На пороге тайны. Сборник рассказов и повестей

– Хорошо, хорошо, Вера – стушевался мужчина, – ты права.

И пара двинулась вперёд.

Они спустились более чем на сто этажей, когда лестница кончилась. Люди очутились в большой прохладной пещере, где капало со стен, и, тревожно оглядываясь, пересекли широкое пространство.

Снова послышались крики, звучавшие теперь намного громче и пронзительнее, чем прежде. Погасив фонари, ставшие ненужными, поскольку слабый свет, напоминающий отблески костра, здесь пробивался отовсюду, муж с женой, неслышно ступая, приблизились к расщелине, похожей на дверь.

Миновав её, они застыли, изумлённые. В пышущем жаром убежище везде, куда достигал взгляд, стояли огромные котлы, наполненные жидкостью, а под ними горел огонь, заставляющий воду кипеть. Но, кроме привычной земной влаги, во вместилищах не было ничего.

– А-а, грешнички! – раздался скрипучий голос. – Милости прошу, для вас всё готово.

Олег с Верой дружно обернулись и, увидев, кто стоит за их спинами, громко завопили.

Троэля подбросило. Опять! Опять кто-то мешает его отдыху. Что за назойливые существа бродят снаружи? Троэль не слышал странных криков, встревоживших незваных гостей подвала, для него они не существовали, но эти голоса…

Нет, всё-таки ему пора решиться и узнать, что же творится за пределами скорлупы. И, приподняв голову, Троэль осторожно стукнул костяным наростом, венчающим его нос, по стенке своей обители.

Издав вопль, пара застыла, глядя на представшее их глазам. А увидели они морду жуткой твари, напоминающей жабу, тёмно-зелёного цвета, всю покрытую бородавками.

– Испугались? – хихикнул монстр. – Пошли, котлы давно кипят.

И подтолкнуло Веру к ним. Но внезапно разочарование отразилось на пупырчатой физиономии.

– Люди! Живые! – причитал монстр. – Когда же, наконец, мне поменяют адрес?!

– А мы, собственно, где? – просипел Олег.

– Где, где… – грубо передразнила жаба. – В аду, неужели не ясно? Только какой-то умник, когда составлял адресную книгу, всё перепутал и вписал пекло не в ту строку. И вот уже четыре столетия я беседую сам с собой.

– А вы кто? – полюбопытствовала Вера. – Тролль? Гоблин?

– Чего?

Существо уставилось на неё вылупленными глазами.

– Женщина, ты что говоришь-то? Я фея. Ты с луны свалилась?

– Ну, не с луны, а свалилась точно, – начал закипать Олег, – вернее, мы спустились. По лестнице. Что тут происходит, можешь сказать?

– А почему я должен тебе что-то объяснять? – окрысилось чудовище.

Но, с минуту поразмыслив, смягчилось.

– Ну, так уж и быть, всё-таки вы собеседники, а они здесь большая редкость. Это нижний мир, проще говоря, ад…

– Если так выглядят феи, каков же внешний вид троллей и гоблинов? – перебила Вера.

– Хех, гоблины маленькие, изящные, красивые, с прозрачными крылышками за спиной, а тролли ростом с человека и вечно щеголяют в прозрачных, светящихся одеждах, размахивая волшебными палочками. Только вот последние-то все вымерли.

Супруги переглянулись.

– Кажется, наши великие сказочники посетили этот мир и перепутали названия обитателей, – вслух подумал Олег.

Существо закивало.

– Бывали, бывали тут некоторые, говорили, что собираются писать небылицы. Одного звали, если память мне не изменяет, Хансом, а второго Шарлем…

– Ханс Христиан Андерсен и Шарль Перро?! – прервав фея, воскликнула женщина.

– Ага, так они и представились. А вы кто? И откуда?

– Олег и Вера Лакутины, – сообщил мужчина. – Мы сверху, с Земли…

Новый знакомец выразительно хлопнул глазами.

– Вы что-то путаете, уважаемые, – сказал он, – Земля не наверху, а здесь – внизу находится.

Недоумённые взгляды стали ему ответом.

Тогда жабовидный фей поманил людей за собой. Они прошли насквозь пещеру с бурлящими котлами и выбрались через узкий проход в… Ох, в свой, такой знакомый, подвал.

– Не может быть, – выдавил Олег, – абсурд какой-то. Откуда это взялось?

Спутник задумался.

– Да шут его знает, – неуверенно произнёс он, – неожиданно как-то появилось. Кажется, неделю назад ничего тут и не было.

И подтолкнул визитёров к выходу.

– Идите-ка вы домой, а то вас, небось, детишки заждались.

– Нет уж, – испуганно ответила Вера, – мы, пожалуй, лучше обратно...

И бегом бросилась к лестнице.

Проводив посетителей, Диш, так звали фею, покряхтывая, принялся носить дрова и подкладывать их под котлы. Из головы смотрителя ада не шла сегодняшняя странная история. С серьёзными лицами люди уверяли его, что спустились под Землю на сотню этажей и, тем не менее, снова очутились на Земле. Что-то в этом раскладе беспокоило Диша, но мозги, словно заржавевшие за сотни лет, не хотели мыслить логически.

Вздохнув, фей бросил на пол охапку дерева, которую держал в руках, и, сев на неё, ушёл в размышления. Миновал час, а Диш всё думал. В конце концов, чем ещё заниматься в аду, где нет работы?

Наконец его озарило.

«А что если мне побывать там, откуда пришли незваные гости? – подумал он. – На месте всё и выясню».

Приняв решение, Диш встал, разжёг почти потухший огонь и, подкинув топлива, направился к выходу из пещеры.

Скорлупа не поддавалась. Шлямбур на носу истёрся до половины, но Троэль сумел продолбить им лишь крошечную дыру. Уставший он несколько раз погружался в сон, а проснувшись, продолжал работу, удивляясь собственной настойчивости.

Разве ему хотелось покинуть яйцо? Разве он рвался в неизведанный мир за стенками убежища? Так почему же тогда вновь и вновь наносит удары, пытаясь выбраться?

Шлямбур – ручной инструмент, которым пробивают отверстия в бетоне или камне.

Троэль не ведал, что им движет инстинкт, он не умел рассуждать о таких сложных материях. И поэтому, более не размышляя, продолжил свою разрушительную деятельность.

Часть 2

Диш поднимался по лестнице. Он не нуждался в дополнительном освещении, чтобы видеть в темноте, глаза за несколько веков приспособились к любым перепадам света.

Очутившись на уровне, примерно, тридцатого этажа, фей услышал тихий писк и начал оглядываться в поисках источника звука.

Увидел он его не сразу. Грациозно расположившись на перилах, маленькое, изящное существо в лёгком платье, с трепещущими слюдяными крылышками за плечами пыталось до него докричаться.

Диш приблизил большое зелёное ухо к очаровательному гоблину, но вдруг взвыл, и слёзы брызнули у него из глаз. Малютка вцепилась зубами в тонкую перепонку и, жуя её, целенаправленно продвигалась к слуховому проходу.

С трудом оторвав от себя злобную кроху, фей откинул её прочь.

– Дюймовочка, ты с ума сошла? Что ты делаешь?

– Это ты с ума сошёл, Диш, – неожиданно громким и басовитым голосом ответила героиня сказки Андерсена. – Что ты здесь забыл? Это наша территория, которую я должна охранять от всяких проходимцев вроде тебя.

– Да зачем её от меня охранять?! – возмутился фей. – Я просто шёл мимо. Мне нужно наверх по делу…

– Какое у тебя там может быть дело? – заинтересовалась Дюймовочка.

– Долго рассказывать…

– А я никуда и не тороплюсь, – зевнув, сказала та, – всё равно стою на посту. Делись!

– Ну, ладно, – сдался Диш. – Устраивайся поудобнее.

Но едва он открыл рот, как прекрасное создание остановило его словами:

– Дружок, не вздумай начать со случившегося четыре века назад, это я слышала уже сотни раз.

Разочарование отразилось на лице фея, но, справившись с собой, он кивнул.

– Ладно. Итак, это произошло сегодня утром…

Маленькое серое создание, в мире людей зовущееся крысой, копошилось на полу подвала в поисках съестного. Внезапно оно замерло и уставилось на большой белый, круглый камень, из нутра которого донёсся негромкий стук. Что-то хрустнуло, и по поверхности монолита пошли трещины, веерообразно расходившиеся от центра, где зияла дыра.

В душе животного страх боролся с любопытством, но, в конце концов, последнее одержало верх. Крыса приблизилась к непонятному объекту, и в этот момент твёрдое покрытие лопнуло, показалась странной формы рука, и зверёк, пискнув, исчез внутри яйца.

– Вот, собственно, и всё, – закончил рассказ Диш.

– Интересно как! – восторженно воскликнула Дюймовочка.

Подумав, она спросила:

– Слушай, а можно мне с тобой? Хочу сама на всё посмотреть.

– А как же пост?

– Ну, ты подожди пару часиков. Меня сменят, и мы пойдём вместе.

Фей почесал в затылке.

– У меня огонь погаснет, если я задержусь, – неуверенно возразил он.

– Да кому он сейчас нужен, ведь аду ещё не присвоили другой адрес. Новый разожжёшь.

И, видя, что Диш колеблется, малютка елейным голоском произнесла:

– А я с удовольствием послушаю историю твоей жизни в подземелье.

Фей перестал сомневаться…

Пробежали минуты, и вот Диш с Дюймовочкой уже шагали по лестнице. Точнее, тяжело пыхтя, по ней карабкался фей, а изящная малышка порхала вокруг, без умолку болтая.

Отдуваясь, Диш остановился на очередном повороте.

– Ты не могла бы немного помолчать? – попросил он. – Ладно бы просто трещала, а то ведь постоянно требуешь ответа. У меня и на подъём-то дыхания не хватает.

Малютка обиделась.

– Ну, и ладно, очень надо! – надувшись, проворчала она.

И, резко снявшись с места, стремительно помчалась вверх. Фей покачал головой, постоял, опершись о перила, вздохнул и возобновил путь.

Шёл он, не торопясь, отдыхая через каждые десять ступеней, пока не услышал полный боли крик Дюймовочки. Напрягая усталые мышцы, Диш ринулся на голос.

Взлетев на пару лестничных пролётов, он с изумлением и ужасом узрел такую картину: его попутчицу сгрёб в охапку гоблин, как отражение в зеркале похожий на мужа бедняжки, и нещадно молотил кулаком, заставляя ту испускать отчаянные вопли.

Ошеломлённый фей, прыгнув вперёд, отнял несчастную у злодея и откинул последнего в сторону.

– Даберт, ты сошёл с ума?! – заорал он. – За что ты бьёшь жену?

– Это не моя жена, – зло пропищал тот, – Иготта дома. И я не Даберт, меня зовут Брунгот. А эта… Она лазутчица наших врагов, я должен её убить.

И снова набросился на бедную Дюймовочку.

Рискуя оторвать Брунготу крылья, Диш схватил его, и гоблин беспомощно повис, брыкаясь и выкручиваясь.

– Почему ты заступаешься за неё, Шида? С каких пор ты идёшь против своих?

Грубо встряхнув малыша, Диш заставил его замолчать.

– Во-первых, я не Шида, меня зовут Диш, во-вторых, не надо драться, мы просто проходили мимо и никого не собирались задевать. А в-третьих, нужно выяснить, что здесь творится: почему Дюймовочка так похожа на твою жену, ты на её мужа, а я на какую-то другую фею.

Удивлённый гоблин перестал вертеться и уставился на противника.

– Так ты, действительно, не Шида? – изумлённо спросил Брунгот. – А она…

Тут лицо его перекосилось.

– Дюймовочка?! – возопил он. – Об этой принцессе в моём королевстве ходят легенды! Пусти, пусти меня немедленно, я должен извиниться…

Диш разжал пальцы и Брунгот, не успевший встать на крыло, шлёпнулся задом на пол. Потерев пострадавшую пятую точку, он подбежал к стонущей жертве, положил её голову себе на колени и начал лечить ушибы способом, известным только гоблинам, что-то ей тихонько говоря.

Сначала та зло кривила губы, но внезапно расцвела и, прислушиваясь к словам обидчика, милостиво кивала головой.

– Где мы находимся? – справился фей у малыша.

– В верхнем мире, – отрывисто бросил тот, не прекращая врачевания.

– Значит, и та пара пришла отсюда, – задумчиво проговорил Диш.

– Пара? – заинтересовался Брунгот. – Да, вчера по лестнице спустились, а после поднялись двое. Но люди не верят в существование гоблинов, поэтому мы их не тронули.

Фей схватился за голову.

– И куда же я их, получается, хотел отправить? В чужой дом? Ай-яй, старый дурень! Слушай, Брунгот, а что там – ещё выше?

– Ад.

– Что?!

– Ты глухой? Ад! И Шида его смотритель. Только в нём уже около шести столетий никого нет. Какой-то глупец, составляя адресную книгу, вписал пекло не в ту строку.

Охнув, Диш застыл с открытым ртом, а после, растерянно мотая головой, направился наверх.

– Эй, ты куда? – окликнул его Брунгот.

– Хочу посмотреть на здешнюю преисподнюю и своего двойника, – не останавливаясь, кинул фей.

– Не ходи! – отчаянно выкрикнул гоблин.

– Это ещё почему? – обернувшись, полюбопытствовал Диш.

– Шида сумасшедший. Мы иногда зовём его… хм… Шизой, потому что ему свойственны приступы неконтролируемой ярости. Увидев тебя, он может рассвирепеть, и тогда драка неминуема. А кто победит, неизвестно.

– Что же его довело до такого состояния? – начиная колебаться, спросил фей.

– Одиночество, – грустно пояснил Брунгот, – и невостребованность.

Диш спустился к троллям.

– Но я-то ведь не сошёл с ума, хотя тоже абсолютно не востребован. Мой ад, как и его, не функционирует уже четыре столетия.

– Четыре? Шида без работы шестьсот лет. Есть разница? Возможно, через пару веков свихнёшься и ты.

Поразмыслив, фей решительно пошёл дальше.

– Драка, так драка, – пробурчал он, – хоть развлекусь.

Брунгот помог Дюймовочке подняться.

– Тогда мы с тобой, – сказал он, – не хочется пропустить такое зрелище.

И оба опустились на зелёное плечо Диша.

Часть 3

Оказавшись на верхней площадке и протиснувшись в щель, через которую недавно прошли Лакутины, Диш осмотрелся.

Он увидел подвал – как две капли похожий на подземное помещение близ его персонального ада. Даже паутина, казалось, висела в тех же углах, что и в нижнем мире.

Изумлённый фей двинулся дальше, и тут раздался страшный вопль, ранее напугавший людей. Диш был неробкого десятка, но даже у него по коже побежали мурашки, когда он услышал этот полный отчаянья крик.

– Шида… – прошептал Брунгот. – Он всё время орёт.

– Я, случается, тоже, – пробурчал Диш. – Должен же я показать, что в аду есть грешники.

– Все вы – феи одинаковые, – презрительно произнёс гоблин, – странные создания...

Неожиданно за Диша вступилась Дюймовочка:

– Ты его не задевай, – так грозно сказала она Брунготу, что тот стушевался, – он хороший.

– Вот ещё, защитница нашлась, – проворчал фей, – не нуждаемся…

И взвизгнул от неожиданности, столкнувшись лицом к лицу со своим двойником.

Шарахнувшийся в сторону Диш всмотрелся во встречного. Судя по тому, что запомнил фей, однажды видевший себя в зеркале, они, действительно, выглядели одинаково.

– Ты кто? – взревел Шида, меряя пихнувшего его гневным взглядом.

– Фея, – представился тот.

– Это и так понятно. Откуда ты взялся и что здесь делаешь?

Тут с плеча Диша слетел Брунгот, тащивший за руку Дюймовочку.

– Шида, когда ты начнёшь колотить пришельца, не задень нас, пожалуйста, – попросил он.

– Брунгот? Иготта? Вы-то что здесь забыли?

– Я не Иготта, – рявкнула гоблинесса, – меня зовут Дюймовочкой.

– Что?

Шида задумался. Процесс мышления был настолько непривычен и тяжёл для него, что чудилось – под сводами подвала раздаётся негромкий скрип шевелящихся извилин.

Наконец, выйдя из транса, он спросил:

– Дюймовочка?

Последовал утвердительный кивок.

– Та самая?

Ещё кивок.

– А почему ты так похожа на его жену?

И фей махнул рукой в сторону Брунгота. Дюймовочка надулась.

– Я похожа сама на себя, и…

– Именно это я и хочу выяснить, потому и пришёл – прервал её Диш. – Мне надо понять, почему мы схожи до малейшей чёрточки. Почему существует два мира – нижний и верхний и почему они похожи один на другой.

– Тебе сколько лет? – осведомился Шида.

– Много: за семьсот перевалило. А зачем тебе это знать? – удивился Диш.

– Да любопытно, почему мне известны ответы на эти вопросы, а тебе, такому же древнему, как и я, нет. Ладно, пошли в мой ад, там тепло, а тут старые кости мёрзнут.

Заинтригованные существа двинулись за феем.

– Когда-то, очень давно, – начал рассказ Шида, – никто из нас не жил в этом мрачном подвале. Гоблины тогда назывались эльфами, а мы троллями. Помимо этих видов, существовали ещё и феи – прекрасные, совершенно не похожие на нас создания, умеющие колдовать. Трудились в пещерах гномы – старательные рудокопы, много, очень много разных существ обитало в нашей реальности. Жили мы безбедно и прекрасно ладили между собой до момента, пока не явилась непрошеная гостья с именем «цивилизация».

– Ты слишком сложно излагаешь, – зевнула Дюймовочка. – Нельзя ли попроще?

– Говорю, как умею, – огрызнулся Шида, – не нравится, не слушай. И не перебивай… Итак, когда кто-то изобрёл первую машину, загрязняющую воздух, всё пошло кувырком. Сейчас некоторые представители человечества наверняка удивляются, куда же исчезли тролли, феи, эльфы и гномы. А всё очень просто, мы достаточно мирно жили бок о бок с людьми в средние века и даже позже, но, когда планета начала разрушаться под напором прогресса, и несчастные существа стали гибнуть десятками, все поняли – надо уходить.

Феи-волшебницы создали эту лестницу, связавшую два мира, и прочно отгородили и тот, и другой от человеческого вмешательства. Часть из нас поселилась ближе к нижнему, часть – к верхнему, а чародейки провели черту, разделившую нас в пространстве. Потому-то на свет и там, и здесь рождались дети, похожие друг на друга, хотя развивались параллели не одинаково, и в каждой реальности даже время исчислялось по-своему.

Дюймовочка, уснувшая, положив голову на плечо Брунгота, внезапно так громко всхрапнула, что все вздрогнули, и, в первую очередь, сам гоблин, со вниманием слушавший Шиду.

– Получается, что они разъединили и людей? – с любопытством спросил он.

Фей почесал в затылке.

– Выходит, так. И только раз в несколько столетий, когда исчезает граница между мирами, мы, живущие здесь, и люди двух разных вселенных могут встретиться, преодолев связующую параллели лестницу.

Диш подпрыгивал от нетерпения.

– А куда подевались феи, гномы и другие наши собратья?

Шида загрустил.

– Это очень печальная история. Большинство существ погибло ещё на Земле, а спустившиеся сюда, в том числе и тролли, увы, оказались заражены. Все они умерли, не продолжив род, и только мы с тобой, дружище, остались, как представители нашего славного вида, да ещё эльфы, оказавшиеся более стойкими.

Воцарилось молчание. Брунгот понурился, и крупные слёзы закапали ему на коленки.