Странные. Живут здесь давно, а все что-то рассмотреть пытаются.

Тишину развеял колокол, оповещающий о начале службы. В раз с ним, с неба начали прилетать увесистые противные капли дождя. Поморщилась, смахнув каплю с носа.

— Не нравится мне сегодняшняя погода, — тихо проговорил храмовник, хмурясь.

Погода как погода.

Перед тем как войти в храм, посмотрела на небо, так и не почувствовав ничего, что мне могло не понравится. Серо, уныло, мокро. Погода есть погода.

Зайдя вовнутрь, я замерла, неосознанно сделав шаг назад.

В проходе стояла полноватая тетка, уперев кулаки в бока, а за ней были остатьные те, кто пришел на службу.

Взгляд тетки был злым. Она буквально полыхала праведным гневом.

— Мы не допустим эту чернушку в храм! — рявкнула она.

Миин рядом со мной напряженно замер.

Краем глаза я видела как гневно заходили желваки на его лице.

— Только вы так считаете, или все остальные тоже? — храмовник старался говорить ровно, но все равно проскальзывали рычащие нотки. Он был в бешенстве.

Но, что сделает один храмовник, против целой толпы?

— От нее нужно избавиться!

— Не место этой колдунье тут!

— Лицемерка!...

Обвинения жителей спыпались, словно ледяные капли дождя с неба. Их слова снова вколачивали меня в состояние отчаяния.

Я видела в их глазах злобу и ненависть.

Словно я снова вернулась на несколько месяцев назад. Только вместо жителей, были родственники Кайана. Богатые образованые нелюди дорвавшиеся до власти, считающие, что они в праве решать кто достоин их внимания, а кто нет.

Сейчас я вижу все ту же картину. Жители, страдающие от нехватки денег и возможностей, готовые отыграться за свое плохое состояние на любой жертве, которая неугодна, по их мнению.

— У вас есть доказательства того, что Илина колдунья?

Миин вышел слегка вперед, чтобы загородить меня спиной. Он не верил им, он остался на моей стороне.

Незнакомое, доселе, чувство защищенности.

Более уверенней взглянула в жестокие глаза сельчан. После вопроса Миина, они затихли. Естественно, небыло у них никактх доказательств.

— А кто тогда моего сына убил? Честно говорю. Он на кладбище пропал. Это она все! Обряды свои черные совершала…

Толпа снова загомонила. Кто-то даже вырвался вперед. Не знаю, что было в головах этих существ, но храмовник поставил щит, который не дал ко мне прикоснуться.

— Варка! Так сын твой, он еще год назад погиб. Этой небыло тогда в селе. Мозги пудришь, — возмутилась какая-то женщина из толпы.

Переступив с ноги на ногу, она немного сдвинулась и за ее спиной я заметила Кайана. Растерянно моргнула. Пропал. У меня уже галюцинации на фоне стресса?

— И все же. Мы не желаем больше видеть ее в храме. Пусть уходит. Чернушница.

Храмовник хотел что-то сказать, но я коснулась его плеча, привлекая к себе внимание.

Он повернул голову, вопросительно смотря на меня.

— Я уйду. Не хочу доставлять вам проблемы.

— Вали-вали! И не появляйся больше! Увидим здесь - затопчем! — выкрикнул какой-то мужичок, услышав мои слова, обращенные к Миину.

Развернулась, выпрямив плечи и задрав подбородок. Уходить так гордо.

А на улице, тем временем, разходился дождь. Капли стали чаще и холоднее. И все же мне пришлось натянуть капюшон на голову.

***

Храмовник Миин

Мужчина был недоволен произошедшим. Ему сложно было понять, почему все стали вдруг такими злыми?

Миин прокашлялся в кулак.

— Садитесь.

Миновав сельчан, он прошел и встал за невысокий стол. На нес стояли свечи, кадушка с благовониями, а в середине лежал большой талмуд.

Он был открыт аккурат на теме с дьяволом и нечистью.

Мужчина еще раз кашлянул, смотря внимательным, долгим взглядом.

Ему казалось, что в храме мало осталось святого света. С мрачной погодой пришла тьма, взвесь. Миин понял - скоро случится что-то очень нехорошее.