Обрученная поневоле

Я почувствовала, как кровь ударила в виски.

— Знаете что? — я сделала шаг вперёд, но Тиа резко дёрнула меня назад.

— Не стоит, — прошептала она, теперь уже останавливая меня.

— Ой, смотрите, она злится! — засмеялась Андрасте.

— Бедняжка, — вздохнула Ровена. — Но, знаешь, Аста… если тебе так не нравится твоя участь, ты всегда можешь отказаться. И исчезнуть. Навсегда. Не мешая другим.

Тиа на этот раз не удержалась.

— А вы всегда такие заботливые, или только когда собираетесь в стаю?

Ровена приподняла бровь.

— О, Тиа. Ты всё ещё пытаешься её защищать? Мило. Но бесполезно.

— Давай просто пройдём, — прошипела я, резко разворачиваясь.

Но Пант неожиданно шагнула вперёд, преграждая путь.

— Подожди. Я хотела передать кое-что Амхиэлю. Раз уж ты теперь его «невеста»… — она протянула сложенную записку с каким-то дурацким парфюмерным ароматом.

Я посмотрела на неё, потом на записку.

— Сама передашь.

— О, но ведь теперь это твоя обязанность, — улыбнулась Ровена.

Я медленно взяла бумажонку из ее рук… и разорвала её на глазах у всех.

— В следующий раз отправь с совиной почтой.

Пант застыла. Её подружки ахнули. Даже Тиа слегка приоткрыла рот.

— Ты… — прошипела Ровена.

— Я, — кивнула я. — И если у тебя есть ещё что-то сказать — лучше скажи сейчас. Потому что в следующий раз я порву не бумажку.

Тиа резко закашлялась, прикрывая смех. Ровена побледнела, потом покраснела. Стыдно стало? Так тебе!

— Ты пожалеешь об этом.

— Уже слышала, — махнула я рукой и потянула Тию за собой.

Мы оставили их позади, но я чувствовала, как их взгляды прожигают мне спину.

— Ну и гадины, — пробормотала Тиа.

— Зато теперь я точно знаю, что делать, — я ухмыльнулась.

— И что?

— Если Амхиэль хочет невесту, которая будет его позорить — я стану самой невыносимой невестой в истории академии.

Тиа рассмеялась.

— О, это будет эпично.

— Да, — я кивнула, глядя на солнце. — И он об этом пожалеет.

А потом я заметила его.

Амхиэль стоял у фонтана, наблюдая за нами.

И улыбался.

Чёрт.

(Продолжение? «Еще бы!» Я так просто не сдамся!)

Визуалы героев. Золотое Трио.

А теперь немного познакомимся с нашим трио!

Слева напрво:

Андрасте, Ровена, Ирвин

"Ровена Пант – маг, аристократка и просто неприятный человек (но она этим гордится)"

Если вы мечтали познакомиться с кем-то, кто будет смотреть на вас свысока, насмехаться над вашими заклинаниями и напоминать, что её родословная длиннее, чем список ваших достижений – добро пожаловать!

Ровена – истинная наследница древнего рода магов, и она не позволит вам об этом забыть. Хотите научиться изящной магии? Или просто пострадать от её остроумия? Тогда пишите – если, конечно, она соизволит ответить.

📜 "Я не высокомерная – я просто лучше вас. И это факт."

👯♀️ "Две ведьмы – один ум. Ищите Андрасте и Ирвин Мортиль"

Они не носят фамильных драгоценностей и не кичатся титулами. Но если вам нужно что-то узнать, достать или скрыть – они лучшие в своём деле.

✨ Что они предлагают?
✔ Магия синхронности – их ритуалы работают безупречно, потому что они чувствуют друг друга
✔ Теневые услуги – от поиска артефактов до сокрытия следов
✔ Лояльность – но только если вы не перейдёте им дорогу

"Мы не светимся, как звёзды. Мы – тихий шепот в темноте."

Глава 7

После неожиданной и, можно сказать, довольно эмоционально насыщенной встречи с Ровеной Пант, я ощутила, как моя жизнь в академии начинает постепенно, но неуклонно принимать совершенно новый и неожиданный оборот. Конечно, другие старосты ко мне больше не приставали, что уже само по себе было определенным достижением, но шепотки в мою сторону, к сожалению, никуда не делись, продолжая витать в воздухе, словно назойливые мухи в жаркий летний день. А все почему? Потому что главные сплетницы всея Академии Брендордс — вступили на свой пост.

Вскоре в академии организовали серию клубных мероприятий, где каждый член клуба старост должен был продемонстрировать свои таланты, способности и, конечно же, навыки в организации чего-либо. Это меня отвлекло. Да и всех остальных тоже. Они ждали чего-то такого «вау»!

Изначально я была полностью готова противостоять другим старостам, работать в одиночку и гордо показать всем, как же они на самом деле не правы, но судьба, словно нарочно играя со мной в какую-то загадочную игру, повернула мой путь в совершенно другую, неожиданную сторону.

— Значит… команда? — произнесла я, стоя посреди комнаты и сложив руки на груди, в то время как Кейлет сидела на краю стола, совершенно не обращая на меня внимания, закинув ногу на ногу и с видом полного равнодушия рассматривая свои идеально ухоженные ногти.

А Иммераль крутился рядом, словно вечный двигатель, рассматривая разбросанные по столу бумажки с какими-то совершенно непонятными для меня записями.

— Поверь, если бы у меня был хоть малейший выбор — я бы выбрала кого угодно, но только не вас, — сказала рыжуля резко.

— Прямо в самое сердце! Мы же столько лет дружим! — Ломин тут же приложил пальцы к груди, изображая, будто ему и правда было нестерпимо больно, а потом рассмеялся и обернулся ко мне с самой обаятельной улыбкой (как же она раздражает), — Не волнуйся, новенькая, тебе обязательно понравится!

Интересно, он всем девушкам так говорит? Или это только его фирменный способ подбодрить новичков?

Что ж… раз выбирать не приходится, придется как-то подстроиться под эту странную компанию. Или просто выжить…

Первый проект, над которым нам предстояло работать вместе (выпал по жеребьевке), касался организации благотворительного турнира, в котором должны были участвовать студенты всей академии без исключения. Идея, в принципе, была благородной — привлечь внимание к социальным проблемам и собрать средства для тех, кто действительно в них нуждается.

Несмотря на общее, казалось бы, желание сделать всё как следует (или, может быть, мне просто показалось, что оно есть), эти двое определенно не знали, как им работать в одной команде, учитывая их совершенно разные подходы, взгляды на жизнь и, конечно же, личные амбиции, которые так и норовили вылезти наружу.

— Я не собираюсь придерживаться старых, заезженных привычек клуба, — воскликнул Ломин с горящими глазами, — Мы сделаем что-то новое, что позволит молодежи выразить себя!

— Я категорически против. Баллов нам за такие эксперименты точно не начислят! — возразила Кейлет, скрестив руки на груди. — Директор и профессора — ярые любители традиций, и отступать от них они не станут.

— Баллы? — переспросила я, поднимая бровь. Вот это уже что-то новенькое.

Теперь, похоже, придется разбираться не только с организацией турнира, но и с этими странными академическими правилами, о которых я даже не подозревала.

Ломин замер, будто пойманный на горячем, а Кейлет скривила губы, явно недовольная тем, что это просочилось.

— Да, баллы, — наконец пробурчала рыжуха, отводя взгляд. — За успешные проекты старостам начисляют очки, которые влияют на итоговый рейтинг перед выпуском. Те, у кого их больше, имеют равно больше шансов попасть к императорскому двору.

— И, конечно, никто не удосужился мне об этом сказать, — я скрестила руки.

— Мне казалось, ты не планировала задерживаться в клубе, — пожала плечами Кейлет. Вообще-то это вы придумали, что новеньких надо выживать! Зато теперь понятно почему, — Зачем тебе лишняя информация?

Ломин, напротив, оживился:

— Но теперь-то ты с нами! И если мы сделаем этот турнир по-настоящему крутым, то сможем обойти даже Амхиэля в рейтинге!

Я прищурилась.

— Подожди… Амхиэль тоже за эти баллы борется?

— Конечно! — Ломин засмеялся.— Он лидирует уже третий год подряд. Но если мы сорвём куш с этим мероприятием…

Кейлет резко встала, стукнув кулаком по столу.

— Хватит болтать!

— Она права, — я согласилась, — Нам уже нужно решить, каким будет турнир. Традиционный магический поединок или что-то новое?

— Новое! — не раздумывая, выпалил Ломин.

— Традиции! — тут же парировала Кейлет.

Они уставились друг на друга, точно два кота перед дракой.

Я вздохнула.

— А почему не и то, и другое?

Оба повернулись ко мне, явно не понимая, о чём я.

— Мы делаем классический турнир, — объяснила я, — но с дополнительными номинациями. Например, «Лучший нестандартный подход» или «Самая зрелищная магия». Так и традиции соблюдём, и студентам дадим свободу.

Ломин загорелся:

— Гениально!

Кейлет нахмурилась, но после паузы кивнула:

— Это… приемлемо.

И тут дверь распахнулась.

В проёме стоял сам Амхиэль, холодный и невозмутимый, как всегда. Его ледяной взгляд скользнул по нам.

— Надеюсь, я не помешал? — он хмыкнул. Самодовольный павлин! Ой, нет, такое прозвище уже есть, будет индюком. Точно!

Ломин нервно кашлянул, Кейлет выпрямилась, а я… я просто скрестила руки и уставилась на него.

— Помешал, — сказала я ровным тоном.

Амхиэль слегка приподнял бровь.

— Как жаль. Но мне нужно кое-что обсудить с моей невестой.

Ломин и Кейлет переглянулись.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Бр-р-р, как же непривычно это звучит! «НЕВЕСТА» и разверзнутся тучи!

— Говори.

Амхиэль сделал шаг вперёд.

— Наедине.

Длинный коридор за массивной дубовой дверью был абсолютно пуст, лишь слабый свет магических светильников дрожал на каменных стенах. Амхиэль плавно закрыл её за собой, и глухой щелчок замка прозвучал слишком громко в этой тишине.

Он медленно повернулся ко мне, его холодные глаза изучали моё лицо с привычной для него бесстрастностью.

— Ты планируешь участвовать в этом турнире? — спросил он без лишних церемоний, без предисловий, словно это был обычный вопрос о погоде, а не о моей судьбе.

Я нахмурилась, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— А тебе, собственно, какое дело?

Он склонил голову набок, словно размышляя, стоит ли вообще отвечать.

— Очень даже какое, — произнёс он наконец, и в его голосе прозвучала лёгкая, но отчётливая угроза. — Ведь если ты проиграешь, это ударит по моей репутации.

Я фыркнула, не в силах сдержать сарказм.

— О, Боги, только не твоя драгоценная репутация! Что же мы будем делать, если великий Амхиэль потеряет пару очков в глазах своих поклонников?

Он даже бровью не повёл, проигнорировав мою язвительность.

— Поэтому я предлагаю тебе сделку.

— Какую ещё сделку?! — я резко скрестила руки на груди, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Ты уже поставил на кон мою свободу, что дальше? Мою душу?

Его губы дрогнули в едва уловимой улыбке.

— Если хочешь.

Я буквально зарычала от бессилия. Да что он себе позволяет такое?

— Говори быстрее.

— Я помогу тебе выиграть турнир, — сказал он, и его голос звучал так, будто он делал мне одолжение. — Но в обмен ты публично подтвердишь наш… договор.

Я замерла, ощущая, как в груди что-то резко сжимается.

— То есть… я должна буду всем заявить, что действительно становлюсь твоей невестой?

— Именно.

Сердце бешено застучало, кровь ударила в виски.

— А если я откажусь?

Амхиэль лишь пожал плечами, как будто речь шла о чём-то совершенно незначительном.

— Тогда ты проиграешь. И вся твоя команда. А потом тебя исключат из совета. Выбор за тобой.

Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

— Ты…

Но он уже развернулся и пошёл прочь. Перед тем как скрыться за поворотом, он бросил через плечо:

— Думай быстро. Я жду до завтра.

(Продолжение? «ДА!» Вот же гаденыш! Да как он только посмел такое предложить?)

Глава 8

Я осталась стоять в пустом коридоре, чувствуя, как гнев и отчаяние борются во мне, сжимая горло. Казалось, стены смыкаются вокруг, оставляя лишь один выход — его выход.

Внезапно дверь позади меня скрипнула, и Ломин осторожно выглянул из комнаты. Он что, боится Амхиэля?

— Всё хорошо? — спросил он у меня.

Я резко выдохнула, с силой разжимая пальцы.

— Нет. Но будет.

Потому что у меня появился новый план.

Я выиграю этот турнир!

Но Амхиэль своё признание так легко не получит.

В течение следующих дней наша работа была напряженной и полной споров. Хотя мы и понимали, что нам нужно достичь своей цели, все предложения Иммераля, в какой-то степени, сталкивались с противодействием со стороны Кейлет. Но в конечном итоге они, как будто сотворив заклинание, выдавали один результат, который нравился всем.

В такие моменты я ловила себя на мысли, что при всей их враждебности, они были способны понять друг друга на удивительном уровне.

Ломин размахивал руками, словно пытался взлететь, его глаза горели, как у фанатика, объясняющего новую религию.

— Представь! — он швырнул на стол лист с каракулями, которые, по его мнению, были чертежом. — Турнир не в зале, а под открытым небом! С живыми препятствиями, с меняющимся ландшафтом! Студенты будут не просто драться — они будут выживать!

Кейлет посмотрела на этот «план» так, будто он был написан кровью её врагов.

— Это не турнир. Это цирк.

— Именно! — Ломин хлопнул в ладоши, явно не поняв, что это было оскорбление.

Я вздохнула и потерла виски.

— Может, найдём компромисс?

— Между безумием и традицией? — Кейлет скрестила руки. — Невозможно.

— Почему? — я подняла бровь. — Ты же сама говорила, что профессора любят традиции. Но что, если мы сделаем традицию с изюминкой?

Кейлет нахмурилась.

— Какой ещё изюминкой?

— Обычные поединки… но с неожиданными условиями.

Ломин замер, его глаза загорелись.

— О-о-о…

— Например? — Кейлет всё ещё не доверяла.

— Например, каждый бой проходит в случайной локации. — Я провела рукой над столом, и магическая иллюзия показала арену, покрытую льдом. — Лёд. Песок. Вода. Туман. Пусть студенты адаптируются на ходу.

Кейлет задумалась.

— Это… не нарушает правил.

Почти что одобрение. Есть!

— Но делает всё в тысячу раз интереснее! — Ломин чуть не подпрыгнул от восторга.

— И зрелищнее, — Я ухмыльнулась. — А значит, больше зрителей. Больше пожертвований.

Кейлет медленно кивнула.

— Ладно. Попробуем.

Ломин тут же схватил меня в охапку и закружил.

— Ты гений! Гений, новичок!

— Пусти! — я вырвалась, но не смогла сдержать улыбку.

Кейлет кашлянула.

— Теперь нужно утвердить это у директора.

— О, это просто! — Ломин махнул рукой. — Я с ним в шахматы играю.

Мы оба уставились на него.

— …Что?

***

Директор Ивеллиос Мортиль был невысоким стариком с седой бородой и пронзительными голубыми глазами, которые, казалось, видели насквозь.

Он сидел за массивным дубовым столом, перед ним — шахматная доска.

— Ломин, мой мальчик, — его голос был тихим, но в нём чувствовалась стальная хватка. — Ты пришёл проиграть ещё одну партию?

— Сегодня я выиграю! — Иммераль уверенно сел напротив.

Я переглянулась с Кейлет. Она выглядела так, будто хотела провалиться сквозь землю.

— И кто эти юные особы? — директор повернул голову к нам. До чертиков неловко.

— Аста Далия и Кейлет Лалайт, — Лалайт слегка поклонилась. — Мы из совета старост.

— А-а, та самая бунтарка. — Его глаза блеснули. — Ну что ж, садитесь. Будем совмещать приятное с полезным.

Мы осторожно заняли места.

Ломин уже двигал фигуры с азартом, но директор играл… слишком хорошо.

Через десять минут Иммераль потер подбородок.

— Э-э… я, кажется, ошибся.

— Как всегда. — Директор усмехнулся. — А теперь, девочки, объясните, зачем вы пришли.

Кейлет чётко изложила наш план.

Директор слушал, попивая чай, потом поставил чашку.

— Интересно. Но рискованно.

— Риск — это и есть суть магии, — неожиданно сказала я, — Ведь даже не каждый может попасть в академию! Что уж говорить о турнире.

Директор замер, потом рассмеялся.

— Хороший ответ. — Он подвинул ладью. — Но если что-то пойдёт не так…

— Мы возьмём ответственность на себя, — быстро сказала Кейлет.

— Хм-м-м, — Он посмотрел на Ломина. — Мат через три хода.

Иммераль ахнул.

— Опять?!

— Турнир утверждён. — Директор встал. — Но если кто-то пострадает…

— Не пострадает, — я твёрдо посмотрела на него.

Он улыбнулся.

— Тогда удачи.

***

— Значит, директор всё-таки утвердил ваш план? — Тиа лежала на кровати, подперев подбородок руками, и с любопытством наблюдала, как я вывожу очередное предложение, то и дело зачёркивая неудачные формулировки.

— Да, — кивнула я, не отрываясь от работы. — Оказался не таким уж пугающим, когда разговариваешь с ним один на один. Со стороны он выглядит куда более грозным.

Отложив перо, я повернулась к подруге, скрестив ноги по-турецки.

— Кстати, ты знала, что Иммераль умеет играть в шахматы? — спросила я, слегка приподняв бровь. — Выглядит-то он таким…

— Легкомысленным? — предположила Тиа, выбрав самое цензурное из всех возможных определений, которые вертелись у меня на языке.

— Ну, почти, — я поморщилась, вспоминая его вечные шутки и манеру держаться. — Я думала, он только языком чесать мастер, но с каждым днём он умудряется меня удивлять.

Тиа вдруг резко приподнялась на локтях, её глаза расширились от внезапного озарения.

— Ты что, влюбилась?! — воскликнула она, уставившись на меня так, будто я только что призналась в чём-то невероятном.

Я аж поперхнулась от неожиданности.

— Чего-о?! — пропищала, чувствуя, как лицо начинает гореть. — Ты дурочка, что ли? Нет, конечно! Он, может, и смазливый, если приглядеться, но это совсем не в моём вкусе! — скорчила я недовольную гримасу.

Но Тиа только хихикнула, явно не собираясь отступать.

— Всё-таки немного нравится… — подначила она, подмигивая.

— А вот и нет! — я резко вскочила с места, схватила блокнот и направилась к двери, стараясь сохранять максимально невозмутимый вид.

— Ты куда? — окликнула меня подруга.

— Отнесу в общую комнату, — бросила я через плечо. — Заодно прогуляюсь, подожду, пока у тебя, наконец, выветрится эта «безумная мысля».

— Ну-ну, — хитро улыбается та.

Дверь захлопнулась за мной с чуть более громким звуком, чем было нужно, но я решила не обращать на это внимания.

Положив блокнот на стол, я еще раз окинула весь этот хаос взглядом. Довольно улыбнулась и вздохнула. Все-таки хорошо придумано!

И тут шаги.

— Неплохо придумано.

Я обернулась и вздрогнула. Напугал блин! Кто ж так подкрадывается?! Придурок.

Амхиэль стоял в дверях, его серебристые волосы светились в лунном свете. Застал бы нас кто тут, и правда подумал бы, что мы парочка. Ночные свидания и все такое.

— Ты следил за нами? — я скрестила руки.

— Конечно. — Он сделал шаг вперёд. Потом еще, приближаясь ко мне. — А ты всё ещё не дала ответа.

— А ты всё ещё думаешь, что я приму твою «помощь»? —не выдержала я. Дух перехватывает. Он почти подошел. Остался метр. Вот еще меньше и…

Он улыбнулся.

— Ты проиграешь без меня, — смотрит сверху вниз. Разница на полторы головы, а сейчас кажется, будто на десять.

— Посмотрим.

Он наклонился ниже, к моему лицу.

— Я жду твой ответ завтра.

Я сжала кулаки.

— Могу ответить прямо сейчас. Нет.

— Уверена? — смотрит как хитрый лис, чуть наклоняет голову, а между губами почти нет расстояния. Невольно кусаю щеку с внутренней стороны. О чем ты думаешь, Аста? О том, что он может поцеловать? Идиотка же!

— Да... — почти пискнула я.

Его дыхание коснулось моих губ, холодное и предсказуемое, как сам Амхиэль.

— Уверена? — повторил он, и в его голосе прозвучала та самая уверенность, которая сводила меня с ума.

Я резко отшатнулась, ударившись поясницей о край стола.

— Абсолютно.

Это звучало чуть более убедительно. Похоже.

Он замер, его серебристые ресницы чуть дрогнули.

— Ты упряма.

— А ты надоел, — говорю очевидность.

Амхиэль выпрямился, его лицо снова стало непроницаемым.

— Тогда завтра ты проиграешь.

— Или ты просто боишься, что я выиграю без тебя? — я скрестила руки, стараясь скрыть дрожь в пальцах.

Его глаза сузились.

— Смешно.

— Правда же больно будет?

Мы стояли так, будто между нами висело незримое заклинание, готовое взорваться в любой момент.

А потом он развернулся и ушел, не сказав больше ни слова.

Я выдохнула, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Черт. Он почти коснулся своими губами моих! Это был почти поцелуй! О чем я думала?!

(Продолжение… эх… во что я впуталась?!)

Глава 9

Утро началось с оглушительного хаоса.

Дверь в общую комнату с грохотом распахнулась, и Ломин ворвался внутрь, его обычно спокойное лицо было искажено яростью.

— Они изменили правила!

Кейлет, всегда такая невозмутимая, резко подняла голову, её пальцы непроизвольно сжались вокруг чашки с чаем. Мы как раз обсуждали последние детали.

— Что?

— Амхиэль, — Ломин швырнул на стол свежий указ, пергамент развернулся с шуршанием. — Теперь в турнире участвуют только пары. «Маг и его напарник». И мы, как те, кто его придумали, должны быть в ряду первых участников!

Я автоматически схватила документ, и пробежалась глазами по строчкам.

«Для укрепления командного духа и проверки способности к кооперации...»

Губы сами собой сложились в тонкую линию.

— Это ловушка, — прошептала я, чувствуя, как в груди закипает холодная ярость.

Лалайт перевела взгляд с пергамента на меня, её глаза сузились.

— Ты знаешь, зачем он это сделал?

— Он хочет, чтобы я проиграла… Или чтобы я согласилась на его условия.

Кейлет резко поставила чашку на стол, звон фарфора прозвучал, как выстрел.

— Значит, из-за ваших личных распрей, баллы теряем мы? — её голос был ледяным.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

Нет уж.

— Никто ничего не потеряет! — заявила я, и оба уставились на меня, — Раз так хочет, тогда мы сыграем по его правилам.

Кейлет медленно подняла бровь, изучая меня. Наверное, со стороны я похожа на сумасшедшую. Глаза горят, волосы растрепаны, стоят дыбом, а из носа пар, как у быка, перед тем как тот бросится на красную тряпку.

— У тебя есть напарник? — осторожно спросил Иммераль, — Не то, чтоб я в тебе сомневался, — он нервно посмеялся, — Но я выбираю рыжулю.

Я ухмыльнулась, чувствуя, как в голове складывается план. А потом похлопала парня по плечу.

— Не волнуйся. Я все понимаю. И да… У меня есть напарник, который точно согласится мне помочь.