Наш общий враг

А оно вон как…

Мы с Тоней в пледах, немного прохладно. Мужчины уже и вовсе на веселе. Хотя кто-то мне заливал, что не пьет. Ага.

Лакает пиво, как миленький.

Разошлись уже за полночь. Демид вернулся в город. Сема и Артур на диван завалились, а мы с Тоней быстренько разобрались с остатком еды. Со стола убрали.

— Я все, — говорю моему соседу по комнате. Одно дело в компании с ним быть, а другое — ночевка.

Волнительно мне. Хотя что уж я…

Ладно мы бы не…

— Спать? — спросил и в такой улыбке расплылся, будто предвкушает что-то. А нифига. Я сегодня так просто ему не поддамся.

— Хотелось бы. — Я и впрямь устала. Накупались, наелись, сейчас бы в постельку.

— Идите-идите, я телик погроме сделаю, чтобы вас не слышать. Не беспокойтесь, — шутит Семен. Артур засмеялся, а я лишь злобный взгляд бросила на пошляка. Надеюсь, понял.

Комната находилась на втором этаже. Ничего сверхъестественного. Комод, двуспальная деревянная кровать и тумбочка. Тумба с одной стороны со светильником, а кровать придвинута к стенке. Мало пространства.

Зато есть ванная. Небольшая. Унитаз и душевая кабинка. А что еще нужно?

Рюкзак открываю, достаю белье, шорты, футболку, косметику…

Артур наблюдает. А потом как выдаст.

— Спи голенькая…

— Еще что? — Вылупляю глаза на него. Ни стыда, ни совести. Хоть бы чуть-чуть был корректным. Не убивал меня своей прямотой.

— Все равно же снимать придется, можно сразу не надевать, — говорит и не перестает улыбаться. Нахал.

— Ты тормози, парень. Куда понесло-то? — Ну да, бывает, в меня вселяется гонор хабалки. Борюсь с этим, но иногда по-другому никак.

— Ладно, уговорила. Тебе нужна вода в уши для начала. Будет. Иди, переодевайся. — И что мне так смешно? Вещи схватила и в ванной укрылась. Хохотала уже за закрытой дверью в душе, с включенным краном.

Что с ним не так? С Артуром этим?

Почему я так остро реагирую на все его слова, шутки, пошлятину?

Он прям… я не знаю…

Держись, Улька, держись. Хотя очень трудно перед таким устоять.

Остатки косметики смыты, трусы на мне. Футболка на голое тело. В руках держу шорты.

И зачем они? Я же сейчас их опять сниму. А потому что он начнет приставать. Точно.

А если не начнет?

Я начну. Имею право. Изводит меня, трогает, смотрит.

Я же тоже живой человек.

Да и трусики у меня приличные. Не прозрачные. Закрывают больше, чем купальник.

— В жопу шорты, — шепотом себе говорю и кладу их на столик.

Все, пошла.

История Демида и Самиры в романе:

«Заберу твою дочь»

— Ты уверен, что тебе оно надо? — спрашивает Аверин.

— Уверен, — говорю на полном серьезе. Ни капли сомнения не осталось. Особенно когда вновь ее личико вижу.

— Завещание составил? Это билет в один конец, — не унимается друг.

— Не нагнетай. Нормально все будет.

— Дема, нормально уже не будет. Он за дочь свою тебя в порошок сотрет. Разве она того стоит?

— Аверин, она — стоит.

https://litnet.com/shrt/gEx1

Глава 6

Из ванной выхожу, чувствуется напряжение. Но чувствуется только мне. По Артуру и не скажешь, что он умеет волноваться или еще что-то.

Он так расслаблен постоянно. Спокоен. Словно все контролирует.

А у меня нервозность, мандраж. Волнение в груди, которое посылает отголоски в тело: даже руки чуть-чуть трясутся.

И вот сейчас. Он лежит на постели в одних трусах. Черные обтягивающие боксеры… А-а-а… Садист.

Одна рука поднята над головой, будто он позирует для обложки журнала. А мог бы, внешность у него очень даже. Любой журнал с радостью бы отфотографировал такое тело.

Гладкая подмышка.

И зачем я обращаю на это внимание?

Потому что мне важно, когда мужчина за собой ухаживает. Я не говорю об идеально гладком теле, но подмышки должны такими быть.

И взгляд. Да. Он у Артура особенно пленительный. Черные ресницы добавляют еще большей выразительности карим глазам. Они меня завораживают, подчиняют воли обладателя.

И я хочу подчиняться.

Он снова осматривает меня с ног до головы. Ничего не говорит. Ему не нужно. Все читается во взгляде.

Как он раздевает меня, не каясь. А может, и еще что.

— Выключать свет? — спрашиваю и тяну футболку ниже, только она не тянется.

Все прикрывает, длинная, но тем не менее я ощущаю себя голенькой. Незащищенной. Не скрыться от этого мужчины.

— Выключай.

Щелкаю кнопку и приближаюсь к постели.

Хлопковая простынь, приятная коже. Залезаю под одеяло. Мне совсем не холодно, но оно создает хоть какой-то барьер между нами.

Поворачиваюсь к Артуру в надежде, что он начнет мне говорить пошлости и пускать в ход руки, но у него другие планы: обломать меня.

В прямом смысле.

К стене отворачивается.

— Спокойной ночи, — единственное, что произносит.

— Спокойной ночи. — Мое пожелание выходит странным. В голосе слышится разочарование.

Поступаю так же, как он.

Сминаю все одеяло, зажимаю между ног и отворачиваюсь от мужчины. Обойдется. Ему и без одеяла не холодно будет.

Вошкаюсь пару минут, укладываясь поудобнее.

Поза «бегущий человек» — моя любимая. Закрываю глаза, расслабляюсь.

Артуру тоже становится неудобно лежать, он разворачивается ко мне и не выдерживает:

— Подстава. Ты бы хоть зад свой прикрыла для приличия, — будто грубит.

— Отвали, я сплю, — грублю в ответ. Первый меня отшил. Пусть лежит и мучается, смотря на мои торчащие булочки.

Но Артур не из тех, кто просто смотрит. Ему нужно потрогать.

Ближе придвигается, прям вплотную. Его жаром меня обжигает. И почему он такой горячий?

Окно же открыто, ветерок задувает.

Рукой обнимает меня за живот и попу к себе придвигает ближе.

Уткнулся носом в затылок. Лежит. Нет бы спать…

А он…

— Ты замерзла? — шепчет, а я кожей на шее его дыхание ощущаю, тоже горячее.

— Нет, — тем же шепотом в ответ.

— А почему такая холодная? — Проводит щетиной по спинке — щекотно. Дергаюсь и язвлю.

— Любовь не греет.

— А ты влюблена?

— Ты отстанешь? Мы решили, что будем спать, — вновь грубо ему отвечаю. Заслуживает. Будет знать, как от меня отворачиваться.

— Кто решил?

— Ты.

— Я передумал, — говорит и рукой под футболку. Касается живота, сжимаюсь. Втягиваю его немного.

— С чего бы? — продолжаю поддерживать разговор, а сама только и думаю о его нежных прикосновениях.

— Попку твою увидел, и вон какая реакция. — Слегка о булочки трется, а я уже чувствую, как напряжен его член.

— Дыши глубже. Сейчас пройдет.

— Боюсь, дыхательная гимнастика мне не подходит. Но, к счастью, я знаю пару способов для разрядки. — Пальцы по животу движутся вверх. Еле касаются подушечками, но для меня это будто хватание.

Ощущается во сто крат сильней.

— Да что ты? И каких? — Начинаю дышать глубже, слегка приоткрыв рот, чтобы запустить в себя больше воздуха.

— Ну для начала ты можешь сделать мне приятный массаж. Дай свою ручку. — Берет ее и опускает на свой твердый бугор. А дальше я уже сама: немного сжимаю, начинаю поглаживать. Мышцы сразу дают отдачу несильными подергиваниями.

Запускает ладонь вновь мне под футболку. В этот раз сразу к груди. Сминает ее, будто хозяин моего тела. Смело, даже небрежно.

Я пальцы чуть вверх и под резинку трусов. Глажу уже беспрепятственно. А у самой пожар между ног, сводит желанием.

Артур тянет мою футболку вверх, заставляет поднять руки, но повернуться не позволяет. Так и лежу, прижавшись к нему спинкой. Вплотную.

Трусики мои тянет вниз, снимает, а я помогаю. Следом свои.

— Я же говорил, не одевайся. — Держит за грудь, а язык его по спине моей движется. Поцелуй, касание языка, потом вновь поцелуй.

Это магия…

— Я хочу тебя поцеловать… — не выдерживаю и признаюсь.

— О нет, этому не бывать. Я тоже хотел, но кто-то мне не позволил, — пока говорит, снова попу к себе подтягивает. Ныряет мне между ног, просто елозит своей волшебной палочкой, а мне неимоверно приятно.

— М-м-м... — все, что могу сейчас говорить. Прикусываю губы, чтобы не выражать эмоции слишком громко.

Хотя мне уже откровенно плевать, что я в гостях…

— У меня была куча женщин, но тебя я хочу как-то особенно сильно… — Прикусывает кожу чуть выше лопатки и устремляется в меня.