Снимите Корону, Она Вам ЖмЁт

Я нащупала очки на тумбочке. Пальцы до сих пор мелко дрожали. Вчера я выиграла битву за свои границы, но, кажется, окончательно потеряла покой.

Я вышла в коридор, поправляя пояс на платье. — Доброе утро, мальчики. Как успехи с аффирмациями?

Орки синхронно вытянулись. — «Я — сильный юнит, мой гнев — это ресурс», — пробасил Грыз. — Госпожа Вероника, там Лорд на поле… манекены в труху. Кажется, ресурс у него сейчас выплескивается через край.

На тренировочном поле было жарко. Дариан, раздетый до пояса, методично превращал каменных големов в пыль. Я встала у края площадки: — Дариан, вы уничтожаете бюджет или пытаетесь убить свое либидо?

Лорд замер. По его спине стекали капли пота. Он медленно обернулся и направился ко мне, не выпуская меча. Он подошел слишком близко. Настолько, что я невольно уперлась спиной в каменный столб. Он навис надо мной, тяжело дыша, и на секунду в его взгляде мелькнуло что-то такое дикое, что я подумала — сейчас ударит. Или сорвет платье вместе с кожаными заплатами.

— Вероника, — его голос был опасно низким. — Еще одно слово про «либидо», и я забуду про твой диплом. Ты довела меня до состояния, в котором я не находился вечность.

— И как это ощущается? — я заставила себя смотреть ему прямо в глаза. — Быть живым, Дариан? Чувствовать желание, которое нельзя просто «взять» силой?

Он поправил дужку моих очков. Кончики его пальцев были обжигающими. — Это ощущается как пытка, — прошептал он. — И мне кажется, ты наслаждаешься ролью инквизитора.

Нашу дуэль прервал Эмиль. Он бежал так, будто за ним гнались все всадники Апокалипсиса. — Госпожа! Лорд! Там ОНА! Принцесса Лириэль!

Дариан мгновенно изменился в лице. — Только не она.

— Госпожа, она опасна! — прошептал Эмиль. — В прошлом замке она выгнала половину слуг только за то, что у них было «недостаточно радостное выражение лиц». Она — идеологический танк в розовых кружевах!

— Синдром «идеальной принцессы» и токсичный позитив? — я поправила очки, чувствуя прилив азарта. — Ну что же, Дариан. Готовься. Эмиль, доставай мой самый большой блокнот. Будем учить эльфийку принимать свою «теневую сторону».

Глава 6. Розовый — это новая тьма

Лириэль не просто вошла в замок. Она впорхнула в него, окруженная облаком из цветочной пыльцы и свитой из двенадцати белоснежных единорогов, которые тут же начали гадить радугой прямо на свежевымытый мрамор.

— Дариан! Мой не ограненный алмаз! — пропела принцесса.

Она была идеальна. Волосы цвета платины, кожа — как взбитые сливки, и платье настолько розовое, что у меня заболели зубы. За её спиной эльфы в обтягивающих лосинах уже разворачивали рулоны шелка цвета «испуганной нимфы».

— Лириэль, — Дариан вышел навстречу, и я кожей почувствовала, как вокруг него сгущается холод. — Твой визит... не согласован с графиком моих злодеяний.

— О, пустяки! — она изящно взмахнула рукой, и тут же замерла. Маленький слуга-бес, пробегавший мимо с подносом, случайно задел краем корзинки её пышный подол. Лириэль посмотрела вниз на крошечное пятнышко пыли, и её улыбка не дрогнула. Она осталась такой же сияющей, но глаза... глаза стали мертвыми.

— Как мило, — пропела она, глядя на дрожащего беса. — Это существо коснулось моей чистоты. Дариан, дорогой, убери его. Навсегда. В этом замке не должно быть грязи.

По залу пронесся шепоток ужаса. Я увидела, как Грыз сжал кулаки. Это не была глупая принцесса. Это была фанатичка порядка, для которой живое существо — лишь досадный мусор на идеальном ковре.

— Лириэль, в моем замке я решаю, кого убирать, — голос Дариана прозвучал как удар хлыста.

— О, ты просто слишком долго жил в темноте, — она наконец заметила меня. Сузила глаза, оглядывая мой наряд. — Дариан, у тебя в замке завелась моль? Причем очень крупная и в очках? Или это новый вид домашнего вредителя, которого ты забыл вытравить?

Я стояла в тени колонны, и на секунду мне до безумия захотелось спрятать руки за спину. Чтобы она не увидела мои коротко остриженные ногти и мозоль на пальце от ручки. Чтобы Дариан, стоящий рядом с этой сияющей богиней, не начал сравнивать её фарфоровую кожу с моими вечными синяками под глазами от недосыпа. В горле встал ком — я чувствовала себя «недоремонтированной» деталью в магазине элитной мебели.

Но я поправила очки. Это мой щит.

— Это Вероника Игоревна, — Дариан сделал шаг ко мне и положил тяжелую ладонь мне на плечо. Хватка была почти болезненной — собственнической. — Мой личный советник. И если ты еще раз посмеешь назвать её «вредителем» или как-то иначе прокомментировать её внешность, я забуду о дипломатии, Лириэль. И никакое вино не спасет твой род от моего визита.

Принцесса на мгновение потеряла дар речи. Её сияние на секунду мигнуло.

— Добрый день, Лириэль, — я вышла вперед, подавляя внутреннюю дрожь. — Знаете, ваша жажда «стерильности» — это классический признак глубокой обсессии. Вы пытаетесь уничтожить всё «несовершенное» вокруг, потому что до ужаса боитесь собственного внутреннего хаоса. Что случится, если на вашем платье будет не одно пятно, а десять? Вы рассыплетесь на куски?

— Как ты смеешь! — она топнула ножкой. — Я несу гармонию!

— Вы несете террор под видом заботы, — отрезала я. — И судя по вашему тону, у вас явный дефицит признания. Дариан, у неё подрагивает веко. Это подавленная истерия.

Лириэль подошла ко мне вплотную. Запахом роз от неё веяло как от погребального венка. — Я выживу тебя, смертная, — прошептала она так, чтобы слышала только я. — Я сделаю так, что он сам вышвырнет тебя на мороз, когда поймет, какая ты серая и скучная.

Вечером Дариан зашел ко мне. Он выглядел взбешенным. — Она невыносима, — он сорвал розовую ленту, которую Лириэль уже успела повязать на его любимый подсвечник, и швырнул её в камин.

Он подошел ко мне, нависая так, что я почувствовала аромат мороза и стали. Медленно снял с меня очки. Мой мир поплыл. Его пальцы коснулись моей щеки, и в этом жесте было столько невысказанной страсти и злости на самого себя, что воздух затрещал.

— Что я выбираю теперь, доктор? — его голос стал хриплым.

Он склонился, и я уже чувствовала жар его губ... но в последний момент он замер. Почти коснувшись моих губ своими, он выдохнул: — Осознанность. Ты ведь этого хотела?

Он отстранился, оставив меня в состоянии эмоционального взрыва. — Лириэль останется на неделю. Постарайся не довести её до нервного срыва раньше времени. Хотя я бы на это посмотрел.

Я вернула очки на нос. Руки дрожали. — Я постараюсь, Дариан. Но за единорогов я не отвечаю.

Я выиграла битву за внимание Дариана, но война с эльфийской инквизицией только началась. И Лириэль явно приготовила для меня что-то потяжелее розовых штор.

От автора

Дорогие читатели! Вероника Игоревна поняла: токсичный позитив может кусаться! Дариан в ярости, Лириэль жаждет крови, а Грыз и Брыз пытаются понять, можно ли использовать радугу единорогов как удобрение.

⭐ Ставьте звездочки, если хотите увидеть, как Вероника «разберет на запчасти» психику принцессы!

📚 Добавляйте в библиотеку— впереди «Теневой Бал», где маски будут сорваны буквально!

💬 Пишите в комментариях: как вы считаете, Дариан правильно сделал, что не поцеловал Веронику в этот раз?

Ваше мнение — закон для автора! ❤️

Глава 7. Теневой Бал и «синдром отличницы»

Теневой Бал в Академии Тьмы — это как корпоратив крупной корпорации, только вместо шампанского — кровь дракона (безалкогольная, по моей настоятельной рекомендации), а вместо караоке — хоровое завывание призраков в миноре.

— Госпожа Вероника, вы выглядите… логично! — Грыз выдал комплимент, бережно поправляя на мне подол.

Эмиль соорудил нечто среднее между платьем викторианской вдовы и костюмом бизнес-леди из полночно-синего бархата. Закрытая шея, длинный шлейф, но корсет утягивал так, что дышать приходилось строго по методике Бутейко.

— Спасибо, Грыз. Главное, что очки на месте. Идем. Пора посмотреть на этот триумф токсичного позитива.

Главный зал сиял. Лириэль всё-таки впихнула в интерьер свои магические фонарики, и теперь суровые некроманты щурились, как кроты. Дариан стоял в центре. Черный камзол, серебряное шитье, тяжелая корона. Он выглядел как оживший кошмар, в который хочется влюбиться и не возвращаться.

— О, а вот и наш «психолог»! — Лириэль возникла рядом с ним. — Дариан, ты только посмотри. Это же… траур по здравому смыслу?

Дариан обернулся. Его взгляд скользнул по мне и потяжелел. В нем вспыхнуло то самое пламя, которое не имело отношения к магии. — Она выглядит великолепно, — отрезал он, не сводя с меня глаз. — В отличие от этого зала, Лириэль. Тут слишком светло.

Музыка началась. По протоколу первый танец — с самой высокопоставленной гостьей. Дариан повел эльфийку в центр. Они кружились, и Лириэль что-то шептала ему на ухо. Но Дариан… он смотрел через её плечо. На меня.

Музыка оборвалась на высокой ноте. Лириэль вдруг вскрикнула: — О небо! Мое ожерелье! Слеза Звезды! Оно пропало!

Зал замер. Лириэль картинно указала на меня пальцем: — Обыщите её! Эта женщина в очках стояла ближе всех к выходу из круга! Дариан, если оно у неё — это позор для твоего дома!

Дариан сделал шаг ко мне. Его лицо было непроницаемым. Я спокойно открыла свою маленькую бархатную сумочку, уверенная в своей правоте, и…

На секунду у меня похолодели пальцы. Прямо сверху, на моих запасных очках, сияло ожерелье. Оно пульсировало холодным светом, словно издеваясь надо мной. Не страх — ледяное недоверие к собственной памяти на мгновение парализовало меня. Неужели я… Нет. Это невозможно.

В толпе зашептались. Суровые темные маги начали отшатываться от меня, как от зачумленной. Я кожей чувствовала это движение — круг вокруг меня расширялся, оставляя меня одну в центре этого холодного вакуума. Кто-то усмехнулся, кто-то брезгливо поджал губы.

— Какая грубая манипуляция, — я заставила свои пальцы перестать дрожать и подняла ожерелье. — Лириэль, подбросить улику человеку, который профессионально изучает микромимику? Это даже не смешно.

— Ты украла его! Все видели! — взвизгнула принцесса.

— Если бы я его украла, оно не лежало бы так демонстративно, — я поправила дужку очков, возвращая себе голос «железного терапевта». — Дариан, посмотри на её шею. Там остался след от магического ожога. Лириэль сама сорвала его, чтобы инсценировать кражу. Вы так боялись, что танец закончится, а внимание Дариана переключится на меня, что совершили эту нелепую провокацию.

Лириэль побледнела. Она машинально коснулась шеи, и зашептались уже о ней — но теперь это был шепот презрения.

— Вон, — негромко сказал Дариан. Его голос был страшнее крика. — Убирайся в свои покои, Лириэль. И молись, чтобы я не вспомнил об этом утром.

Эльфийка, подхватив юбки, вылетела из зала. Но перед самым выходом она обернулась и посмотрела на меня. В этом взгляде не было стыда — только обещание долгой, мучительной мести. Это была только первая атака.

Дариан подошел ко мне вплотную. Его рука легла мне на талию. — Второй танец — мой.

Он увлек меня в тень колонн. Музыка стала тише. — Вероника… — он остановился в укромном углу за портьерой. Сорвал с меня очки. Мой мир поплыл. — Твоя логика меня убивает. Но против тебя у меня нет брони.

Он прижался лбом к моему лбу. Я ждала поцелуя, но он медленно, мучительно нежно коснулся губами моей шеи, прямо над пульсирующей жилкой. Электрический разряд прошил меня до кончиков пальцев.

— Завтра… — начал он, отстраняясь. — Завтра мы обсудим твою импульсивность, — перебила я, дрожащими руками возвращая очки на нос.

Он усмехнулся и вышел в свет. Я осталась в тени, прижавшись лбом к холодному камню. Сердце орало, что профессиональная этика скончалась.

А из темного угла за мной наблюдал паладин Маркус. Его рука лежала на рукояти меча. Он видел всё — и подставу, и сцену в нише. И его взгляд не обещал ничего хорошего. Битва была выиграна, но война только начиналась.

Глава 8. Походная психология и пещера с удобствами

Экспедиция за «Оком Истины» — древним артефактом, который, по слухам, мог излечить любую мигрень или предсказать курс золота, — началась с моего категорического запрета брать армию.

— Дариан, поход — это прежде всего выход из зоны комфорта, — я затягивала ремни на своем новом походном костюме (кожа, шипы и очень много карманов для блокнотов). — Если за нами будет тащиться полк некромантов с полевой кухней, никакого личностного роста не случится. Только Эмиль и пара орков для переноски инвентаря.

Дариан, облаченный в походные доспехи, которые облегали его так, что я трижды забывала, какой сейчас год, только хмурился. — Вероника, мы идем в Долину Шепотов. Там камни едят случайных прохожих, а ты беспокоишься о «росте»?

— Камни едят только тех, кто находится в состоянии когнитивного диссонанса, — отрезала я, водружая очки на нос. — Грыз, ты взял мой зеленый чай?

К вечеру третьего дня «личностный рост» начался у всех. Долина встретила нас магическим ливнем из фиолетовых капель, которые при соприкосновении с кожей заставляли человека громко петь свои самые постыдные секреты.

— Быстрее! В пещеру! — крикнул Дариан. Он подхватил меня под мышки и буквально забросил в узкий зев скалы, влетев следом.

Мы рухнули на кучу сухого папоротника. Орки и Эмиль остались в предбаннике, и через секунду оттуда донеслось раскатистое басовитое пение Брыза: — «Я втайне крашу ногти на ногах в зеленый цве-е-ет, чтобы казаться благородным орком…»

Я едва не прыснула, но Дариан прижал ладонь к моему рту. Его рука была горячей и пахла дождем. Мы были слишком близко. В узкой пещере мои колени упирались в его бедра, а его тяжелое дыхание щекотало мне челку.

— Твой орк только что закрыл один из своих гештальтов, — прошептала я, когда он убрал руку.

Дариан снял мокрый плащ. Тонкая рубашка прилипла к его торсу, не оставляя места для воображения. В полумраке его глаза мерцали золотом.

— Самое время обсудить твою склонность к гиперконтролю, Дариан, — я потянулась за блокнотом, пытаясь выставить между нами привычную стену из терминов.

Дариан перехватил мою руку. Медленно, не сводя с меня глаз, он забрал блокнот и отшвырнул его в угол. — Хватит, Вероника. Твоя привычка засыпать меня вопросами — это ведь тоже защита. Ты боишься тишины. Боишься того, что произойдет, если ты наконец почувствуешь.

— Я не боюсь, — соврала я, чувствуя, как пульс выбивает чечетку. — Я просто… соблюдаю этику.

— Этика осталась снаружи, — он коснулся моей щеки холодными пальцами, но его прикосновение обжигало. — Здесь только мы. И я чувствую, как твое сердце бьется. Оно не спрашивает разрешения у твоего диплома.

Он медленно снял с меня очки. На этот раз я не протестовала. Мой мир сузился до его губ. — Дариан, это не по плану… — выдохнула я.

Он поцеловал меня. Это не было похоже на осторожные касания на балу. Это был взрыв. Голодный, глубокий поцелуй человека, который слишком долго сдерживал свою Тьму. Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как логика окончательно капитулирует перед инстинктами.

А потом меня накрыло. На секунду мне стало по-настоящему страшно. Не из-за него — я знала, что он не причинит мне боли. Мне стало страшно из-за себя. Из-за того, как легко я позволила профессиональной броне рассыпаться в прах. Из-за того, что в этом поцелуе я теряла саму себя, превращаясь из «Вероники Игоревны, специалиста» в «Веронику, которая просто хочет, чтобы это не заканчивалось». Это была потеря контроля, которую мой мозг не мог простить.

Я резко отстранилась, тяжело дыша. Наступила та самая неловкость, которую не опишешь ни в одном учебнике. Я начала судорожно поправлять воротник, избегая его взгляда. — Так… э-э… это была классическая реакция на стресс. Гормональный всплеск, — затараторила я лишнее, пытаясь нащупать в темноте очки. — С точки зрения нейробиологии это…

— Вероника, замолчи, — негромко прервал он.

Резкий шорох у входа в пещеру заставил нас обоих замереть. Дариан мгновенно закрыл меня собой, рука легла на рукоять меча.

В проеме пещеры, подсвеченный вспышкой молнии, стоял силуэт в белом плаще. Маркус. Его лицо было бледным, а взгляд — фанатичным. — Какая трогательная сцена, — раздался его ледяной голос. — Темный Лорд и его ручная ведьма. Орден будет в восторге от этого отчета.

— Маркус, ты зашел слишком далеко, — прорычал Дариан.

— О нет, это вы зашли слишком далеко в свою могилу, — отрезал паладин. — Утром, когда ливень стихнет, вы будете мертвы. Я уже подготовил засаду у выхода из Долины. Мои рыцари получили приказ: не брать пленных. Наслаждайтесь вашими последними часами «терапии». Молитва вам поможет больше, чем психоанализ.

Он исчез в пелене дождя. Дариан обернулся ко мне, и в его глазах золото окончательно сменилось Тьмой. — Похоже, сверхурочные придется отложить, Вероника. На нас началась охота.

Я наконец нашла очки и нацепила их на нос, чувствуя, как они смешно сползают по влажной коже. Неловкость никуда не делась — она просто смешалась с первобытным ужасом. — Дариан, — я посмотрела на него через стекла, пытаясь вернуть себе лицо. — Если мы выберемся… мы сделаем вид, что этого… ну, этого всплеска нейромедиаторов не было?

Дариан посмотрел на меня долго, почти не мигая. — Нет, Вероника. Мы не сделаем вид. Но сейчас нам нужно придумать, как не дать Маркусу исполнить его план.

Я кивнула, открывая блокнот дрожащими руками. Логика возвращалась, но сердце всё еще отказывалось подчиняться расписанию.

Спасибо, что дошли до этого момента 🖤

Дальше героев ждёт ещё больше хаоса, чувств, магии и очень личных открытий.

История только начинает раскрываться по-настоящему.

Если вам хочется узнать, что будет дальше — я буду очень рада видеть вас дальше ✨

Визуализация героев

Герои "Снимите Корону, Она Вам ЖмЁт"

Визуализация 2.0

«Некоторые мужчины идут к психологу. Некоторые — надевают корону и делают вид, что у них всё под контролем.

Но когда в его жизни появилась ОНА — даже король понял: самая опасная терапия — это любовь.» 👑🖤

И да… сеансы проходят строго без права на побег. ✨

Мой дорогой читатель, спасибо, что вы здесь и дочитали до этого момента ❤️ Для автора нет большей радости, чем знать, что история вас не отпустила.