"Сказка" о лягушке и золотом "мече"

– А это вторая замечательная новость за этот день, Ваше Величество, – проговорил парень, не сводя взгляда с моей руки, которой я все еще цеплялась за кузена. – Первая, естественно, возвращение третьей принцессы в стены родного замка. С прибытием, Ваше Высочество.

Галантный поклон мне отвешивал уже зеленый дракон, посверкивая на солнце изумрудной чешуей. Расправив крылья, он, не пружиня, сделал взмах и почти тут же оказался высоко в небе. Позер! Взлет дракона с земли выглядит бесподобно, и только одна королевская драконья семья имеет право на подобные полеты в нашем королевстве – правящий род Ляухорг.

– Позер! – высказал вслух мои мысли Гилберт и расправил плечи, чтобы казаться значительнее на фоне худенько-стройненькой меня и низкорослого Одра.

– Не завидуй, Гил, – бросил мимоходом отец, а сам в тоже время сгреб меня в медвежьи объятия и расцеловал в обе щеки. – Иди-ка лучше на трибуны, а мы с Эль придем следом. Ну, здравствуй, дочь. Что-то ты не торопилась нас навестить.

Глава 5

Я повисла на отце с оглушающим визгом довольного собой щенка, который увидел самое дорогое лицо за сегодняшний день.

– Безумно рада Вас видеть, отец!

И я не кривила душой, потому что действительно соскучилась. За три года мы только скупыми письмами обменивались да подарками на смену сезонов. Отец никогда не спрашивал о причинах, заставивших меня скоропалительно покинуть замок, а я добросовестно держала его курсе успехов по «приручению» Золотого Меча. И ни слова про «скучаю», «возвращайся», «мы ждем тебя», хотя сейчас объятья говорили все эти невысказанные слова и даже сверх того – меня сжимали так крепко, что даже воздух перестал поступать в легкие.

– Значит, посидишь с нами на трибуне и, пока эти драчуны ломают копья и мечи, расскажешь, как жила эти три года вдали от дома.

– Но нашей дочери стоит сначала переодеться, – раздался ровный голос матери, которая стояла возле нас с умиротворяющей улыбкой на лице и сложенными на животе в защитном жесте руками. Сестры оказались правы в своих подозрениях – наша матушка ожидает ребенка.

Зная, как все королевство жаждет наследника мужского пола, чтобы только не отдавать корону в руки пришлого дракона (почему-то никто не сомневается, что в турнире первые три места займут именно «лягушки», хотя это и не мудрено – с таким-то численным перевесом), и при этом никто не трубит на каждом шагу о грандиозной новости – у нас будет еще одна сестра, четвертая дочь короля.

– Если моей малышке, скромной вечно краснеющей фантазерке, комфортно в мужских брюках, то не вижу необходимости что-то менять, – проговорил отец, освобождая меня из своих медвежьих объятий, и тут же прикрывая ими маму. Оберегает. Как приятно на это смотреть!

– Она еще успеет походить в брюках, – продолжала настаивать мама, беря меня за локоть и направляя в сторону парадного крыльца, а не турнирного поля. – Неужели ты думаешь, что она просто возьмет и отдаст свою свободу какому-то победителю турнира? Я уверена, она сама выйдет на арену и ни на мгновение не будет давать спуску этим зазнайкам в брюках и с огромным неподъемным эго.

Отец только руками развел, когда я на него глянула через плечо, а потом за нами закрылись парадные двери, и меня заключили в теплые родные объятия.

– Я так соскучилась, доченька, – проговорила мама, осторожно обнимая меня, стараясь при этом прикрыть одной рукой живот. Что-то она рано беспокоится о малышке. Неужели сестры мне чего-то не написали.

– Я тоже скучала по Вас, матушка. Очень сильно.

До моей комнаты мы дошли порталом – мама, подмигнув, разрешила воспользоваться Золотым Мечом, при этом посетовав, что лестницы стали для нее тяжеловаты. Хм, как бы не стать одной из маминых фрейлин – вдруг способность открывать порталы, минуя лестницы, очень понравится беременной королеве. Надо все обдумать.

В моих покоях полукругом стояли с десяток служанок – у меня даже челюсть упала.

– Зачем их столько? – я сжимала рукоять меча, обдумывая варианты побега, но не могла вырвать его из крепкой хватки матери – королева уверенной рукой забрала артефакт и опустила в золоченый узкий ящик, на котором были выбиты королевские руны власти. Эх, момент упущен – порталом не сбежишь, но ведь можно и в окно.

– Знаешь, Эль, – тем временем проговорила мать, рассматривая меня с ног до головы, – в дерево, что стояло под твоим окном, в прошлом году ударила молния – пришлось срубить под корень, но, помня, как оно тебе нравилось, наш мастер-краснодеревщик сделал из дерева вот это кресло и банкетку. И еще эти пуфики. Тебе нравятся?

Я кивнула, окончательно отметая мысли о побеге. Мама, похоже, до сих пор просчитывает все мои шальные мысли, иначе к чему был разговор о дереве и мебели – все поняла по одному только взгляду в сторону окна. Думаю, если я попячусь к двери, мне намекнут, что в мое отсутствие поставили новые замки или обновили запирающее заклинание. Никак не сбежишь.

– Приступайте, – повелела матушка, прочитав по моему лицу, что я смирилась с неизбежным.

А куда деваться? Если королева решила принарядить дочь, то дочь уже ничто не спасет, даже чудо.

Экзекуция, на удивление, прошли быстро и безболезненно. Мгновение, и мой брючный костюм уже уносят для чистки, держа ботинки на вытянутой руке и морща при этом кос в конопушках.

Вот не надо такого лица, не надо – мои ботинки никогда не пахнут! Это вы других сапог не видели еще.

Мгновение, и я уже омыта и высушена. Стою перед зеркалом в тонком белье и сглатываю набежавшую от ужаса слюну, потому что мое отражение похоже на ведьму из сказок, по крайней мере, волосы. Мои шелковистые вьющиеся волосы после быстрого мытья и магической сушки всегда, повторяю, ВСЕГДА превращаются в воронье гнездо. Поэтому я уже привыкла мыть голову традиционным способом, а высушивать волосы естественно, без магии. А тут даже пикнуть не успела.

– Кхм, в тебе многое изменилось, доченька, – проговорила мама, оглядывая меня со всех сторон. К слову, мою матушку больше всего впечатлили синяки, полученные буквально вчера во время последнего экзамена по обороне, а не солома вместо прически. – Твоему Фаеру ко многому придется привыкать заново.

– Фаер – не мой! – рыкнула я злобно, и шесть из десяти служанок, что суетились вокруг меня, отпрянули в стороны.

Глава 6

– Фаер – не мой!

Мама задумчиво провела рукой по моим волосам, спутанным как новомодный вид домашней лапши, привезенной из дальних южных королевств, и, удивленно вскинув левую бровь, безмятежно заметила.

– Мне казалось, у вас вполне определенные романтические чувства были друг к другу три года назад.

– На столько определенные, что он просил у отца руки Дерианны три года назад, – ответила я холодно, с трудом возвращая себе спокойствие. Три года прошло – я это пережила, переболела, меня это не касается. НЕ КАСАЕТСЯ, я сказала!

– Да? – на лице мамы проступило такое озадаченное выражение, что пришла пора удивиться и мне – мама чего-то не знает? Или не совсем так поняла? – Хм, твой отец не уточнял, к кому сватался принц Ляухорга, поэтому я неверно истолковала его слова. Что ж, теперь понятно, почему ты сбежала в этот корпус так поспешно.

– А что думали вы, матушка, эти три года о моем «побеге»? – решила уточнить на всякий случай, а то мало ли – сюрприз будет.

– Что ты разозлилась на отца, ведь он отказал Фаерграсу.

Опа! По крайней мере понятно, почему за три года это недоразумение не разрешилось хотя бы между родителями: мама посчитала неуместным папин отказ, а папа не посчитал нужным оправдываться – оба, по умолчанию, не поднимали этот вопрос, а по сути, сделали вид, что забыли до поры до времени. Что ж, время пришло – я вернулась, и все оказалось еще интереснее, чем я помню.

– Значит, ты пришел свататься к одной из моих дочерей?

– Да, Ваше Величество, совершенно верно.

– И к которой из трех, позволь уточнить?

– К Дерианне, Ваше Величество, к Вашей средней дочери.

– К Дери? Интересный выбор. Ты уверен, что не… Хотя, сложно перепутать имена моих дочерей.

Матушка тем временем кивнула служанкам, и те в двенадцать рук принялись аккуратно расчесывать мое родное, любимое воронье гнездо – каждый раз готова оставить все на месте, лишь бы лишний раз не пришлось продираться гребнем сквозь дебри. Однако, на удивление, служанки так быстро справились со своим заданием, что даже удивительно – оказывается, хорошо жить в замке и иметь под рукой армию помощниц на любой случай.

Пока я разглядывала свое преображение в зеркале, а на меня смотрела по истину свежая сияющая красавица в…панталонах и брасирье. И меня пока не спешили облачать в платье, ведь служанку, которая несла на вытянутых руках шелковое безобразие традиционных цветов Дароннского королевства, серого и лилового, матушка развернула повелительным жестом.

– Это не подходит, – сообщала королева на невысказанный вопрос, – тебя давно никто не видел, поэтому нужно привлечь к тебе внимание, чтобы некоторые простофили увидели в тебе недосягаемую мечту.

– Кому это нужно? – уточнила, уже опасаясь, во что меня могут облачить после того безобразия, что только что унесли – я еще издали на том платье заприметила пять или шесть разрезов до колена, почти оголенные руки и спину. В общих чертах: всего несколько тряпочек, сшитых вместе. Да мой костюм, который с меня снимали с брезгливым выражением на лице, больше скрывал, чем это платье.

– Ну, в первую очередь, тебе, конечно, дорогая, – мама одобрительно улыбнулась, а у меня глаза полезли на лоб – мне несли чуть ли не копию маминого свадебного платья, созданного из шифона, фатина и кружева. Цвет у платья был сереблисто-белый, нежный, изысканный и в то же время притягательный, манящий.

– Я похожа на ледяную фигуру, которыми украшают замок и окрестности во время смены сезонов, – пробормотала я, тем не менее оглаживая руками ткань, которая приятно льнула к телу и так же приятно холодила кожу, – при ярком солнце ослеплю каждого первого.