Шаги на пути к себе

-Что там делать, в этом театре? Я на работе устаю, мне отдохнуть хочется, а не по театрам таскаться.

Сказать, что я тоже устаю не решилась. Понятное дело, работа проходчика и продавца разные вещи, но так хочется куда-нибудь пойти. Я подружилась с Олей и Викой, они работали в магазине рядом, продавали телевизоры, фотоаппараты, видеокамеры. И все время рассказывали, где были. То в кино, то в кафе, то на концерте, часто звали с собой. Но я даже не думала об этом. Толик был очень ревнивым, и устраивал скандалы по любому поводу. Однажды пришел в магазин, а у меня двое ребят пуховик подбирали, и один в шутку спросил.

-Что скажете, девушка, идет мне этот фасон?

-Очень идет, - улыбнулась я, - И цвет хороший, к вашей шапке подходит.

-А вы бы пошли на свидание с парнем в таком пуховике?

-Если бы была не замужем, обязательно, - ответила я.

Когда они, оплатив покупку и взяв еще несколько шоколадок вышли, Толик затолкал меня в подсобку и взяв за шею прижал к стене.

-Ах, ты дрянь такая, значит пошла бы на свидание, - лицо его перекосилось, глаза прищурились, - Овечка хренова, я тебе устрою свидание.

На мое счастье хлопнула дверь, и мужчина отпустил меня. В магазин зашла пара, потом еще люди, а Толик следил за мной из подсобки и по спине у меня от его взгляда пробегал мороз.

Больше всего я радовалась, когда у мужа была вторая, или ночная смена на работе, особенно ночная, тогда можно было не нестись сломя голову домой, боясь опоздать хоть на минуту. Толик рассчитал время пути от Дома быта до нашего дома, и если я опаздывала, устраивал допрос. Продукты он покупал сам, редко мы вместе ходили в гастроном.

Когда не надо было бежать домой, я гуляла по городу если не было сильного мороза или ветра. В теплой песцовой шапке и сапогах с натуральным мехом мне было не холодно, да и всегда можно зайти в магазин погреться. Норильск украшался к Новому году, и я чувствовала себя в сказке, вот-вот пролетит по широкому Ленинскому проспекту Снежная королева в белых санях, но будет она не злой, а доброй...Я доходила до строящегося на площади Металлургов снежного городка и любовалась яркими желто-красно-синими огоньками, которыми переливалась огромная ёлка. И замерзнув, шла домой.

Глава 6

Включала телевизор и смотрела на чужую, совсем непонятную мне жизнь. На экране было тепло, было море и пальмы, сериал "Тропиканка" поражал меня красотой актеров, открытостью чувств и нарядов. "Неужели бывает такая любовь, - вздыхала я, - Я тоже хочу стать независимой, уверенной в себе, обеспеченной и красивой. Но как, как это сделать?"

Я заикнулась Анатолию про зарплату. Он был так поражен, что мне стало стыдно.

-Ты о чем? Какая зарплата? Это же наш магазин, все деньги идут в наш с тобой бюджет, ну ты даешь, Кать, - чем дальше он говорил, тем больше распалялся, - Нет, ну ты подумай, не ожидал от тебя такой наглости. Я тебя одел, обул. Ты у меня живешь, я тебя кормлю, а тебе еще зарплату?!

-Но я же работаю, Толь. Ты мне совсем денег не даешь, - попыталась возразить я.

-А зачем тебе деньги? Что ты задумала, а? - от больно схватил меня за руку, - Куда без меня намылилась?

-Никуда, Толя, я просто хотела кое-что из косметики купить, шампунь, крем...

***

Двадцать восьмого декабря было очень много покупателей, люди искали подарки на Новый год, покупали обновки, в конце дня от суматохи кружилась голова. Вышла на улицу и сквозь морозный туман пошла домой. Анатолий был сегодня во второй смене, можно не торопиться, но в -45 особо не погуляешь, и я прикрывая рот рукой торопилась домой. Нырнула в проход между домами и лоб в лоб столкнулась с парнем, который протиснулся с другой стороны. Разойтись в проходе было невозможно. Я попятилась, а он протянул руку и сказал.

-Проходите, девушка, - и сам отступил назад.

Я инстинктивно протянула руку, и он помог мне пройти по занесенным снегам скользким доскам.

-С наступающим, - улыбнулся он мне.

-И вас тоже, - только и успела я сказать, как почувствовала, что сзади кто-то схватил меня за руку.

-А ну, пошла домой, - сердце оборвалось, хоть и не сделала ничего плохого, но разве мужу объяснишь? Значит, опять будет скандал. Прошлый раз он даже замахнулся на меня, но не ударил. Это было, когда мужчина поднял в магазине упавшую у меня варежку.

-Ты повежливей с девушкой, - сказал молодой человек.

-А ты кто такой? - зло бросил муж, - Ты что, с моей женой знаком? А может ты ее ухажер?

-Толик, что ты такое говоришь, какой ухажер? Я первый раз вижу этого человека.

-Дурак ты, мужик, - сказал парень, - А вам, девушка, бежать от него надо, без оглядки.

"Куда бежать? В тундру? - пронеслось в голове, - Легко говорить, а если нет у тебя никого, не к кому бежать и не на что, тогда что?". Я вдруг разозлилась на этого парня, хорошо советы давать, когда у тебя деньги есть. Господи, и откуда он взялся на мою голову?

-А ты разве не во второю смену? - спросила я, голос предательски дрогнул.

-А-а-а, вот ты и спалилась, - протянул Толик, вталкивая меня в квартиру, - Значит как я в смену, так ты ну гульки!

Я не удержалась на ногах и упала, слезы брызнули из глаз, не от боли, от обиды. Встала и повернулась к мужчине.

-За что ты так? Что я сделала? - лучше бы молчала, Анатолий разозлился и ударил меня наотмашь по лицу.

В голове загудело, что он там орал дальше я старалась не слушать. В голове билась одна мысль: "Зачем я сюда поехала, дома я могла хоть к соседям убежать, а здесь куда? Куда?". Когда он ударил меня еще раз, я схватила шапку, свалившуюся с головы, оттолкнула его от двери и выскочила на площадку. Как бежала по ступенькам, как выбежала из подъезда, и неслась по улице, не помню. Анатолий за мной не гнался, наверное думал: "Куда денется, замерзнет и вернется".

Глава 7

-Лучше замерзну, но не вернусь, - прошептала я. Лицо горело, а еще больше горела душа, - Господи, я не хочу так жить, не хочу, прости меня Господи...

Ноги понесли меня в снежный городок. Навстречу шли люди, из пакетов у многих торчали золотые крышечки шампанского, город переливался огнями, я подняла глаза на окна домов. Увидела женщину и мужчину, они наряжали елку. Смеялись. Когда я спросила Толика, а мы купим елку, он сказал, что это баловство тратить такие деньги на игрушки. В магазине я наделала снежинок из салфеток и повесила их на ниточках с ватными шариками, а дома украсила снежинками и новогодними картинками окна, шторы, и в квартире стал чувствоваться праздник.

Не заметила, как оказалась рядом с елкой, туман от мороза был такой, что в метре ничего не видно. Я села прямо на снег возле фигуры Снегурочки, спрятала руки в рукава пуховика и уткнула лицо в шарф. "За сколько времени люди замерзают? Хоть бы побыстрей", - других мыслей не было в моей голове

Сначала меня била дрожь, потом наступило такое состояние, что я с трудом понимала, где я. Из тумана на меня смотрели странные ледяные звери, то ли олени, то ли свиньи. Вдруг сознание встрепенулось, и я поняла, что моя жизнь сейчас закончится, попыталась подняться, не получилось, и наступила апатия.

-Мама, мам, иди сюда! - услышала я сквозь вату, - Тут тетенька лежит!

-Ой -ё! Макс, бегом в кинотеатр, пусть скорую вызовут, - я увидела что-то огромное, меховое, подумала: "Надо же, медведь разговаривает".

-Какой на хрен медведь, - я, оказывается, сказала это вслух. Существо пыталось меня поднять, но получалось плохо, - Это ж надо, мою шикарную шубу из китайского козлика обозвать медведем, тоже мне Снегурочка. Ты чего здесь улеглась-то? А ну, вставай. Не спи, паразитка такая, я кому говорю!

-Устала очень, - прошептала я, дальше были только отдельные виденья, как кто-то поднимает на руки, куда-то кладут, и еще я слышала голос существа, которое сильно ругалось и грозилось лично всё проверить. После этого сознание милостиво меня покинуло.

-Доброе утро, Снегурочка, - я открыла глаза и увидела женщину в белом халате, сразу поняла, что в больнице, - Напугала ты нас, - она покачала головой, - Ступорозная степень переохлаждения, еще полчаса и всё, голубушка, наступила бы необратимая стадия. А так, что мы имеем? - она заглянула в бумаги, - Руки обморожены, но не критично, вторая степень, заживут без рубцов, на лице синяки, но мороз тут явно ни при чём, следы обморожения первой степени, пневмония, а вот насчет головного мозга будем смотреть. Ты помнишь, как тебя зовут, где живешь? Как ты оказалась под ёлкой в такой мороз?

-Не помню, - конечно, я всё помнила, но рассказывать было так стыдно, что спряталась за этим "не помню", - Зовут Катя, я из Пузева, - сама не знаю, как вырвалось.

Врач улыбнулась, кивнула и сказала, что ко мне зайдет еще врач-невропатолог, а потом из милиции. Я спросила, а причем милиция-то?

-Когда тебя привезли с синяками, без сознания и без сумки, что, по-твоему, должен был подумать дежурный врач? Что на тебя напали, вот что, - женщина поднялась, погладила меня по голове, -А пока отдыхай, Снегурочка.

-А почему вы меня Снегурочкой называете? - язык мой говорил сам по себе, голова соображала плохо.

-Так тебя назвала женщина, которая скорую вызвала, документов у тебя не было, вот и стали так называть.

Глава 8

Когда врач вышла, соседка по палате спросила.

-На тебя, правда, напали? Меня Тоня зовут, вот надо было перед самым Новым годом воспаление легких заработать, будем теперь здесь с тобой встречать. Остальные все домой отпросились.

-Наверное, напали, не помню, - уклонилась я от ответа.

А потом пришел другой врач, он долго стучал молоточком по ногам и рукам, смотрел в глаза, просил пройти по палате с закрытыми глазами.

-И вы совсем не помните, что с вами произошло? - с усмешкой спросил доктор.

-Шла, поскользнулась...

-Упала, гипс, - закончил он за меня, - Екатерина, придумайте что-нибудь другое, все у вас в порядке с памятью. Не придуривайтесь. Может сообщить родственникам, они вас ищут, наверное?

-Некому сообщать, я одна живу.

-Но кто-то должен принести ваш паспорт, вы же где-то работаете, вам будет нужен больничный, - стал раздражаться врач, - Я пришлю медсестру, скажете ей, кому сообщить, чтобы принести документы.

Когда он вышел, я выдохнула и задумалась, что же делать? Но додумать не удалось, в палату, постучав, вошел Анатолий.

-Катя, Катенька, слава Богу, - он протянул ко мне руки, я вжалась в подушку, и закрыла глаза.

Соседка моя вышла из палаты, когда врач пришел, и вот теперь я опять один на один с мужем. Дикий, неконтролируемый ужас заполнял мой мозг, как он меня так быстро нашел?

- Прости меня, Катюш, не знаю, что на меня нашло, - я открыла глаза и увидела, как Толик пожал плечами и виновато улыбнулся, - Всю ночь тебя искал, сначала к Лариске побежал, думал ты к ней пойдешь.

"К какой Лариске, я и адреса ее не знаю, я здесь никого не знаю, мы же ни разу в гости ни к кому не сходили, - подумала я, - И свадьбы у нас так и не было". Муж продолжал говорить, как бегал по дворам, потом решил ждать, а потом пришел в больницу, а ему сказали, что такой нет. Тогда он в милицию пошел, и там ему сообщили, что похожую женщину привезли в больницу без сознания.

-Я с врачом поговорил, если завтра все будет нормально, может, разрешат и домой тебя забрать. Новый год же!

-Я никуда с тобой не пойду, - сказала и сама удивилась. Откуда только такая храбрость у меня взялась, может это мороз заморозил мою трясущуюся от страха душу, и она стала твердой как лёд? - И принеси мои документы и вещи в больницу.

Анатолий продолжал улыбаться, до него не сразу дошел смысл сказанных мной слов. А когда дошел, он начал ругаться.

-Это как понимать? А куда ты пойдешь? Нашла уже себе кого-то, шваль такая...

-Что это вы, молодой человек, тут на больную голос повышаете, выражаетесь, опять же, нецензурно? - в палату вошел невысокий мужчина в милицейской форме и накинутом поверх нее белом халате.

-Я вечером зайду, Екатерина, принесу всё что нужно, - муж аж зубами скрипнул от злости и вышел из палаты.

-Екатерина, значит, - доброжелательно обратился ко мне мужчина, - А я Николай Иванович, участковый. Так что же случилось, Катя?

Мне почему-то не хотелось врать этому человеку, и я сказала.

-Мы с мужем поругались, он меня ударил, а я убежала из дома, - набрала воздуха и продолжила, - Сил как-то не стало жить дальше, вот и ..., - слезы закапали и сдержать их я не могла.

-Вот это вы напрасно, - Николай Иванович налил мне воды из-под крана, в палате была раковина, - Выпейте, успокойтесь.

-Заявление писать будете? - спросил участковый.

-Какое заявление? - удивилась я.

-На мужа, за избиение.

Он серьезно? Писать заявление в милицию на мужа за то, что по лицу ударил? Да у нас деревне засмеяли бы за одну мысль об этом.

-И что ему за это будет? - все-таки спросила я.

-На первый раз штраф административный, - вздохнул Николай Иванович.

-Нет, не буду, - помотала я головой, а потом добавила, - А вы можете забрать у него мои документы?

-М-да, - хмыкнул Николай Иванович, - Могу, конечно, мне же нужно дело закрыть. А что вы будете делать, когда из больницы выйдете?

Да откуда же я знаю, некуда идти, не к кому и денег нет ни копейки. Единственные люди у кого могу попросить помощи, это девчонки из магазина, Лариса вряд ли мне помогать будет, а уж про Вову я и не говорю.

Участковый ушел, на смену ему пришла медсестра, сделала уколы и поставила капельницу, а следом вернулась и соседка. После капельницы меня сморил сон. И приснился мне медведь, говорящий: "Откуда ты такая взялась-то, - говорил он, гладя меня по голове, - Не водятся в Норильске черные медведи, девочка". "Но ты же откуда-то взялся, - возражала я, - Я же тебя вижу". "Если видишь, это хорошо, а кто я потом разберемся."

Обед развезли по палатам, и я почувствовала, что проголодалась, Тоня угостила меня колбасой и как-то незаметно вытащила из меня всю мою горькую историю.

-Придется тебе помириться с мужем, - сказала она, - Выхода другого нет. На работу в Норильске устроиться тяжело. Ну, куда ты пойдешь? К знакомым девушкам? А они сами-то, где живут?

-Оля с родителями, а Вика с парнем, - ответила я, и поняла, что ничем они мне не помогут. Права Тоня, придется возвращаться к Анатолию.

-А ты похитрее будь, - продолжила соседка, - Денег тебе надо накопить, если муж не дает, сама возьми.

-Как же я возьму?

-О, святая простота, - взмахнула руками женщина, - Ты продавец? - я кивнула, - Вот продай подороже, ты же можешь ценник поменять, а разницу себе возьми. Или не записывай, что продала. И ищи работу, может и повезет. Накопишь денег, найдешь работу и тогда смело можешь уходить. А пока затаись и терпи. Не провоцируй его, раз он такой дебил ревнивый. Я вот развелась со своим год назад, пил сильно, и тоже ревновал. Ты представь только, я же мужской мастер, мне как мужчин стричь? В скафандре, или парандже? - она засмеялась, - А он вечно придирался, ну и пошел куда подальше. Теперь встречаюсь с мужчиной, нормальным. Но замуж торопиться не буду. Все они хорошие, пока не женятся, - уверенно закончила она.

-А дети?

-Не успели, слава Богу, обзавестись. Так что, Кать, ты будь поумнее. Пусть его милиционер постращает, такие, как твой муж, милицию побаиваются.

Тоня все-таки отпросилась на Новый год домой. Я осталась в палате одна. В отделении практически не было людей. Я вышла в холл, там стояла елочка, переливалась гирлянда, и работал телевизор, присела на кушетку и такая тоска сжала сердце, что невыносимо было ее терпеть, хотелось закричать: "Да за что же мне такое? Что я плохого сделала в этой жизни?".

Глава 9

-Ты чего здесь сидишь, такая грустная? - санитарка мыла полы, - Домой небось хочется? Вон, все больные разбежались. Да, не стало порядка в больнице. Да разве ж раньше кого бы отпустили? А теперь свобода, тьфу! Вот ты мне скажи, - оперлась она на швабру, - Кому та свобода нужна? Бардак один. Не больница, а проходной двор, ходят все кто ни попадя, а ты тут мой за ними. Цены скачут как блохи, не успеваешь следить. Зато все миллионеры теперь, - вздохнула она, - Ты с чем лежишь?

-Пневмония, и руки вот еще, обморозила, - ответила я, и вдруг отчаянная мысль пришла мне в голову, - А в больнице санитарки не нужны?

-Недавно в Норильске? - я кивнула, - Санитарки нужны всегда и везде, я вот на пенсию в сорок пять лет ушла после работы на аглофабрике, а что дома-то сидеть? Мужу еще пять лет до пенсии, а потом на материк уедем, домой. Вот и устроилась сюда. Все сейчас на Оганер стремятся попасть, в новую больницу, а здесь работать некому. А тебе зачем?

-Мне работа нужна, и жильё, я бы могла бы хоть целыми сутками работать, - я вспомнила сериал, где девушке разрешили жить при больнице, понятно, что жизнь это не кино, но вдруг повезет.

-Что-то я не пойму, тебе что жить негде? - нахмурилась женщина и посмотрела на меня с подозрением и пренебрежением, а может мне показалось.

-Есть, - сказала я и ушла в палату. Да, жизнь не кино. Это только в сериалах все приходят на помощь, а еще и необыкновенный принц появляется и несчастная становиться счастливой и богатой. Никто не бросится мне помогать, я это хорошо понимала.

Как бы не было противно, но придется принять совет Тони и набраться терпения, пересилить себя и отправиться к Анатолию.

Легла, закрыла глаза и опять уснула. Проснулась от грохота кастрюль, санитарка развозила ужин. В дверь палаты постучали, и вошла высокая женщина.

-Здравствуй, Катя, - что-то знакомое было в чуть хрипловатом голосе, но вспомнить эту женщину я не могла, - Меня зовут Яна, и это мой сын на тебя наткнулся, когда с горки скатился. Ничего, что я на ты?

-Ничего, - улыбнулась я, - Спасибо вам.

-Пожалуйста, - спокойно ответила Яна, - А черные медведи в Норильске не водятся.

"Прям из моего сна слова", - удивилась я. Видя, что я не понимаю, женщина добавила.

- Ты меня медведем назвала, из-за шубы моей лохматой, да и шапка у меня тоже черная и лохматая, - она засмеялась, - Но вот медведем меня еще не называли.

-Простите, - покраснела я, - У меня какие-то странные видения были, то олени, то свиньи.

-Значит, мне еще повезло, сравнение со свиньей было бы обиднее, а медведь ничего, благородно, можно сказать. Ты как себя чувствуешь?

-Нормально, слабость только и руки болят.

-Руки еще неделю болеть будут, я в четвертом классе руки обморозила, потеряла варежки на катке, но это спасло меня от музыкальной школы, - улыбнулась Яна. Удивительно, но она разговаривала со мной, как с давней знакомой и не спрашивала, как я там оказалась и откуда у меня синяки на лице.

И надо же было, чтобы именно в это время вернулся мой муж.

-Здравствуйте, - поздоровался он с Яной, - Катя, я паспорт принес, теплый халат и поесть тебе собрал.

Женщина поднялась, внимательно посмотрела на меня, на Анатолия и спросила.

-Катя у тебя все в порядке?

-Да, спасибо, все хорошо. Мне тогда просто внезапно стало плохо, я присела, а потом слабо помню, что было, - соврала я.

-Понятно. Вот мой телефон, - Яна достала листок и что-то принялась писать, потом отдала мне записку прямо в руки, - Ты позвони мне, обязательно. Договорились?

Она оставила пакет возле кровати, попрощалась, пожелала счастливого Нового года и ушла.

-Кать, давай забудем всё что случилось, - Толик сел на кровать, - Новый год послезавтра, вот и мы с тобой новую жизнь начнем. Клянусь, я тебя больше никогда не обижу, я тебя пальцем не трону.

А я подумала, что он ни разу не сказал мне, что любит. Он привез меня сюда только потому, что ему так удобно, а что? Работаю, готовлю, убираю. Я уже поняла, что женщины в Норильске независимые, уверенные в себе и с ними, так как со мной поступить не получится.

"Я тоже стану такой, независимой и уверенной, - твердо пообещала я себе, - А пока придется терпеть".

-Хорошо, Толь, давай попробуем, - ответила мужу, - Но я хочу получать хотя бы часть денег, - неожиданно для себя добавила я, - Мне даже подарок тебе купить не на что, - смягчила я свое требование улыбкой.

-Конечно, Кать, обговорим с тобой твою зарплату, - выдохнул муж и посмотрел на мои руки, - Больно?

-Больно, - согласилась я.

-А кто эта девушка? Что ей от тебя надо было?

-Ничего не надо, это она с сыном на меня наткнулись, когда я упала в снежном городке и скорую вызвала. Пришла узнать, всё ли со мной в порядке.

-Понятно, а я ей даже спасибо не сказал. Дай телефон, позвоню ей, поблагодарю.

Сердце мое ёкнуло, и я каким-то десятым чувством поняла, что нельзя отдавать ему телефон, что это бумажка мой спасательный круг на самый крайний случай.

-Не стоит, я уже поблагодарила. Зачем лишний раз тревожить людей, - мягко сказала я, поразившись, как легко я учусь притворяться и врать, - Толик, может ты поговоришь с врачом и меня отпустят завтра, так не хочется оставаться в больнице на Новый год. А ты уколы умеешь делать?

-Уколы? - муж немного растерялся, - Никогда не делал.

-Я тебя научу, я маме сама делала. Иди, иди, узнай.

Когда Анатолий вышел, я спрятала листок под подушку и постаралась успокоить сердце, которое учащенно стучало. Заглянула в пакет, который оставила Яна. Там была большая шоколадка, апельсин, сок, в пакете слоеные пирожки и какие-то странные то ли пирожные, то ли печенье. И еще там лежала книга.

Глава 10

-Джек Лондон "Белый клык", - прочитала я шепотом, - Она всё поняла, поняла, почему я там сидела, как стыдно-то, Господи...

Вернулся Анатолий, он выглядел немного расстроенным.

-Врач дежурный не отпустил, сказал, что пусть лечащий решает. Я завтра перед работой зайду, Кать, попрошу под свою ответственность. Ты меня простила?

-Простила, Толик, ты иди, я что-то устала, - я даже смогла не дернуться, когда он поцеловал меня в щеку.

-Кать, я елку куплю и игрушки, хочешь?

- Хочу, - сказала и кивнула для уверенности, - И гирлянду, хорошо.

Когда он вышел, открыла книгу и начала читать. Я любила читать, но предпочитала романтические романы, а тут про Север.

"Он передал свою судьбу в чужие руки, но зато освободился от ответственности, которую налагает самостоятельная жизнь. Одно уж это являлось некоторой компенсацией за утраченную свободу, ибо всегда легче опираться на другого, чем полагаться только на самого себя", читала я строки, написанные Джеком Лондоном, и понимала, это про меня. Я передала свою судьбу в руки мужа, я не захотела взвалить на себя самостоятельную жизнь, и надо признать, мне хотелось уехать из деревни. Хотелось попасть в город, узнать другую, богатую жизнь. Попала, узнала.

В школе я училась хорошо, звезд с неба не хватала, но знания у меня были, как говорили учителя, на твердую четверку. Я накоплю денег, найду работу, уйду от мужа и обязательно пойду учиться. Север - земля сильных, как написало в этой книге, и я стану сильной.

***

Тридцатого меня не отпустили, а тридцать первого, сделав повторный рентген и осмотрев мои руки, врач решила меня выписать.

-Я отпускаю вас под личную ответственность вашего мужа. Антибиотики колоть по схеме, я тут все написала, руки смазывать, и на улицу ни ногой. А то знаю я вас , молодежь, понесетесь на ёлку.

-Нет, я не понесусь, обещаю, - я поздравила доктора с наступающим Новым годом, положила на стол коробку конфет, которую принес Анатолий и вышла из ординаторской.

Муж вызвал такси и через пять минут мы были дома.

-Кать, я Вовку с Ларисой пригласил, ты не против?

-Не против, - ответила я, - Только я готовить не могу, руки плохо слушаются.

-Насчет этого не переживай. Я сам всё сделаю. Ты будешь руководить, а я делать, да?

Толик был таким предупредительным, заботливым, но от этого становилось еще противнее. Перед глазами всплывало его перекошенное от злости лицо, замах и удары, в ушах звучали совсем другие слова. "Держись, - говорила я сама себе, - Представь, что ты разведчица и тебе надо выполнить задание". А еще мне не давала покоя мысль, что это он такой добрый стал? Но этот вопрос скоро прояснился.