Развод. Верни мне сына!

-Иду-иду, мой ангелочек! – самым приторным голосом поет змеюка и выплывает из-за двери.

Егор тут же бросается к ней в объятия и прячется за ее спину.

«Подружка» демонстративно гладит его по светленькой головке и приговаривает: «Давай простим мамочку. Она сейчас болеет. Ей тяжело. Она не хотела тебя обижать. Она сейчас извинится».

Еще и моему ребенку внушать, что я душевно больная?!

Стерпеть и проглотить, или вступить в схватку?!

Мне нужна только ты!

В любой другой ситуации я бы уже спустила ее с лестницы, держа за нарощенные патлы.

Но я не могу рисковать Егором.

-Котенок, прости меня, умоляю. Я сделаю все, что ты захочешь, лишь бы ты был счастлив.

-Тогда уходи и не приходи больше. Ты обещала сделать все. Уходи!

Егор смотрит на меня как на злейшего врага. В присутствии Инги он расхрабрился. Наверно, из-за меня у него появилось самое сильное потрясение в жизни…

Неужели такой маленький человечек уже способен испытывать ненависть?

-Ты слышала Егора. Иди и подумай над своим поведением.

И Инга обняла его еще крепче.

-Я все равно люблю тебя, зайчик.

И выбежала из комнаты, чтобы он не видел моих слез гнева. Подсыпать Инге слабительного в протеиновый коктейль? Изрезать ее дорогущую сумку?!

Как мне вылить всю накопленную обиду и унижение?!

Кстати, неплохо было бы обчистить дом, хотя бы пару дорогих украшений…все равно их не будут пересчитывать…

-Нет, им только этого и надо. Потом окажется, что они поставили в доме скрытые камеры. И отнесут записи в полицию. А меня посадят за воровство…

Вечером предатели отлучились. Говорили что-то о свидании. Вот так просто. Раз – и создалась новая семья. Что вообще значит для них это слово, раз все так легко предается?!

Рустам вернулся один. Пьяный. Ненавижу, когда он перегибает палку.

-Стася, живо спускайся ко мне!

Найденная наспех нянечка тут же мчится в комнату к сыну. Она только уложила его и предчувствует разборки, которые еще сильнее травмируют мальчика.

Самой мне нельзя было даже почитать ему сказку перед сном.

-Чего ты кричишь? Передумал? Мне прямо сейчас бежать и собирать вещи?

Не могу скрыть своего презрения. Выпил, плюс вся предыдущая ситуация…

-Никуда ты не пойдешь. Мы не разводимся. Оставайся.

Это еще что за новости? Поссорился с Ингой? И так мелочно хочет вызвать у нее ревность?

-Тебе джин память стер? У тебя теперь новая жена. А меня ты предал и выкинул на улицу.

Сжимаю кулаки и разворачиваюсь, чтобы Рустам не видел моих слез.

И тут я чувствую…Как он подходит и обнимает меня со спины! Сильным собственническим захватом.

-Мне нужна только ты. Я был дураком. Не знаю, что на меня нашло. Ревность. Опять эти слухи про сына. Что ты снова кувыркалась с Ефимом, когда он был в городе. Хотела с ним сбежать.

Чего?! Я вообще не знала, что он приехал! Куда мне бежать, зачем?!

Меня оскорблял уже тот факт, что Рустам поверил в такую грязную информацию. Высокого же он обо мне мнения!

-Я ненавижу, когда от тебя несет спиртным. Отойди от меня. Проспись.

-Девочка моя…любимая…не выгоняй меня, не отталкивай.

Он еще сильнее сжимает мне грудную клетку, и мне становится тяжело дышать.

Его руки шарятся по моему напряженному телу. Нос утыкается в шею.

-Малышка, я был не прав. Я очень виноват перед тобой. Я идиот.

-Если ты правда меня любишь, отпусти меня! Протрезвей! И потом мы поговорим как два взрослых человека!

Пытаюсь вырваться, но он всегда в таком состоянии дуреет, когда его не слушаются. Пристыл ко мне намертво.

-Я не хочу спать. Один. Я хочу спать с тобой. Переспать. Моя сладкая, строптивая козочка. Не ломайся.

Рустам подхватывает меня на руки и обнимает.

-Каждый имеет право на ошибку. Я раскаиваюсь. Мне нужна только ты.

Ты только моя.

Что мне сделать?! Если закричу, сын очень сильно испугается. Но и терпеть я тоже не буду.

Кто знает, какие заболевания Рустам подцепил от этой Инги…

-Ты моя и только моя. Никуда ты не уедешь. Ты принадлежишь мне по закону.

А я думала, что рабство отменили много лет назад…

Его рука уже под моей кофтой. Как неприятно. Мерзкие прикосновения. Развязные. Так мнет мою грудь, что мне становится больно.

-Я не хочу тебя. Отпусти! Поставь меня на пол!

Пытаюсь оттолкнуться, но ничего не получается.

-А я хочу. И пока я главный в этом доме, ты будешь меня слушаться. Забыла? Не будешь слушаться – Егор поедет в интернат. Даже на выходные не разрешу забирать.

-Рустам, прекрати! Ты же не жестокий зверь! Ты же говорил, что любишь меня!

Так сильно любит, что плевал с высокой колокольни на мои мольбы…

-Люблю и проявляю любовь как могу! Если мы сегодня не переспим, мы не сможем помириться. Ты нужна мне. Ты важна мне. Я хочу все наладить.

Я уже на диване. Рустам нависает сверху.

Глаза его блестят безумным блеском. Одержимым. Маньячным.

-Солнышко мое. Красавица. Голубка.

После каждого слова покрывает меня жадным поцелуем.

Я не хочу, чтобы между нами сегодня что-то было! Я рыдаю, но ему глубоко плевать на мои слезы. Лишь бы добиться своего. Обладать. Втоптать.

-Рустам, я тебя очень прошу…Обещаю, мы переспим завтра…

-Врешь!

Он рычит от гнева и пытается стащить с меня майку.

-Мамочка…Мне приснился кошмар…Обними меня…

Егор, как будто почувствовав своим маленьким сердечком беду, сам того не ожидая, прошлепал босыми пятками мне на помощь.

Я знала, что он стоит на втором этаже. Маленький, беспомощный, дрожащий в темноте.

-Няня уснула. А я не могу. Мамочка, ты здесь?

Голос такой жалобный-жалобный. Это идеальный момент, чтобы воссоединиться с ребенком! Если сейчас я защищу его от кошмаров, он потеплеет и простит меня!

Он же сам потянулся ко мне. За моей лаской. Нельзя спугнуть примирение!

-И за что я только плачу деньги няне?! Иди растолкай ее и скажи включить ночник!

Рустам не собирается меня отпускать. Егор еще даже не ушел с лестничного пролета, а он снова впился мне губами в шею.

-Только не при сыне! Что ты творишь?! Дай мне быстро уложить его, и я вернусь. Дай мне всего пять минут!

Егор, пожалуйста, не слушай его! Не уходи! Не буди няню! Тогда Рустам скажет ей захлопнуть дверь на задвижку и не высовываться. И тогда я пропала…

-Я не хочу с няней. Я хочу с мамочкой. Пожалуйста…Я же себя хорошо вел…

Слышу, как мой малыш снова шмыгает носом.

Но у Рустама это не вызывает никакой жалости. Непослушание доводит его до белого каления. Сначала брыкалась я, теперь еще и сын подливает масло в огонь…

-Марш в свою комнату, и чтобы я от тебя ни писка не слышал! А то сейчас поднимусь и надеру тебе уши, щенок!

Руслан рявкнул так громко, что я всей спиной вжалась в диван.

Эта команда была настолько властной и наводящей страх, что даже я уже не смела бы ослушаться ни одного его приказа…

Руки прочь от чужого мужа!

Маленькие пятки засеменили по полу. Но тут же раздался удар.

Только не лестница! Он же не упал?!

-Уааааааааа

Егор подал сигнал хотя бы о том, что он жив.

-Сыночек, ты упал на ступеньки?! Или просто споткнулся?!

Я видела, что настрой Рустама на интим в такой обстановке спадает. Воспользовавшись случаем, отталкиваю его и несусь на второй этаж.

-Мы не закончили, Станислава! Я все равно возьму свое! Укладывай его и возвращайся. Или я поднимусь сам.

Но я уже не так боялась. Пусть сначала попробует одолеть все ступеньки. Или не уснуть в ожидании.

-Маамааааа,- Егор протягивал ко мне тщедушные ручки, а на лбу у него красовался гигантский нарост.

-Тихо-тихо, зайка, пойдем, сейчас приложим что-то холодное.

Я подхватила его на руки и побежала обрабатывать. Мой спаситель.

Выбрала читать очень долгую сказку. Но все равно она подошла к концу. Вокруг сына уже засуетилась виноватая няня, и я поняла, что у меня больше нет отговорок оставаться здесь.

-Доброй ночи…Для нас всех…

Целую в лобик и на цыпочках выхожу из комнаты. В доме пусто и тихо.

Неужели не дождался и вырубился? Надо найти укрытие и пересидеть до утра.

-Попалась, моя козочка!

Все это время Рустам поджидал меня за углом. Он прижал меня к стене каждым сантиметром кожи. Я чувствовала телом его напряженный орган.

-Тебе некуда бежать. Я нагнал добычу. И сейчас ее завалю.

-Умоляю тебя, только не здесь. Егор услышит. Давай спустимся.

Он нетерпеливо перекинул меня через плечо и спускался, перескакивая через ступеньку.

-Моя горячая девочка. Любимая. Ненаглядная.

Опять начались жаркие поцелуи и мацания.

-Это кто тут твоя девочка?!

На пороге стояла злющая Инга. Вернулась все-таки домой с гулянки.

Прямо в обуви и уличной одежде она пробралась в зал, услышав подозрительный шум. И не прогадала.

-Инга, котенок, я сейчас все объясню…

Рустам тут же соскочил с дивана и принялся отряхиваться, как будто к нему прицепился липкий мусор и клей.

Она не смотрит на него. Только на меня. И ноздри раздуваются от гнева.

Я не успеваю ничего предпринять. Разъяренная кошка в два шага оказывается рядом со мной и со всего размаха залепляет мне пощечину.

-Как ты смеешь спать с чужими мужиками, стерва?!

Я открываю от шока рот…Что она только что сказала?

-Чего ты вылупилась?! Сейчас глаза расцарапаю падле, чтобы не заглядывалась на чужих самцов!

С визгом Инга кидается в мою сторону, но Рустам перехватывает ее в воздухе в прыжке.

-Успокойся! Между нами ничего не было!

Но Инга все видела сама. Застала сцену преступления на самом горячем.

-А чего ты ее защищаешь?! Ты клялся, что она тебе теперь никто! Я сейчас вас двоих урою!

Она брыкается и пытается высвободиться. А я так и сижу как вкопанная.

-Он мой теперь, уяснила?! Еще раз тебя с ним увижу – пожалеешь!

Инге все-таки удается пнуть Рустама каблуком и вырваться.

Заведенная машина для раздачи люлей мчится на меня со всей скорости.

Переломанная кукла

Группируюсь, чтобы эта ненормальная не оцарапала мне лицо.

И так уже пощечина горит как будто обожгли.

-Я тебя научу как заглядываться на чужих мужиков!

Инга вцепилась мне в волосы, и я визжу от боли.

-А ничего, что мы даже еще с ним не развелись?! Хоть бы постыдилась! По закону он еще мой!

Не знаю, зачем я подливала масла в огонь…Как будто я вступила в эту битву за самца…Но я боролась только за утерянную логику…

-А сердце уже отдал мне! Так что не смей его обратно переманивать!

Еще один рывок в попытке отлепить мою голову от колен.

-Да забирай! Я весь вечер от него отбиваюсь! Только и мычит, как любит меня и хочет вернуть. Что ты – всего лишь ошибка!

Правда действует безукоризненно. Инга застывает и прекращает делать мне новую прическу.

-Рустам…Что она такое несет?

Он тут же начинает семенить перед новой пассией.

-Не слушай ее. Просто бесится, что ее с прицепом выкидывают на улицу. Я перепил, ты же знаешь. И принял ее за тебя. Только поэтому повалил на диван. Ты же у меня такая горячая кошечка.

Неужели Инга реально поверит в этот бред?! Он же на ходу придумал какую-то нелепицу и польстил ей!

Выглядываю одним глазом – она уже расплылась в блаженной улыбке. Клюнула. Дура дурой. И как только ей удалось его охомутать?! Или два сапог пара?

-Да, только спьяну ты мог с пеленой на глазах перепутать меня с этой колчушкой. Прощаю на первый раз, мой тигреночек.

Вдруг они забудут обо мне и будут совокупляться прямо на этом диване?!

Но зря я переживала, что Инга забыла про меня. Из ласкового игривого взгляда он трансформировался в ледяной и жестокий.

-А ты, значит, воспользовалась моментом? Решила заделать с Рустамом под шумок ребеночка? Чтобы в этот раз ДНК совпадало? Поздно очухалась!

И это мне говорит Инга?! Которая знала, как болезненно я реагирую на все эти слухи! Которая просила меня не обращать на них внимание, быть выше всего этого!

-Сейчас попорчу тебе личико, чтобы не высовывалась!

И она с новыми силами бросается на меня.

-Что там происходит?! Мамочка, откуда крики?!

Это Егорка опять услышал шум и выбежал на площадку. Честное слово, я подам на эту ужасную няню в суд. Она вообще следит за его передвижениями?!

-Сыночек, все хорошо, мы просто спорим. Позови Аллу. Не ходи тут один по темноте.

-Мамочка, не ругайтесь! Вы из-за торта ругаетесь? Не надо злиться, мамуля! Я тебя уже простил!

Ох, малыш…Было бы все так просто, как в твоей наивной ангельской головке…

-Я сейчас поднимусь к тебе. Стой где стоишь. Отойди от края.

Он у меня очень неуклюжий мальчик. И пугливый. Еще и эта шишка на лбу…

-Я уже иду к вам! Мирись-мирись-мирись, и больше неееееее

Происходит самое страшное. Глухой удар падения. И не один.

Егор скользит по лестнице, собирая участками тела все ступеньки.

Он тормозит на середине. И не шевелится.

Мы все бросаемся к ступенькам. Наш мальчик лежит и не двигается.

-Егор!

Звериный крик отчаяния вырывается из моей груди, и я несусь к сыну со всех ног.

Он замер в такой неестественной, неживой позе…

Как переломанная кукла…

Мы тебя отмажем

-Сейчас же звоните в скорую!!

Я не могу ни на секунду оставить свою малютку. Обнимаю его хрупкое тельце и без конца повторяю, чтобы ему вызвали профессиональную помощь.

Инга несется к мобильнику.

-Егорушка, открой глазки. Маленький, только живи. Со всем справимся. Только живи.

Не знаю, сколько я так просидела у его тела. Он хрипел, и я постоянно прислушивалась, есть ли дыхание.

А потом внезапно заметила, как вокруг меня стало тихо. Голоса доносились из-за закрытой кухни.

Почуяв неладное, я притаилась за дверью.

-Что же мне делать?! Я всего неделю работаю. Я не хочу в тюрьму! Это я не доглядела за ним, уснула. Весь день к зачету готовилааась

Это ревела няня. Я ненавидела ее больше всего на свете. Не знаешь, как качественно делать работу – не берись! Тем более когда ты несешь ответственность за ребенка!

-Я не могу сесть. У меня вся жизнь впередииии

А у моего сына тоже она была…Как страшно…Надеюсь, он сможет пожить еще немного…Точнее до старости…Но только не умереть на этой лестнице…

Ты сядешь, идиотка. И дело пойдет быстро. У Рустама знакомые в ментовке. Он все организует. Молись, чтобы мой сын выжил…

Но я не верю своим ушам…

-Ты не сядешь. Ты же все сделаешь, чтобы не попасть за решетку?

Няня всхлипывает. Наверняка кивает. А потом начинает реветь еще пуще прежнего.

-Только не заставляйте меня с вами спать, умоляяяю. У меня жених есть! В родном поселкеееее

Рустам презрительно фыркает: «Да кому ты нужна, малолетка тупая. Ради своей шкуры будешь кивать и помалкивать, поняла?»

Я хочу с размаха вбежать в кухню и начать кричать. С чего это Рустам стал таким добреньким?! Решил замять дело и списать все на несчастный случай?! Отмазать девицу?!

Но то, что я услышала дальше, повергло меня в полный шок…

-У Стаси и так уже плохая репутация. И сегодня она проявила себя не с лучшей стороны. Всем будет польза, если она возьмет на себя всю ответственность.

Няня перестает всхлипывать и внимает каждому слову.

-Ты должна сказать, что отошла в туалет. А когда вернулась, увидела, как мать за что-то ругает сына. И в припадке гнева толкает его с лестницы.

-А еще упомяни, что перед этим она огрела его по башке. Вон какой синяк надулся на лбу,- встряла Инга.

Я не могу дышать. Такое ощущение, что сейчас сердце остановится, и я свалюсь замертво.

-Как-то это неправильно…Она же его мама…Она бы такого не сделала…

Инга презрительно цокнула: «У нее за сегодня уже был приход в ментовку по поводу агрессии на ребенка. Тебе на руку»

Рустам пошел на манипуляцию: «Ну если ты такая высокоморальная и правильная, может признаться во всем и отсидеть по всей строгости. Нам-то что? Мы предложи вариант, ты им не воспользовалась. Окей».

-Нет! Я согласна…Я скажу все как надо!

Естественно, девушка была рада, что козел отпущения нашелся.

Я думала, что с утра пережила настоящее предательство. Но это ничто по сравнению с тем, что обрушилось на меня сейчас.

Быть виновной в покушении на собственного сына?!

И ни шанса на алиби…

Вы ломаете мне жизнь...

-Вы не посмеете! Какого черта вы творите?! Я и пальцем никогда сына не трогала! И всегда защищала его, когда Рустам хотел воспитывать ремнем!

Я не выдержала и ворвалась к ним прямо на кухню.

Посмотреть на их наглые рожи. Предательские. Нечеловечные.

-Ты сдурела?! Ребенка одного оставила там валяться?!

Инга завизжала и посмотрела на меня с укором.

-А вы как же? Оставили мальчика одного с психопаткой, которая его избила и скинула с лестницы! Я же могла добить его, пока вы здесь совещаетесь!

Слезы градом текли по моим щекам. Ни за что. Ни про что. Просто потому что я оказалась кому-то неугодной и неудобной!

-А ты?! – я накинулась на няню,- учись брать ответственность за свои поступки! На что ты надеялась?! Никто не даст тебе уголовку, отделаешься административкой. Но заслуженной!

Девушка вжала плечи и дрожала. И отказывалась смотреть мне в глаза.

-Сухой из воды выйти хочешь?! А спать ты сможешь после того, как заточила невиновную мать?! Ты хоть понимаешь, что я сяду, а мальчика кроме меня никто не защитит! Настоящие волки сидят прямо перед тобой!

Она все еще молчала. Игнорировала меня. Ждала, пока я уйду.

-Ну чего ты делаешь вид, что я привидение?! Ответь мне! Говори со мной!

В истерике я вцепилась няне в воротник и начала трясти ее за плечи.

-Напала на няню после того, как она защищала от нападения мальчика!

Я оборачиваюсь и вижу, что Инга выхватила телефон и сняла все на видео. Особенно мое разъяренное и перекошенное лицо.

Отчаянно застонав, я отпустила няню и сползла на пол. Свернулась калачиком и ревела, ревела, ревела. В голове стоял белый шум.

В чувство меня привел дверной звонок. Наконец-то приехала бригада скорой.

-Аккуратно кладите на носилки! Документы подпишете все в машине. Нельзя терять ни минуты!

Врачи сильно волнуются. Это плохой признак.

Как самому близкому родственнику, мне разрешили ехать в карете вместе с ними. Все остальные поехали за нами на машине.

Я держала маленькую ручку Егорки и смотрела, какие манипуляции проделывают с ним санитары.

-Сыночек, ты только держись…Ты только живи…Если бы я могла, я бы тебе отдала всю свою жизнь, забрала бы всю твою хворь…

Лихорадочно шепчу, поглаживая его ладонью.

Возможно, это последний раз, когда мы с ним видимся. Потом меня посадят в тюрьму.

Что запомнится сыну с нашей последней встречи? Как я испортила ему праздник, а потом, как он бродил в темноте и звал меня, но я оставила его там одного?

Если бы я знала, что все так бесчеловечно обернется, я бы все исправила! Но прошлого не вернуть…

-Маленький мой…Прости меня за все…любовь моя…

Моя жизнь сломана. Растоптана. Исковеркана.

Я никому никогда не переходила дорогу намерено! Жила по совести! Любила свою семью…

А на меня спустили всех собак, не дав ни шанса на справедливость…

Сбеги и схоронись

Меня не пустили в операционную. Хожу как затравленный тигр в клетке, мечусь туда-сюда по коридору в исступлении.

Вижу – приехала моя компания врагов и тоже уселась на стулья.

Мне бы сказать врачам в скорой, как меня хотят подставить, скрыть с глаз, заточить…Но я боялась, что это будет выглядеть слишком подозрительно. Как будто придумываю себе шаткое оправдание.

-Полиция уже в пути. Не будь дурой. Говори как надо.

Это Рустам науськивает няню. На ней лица нет. Кивает, а сама дрожит как осиновый лист.

На негнущихся ногах я подхожу к ней и падаю на колени. При всех. Плевать. Пусть смеются!

-Вы чего делаете?! Встаньте! Не позорьте меня! Не надо! Зачем вы?..

Ей неловко, что кто-то из врачей увидит эту унизительную сцену.

-Не губи меня! Я ничего плохого не делала! У тебя же тоже есть мама. Представь, что ее так подставят и упекут! Ни за что ни про что!

Я реву и обхватываю ее колени. Девушка готова со стыда провалиться в землю.

Чувствую, еще немного – и мне удастся убедить ее поступить правильно. Но если на правом плече сидит ангел, то на левом – Рустам с Ингой.

-Детка, а теперь представь, что будет чувствовать твоя старая мамочка, когда за решеткой окажешься ты. Выдержит она такого удара?

-Мы будем твоим алиби. Не забирай у себя такую возможность. Засунь совесть куда подальше. Ты нам ножки должна целовать за то, что выручаем тебя, дуру безответственную.

Все. Своя рубашка ближе к телу. Она приняла решение. Не в мою пользу.

С чего я вообще должна была ее умолять?! Почему виновный имеет власть над безвинным?!

Но я должна. Должна ради сына.

-Вечер добрый. Что у вас тут случилось? Вызов, смотрю, по серьезной причине.

Как только я успела встать на ноги, из-за угла нарисовался мужчина в форме. Хорошо хотя бы не Кирилл. Сейчас он смотрит на меня как на мать, убитую горем.

А я и правда заслуживаю сочувствия и понимания!

Но я знаю, что в скором времени он будет испытывать только лишь отвращение…

-Здравия желаю! Поговорите сначала со мной, как с отцом. С главой семьи.

Рустам подскочил с места. Видимо, хочет начать ткать паутину лжи. Чтобы няне осталось только кивнуть головой и подписаться.

-Обязательно. Но не сейчас. Утешьте лучше свою жену, на ней лица нет.

Даже незнакомый человек вот так тыкает Рустаму о его прямых обязанностях. Как мы клялись в ЗАГСе? В горе и в радости, в жизни и в смерти…

А оказалось, что меня даже в «радости» рядом с собой видеть больше не хотели…

-Тогда вот подруга семьи. Она сейчас не занята. Начните с нее!

Подсовывает свою напарницу. У Инги тоже язык без костей. Об истории они наверняка договорились в машине заранее.

-Зачем? Как мы поняли из звонка, никого из вас не было на втором этаже в момент случившегося. Только няня. Вот ее я и начну опрашивать. Ваше имя?

-Варвара…

Девушка проговаривает это так, будто выплевывает из горла застрявший ком.

-Не бойся. Скажи всю ПРАВДУ,- давит и подчеркивает Рустам.

Она кивает. Уходя, оборачивается на меня.

-Умоляю…

Только и могу прошептать няне в след. Тихо-тихо. Безнадежно. Но она слышит.

Поэтому резко отворачивается и вжимает плечи.

-На твоем месте я бы сбежала, пока тебя не пришли заковывать в наручники. Серьезно думаешь, что эта клуша пожертвует собой ради незнакомой тетки?

-Я не прошу ничем жертвовать! Я не нарушала закон! Она отвечает за свои поступки!

Не позволю им внушить мне, что в падении сына виновата я! Инга буквально вовлекла меня в эпицентр драки, и я не могла подняться к Егору вовремя!

-Дура ты, Стася. Сейчас схоронилась бы в надежном месте, пока тебя объявляют в розыск. Пересидела бы пару месяцев. Зато потом свобода.

Убежать – признать перед всеми свою вину…

Но остаться здесь – медленно ждать неизбежного приговора…

Незваный гость

Минуты мучительного ожидания. Варя наговорит ему по заготовленному тексту, это как пить дать.

Спасти свою шкуру и бросить сына?

Но какая ему от меня будет польза, если все, что я смогу –посылать ему весточки из колонии? Если меня лишат родительских прав за жестокое обращение с ребенком, нам запретят контактировать…

-Все так и было…