Астробиология для мажора. Сиротка в академии

Мне не хотелось бы, чтобы это оказалось правдой.

— Это новая студентка факультета? — поинтересовался немолодой центруанец, одетый в фиолетовую короткую мантию поверх чёрных брюк, и пристально посмотрел в моё лицо, не ответив на приветствие.

Голос у него был высокий, на всеобщем языке центурианец говорил с выраженным акцентом, но вполне понятно. Язык этой расы настолько отличался от всеобщего, что именно центурианцы меньше всего ассимилировались с остальными расами.

Если не считать негуманоидных синекожих иглоноидов, разумеется.

Тем интереснее будет послушать этого профессора.

— Добро пожаловать. Меня зовут Коронид Ворос, я преподаю на первом курсе криптозоологию. Рад буду вас видеть на своих лекциях и семинарах.

— С удовольствием придём, профессор, — вежливо ответил Кит, пропуская преподавателя и оттесняя меня легонько в сторону.

Я уже хотела зашипеть в его сторону, на Земле мы привыкли за себя стоять в спорах, как заметила, что от неожиданности и растерянности от встречи с представителем другой расы просто загораживаю проход.

— А ты давно уже здесь? — снова спросила я, когда мы пошли по коридору, выложенному плиткой с изображением животных, как их представляли древние расы.

Нарушила собственное обещание игнорировать мажора и не обращаться к нему без необходимости. Но здравый смысл победил: я здесь новенькая. Нечего плодить конфликты на пустом месте.

— Я с детства мечтал об этой Академии. С классом мы даже пару раз были здесь на экскурсии, а в старшей школе ходил на факультативные занятия по физике полётов. Я это не ты, землянка, кто просто хочет вырваться из своей дыры любой ценой!

— Ты меня не знаешь! С чего ты уже всё решил за меня!

— Всё понятно с тобой. Написано у тебя на лице, — процедил Кит, не глядя в мою сторону.

— А у тебя написано, что ты самовлюблённый богатый мальчик, которого вдруг не взяли на факультет пилотов, тогда он решил осчастливить собой несчастных зверюшек! — выпалила я, и он повернулся ко мне, сверля убийственным взглядом.

Он хотел прибить меня очередным выверенным аргументом, но тут двери аудитории, перед которой мы остановились, разъехались в стороны, и на нас разом оглянулись десяток-второй слушателей.

Среди них на третьем ряду я заметила ту самую незнакомку с розовыми прядями, что прибыла вместе со мной на аэроэкспрессе.

Глава 4

Я знала, что не следует заводить врагов в первый же день. Я понимала, что глупо ссориться перед дверьми в аудиторию, полной сокурсников. И не смогла сдержаться.

— Проходите скорее, — послышался голос декана, мастера Шедара.

Со своего места за блестящей во всех отношениях кафедрой, подсвеченной неярким синим, он прекрасно видел нас с Китом.

— Брачные игры местных гладкокрылых туканов оставьте на первый семестр. Восемнадцать студентов вас ждут, а вы выясняете отношения. Особенно стыдно за вас, Кит Левис. Для террианца вы слишком несдержанны и негостеприимны.

Голос декана был резким, да и сам он сейчас даже с моего места выглядел грозным полководцем, отчитывающим нерадивых солдат.

Не без удовольствия я заметила, как от стыда покраснел Кит. Он пропустил меня внутрь зала, оборудованного как скамейки в древнем греческом амфитеатре.

По аналогии с учебными заведениями Земли, что не могло меня не радовать.

Всё-таки в этих стенах уважают традиции, зарождённые на моей родной планете! И пусть этот Кит говорит что хочет, я всё равно стану астробиологом!

Кит прошёл на первый ряд, делая вид, что меня здесь нет, а я на секунду застыла в нерешительности.

— Садись сюда, — прошелестел справа голос, и я поспешила присесть на предпоследний ряд рядом с его обладательницей — девушкой такой светлой, похожей на Снегурочку из сказок. Мы с ней были почти одного роста, чуть ниже среднего по здешним меркам.

— Меня зовут Аврил Жениар, девятнадцать лет, планета Земля, Западные земли. Но тихо, а то нас накажут.

Я приготовилась слушать мастера Шедара, украдкой осматривая этот малый зал. Здесь, вероятно, у нас будут лекции, и вскоре я привыкну и к светящейся кафедре, на которой по мановению руки профессора выезжала доска, где начинали проявляться слова, и странным партам, коснувшись столешницы которых, можно превратить их в своеобразный планшет.

Наверняка потом всё записанное можно скинуть на сервер в папку конкретного студента, к которой имеет доступ только он.

— Вам вскоре раздадут форму и принадлежности, в том числе и для записи лекций и семинаров, но сейчас у нас организационное собрание. Будьте внимательны, мастер Альхена Мерак, это наш проректор по учебному процессу, скажет вам нечто важное. А вот и она.

Через те же двери, что и мы ранее с Китом, прошла тонконогая высокая женщина из расы юриатов. Она была одета в деловой костюм ярко-алого цвета, открывающего её острые колени. Я заметила, что проректор коротко стрижена по местной, совсем не юриатской моде, и на шее у неё жемчужное ожерелье.

Из-за жабров, пусть и скрытых вне воды, юриаты не любят тесных воротников и каких-либо украшений на шее, а тут проректор всеми силами старалась показать, что здесь все примерно в равных условиях и следуют одним негласным правилам?

— Добро пожаловать в Академию Менкар, студенты первого курса! — голос у ней был мягкий, похожий на тихий плеск воды.

Пришлось активировать в планшете громкость, чтобы всё расслышать. Моя соседка сделала так же.

И ещё у меня нос чесался от зажима, я заметила, что некоторые земляне уже ходили без него. Может, и мне пора снять?

Но всё это я решу после.

— Хочу объявить вам, что по давней традиции мы предоставляем студентам первого курса возможность учиться бесплатно, но лишь тем, кто пройдёт три испытания. Они займут несколько месяцев, как обычно, к одиннадцатому месяцу по всеобщему календарю, мы отправим каждому результаты его тестирования.

Я быстро сосчитала присутствующих студентов. Нас на факультете двадцать.

Как и в прошлом году. Уже хорошо, тем более что до соревнования допустят не всех, а тех, у кого высокие результаты по ментальному тестированию и данным заочных вступительных испытаний. Каждый год это от силы студентов десять.

Я заметила среди нас юриата. Девушка сидела поодаль от остальных, на парту выше от неё обосновался студент центурианец в очках. Его две пары рук что-то усиленно вбивали в планшет.

Это глупо, ведь нам не раздали коды доступа для сохранения в личные файлы. Или это только моя, последняя группа прибывших их ещё не получила?

— Те, кто пройдут, будут учиться при финансировании Комитета межзвёздного обучения. Получать повышенную стипендию, право на дополнительные баллы за семестр. Те, кто не выдержат, могут остаться на общих основаниях, то есть на платной основе, о чём вы все расписались в информированном согласии при подаче заявления на обучение.

Проректоры во все века и у всех рас, вероятно, одинаковые бюрократы.

Аврил зевнула, прикрыв рот рукой.

— Но в этом году у нас грядут неприятные изменения, — помолчав, обвела нас всех жёлтыми как прожекторы глазами, проректор. — Нам урезали финансирование на программы грантов. Это коснулось, в частности, именно вашего факультета.

Тут я и многие заёрзали. Неприятная новость — мало сказано. Мои приёмные родители не потянут такую дорогую Академию! И так спасибо им за всё, я не могла взваливать на них столь тяжкое финансовое бремя, хотя уверена, они бы сделали ради меня многое. Ради меня и в память о своей родной дочери, на которую я так была похожа!

— В этом году только шестеро смогут претендовать на учёбу по гранту. К соревнованиям за неё допущено десять студентов, подавших заявки. Списки будут возле деканата и в личных файлах. Удачи вам, студенты!

Глава 5

— Ты тоже подала заявку? — спросила Аврил шёпотом, когда все загудели, обсуждая новость.

Собрание было окончено. Люди со звёздных систем первыми покинули зал: проходя мимо моей парты, Кит чуть не споткнулся, но посмотрел так, будто я ему подножку подставила.

Нужно больно! Хотя он того и заслуживал.

Напускал на себя важный вид, думал, наверное, что от его загадочного и томного взгляда девчонки станут млеть, пусть так, мне до них и до самого Левиса и дела не было!

— Подала, — громко ответила я, чтобы он слышал.

Зачем я дразню этого мажора?

Он наверняка из числа счастливчиков, кто может оплатить себе место здесь. И не думать о том, как найти подработку во время учёбы.

Так же как и половина здесь. Вон, девица с розовыми прядями уже нашла подруг среди звёздных и что-то оживлённо им показывала на руке. Браслет из метрония — редкого металла, который добывается только в созвездии Тау-Кита и на планете Мира в частности. Вне купола.

Я читала об этой примете: браслет даёт сто очков удачи для тех, кто хочет здесь учиться. И вообще, это как пропуск в высшие сферы. Смотрите, какая я особенная. Украшения из метрония было сложно купить, даже если у тебя деньги карман жгут.

— Давай в одну группу попросимся. Я хочу выиграть, ты — тоже.

— Почему ты решила, что со мной шансов больше? — с улыбкой и уже нормальным голосом спросила я.

Действительно, для соревнования нас разобьют на пары. Обычно эту процедуру отдают на откуп машине, учитывающей максимальную совместимость, но мнение самих студентов тоже учитывают.

— Не знаю. У меня развита интуиция, — легкомысленно пожала плечами Аврил, и мне расхотелось становиться с ней в пару.

Интуиция — понятие, относящееся к старому миру, где люди смотрели на небо и давали названия видимым на нём звёздам по имени древнегреческих богов и героев. Именно из-за этого, что мы придерживаемся вот таких архаичных понятий, жители звёзд и считают нас отсталыми.

Вслух я ничего не сказала.

Мало ли что сказала новая знакомая? Переволновалась.

Мы тут все пока не в своей тарелке.

— Почему ты пошла на факультет астробиологии? — спросила я дежурный вопрос.

Факультет не самый популярный, скорее считается «пристанищем чудаков», любящих возиться с живой формой больше, чем с техническими новинками.

Я боялась услышать ответ: потому что сюда проще поступить, чем на врачебный факультет, к примеру, или на факультет инженеров-бортмехаников. И всё-таки астробиолог стоит выше, чем тот же бортпроводник или диспетчер полётов.

— Я с детства вожусь с животными. У отца было две фермы, я всегда помогала ветеринару. Я по поведению и глазам зверей знаю точно, что что-то с ними не так, когда все датчики и анализы показывают норму. Отец говорил, что если есть прошлые жизни, то я была зверем.

На губах Аврил расцвела мечтательная улыбка. Она отвечала так искренне, хоть и была нездешней, словно вышедшей из тёмных времён, когда человечество было заперто на одном голубом шарике, что я перестала сердиться. Да и что со мной? Буду как та мажорка с розовой прядью, делать вид, что Земля — моё позорное прошлое?

— Ты считаешь меня чокнутой? Я не обижусь, Андромеда.

— Нет, — ответила я. — Я тоже могу чувствовать боль животных. Не знаю, как это объяснить, но вот так.

Больше я новой знакомой ничего не сказала. Ни про несчастье, постигшее мою настоящую семью, ни про свой талант, который появился после того землетрясения, когда погибли родители, Тигр, и ещё много сотен людей и животных.

Я никому не говорила о том опыте, когда провела семь часов под завалами. Даже приёмным родителям. Да они и не спрашивали: под схожими завалами погибла их родная дочь, на которую я так была похожа.

К счастью, Аврил проявила тактичность. Она, будто чувствуя, что я не хочу разговаривать на эту тему, повела меня к Лире Стреле, чтобы получить форму и учебники.

Весь день мы были заняты, но колесо закрутилось, и мы с Аврил получили по серебристо-зелёной форме, все электронные талоны как на питание, так и на стирку, коды доступа к облачным серверам, к личным дневникам и по встроенному в рукав виртуальному планшету, с помощью которого можно получать как информацию о расписании, так и общаться с другими студентами, если знаешь их личный код.

Комендант общежития — молодая розовощёкая и пухленькая девица моих лет, а, как оказалось, на двадцать лет старше, зафиксировала наши данные в реестре студентов и произнесла:

— Вам обновили клейма на запястье?

Так назывался знак на внутренней стороне запястья, он проявился сразу, как комендант велела просунуть руку каждого студента в сканер. По внешнему виду он был похож на электронную лупу.

Я просунула руку. Лёгкий укол — всё было сделано. Даже капля крови не выступила.

Всем видом мы, земляне, старались не показывать, что данные технологии нам в диковинку. На Земле мы были знакомы с частью новинок, даже использовали их вопреки распространённому мнению, что это не так, но всё же в звёздных системах технологии были более развиты, чем у нас, спору нет.

— Поставили, — ответила я за нас обоих, чтобы не задерживать очередь.

— В ваших электронных студенческих уже появились номера комнат. Продублировала пока в скретч-карте. Вот здесь смотрите.

И не успели мы попроситься с Аврил в одну комнату, как увидели, что нас туда и распределили.

— А кто третий? — спросила новая знакомая, когда мы вышли из кабинета комендантши в серебристый коридор, где оставались те, кто ещё не получил номера комнат.

— Я здесь, — замахала мне Майя, протиснувшаяся между рядами первокурсников. — Мы в одной комнате, я договорилась.

И подмигнула, лишь потом с интересом посмотрев на стоящую рядом Аврил.

Я представила девушек друг другу.

— Уживёмся!

Майя всегда была движущей силой нашей пары. Любознательная, активная, она, казалось, создана, чтобы быть капитаном любой команды. От спортивной до учебной группы.

— Я разведала всё, идите за мной. В девчачье крыло.

Общежитие занимало половину корпуса, вторая его часть была отдана под хозяйственные помещения и апартаменты преподавателей.

— Очень удобно, что здесь не надо мотаться из городка в универ, — заметила Аврил, когда, наконец, освоилась и поняла, что Майя — девушка доброжелательная, мухи не обидит. — Я когда узнавала об Академии в созвездии Гидры, то там пришлось бы снимать капсульную комнату в городе.

— И это дорого, — поддакнула Майя. — Ты тоже будешь пытаться выиграть грант? Ну удачи вам! Хорошо, что я в этой гонке не участвую.

Наша комната на троих располагалась на третьем этаже, в третьей секции. И номер был под стать — тридцать три.

— Точно хороший знак! — начала было Аврил и осеклась.

Огляделась по сторонам — в коридоре было людно, к счастью, в нашем крыле селили исключительно землян. Мы были суеверны, старомодны, но боялись это показывать.

Иногда я стыдилась этих всех доморощенных «приметы, интуиция» и прочей древней чуши.

Но понимала: мы все в лёгком стрессе от этих радикальных перемен, вот и цепляемся за привычное!

— Хороший, — ответила было я, как заметила розоволосую землянку с нашего курса. Она как раз направлялась в соседнюю комнату в нашем крыле.

Завидев меня и Аврил, скорчила такую мину, будто её поселили с тараканами и ужами.

— Давайте примерять форму! — громко предложила я девчонкам, и мы ввалились в комнату.

Какая мне разница, ко будет жить по соседству!

Хотя, если та самая землянка такая крутая и богатая, чтобы иметь браслет из метрония, то участвовать в борьбе за грант она точно не станет.

— Ты знаешь, как зовут ту, с розовыми волосами? — спросила я Аврил.

— Девия, вроде. Девия Кассис. А что? Она громко назвала своё имя, когда подсаживалась к звёздным. У неё вроде знаменитый отец. Погибший, правда.

Ну, тогда понятно.

— Ничего, просто мне казалось, я где-то её раньше видела.

— Знаешь, у меня возникло такое чувство, но я не вспомнила, где видела. Наверное, просто показалось.

Майя же легкомысленно пожала плечами. Она уже вовсю разглядывала новенькую форму.

Мы проверили каждый ключ-карту, как дикарки радовались, когда примеряли серебристую форму с нашивкой Академии Менкар на правом рукаве.

— Теперь мы совсем как жители звёзд! — крутились мы перед больши́м зеркалом, скрывающимся в передней створке шкафа.

Когда требовалось, оно скрывалось за деревянной панелью, стоило нажать на ней сенсорную кнопку.

Проверили и знаменитые, встроенные в рукав планшеты, которые появлялись, стоило ввести цифры кода доступа во встроенное табло.

Планшет возникал прямо перед лицом в виде голограммы, для этого даже специальные очки не требовались, но с ними, не в пример удобнее. А ещё мы сняли носовые зажимы.

Немного опьянели от местного состава воздуха, где содержание кислорода было чуть больше, чем в привычной атмосфере земли, но специальные препараты, выданные в местном лазарете, пришли на помощь. Помогли адаптироваться.

В тот день я заснула на новом месте счастливой. Выбрала себе место у окна и не заснула, пока нам не удалось вдоволь наговориться, я смотрела на звёзды. Здесь они казались ближе и ярче.

А потом незаметно для себя я увидела сон. В нём декан Шедар на большой площадке перед Академией поздравлял меня с победой в соревнованиях за грант на обучение. Моя мечта сбылась — я буду учиться на астробиолога в одной из ведущих академий обитаемого Мира!

И когда я уже приготовилась произнести благодарственную речь, толпа зрителей расступилась перед Китом Левисом.

Мажор вышел вперёд и громко произнёс:

— Это ошибка, мастер Шедар! Она не может учиться здесь! Она позволила своему зверю умереть, она не услышала его зова, какой же она астробиолог! И других не спасёт! Пусть возвращается на Землю и попросит у своего Тигра прощения!

Глава 6

Проснулась я рано утром и лежала какое-то время, боясь пошевелиться. Потом взяла свой космофон и набила сообщение домой родителям. Пусть это и стоит бешеных денег, я должна была им отправить второе сообщение, как условились.

Третье уже запишу на видео по бесплатному каналу, что дозволялось первокурсникам, только что заселившимся в Академию.

Потом принялась смотреть фото с Земли. Я всегда делала так, когда мне было грустно или тревожно.

И снова заснула, на этот раз без кошмаров.

— Интересно, а у нас будут свои существа? — спросила Аврил у меня, когда Майя отправилась в душ. Здесь в каждой комнате был своя ванная, что уже говорило: заведение не для бедных.

— После состязания на грант должны дать, — ответила я ей.

Изучила в брошюрке, встроенной в планшет, ещё вчера вечером.

— Понятно, логично чего уж там! Существа привязываются к своим хозяевам, жестоко будет потом разлучать их, — вздохнула Аврил.

Она думала о том же, о чём и я: если не выиграем, придётся либо оставаться на платной основе все три года, или уезжать. На самом деле и выбора нет. Уезжать и поступать в учебное заведение на Земле. Становиться ветеринаром, к примеру, лечить земную живность тоже кому-то надо!

С утра уже было назначена первая лабораторная работа.

Мы надели форму, к счастью, она была сделана из саморазглаживающейся ткани, и поспешили в крыло В, где проходили занятия по астробиологии и смежным с ней наукам. Крыло занимало три этажа, остальные пять предназначались для штурманов и бортинженеров.

На третьем этаже располагались шесть рядом расположенных просторных лабораторных классов, укомплектованных как столами для секционных работ, так и микроскопами и наночипами, позволяющими проникать внутрь поражённых тканей животных и распознавать первичную проблему.

Все двадцать человек первокурсников собрались в коридоре. Мы с Аврил пришли одними из последних.

Я сразу приметила в кругу парней, в основном это были жители звёзд, Кита, но он демонстративно не смотрел в мою сторону, и мне показалось, что наши разногласия улажены. Пусть считает как хочет!

Аврил уже кое-кого из девчонок знала, с остальными мы познакомились сегодня. Из двадцати первокурсников факультета, а он всегда был малочислен, как минимум восемь были землянами. Семь девушек, включая нас с соседкой и розоволосую мажорку, и один парень — Борис Дрейк — приятный, полноватый, но крепкий и сильный, он на голову был выше большинства ровесников. И общался просто, немного сторонясь тех мальчишек, что считали себя лучше нас.

Двое представителей других рас держались особняком, разговаривая между собой на странном диалекте центурианского и юриатского. И понимали друг друга, судя по довольным улыбкам.

Я же чувствовала себя так, будто все смотрят на мои голые коленки. Женская форма была красивой, но я бы предпочла брюки, а не плиссированную юбку до нижней трети бедра. Это же просто неудобно!

Но размышлять дальше на эту тему мне не пришлось. Из одного лабораторного класса вышла молодая женщина с неоновыми окулярами, что говорило о её принадлежности к психологической касте. И все разом подались вперёд — настало время тестирования.

— Меня зовут Санья Фирс, — произнесла высокая дама с круглыми ярко-жёлтыми серьгами из смеси пластика и металла, которая изо всех сил старалась казаться ещё выше и носила модные туфли белого цвета на платформе.

Жители звёзд любили подчёркивать свою тонкую кость, высокий рост и модный прикид.

Санья эта, если её помыть и приодеть в обычную земную одежду — футболку и джинсы или хлопковые брюки — могла бы сойти за землянку. Если бы не необычный оттенок глаз, как у них всех. Тех, кто родился и вырос под радиоактивным спектром чужого Солнца.

— Много времени оно не займёт. Пройдёмте в лабораторию, вы ответите на пару вопросов, завтра будет этап собеседования со мной, по результату вас разобьют на пять групп для испытаний.

— Мандражируешь, подруга? — толкнул меня в плечо Борис.

Я уже было хотела ответить, чтобы не лез ко мне, и мы пока не друзья, но заметила, что ему страшно не меньше, чем мне.

— Немного, — призналась я, и он сразу отринул спесь и улыбнулся в ответ совсем по-детски. Как если бы мы были знакомы давно, и вот теперь негаданно встретились.

В лаборатории было просторно, яркий свет бил в глаза, заставляя щуриться. Звёздные, как я про себя окрестила не землян, потянулись к узким ячейкам в стене, нажав на любую, можно было получить очки жёлтого спектра. С ними комната наполнялась не только физическими, но и виртуальными объектами, необходимыми для работы.

Как-то само собой получилось, что мы разбились на пары. Мне и Аврил досталась вторая в центральном ряду, как назло, преподавательница по фармазоологии, некая Ара Моникор, седовласая приятная женщина с тёмным пятнышком на лбу, попросила Кита с его приятелем — сладким блондинчиком, строящим всем девицам глазки, занять вторую парту на правом ряду.

Нас с этим мажором Китом разделял лишь проход. И мы оба старались не замечать друг друга.

К счастью, розоволосая села позади Кита вместе с другой звёздной, и была намерена, судя по её решительному виду, обратить на себя внимание нашего старосты.

— На ваших планшетах появились вопросы, надо ответить за пятнадцать минут. Приступайте!

Очки помогали следить за временем: когда глядишь в них на интерактивную доску, сразу видишь, сколько осталось. На партах, как обычно, располагались встроенные планшеты, уже знакомые мне по интерфейсу, и я приступила к тестированию. Строго запрещалось во время него разговаривать, подавать друг другу знаки и вообще поднимать голову.

Я понимала, насколько важно ответить максимально искренне: тогда в пару встанут двое, кто идеально совместим в грядущих испытаниях.

Какими они на это раз будут? Надеюсь, не заставят ползти по пещере, занятой прыгающими пауками? Или заражённой блохожуком?

Глупости, я была готова на всё, лишь бы не возвращаться!

Среди вопросов попадались странные: «Как вы предпочитаете спать бо́льшую часть времени: на боку, на спине, на животе?»