Избранная для Драконов

На подъездной дорожке его уже ждал айермобиль.

Как только граф приблизился, дверь незамедлительно открылась. Дракон взмахнул открытой ладонью над землей, уплотняя поток воздуха перед собой, превращая его в подобие ступеней.

- Дорогой Рафаэль, - услышал он голос брата, стоило только усесться в мягкое кресло.

- Внимательно, Габ, - сквозь зубы проскрежетал мужчина, но злился он не на брата, а на одно «обстоятельство», которое не давало покоя тому, кто находится в его штанах.

- Как давно ты выезжал в город?

Вопрос с намеком, понял Рафаэль.

- С каких пор тебя это начало волновать, Габ? - вздернул он бровь.

- С тех самых, когда от тебя за версту стало нести похотью. Ты уверен, что это юное создание нам подходит? Я чувствую твое волнение, когда девочка находится рядом, - его голос был в эту минуту необычайно серьезен, и Рафаэль понимал, почему.

У них нет времени на ошибку. И Габриэль прав, в этот раз все должно пройти идеально, и промахов не должно быть никаких. Но если Рафаэль так и дальше будет реагировать на эту девку, ничего толкового из этой авантюры не выйдет.

Стараясь отбросить все сомнения и мысли о желанном теле куколки, Рафаэль утвердительно кивнул брату.

- В себе я уверен на все сто процентов, Габриэль, тут главное, чтобы твой демон не почувствовал угрозу.

- Я попробую его обмануть, задурманить его сущность, - брат лукаво улыбнулся.

Рафаэлю эта улыбка не понравилась сразу.

- Позволь узнать, как ты собираешься это сделать, брат?

- Не сейчас, Рафаэль, - ответил тот, заглядывая вперед, за спину собеседника, который сидел задом к лобовому стеклу мобиля, и на его губах вновь заиграла улыбка. - А вот и наш кристалл заледенелый нашелся.

Не успел Рафаэль опомниться, как айермобиль остановился, и Габриэль, ловко выбравшись на улицу, широким шагом направился к Элизабет.

- Главное, не спугни ее, - пробормотал вслед брату Раф и, пересев вглубь салона мобиля, бессмысленно устремил взгляд в спину Габриэля.

***

Когда Габриэль подхватил студентку Рафаэля на руки, он понял, отчего у его брата на эту куколку стояк. Юное, гибкое, как тростинка, тело, дрожащее в его руках, прижималось к его груди так плотно, что Габриэлю сначала показалось, что лялька прикидывается, а сама точно знает, как влияет ее тело на противоположный пол. Уж Габриэлю-то и не знать этих женских хитростей. Он немало познал женщин и мог бы написать нетленные тома о том, на что они готовы пойти, чтобы добиться своей цели. Интересно, а какова цель этой крошки?

Но когда граф взглянул в ее глаза, понял, что лялька-то просто искрится наивностью и невинностью. Ну, что ж, возможно, он и ошибся, предположив, что эта куколка - изворотливая шлюшка, но время не стоит на месте, и с его течением эта красотка точно превратится в стервозную гадюку.

Мужчина втянул в себя воздух, что окутывал ее. Да, все же Раф прав, она самая сильная стихийка из всех тех, что им попадались до настоящего момента. И Раф прав, с этой крохотулей нужно обходиться нежнее, ласковее.

Мужчина тут же прервал свои фантазии, которые потекли не в том направлении и не по тому руслу. Что за дьявольщина?

Он опустил взгляд на крошку, покоящуюся на его руках. Что-то здесь не так. Неужто в этой маленькой стихийке может быть сокрыто несколько талантов по магической линии?

- Спа-си-бо, - слабо прошелестел девичий голос перед тем, как они оказались в салоне мобиля.

Усаживаясь на мягкое сиденье, Габриэль устроил ляльку у себя на коленях, но она, взбрыкнув, попыталась вырваться из его рук.

- Не надо лишних телодвижений, Элизабет, я вас хочу просто согреть.

И куколка тут же затихла. Габриэль почувствовал на себе пристальный взгляд Рафаэля. Переведя взгляд на брата, криво ухмыльнулся. Даже в темноте можно было видеть, как горит его взгляд ревностью. Дерзкая улыбка Габриэля, и он проводит по бедру девчонки ладонью, поддевая пальцами край платья и задирая его вверх, оголяя стройное бедро.

- Элизабет, - зашептал он на ухо ляльке, - расслабьтесь, позвольте вам помочь. Иначе ваша кровь превратится в лед, что не желательно для столь юной особы. Ведь вам еще предстоит выполнить свое задание...

С губ девушки сорвался стон, и его член незамедлительно отреагировал на этот звук, наливаясь желанием. Мужчина ловко пересадил стихийку у себя на коленях, и теперь она сидела не в профиль к Рафаэлю, а анфас. Габ подмигнул брату и, чуть склонившись к шее девчонки, прикусил ее мочку, от чего лялька задышала чаще. Конечно же, она этого не осознавала, потому что Габриэль позаботился о крошке и погрузил ее в принудительное забвение, наложив на нее магическую печать.

- Прекрати, Габ, - процедил сквозь зубы Рафаэль.

Ох, как же графу нравилось дразнить брата. Сдержанный и в большинстве случаев хладнокровный, но сейчас в нем бушевал ураган страстей. Габриэль знал, что брат в этом никогда не признается, но ему это сейчас и не требовалось, у Рафа было все написано на лице. И это позабавило Габриэля. А что, если продолжить? Адреналин подскочил в крови у дракона. Противоборство всегда присутствовало между братьями рода дос Аньёса. Они, как черное и белое, как лед и пламя, схлестывались в борьбе, стараясь доказать и себе, и окружающим каждый свое превосходство.

Габриэль проводит по внутренней стороне бедра девушки ладонью. В глазах Рафаэля дрожит нездоровый блеск.

- Ты что творишь? - возмущенно шипит мужчина, а лицо Габриэля искажает звериный оскал.

- Я чувствую, - прохрипел он грудным голос, и это его самого напрягло. Неужто демон выползает наружу? - Ее запах так хорош.

Мгновение, и пальцы уже трутся о мокрую ткань трусиков.

- М-м-м-м, - прикрывает веки Габриэль, - эта куколка действительно сладка, брат, не хочешь попробовать?

Рафаэль в изумлении уставился на брата, не двигаясь с места, расширенными глазами наблюдая за Габриэлем.

- Не могу остановиться, Раф, - прорычал тот.

Обхватив зубами через ткань маленький сосок, он почувствовал, как тот твердеет, сжимается в бутончик.

- Останови, - хрипит мужчина уже не в силах остановиться сам, его пальцы ныряют в горячую глубину мокрого узкого лона, и тело Габа тут же простреливает сладостная молниеносная боль.

- Адские демоны! - осипшим голосом стонет мужчина и откидывается на спинку кресла, расслабляясь всем телом.

Девушка соскальзывает с его рук и оседает возле ног тряпичной куклой.

- Ты совсем рехнулся? - услышал он над собой голос брата и чуть приоткрыл веки, глядя сквозь щелки.

Взор затянула пелена, и образ Рафаэля был нечетким, расплывчатым, поэтому он не смог увидеть эмоций в его глазах, но чувствовал по голосу, что брат в бешенстве.

- Извини, друг, - прохрипел он и закрыл глаза, погружаясь во тьму.

- Ты сумасшедший, - пыхтел Рафаэль.

Граф почувствовал, как с его ступней исчезла тяжесть. Значит, профессор забрал свою студенточку. Ну, что ж, таким сокровищем и впрямь лучше не раскидываться. Эта стихийка просто находка. Конечно, жаль, что ее путь предначертан, а так бы она могла стать неплохим трофеем, занявшим определенный статус в их родовом замке.

Глава 9

Рафаэль практически не ощущал тяжести ноши, хоть девушка и лежала на его руках безвольной куклой.

Длинный темный коридор Академии подсвечивали огненные световики, выстроенные в одну ровную линию. Профессор торопился в медпункт, который был расположен на ярус ниже и занимал практически полностью цокольный этаж. Спускаясь на лифте, Рафаэль с тревогой заглянул в лицо Элизабет. Его все же волновал тот факт, что девушка до сих пор не приходила в себя. И как бы он хотел сейчас применить свою магическую силу, он не мог. В энергетическом поле здания, на которое была наложена защита, тут же будут зафиксированы колебания потоков посторонней магической силы, и завтра ректор Родарик непременно узнает, кто был виновником спокойствия в ночные часы в Академии. И начнутся бесконечные вопросы и разбирательства, а графам дос Аньёсам сейчас ни к чему лишнее внимание. Рафаэлю и так приходится подчищать за братом огрехи, которые тот совершает, напиваясь до бессознательного состояния. Рафаэль тяжело вздохнул. А перед глазами тут же предстала картина того, как сюда нагрянут ЧМПовцы, если еще узнают о том, что теперь на одну из студенток наложено заклинание Радужного Семицвет а. И в этот раз драконам может не сойти с рук махинация с применением запретной магии, как в прошлые разы.

Когда, наконец, профессор достиг своей цели, перед ним встала другая дилемма. Нужно было открыть дверь медпункта, да так, чтобы об этом никто не узнал.

- Будь неладна эта система безопасности, - выругался граф себе под нос.

Закрыв глаза, он глубоко вдохнул, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях. Мощная вибрация прошлась по телу, порождая в груди невыносимое жжение. Профессор распахнул налившиеся тяжестью веки, и в вертикальных зрачках, которые практически полностью закрывала радужка, покрытая огненными брызгами, замерцала животная сила дракона.

- Тише, тише, - успокаивающе проговорил мужчина, - нам нужно лишь немного пламени, чтобы открыть дверь.

Внутренняя концентрация энергии на маленькой замочной скважине пару секунд, и выплеск энергии просочился в дверной замок, который, не выдержав и мига огненного натиска, звонко щелкнул и раскрылся.

Рафаэль дернул головой, прогоняя внутренний образ дракона. На сегодня хватит с него приключений. Ему нельзя давать слабину, ведь чтобы сдерживать рвущегося наружу дракона, нужна постоянная концентрация, а с девушкой на руках этого вряд ли можно добиться.

Когда Рафаэлю наконец-то удалось прервать окончательно ментальную связь со своей темной стороной, он переступил порог медпункта и не медля ни секунды направился к стеклянному резервуару, наполненному гелеобразной субстанцией. Жизненный Аль-Иксир, пронизанный нитями-гидрантами, был создан магами-целителями, практиковавшими свои навыки врачевательства в Академии многие столетия. И только несколько веков назад им наконец удалось добиться наилучшей формулы жизненных токов энергии. Они смогли совместить потоки стихий и силу магии и получить эликсир бессмертия, как они его венчают. Но на самом деле эликсир лишь исцелял и мог продлить жизненный цикл живой особи максимум на сотню лет, по крайней мере, Рафаэль иного не находил в истории.

Возле резервуара Рафаэль помедлил несколько секунд, набирая защитный код на тонкой панели витсенса [магический сенсор].

Всколыхнувшаяся жидкость пустила нити-гидранты волнами, создавая потрясающее зрелище. Но смотреть на игру переливов было некогда, сейчас решался вопрос жизни студентки Райтон. Рафаэль, оглядывая лицо девушки, заметил, как кровь становится гуще и тягучей, и теперь ее вены, превратившиеся в тонкие выпуклые жгутики, расчерчивали витиеватыми узорами бледную симпатичную мордашку.

Когда из-под резервуара выехала плоская поверхность, оснащенная мягким основанием и фиксирующими ремнями, мужчина опустил ношу на белое ложе и, стянув ремнями конечности и туловище, набрал нужную комбинацию символов на витсенте, приводя в действие программу врачевания.

С тихим шелестом поверхность, на которой лежала девушка, опустилась вниз и медленно начала погружаться в резервуар. После того, как защелкнулись замки, обозначая полное погружение, Рафаэль перевел свой взгляд на Аль-Иксир.

Взбудораженный гелеобразный состав начал покрываться вытянутыми продолговатыми пузырями, заполненными пустотой. Рафаэль вглядывался внутрь, пытаясь под густым слоем эликсира рассмотреть тело девушки, но это было невозможно, все пространство покрылось пузырями. Ему не раз приходилось наблюдать за подобными манипуляциями. Мужчина еще несколько минут стоял неподвижно, наблюдая, но все же нашел силы оторваться от завораживающего зрелища. Переместившись к панели, Рафаэль бегло просматривал показатели, которые менялись с каждой секундой по степени выполнения сканерфункции внутри резервуара.

Девушка была полностью здорова, и никаких отклонений в ее организме сканер не выявил кроме той, что у неофита была легкая форма обморожения. Несколько быстрых движений пальцами по панели. Правильно выбранное лечение, и программа запущена в действие. Мужчина посмотрел на время, которое понадобится для целительства, и, отступив от резервуара, присел на высокий одноногий стул, придвинутый к стеклянному столу.

Облокотившись на колени, он оглядел помещение. В последний раз граф здесь был несколько недель назад по приглашению преподавателя целительства Дунака Холмана. Магистр устраивал открытое занятие, показывая студентам магического факультатива, на что способна синергия, если ею правильно воспользоваться. Даже и говорить не о чем, в каком студенты были восторге, когда на их глазах магистр воскрешал только что им же самим убитых мышей и болотистых ящеров. А уж когда в клетке принесли для опыта горную рысь, даже Рафаэлю стало интересно, как же магистр Данак справится с задачей умерщвления животного. Ведь убийство крупных животных и добровольных подопытных из низших рас на территории Академии было запрещено, не важно, для каких целей они умерщвлялись, правило есть правило, одно для всех. Но тут хитрый черт удивил мужчину. Зная анатомию живой особи, он одним нажатием на скрытые точки он погрузил ее в принудительный сон, при этом особь внешне ничем не отличалась от мертвеца. Но никто из студентов этого не мог почувствовать и увидеть. На тот момент Рафаэль оценил эту шикарную иллюзорную ширму. Эффект был достигнут со стопроцентным успехом. Студенты были в восторге, чего и требовалось добиться от открытого показательного урока.

Резервуар издал протяжный звук и характерный щелчок, оповещающий, что платформа отсоединилась от основного агрегата и через несколько минут выпустит из своих оков неофита Райтон.

Рафаэль встал в изголовье платформы в ожидании того, что, когда появится девушка, ему нужно будет успокаивать ее, ведь она может уже очнуться в это время внутри резервуара и испугаться. Но ожидания Рафаэля не оправдались. Элизабет была без сознания. Лишь после того, как профессор освободил тело девушки от сдерживающих ее ремней, студентка Райтон, тихо застонав, приоткрыла глаза.

- Где я? - прошептала Элизабет одними губами, но спустя миг ее лицо начало пылать, стоило только взгляду девушки сфокусироваться на его лице.

Рафаэль не отпускал взгляд Элизабет. Он пристально вглядывался в ее лицо, словно пытался разглядеть те мысли, которые она пытается скрыть, щуря глаза и стыдливо пряча их под веером длинных ресниц.

- Господин Рафаэль, разрешите мне слезть? - полушепотом попросила девушка и дернулась в его ладонях, которыми он сжимал обнаженные предплечья.

- Да, конечно, мисс Райтон, - мужчина разжал пальцы, которые, казалось, приклеились к юной шелковистой коже.

- Спасибо вам, профессор, - прикусывая губу, девушка соскользнула с белой поверхности платформы и, прикрыв открытые участки кожи ног, попятилась к выходу.

- Стой, - окликнул ее Рафаэль, и девушка замерла на месте. - Мисс Райтон... - он замолк на миг. - Элизабет, вы сможете найти самостоятельно дорогу до общежития?

Он пробежался по ней цепким взглядом, отмечая про себя, что на девушке слишком мало одежды. Неужели он готов отпустить ее в таком виде? Нет, он не мог, это был бы сверхглупый поступок юнца, и это порванное платье (он плотно сжал губы), оно совсем не скрывало ее тело.

Вспышка чувства собственника от осознания того, что ее кто-то может увидеть, затмила разум. Зачем он дал ей право выбора? Она еще совсем дитя, и принимать какие-либо решения ей не следует. Да и незачем куколке забивать голову всякой ерундой, теперь она принадлежит графам дос Аньё сам, это только вопрос времени, которого у девчонки нет. В грудной клетке, в районе сердца, которое не билось уже достаточно давно, от подобных мыслей, защемило, и мышцы лица дернулись от напряжения.

- Профессор дос Аньёс, - заикаясь, произнесла неофит Райтон, - вы меня пугаете, господин Рафаэль, - она вжалась хрупким телом в резервуар, и на ресницах заблестели слезы.

- Не стоит вам меня бояться, мисс Райтон, - Рафаэль в несколько шагов приблизился к девушке, и его накрыла волна возбуждения, прокатившаяся под кожей зудящим жжением.

Он скинул с плеч куртку и набросил на плечи Элизабет. Девушка непроизвольно сделала рваный вдох и залилась еще ярче румянцем.

- Господин Рафаэль, это лишнее, - осипшим голосом прошептала она.

- Нет, Элизабет, нет, - он склонился к ее волосам и вдохнул запах.

О! Она пахнет восхитительно! Цветочный аромат проникал в его нос, забивая глотку. Дай ему сил, Великий Спириус, устоять перед этой подлинной невинностью и не сорваться туда, где можно погрязнуть в безгрешном токе магической энергии. Еще рано, слишком рано. Девочка должна прийти к ним сама.

«Сама», - эхом отдалось в сознании.

Тяжело дыша, Рафаэль, все же отступил от Элизабет, приложив к этому действу всю свою силу воли.

- Ступайте, мисс Райтон, и завтра вам лучше не появляться на занятиях, - прохрипел он, а девушка уже пулей выскочила в коридор и, не оборачиваясь, побежала по направлению к лифту.

- Чертовы Демоны Галеры! - со злостью ударив кулаком в стену, прорычал мужчина. - Это будет не так легко, как казалось вначале, - проговорил самому себе Рафаэль, глядя вслед девушке.

Дождавшись, когда та скроется из поля его зрения, развернувшись на пятках, он покинул медпункт, закрыв за собой дверь.

***

Айермобиль стоял на прежнем месте, и это означало, что Габриэль все еще в бессознательном состоянии. Граф широким шагом пересек двор Академии, вышел за пределы магического купола. Короткое заклинание, и позади мужчины шлейфом осыпалась магическая пыль. Теперь на нем не было защитного заклинания. Он сделал глубокий вдох, как будто глотнул свободы, он практически счастлив. С его плеч будто гора свалилась.

И почему он вдруг решил, что несет ответственность за эту куколку? Она для них просто орудие достижения цели. Точка. Вон из головы все ненужные мысли, а из груди - лишние чувства. Профессор рывком открыл дверь и, проведя над землей ладонью, поднял уплотнившиеся слои воздуха на нужную высоту, забрался мобиль.

- Великие Маги, брат! Что так долго? - послышался из темноты рокочущий голос Габриэля, и граф непроизвольно напрягся, гадая, кто сейчас говорит голосом его брата: сам Габриэль или Демон. - За это время можно было утрахать твою студенточку по-полной, - он гортанно рассмеялся.

Миг, и Рафаэль схватил брата за горло.

- Заткнись, Габ, ты чуть все не испортил, из-за тебя мы чуть не лишились последней возможности выбраться из того дерьма, в которое ты нас посадил, - шипящие звуки наполнили салон мобиля.

- Хорошо, что есть я, правда, Раф? - прохрипел Габриэль. - А может, это из-за тебя все?

- Ты мудак, Габ, - усталость мгновенно навалилась на мужчину, придавливая неподъемной плитой, и Рафаэль, отпустив брата, откинулся на мягкое кресло, - прекрати устраивать детский сад для драконьих малюток. У меня нет ни желания, ни сил на твои шуточки.

- Какой ты нервный, брат, - граф как ни в чем не бывало развалился на сиденье и сверкнул прищуром красных глаз.

- Знаешь, Габриэль, - профессор вгрызся взглядом в лицо графа, - сегодня первый раз, когда я жалею, что ты не уехал на очередную гулянку и не напился в борделе, трахая шлюх до демонов в голове. А теперь, услышав мой ответ, будь добр, не трогай меня.

После короткой тирады Раф закрыл глаза, прерывая зрительный контакт с Габом, погрузился в себя. Он намеренно высказал все это брату. Потому что действительно устал. Устал бояться за Габриэля, когда тот не возвращался после своих ночных попоек утром в замок. Устал от этой жесткой конкуренции с проректором Савианом за место ректора, которое уже в этом году будет принадлежать либо Рафаэлю, либо проректору Савиану. Но больше всего его страшила неизвестность. Что будет, когда заклятие Галеры вступит в силу? Насколько будут масштабны разрушения, Рафаэль даже не мог вообразить, разум отказывался подсовывать профессору подобные видения.

- Эй, дрыхля драконья, вставай! - голос Габриэля ворвался в голову, и тут же в бок недружелюбно ткнули чем-то острым. - Вставай, тебе говорю!

- Да пошел ты, - отмахнулся профессор. - Пока не доехали, вздремнуть хочу.

- Граф дос Аньёс, - произнес Габриэль механически-деловым голосом, - мобиль прибыл до отмеченного на навигаторе места.

- Уже? - протянул недовольным тоном мужчина, вытягиваясь на сиденье во весь рост, разминая затекшие мышцы.

- Давай вытаскивай из мобиля свою задницу, - в нетерпении проворчал Габриэль, - от твоей унылой профессорской рожи уже подташнивает.

- А, я смотрю, ты куда-то свою задницу намылил? - Рафаэль изогнул вопросительно бровь.

- И не только задницу, друг мой, - иронично скривил губы в ухмылке мужчина и красноречиво обвёл свой пах взглядом, давая понять, что еще.

- Придурок.

Но стоило только, профессору ступит на землю, как мобиль тут же сорвался с места, оставляя за собой клубы кристаллической полы.

- Подонок! - закашлявшись, выкрикнул в след уносящемуся в небесную чернь брату, Рафаэль.

***

Упругие струи воды хлестали бугрящуюся стальными мышцами спину графа. Капли потоками прочерчивали неровные дорожки, пробираясь по испещренной шрамами спине вниз. Собираясь на пояснице в одну струю, стекали по копчику и исчезали между двух упругих ягодиц.

- Демоны бы побрали, эту чертовку, - Рафаэль коснулся пальцами налившегося кровью члена.

Великий Спириус, он слишком далеко зашел. На миг в нем колыхнулись противоречивые чувства, все, что он сейчас делал, казалось неправильным, отвратным. Не то чтобы Раф никогда не ублажал себя... нет. Но передергивать ствол и думать о студентке - это для него было как-то низко, гадко. Но стоило вспомнить ее запах, ее пухлые розовые губки на бледном лице... как из груди Рафаэля вырвался рык, а пальцы прошлись от набухшей головки к основанию. Но это движение не вытравило из памяти ее взгляд. Необычное сочетание: обреченность и решительность, а в лучистых глазах тлеет скрытое пламя борьбы. Элизабет такая тоненькая и хрупкая, что хотелось только одного - заключить ее тело в кольцо рук и зацеловать приоткрытые распухшие губы до красноты.