Дикий. Куплю твою невинность

Двойной агент…Как же он рискует, спасая меня. Дикий никогда не простит и его тоже.

- Куда мы вообще едем?!

Нет ответа. Может, ветер снова унес мой вопрос?

- Куда ты меня везешь?! – ору что есть мочи.

Снова молчание.

Мы подъезжаем к величественному особняку. Не к тому, где я провела последние два года. Но я видела его на фотографиях.

Ворота резко открываются. Спаситель быстро заталкивает меня внутрь и уезжает.

- Нет! За что?! Ты не можешь так со мной поступить, Треф!

Только не это проклятое место!

Достали твои фокусы

(Два года назад. Полина)

Проходит пара часов по моим ощущениям. Все про меня забыли.

Я, конечно, не эгоистка, которая будет соревноваться за внимание с глубоко раненным человеком, но…я хочу есть.

- Извините, можно мне с кем-нибудь поговорить? Кто-то может подойти?

Нет ответа. Коридоры пусты. Все куда-то умчались. Неужели стряслось что-то страшное? Мог ли такой сильный и мощный мужчина умереть?

Почему-то подсознательно я не хочу этого. Как будто что-то связывает нас невидимой нитью. Нам еще рано прощаться…

- Простите, меня кто-нибудь слышит?!

Не лезть же мне со второго этажа через окно, правильно? Я и узлы-то вязать не умею. А что если…?

Раз уж меня игнорируют, я найду способ их самих прибежать ко мне.

Достаю из тумбочки пистолет. Знать бы еще, как он «включается»…Мало я боевиков в жизни смотрела.

- Курок…Взвести курок…Но как это делается?

Я так и не понимаю технологию. Жалко, на них не придумали никаких кнопок. Все было бы гораздо проще…

А что, если он уже заряжен? Была не была! Зажмурившись, стреляю в стену.

Бах! Такая мощная отдача. Очень сильно дергаю рукой и роняю оружие. Прямо себе на ногу. Такое тяжелое! Будет синяк на пальце..

- Вот я дура…А вдруг за стеной кто-то был, и я его пришибла…

За пару секунд четко понимаю - я никогда в жизни не смогу стрелять в живого человека.

- Что у тебя там происходит?!

Так я и сказала! Сначала отоприте дверь!

Она распахивается, и я прячусь за нею.

- Кто стрелял?! Где девчонка?! Люди Буйного украли ее?!

Амбалы мечутся по комнате. Когда они оба забегают в ванну, я даю дёру!

Но не тут-то было. Опять за спиной появляются руки, которые больно дергают назад.

- Ты что творишь, идиотка? – шипит Треф мне прямо в ухо,- ваще приказов не понимаешь?!

- Пусти! Мне больно!

- А мне плевать. Дикого рядом нет, и ты своей смазливой мордашкой не сможешь им манипулировать.

Сколько ненависти в его голосе. Это что…ревность? Что хозяин взял, да и переключился на другую игрушку?

- Я хочу есть. С самого утра ничего не ела.

Со школы…Когда завтра я не появлюсь на уроках, никто даже и не подумает, что я в особняке мафии…

Но папа…он же уже позвонил в полицию, правда? Запомнил приметы Дикого? Значит, скоро меня прилетят спасать. Возможно, на вертолетах.

- Ты тут никто и звать тебя никак. Посидишь на хлебе и воде, может, выпендриваться меньше станешь.

Правая рука бандита грубо волочет меня обратно в комнату. И оставляет в туалете! С одной бутылкой воды!

- Если еще что-нибудь учудишь…Например, вырвешь с корнем толчок – я не приду к тебе на помощь. Будешь стоять по шею в воде и реветь. Задрали твои фокусы.

Я всего лишь хотела нормального к себе отношения…Почему меня не заперли хотя бы в ванной? Наверно, боялись, что я разобью зеркало и спрячу осколок.

- Пожалуйста, выпустите меня. Я буду хорошей. Прошу, откройте!

Но в маленькой комнате никого нет. Никто меня не слышит. Или боится ослушаться приказов Трефа.

Сворачиваюсь клубочком на холодном кафеле. Как бы не отморозить себе почки…Все тело затекает. Но тут невозможно ни размяться, ни развернуться.

- Как будто я уже умерла, и все про меня забыли…В гробу, наверно, еще теснее…

Горько наплакавшись, засыпаю в этом удручающем месте.

Злобный Треф

- Больше не будешь дурить, девка? Человек без еды и воды может жить плюс минус три дня. У тебя еще будет время подумать.

Свет ослепляет мои привыкшие к темноте глаза. Это опять Треф.

У него в руках тарелка. Слава богу, не с хлебом и водой! Ароматное жареное мясо…Живот сразу требовательно урчит, а рот наполняется слюной.

- Я все поняла. Извините меня. Я просто хотела, чтобы мне объяснили, что тут происходит…

- А кто ты такая, чтобы требовать ответы? Ты просто пустое место. Сиди и помалкивай.

Я поняла. С ним никаких переговоров. Только с Диким можно вести хоть какой-то диалог, пока он не переходит к тому, чтобы завалить меня в постель.

- Хорошо. Можно мне поесть?

Какая я жалкая…Выпрашиваю как милостыню. Еще и буквально сижу на коленях. Но я сейчас упаду в обморок от недостатка сил…

- Ничего ты не уяснила. Будешь жрать, когда тебе предложат или разрешат. Не пытайся командовать.

Да где тут команда?! Почему он думает, что я угрожаю его авторитету?! Я всего лишь беззащитная школьница!

Молчу и устремляю взгляд в пол. Пусть видит мое смирение. Но терпение мое на исходе. Живот сводит страшная судорога.

- На, хавай. И не криви носом. Увижу недоеденное – буду тыкать мордой в тарелку.

И снова запирает меня. Треф даже не принес мне столовые приборы! Как унизительно…

Ладно, я сейчас не в высшем обществе, и меня никто не видит. Спасибо, что оставил включенным свет. Или просто забыл лишить меня его.

- Приятного тебе аппетита, Полина.

Зачем-то говорю себе это, и из глаз ручьем начинают течь слезы. Он попусту грозился мне – я вылизала тарелку дочиста. И все равно не наелась. Но смогу продержаться до утра. Если меня, конечно, не решили кормить раз в день.

Ночь я провела на этом холодном кафеле.

- Вставай. Пока что будешь жить в левом крыле. Если Дикий узнает, что ты шманала его ящики – он оторвет тебе башку. Даже я не знаю, что там внутри. А ты вообще за жизнь не держишься, как я посмотрю.

Молчу. Трефу лучше ничего не говорить, а то он взбесится.

- Я сохраню твой секрет. Будет за тобой должок.

- Спасибо.

Никаких лишних слов. Хотя мне очень хочется спросить, что там с Диким. В каком он состоянии? И, конечно – когда же меня отпустят домой?

Комнатка маленькая, без излишеств, но тут хотя бы есть кровать. Только привыкнув к атмосфере, я замечаю – на окнах приварены решетки!

Интересно, кому же предназначалось это вместилище в прошлый раз…Или их поставили из-за меня? Сразу вспоминается та женщина на фотографии. Кто же она? Вряд ли Дикий фотографируется со всеми своими жертвами. Компромат.

- Обед подан.

Треф ставит передо мной тарелку и уходит. Так продолжается три дня. Я изолирована ото всех и могу слышать только обрывки разговоров в коридоре. Но никто ни словом не обмолвился о Диком. Видимо, им запретили судачить. Треф – моя единственная связь с этим суровым миром. И то только на пару слов.

- Ужин.

В этот раз мужчина выглядит каким-то слишком помотанным и уставшим. Обеспокоенным.

- Скажи, почему ты так предан Дикому?

Вопрос сам слетает у меня с уст. Я изголодалась по общению. Будь что будет.

На удивление, мужчина не посылает меня. Только задумчиво смотрит вдаль, а потом говорит: «Я был совсем юнцом, когда Дикий вытащил меня из дерьма. Научил жизни. Не давал в обиду. Я по гроб жизни буду его правой рукой».

Так дело не в мафиозных амбициях. Он предан ему как щеночек.

- Ты охренела смотреть на меня с такой жалостью?!

Не успели мы наладить контакт, как Треф снова стал со мной агрессивен.

- Я не…

- Я все вижу, шмара ты подворотняя. Думаешь, ты особенная, принцесса? Пробуешь помыкать моим боссом. Раньше ни одна дырка не задерживалась дольше пару дней. А тебя он бережет как зеницу ока. Первым делом спросил про тебя, когда очнулся.

Мужчина надвигается на меня с горящими злобными глазами. Не рот, а собачий оскал – сейчас набросится и раздерет на куски.

- Я…

- Не мечтай. Ты такая же как все. И тебе всунут в день восемнадцатилетия, а потом выбросят на улицу. Хотя я буду хлопотать, чтобы ты и братве досталась на вечерок.

Сверкнув глазами, полными ненависти, он громко хлопнул дверью, забрав с собой ужин.

Зря я вообще затеяла этот разговор. Но теперь я знаю – у меня осталось четыре дня, чтобы сбежать из этого сумасшедшего дома.

Подарок имениннице

Что я только ни пыталась делать – и отпилить чугунную решетку пилочкой для ногтей, и подкупить горничную. Один раз даже хотела соблазнить амбала, а потом треснуть по голове чем-то тяжелым и удрать.

Треф лишь молча приносил мне еду и зловеще улыбался. Но раньше Дикого трогать не смел – надо соблюдать субординацию.

- Осталось три дня

- Осталось два дня

- Всего один день.

Это единственное, что он мне говорил. Меня очень сильно пугало неведение. Что с Диким?! Почему отсчет идет, но сам он ко мне не приходит?!