Измена. Между нами только боль

— Снежана поднялась на локте и, целомудренно прикрыв свои прелести одеялом, качнула подбородком.

— Слушаю.

— Переезд на какое-то время придётся отложить.

В её зелёных глазах мелькнуло вполне очевидное недоверие.

— В смысле… почему? Мы же вроде бы всё уже обсудили. И ты... ты же с Леной уже обо всём поговорил. Ты же поговорил или соврал?

— Снеж, угомонись, — поморщился он. — Ну что ты начинаешь заводиться с полуоборота?

— Так а ты не выдавай мне часть информации, — обиделась она. — Всё рассказывай.

В каком-то смысле это начинало напоминать разговор с женой. Женщины, что ли, на такие ситуации все реагируют одинаково? Стоит сказать что-то, что с ходу им не понравится, и поднимается вой! Притом вой по сути на пустом месте. Потому что в детали дела он никого пока не посвятил.

— Я пытаюсь, но ты спешишь высказать своё негодование. Попридержишь коней?

Снежана нахмурилась, смахнула со лба тёмно-русую прядь и, поёрзав, не выдержала, приняла сидячее положение, по-прежнему прижимая к себе одеяло.

Ну всё понятно, продолжения постельных утех сегодня можно не ждать.

Замечательно. Охрененно.

Артур выругался про себя и тоже подтянулся на руках, опёршись спиной на изголовье кровати.

— Короче, ситуация нетривиальная. И я прошу сначала внимательно выслушать, а уже потом кидаться в меня обвинениями. Майя беременна.

Снежана недоумённо нахмурилась, явно не понимая, к чему эта информация тут.

— Серьёзно?..

— Ага. И беременность ей пообещали крайне сложную…

Он пересказал всё, что вчера услышал от дочери. С каждым его словом Снежана всё сильнее мрачнела, а под конец выглядела так, словно он смертный приговор ей зачитал.

— Погоди… она все девять месяцев будет жить с вами?

Артур кивнул.

— Это необходимость, Снежан. И так, чтобы все вопросы отпали… в такой ситуации я бы ей это сам предложил, если бы она отказалась. Ты можешь представить, какой это будет стресс, если Майя будет в таком положении всё это время куковать где-то отдельно? А если что-то случиться, и её некому даже в больницу будет отвезти? Димка в командировку скоро смотается. Там по-другому никак.

— Не может быть, чтобы по-другому было нельзя, — пробормотала она, потерев лоб пальцем. — Ну это же полная ерунда. Пусть Лена с ней остаётся. Тебе-то зачем?

— Снеж. Ты в своём уме? Майя — моя дочь!

— А я твоя любимая женщина! — с жаром напомнила она. — Или ты уже об этом забыл? Или это не настолько важная причина!

— Осади, — приказал он. — Сейчас твои претензии совершенно безосновательны. Я обрисовал тебе ситуацию не для того, чтобы ты над ней голову ломала. Я поставил тебя перед фактом. Таковы обстоятельства. Что я буду за отец, если своей дочери не помогу? Вдобавок мы с Леной ничего ей о нашем разрыве говорить не будем, пока не родит.

Снежана даже рот приоткрыла.

— Вот даже как?

— Ну ё-моё, я кому объяснял? — нахмурился Артур. — Ей вообще волноваться нельзя. Совершенно!

Она застонала и повалилась на подушки.

— Это… я просто не верю. Нет, это какая-то чушь. Артур…

Она перекатилась на бок и заглянула ему в глаза.

— Арту, я тебя очень прошу, скажи мне правду. Может, ты просто передумал и теперь пытаешься…

— Снеж, ещё одно слово, я встану и уйду, — предупредил он. — Вы, женщины, как никто умеете мозг выносить. Сначала Ленка, потом Майя со своим неожиданными новостями, а теперь и ты. Дочь выносим за скобки — она в ситуации совершено не виновата, и я счастлив за неё как никто, но вот вы, обе…

— Не смей сравнивать меня со своей женой! — вспылила Снежана.

— А что тебя в этом сравнении так оскорбляет? — прищурился Артур. — Ты её всего на три года младше. Или ты начнёшь требовать о меня, чтобы я тебе рассказывал, что ты во всём её лучше?

Снежана вспыхнула, но промолчала. Прикусила нижнюю губу и какое-то время молча дулась на него, явно не зная, как правильнее поступить дальше, чтобы всё окончательно не испортить.

В конце концов рассудительность в ней всё-таки победила. Ну а вспыльчивость была частью её натуры — это в ней его в своё время и завело. Снежана в этом смысле своё имя не оправдывала от слова совсем — она загоралась и вспыхивала как спичка. В постели от этого только плюс.

— Артур… — позвала она тихо, когда и сама поняла, что их молчание непозволительно затянулось.

Он едва заметно приподнял подбородок, давая знак, что слушает.

— Ну... извини, хорошо? Я понимаю, что ты очень переживаешь за дочь. Это значит, что ты прекрасный отец.

— Я и сам это знаю, — проворчал он. — Я бы ни в чём и никогда ей не отказал.

Снежана вздохнула, смиряясь с неизбежным.

— Ну раз нам придётся какое-то время ещё потерпеть, я согласна. Только…

И она бросила на него мимолётный взгляд, но он успел это заметить.

— Что ещё? Говори…

— Только ты и сам должен понимать, что я не могу остаться от этой ситуации в стороне.

И вот это, если честно, напрягало его больше всего.

Глава 6

— Елена Павловна, — в глазах зятя легко прослеживалось искреннее недоумение, — а вы решили, что Майя что-то там насочиняла? Соврала?

Я суетливо замахала руками и приказала себе остановиться. Мои лихорадочные рассаживания по кухне туда-сюда никакого успокоения мне не приносили.

— Нет, нет, что ты, Дим! Нет, конечно. Просто я подумала, может, она что-то не так поняла, Может, она что-то себе накрутила, напутала…

Дмитрий кашлянул, скрывая неловкость, и покачал головой,

— Знаете, я бы и сам не прочь на такое надеяться. Но нет, Майя ничего не преувеличила. И мы со всей серьёзностью отнесёмся к рекомендациям и показаниям.

— Это... это безусловно. Это даже не обсуждается. Вы только не подумайте, что мы с отцом как-то хотим… Боже упаси, мы только рады помочь всем, чем сможем.

Я активно заталкивала поглубже все свои разочарования, связанные с подтверждением, полученным от зятя. Я и сама понимала, что это разговор ничего по большому счёту и не изменит. Это так, своего рода отчаянный шаг. И, наверное, лишняя попытка удостовериться в том, что я сама ничего не напутала.

— У меня тоже на этот счёт чувства двоякие, — признался Дмитрий.

Это было заметно. Стоявшая перед ним тарелка с окрошкой осталась почти нетронутой. Его сегодняшний визит, который я не собиралась начинать с разговоров, всё-таки в них и скатился, и об обеде пришлось на время забыть.

— Мы с Майкой, конечно, счастливы до безобразия. Это с одной стороны. А с другой, теперь каждый день ощущается как вызов. А тут ещё эта командировка.

— Да, Майя нам объяснила. Говорит, тебя туда долго и методично заманивали.

— Да не то слово, — печально улыбнулся Дмитрий. — Но и бонусы соответствующие.

Дочь упоминала, что оговоренная сумма настолько их с мужем вдохновила, что в итоге побудила поступить неосмотрительно — поделить шкуру неубитого медведя. Ещё до Димкиного отъезда они всё рассчитали и определились, когда обзаведутся собственным жильём. Кто мы такие, чтобы отговаривать молодую семью от воплощения своей мечты?..

— Мы с Артуром очень рады за вас, — я заставила себя произнести имя мужа без колебаний. — И можешь не переживать, с нами Майя будет в полной безопасности.

— Только на это и надеемся, — с благодарной улыбкой кивнул зять. — Но прогнозы на самом деле оптимистичные, главное — выполнять все предписания.

— Да, да, безусловно, — я с тоской выглянула в окно.

На гибких длинных ветвях раскидистой вишни уже обрисовались почки. Весна уверенно вступала в свои права, и в прошлом году, наблюдая эту картину, я радовалась и наслаждалась её приходом.

В этом… в этом году в моей душе царил такой хаос, что я не представляла, куда себя деть.

Накануне приезда Димки почти всю ночь пролежала в нашей бывшей супружеской спальне, таращась в потолок.

Майя ночевала в гостевой, а муж под покровом ночи перебрался в комнату напротив — свой кабинет. Там у него стоял более или менее пригодный для сна раскладной диван.

И пока я старалась не задумываться о том, насколько это подозрительный или рискованный манёвр. Спать в одной постели мы с Тереховым в любом случае не собирались.

— Думаю, в свои сорок семь я заслужила спать одна, без храпящего под боком медведя, вечно норовящего закинуть на тебя руку или ногу, — пробормотала я в темноту.

Но такая своеобразная аффирмация никакого успокоения мне не принесла. Как не улучшил моего состояния и визит зятя.

Повторюсь, я не рассчитывала на то, что он мне нарисует другую, более радужную картину, но, видимо, всё-таки в глубине души таила надежду, что Дмитрий располагал какой-то недостающей информацией, которая позволила бы отыскать лазейку из нашей, казалось, безвыходной ситуации.

Майя с самого утра занялась обустройством своей спальни, а отец с энтузиазмом ей помогал. На меня возложили обязанности приветить зятя, а вечером мы собирались устроить положенные посиделки, и я уж морально готовилась к тому, что предстоит как можно скорее привыкать к статусу наглой обманщицы.

Господи, помоги…

Пока что я со своей ролью худо-бедно справлялась. Во всяком случае Дмитрий вроде бы ничего не заподозрил, а моё тревожное состояние довольно легко можно было списать на переживания за дочь. Те более что переживания-то были искренними. Какая мать легкомысленно отнесётся к тому, что объявила нам Майя?

— В одиночку я этого просто не вывезу, — пробормотала я, перемывая посуду.

Дмитрий наконец пообедал и отправился составить компанию жене и тестю. У меня появилось немного времени на себя.

Определившись с тем, что приготовить на ужин, я поднялась в спальню, стараясь не браться внимания на щемящее чувство в груди при виде знакомой обстановки. Пока что для меня эта комната оставалась супружеской спальней. Будь моя воля, я уже завтра затеяла бы тут капитальную перестановку или даже ремонт, но с прибытием дочери стоило тысячу раз подумать, не возбудит ли это нежелательные и вполне обоснованные подозрения.

Плюхнувшись в кресло, я выдохнула и ссутулилась, пережидая момент слабости.

Нет, раскисать ни в коем случае нельзя. По крайней мере я знала, ради кого и чего приношу эту жертву. Да, будет сложно. Да, будет исключительно нелегко, но если результатом этих вынужденных страданий станет рождение здорового внука или внучки, и у них с мамочкой всё будет хорошо… что ж, я бы заплатила эту цену в любом случае.

Но это не значит, что стоит отказываться от помощи.

Я вынула из кармана домашних брюк телефон и набрала подругу.

— Снежан, привет. Слушай, не хочешь к нам на огонёк заглянуть?

Глава 7

— Что мне делать? Что мне делать, Артур?

— Господи, да не ори ты, пожалуйста. Я так оглохну.

Артур ухватился за переносицу и немилосердно сжал её, будто всерьёз ожидал, что у него расколется от этого крика башка.

И нельзя сказать, что ситуация вырисовывалась какая-то уж исключительно неожиданная. Скорее наоборот, чего-то подобного стоило ожидать. Но ведь всё пошло не по плану совершенно недавно, и вот такого момента они не учли. Точнее не учли той вероятности, что момент этот случится так скоро.

— Во-первых, чему ты так удивилась? Вы всё-таки подруги. Во-вторых, я тебя предупреждал. Вашу дружбу стоило закончить давным-давно. А теперь приходится расхлёбывать последствия твоей нерешительности.

— Так это ещё и я останусь виноватой? — взвизгнула Снежана.

Ну а чего он ожидал? Что она прислушается к голосу разума?

— Я тебе говорил, что когда-нибудь такой момент настанет? Вот просто ответь мне, да или нет?

Снежана какое-то время сопела в трубку, что уже само по себе было красноречивым ответом. Потом всё же сдалась.

— Говорил, но...

— И какие тут могут быть «но»? Вот теперь ты и получаешь ответку.

— А я тебе объясняла, что я не могу рассориться с ней на пустом месте! Как ты вообще себе представляешь такое? Я ни с того ни с сего позвоню ей и скажу, мол, всё, Лена, нашей дружбе конец? А объяснять ничего не нужно? Просто прими это, дорогая, как факт?

— Вот вы, женщины, удивительные создания, — понизил он голос, чтобы не распаляться и не привлекать случайное внимание домашних к своему телефонному разговору. — Когда вам это нужно, вы можете таких фантазий нагородить, таких оправданий и причин понапридумывать, что только держись, но когда ситуация реально требует жёстких решений, всё куда-то волшебным образом теряется. Ты просто не захотела с ней дружбу прекращать!

— Это... это всё слишком запутанно.

— Да ладно? Что запутанного? У нас с тобой закрутилось, и стоило тут же рвать отношения с ней, чтобы ещё запутаннее не становилось! Но я в своё время так и не смог тебя убедить!

— Слушай, — ринулась в контратаку она. — А ты не веди себя, пожалуйста так, будто ты тут в белом пальто! Ты ведь своей жене что-то не кинулся тут же объявлять, что у тебя другая женщина появилась! Это что, так уж сильно отличается от нашей с ней ситуации!

— Не сравнивай!

— Снежана даже задохнулась от такого ответа.

— Реально?.. Не сравнивать? А почему? Почему это я не должна сравнивать? И у тебя, и у меня с Леной близкие отношения. У вас, если так разобраться, они куда ближе! Вы — семья! Но с меня почему-то спрос оказался больше!

— Я уже тебе объяснял, что всё ей расскажу, когда совершенно точно пойму, что готов уйти. Справедливости ради, мы сразу с тобой договорились, что наша связь — ещё не отношения. Мы просто хорошо проводили время. Будешь отрицать?

Снежана молчала.

— Но прошло время, и я понял, что из семьи пора уходить. Я принял решение, я рассказал об этом жене. Но кто мог знать, что жизнь подкинет такое? Это невозможно было ни просчитать, ни спрогнозировать, ни даже держать в уме подобную вероятность!

— И получается, ты не виноват.

— Мы не о моей вине сейчас говорим! Мы пытаемся решить, что делать дальше. И мы потому об этом сейчас говорим, что ты, Снежана, ничего лучше не придумала, как согласиться! Ты не могла ей соврать, что занята, что заболела или выдумать ещё какой-нибудь благовидный предлог. Нет! Ты на голубом глазу заявила, что да, конечно, ты к нам приедешь!

— Я растерялась. Я совершенно не ожидала. И… у неё был такой потерянный голос. Я просто… я… оно как-то само вырвалось

— Замечательное объяснение. Вот умеешь же, когда захочешь, оправдаться.

— Прекрати меня шпынять! — огрызнулась Снежана. — Лучше скажи, что мы будем делать?

— А ничего, — бросил он, выдохнув и посмотрев невидящим взглядом в окно. — Что мы можем сделать? Продолжим врать и притворяться, раз ты не сумела ей отказать.

— Артур, я не хотела, чтобы всё так получилось, — потерянным голосом отозвалась она. — Я искренне этого не хотела. Как бы по-идиотски это ни звучало, я дорожу этой дружбой. Не знаю, как это объяснить… но мне очень нелегко будет терять подругу.

А вот о том, что она её потеряла, когда спуталась с её мужем, Снежана, видимо, предпочитала не вспоминать.

— Да, мы часто думаем, что повзрослев, понимаем, как устроена жизнь, но это ни хрена не так, — устало отозвался Артур и снова потёр переносицу. — Ничего не остаётся. Собирайся и приезжай. Будем действовать по обстоятельствам.

— Я обязательно с ней поговорю, слышишь? Без этого всё равно никак. Рано или поздно правда выйдет наружу. Я поговорю с Леной и всё ей объясню.

— Ну да, — Артур кивнул, хоть и понимал, что она этого не увидит. — Только не вздумай сделать этого прямо сейчас. А то я вашу женскую непредсказуемую натуру знаю.

— Нет, конечно, — голос Снежаны сделался грустным. — Значит… до встречи?

— Ага, — ответил он и отключился, даже не потрудившись попрощаться с ней как следует.

А он-то наивно надеялся, что у него всё более или менее под контролем.

Наверное, пройдёт ещё немало времени, прежде чем он до конца осознает, как в его жизни всё могло сложиться именно так? Как внезапно вспыхнувшее влечение в подруге жены превратилось в стремительно несущийся с горы снежный ком, грозивший похоронить под собой и его, и всех, кем он дорожил?

Нет, такого исхода никак нельзя допустить. Ни в коем случае нельзя.

Глава 8

— Дим, да не спеши ты. Успеется. Посиди со всеми. Потом уже надолго уедешь — чёрт знает ещё, когда в следующий раз вот так соберёмся.

Артур не стал бы признаваться себе в том, что уговаривал зятя задержаться до ужина не столько даже по озвученным причинам, сколько потому что обстановка за столом обещала быть охрененно неловкой.

И что ещё хуже — охрененно неловкой она будет именно для тех, кто в курсе всей ситуации. Часть присутствующих будет вести себя как ни в чём ни бывало, потому что пребывает в блаженном неведении.

Но сколько ещё оно может продлиться-то?

— Ну, если вы просите, — улыбнулся Дмитрий.

И в душе Терехов выдохнул с немалым облегчением. Потому что им предстояли самые напряжённые посиделки во всей его жизни.

Снежана приехала с небольшим опозданием, но ей это простили — жена бросилась ей на шею с таким видом, будто подруга была её спасательным кругом.

Артура передёрнуло. Твою-то мать, это всё очень неправильно. Так быть не должно. В своё время Снежана смалодушничала, а горькие плоды её нерешительности они теперь пожинали вдвоём.

С себя он ответственности не снимал, но в конце-то концов расставил приоритеты. Всё решил, рассказал жене и даже почти что съехал! Но расскажи Богу о своих планах…

— Майя, как я за тебя рада! — Снежана кинулась обниматься с его дочерью, и Артур, не выдержав, ушёл в столовую.

Он понятия не имел, что сейчас творилось в душе у неё, а вот ему всё это напоминало дурной сон, балаган, хреновый спектакль, частью которого он стал не от хорошей жизни. И что хуже всего, никаких актёрских задатков в нём отродясь не было. Поэтому он небезосновательно дёргался и переживал, что как раз и окажется тем слабым звеном, из-за которого весь их обман вот-вот разлезется по швам и обрушит на их голову неминуемую карму.

Но что самое страшное — вынужденных расплачиваться резко прибавится, и в их число войдёт его беременная дочь. А это то, чего не должно произойти ни в коем случае.

— Ты бы хоть притворился, что правила приличия соблюдаешь, — бросила ему в спину жена.

Он не заметил, как она вошла в столовую. Снежана с Майей и Дмитрием обсуждали их одновременно тревожную и радостную новость.

— Что, мать-то твою, опять не так? — пробурчал он, стараясь при этом голоса не повышать. — Я рад, что у тебя получается сохранить лицо. Мне это не так просто даётся. Притворщик из меня откровенно хреновый. Я ушёл, чтобы Майя ничего не заподозрила.

— А за столом ты как сидеть собираешься? — Лена поправила скатерть и переставила один из бокалов поближе к тарелке. Абсолютно бесполезная манипуляция, скорее выдававшая её собственную нервозность.

— Как-то, — огрызнулся он. — Давай ты не будешь на меня наседать?

— Была бы моя воля, я бы вообще тебя за порог выставила. Прямо сейчас! — прошипела она ему в лицо. — Жаль, я лишена такой роскошной возможности.

— Твои огорчения взаимны, — Артур склонился над ней, чтобы без надобности не повышать голос. — Но не требуй от меня ничего сверх. Я выполняю условия соглашения так хорошо, как только могу.

Елена скользнула по нему полным презрения взглядом.

— Ну тогда мне остаётся только надеяться, что со временем ты свои умения прокачаешь. Потому что сейчас твои потуги выглядят откровенно плачевно!

Им пришлось отступить друг от друга и снова натянуть маски вежливости, потому что остальные наконец-то отыскали путь в столовую и принялись рассаживаться.

Артур время от времени бросал взгляды на Снежану, но та крайне успешно делала вид, что они едва ли знакомы.

Не заигралась бы в безразличие так, что это станет выглядеть подозрительно.

— Ой, как я рада, что мы вот так вот все собрались! И даже Снежана приехала, — Майя перегнулась через стол и пожала её заметно дрогнувшую ладонь. Это единственное, что выдавало настоящее состояние гостьи.

— Да. Уже и не припомню, когда мы вот так вместе собирались, — пробормотала жена, но никто не обратил внимания на тоскливые нотки в её голосе. Никто, кроме него.

— Вы не сидите, — спохватилась она. — Наполняйте тарелки.

Все охотно взялись за дело, и на какое-то время разговоры потекли в обычном направлении — обо всём и ни о чём, беззаботная с виду беседа.

Оставалось только диву даваться, как такое возможно в их ситуации. Но, видимо, когда у тебя есть достаточно веские причины, изобразишь что угодно и ещё не так раскорячишься.

На какое-то время Артуру даже удалось отвлечься от своей дилеммы и по крайней мере вообразить, что всё пройдёт относительно нормально. Они посидят вместе, поговорят о том о сём и разъедутся. Его даже совершенно не напряг тот момент, что Дмитрий предложил Снежане довезти её до города.

— Всё равно нам по пути. Зачем вы будете на такси тратиться?

Она с благодарностью приняла его предложение.

Всё было как-то даже слишком обыденно и нормально. Наверное, не стоил этот вечер таких переживаний. Но несложно было начать мандражировать — уже хотя бы потому что новости дочери и вызванные ими вынужденные изменения не могли не наложить свой отпечаток на их ближайшее будущее.

Всё пошло вкривь и вкось, когда они с зятем вышли подышать свежим воздухом на веранду перед чаем. Женщины ушли на кухню, ненадолго предоставив их самим себе.

— Не жалею, что остался, — поделился Дмитрий, выпустив в чёрное звёздное небо облачко пара. — Действительно стал уже забывать, какие уютные у вас посиделки.

Артур усмехнулся и кивнул.

— Я тоже рад, что ты остался.

— Полезен буду, опять же, — добавил с улыбкой зять. — Доставлю вашу поклонницу домой в целости и сохранности.

Глава 9

— Что, прости?.. — Терехов вытаращился на зятя, не в силах скрыть изумление.

Он ничего не мог с собой поделать — сказанное Дмитрием вытолкнуло его на грань, на которой он сейчас балансировал, гадая, в какую сторону в итоге свалится.

Димка в ответ на вопрос насмешливо вздёрнул брови, будто тоже удивился.

— А вы не заметили, Артур Александрович?

Где они прокололись? На какой фразе? На каком, твою-то мать, неосторожном действии. Он лихорадочно пытался припомнить, и как назло на ум вообще ничего не приходило.

— Чего не заметил?

— Да гостья ваша на вас время от времени такие взгляды бросала, — хмыкнул зять.

Видимо, на лице Артура отобразилась такая примечательная смесь эмоций, что Дмитрий поспешил пояснить.

— Вы только не подумайте, что я это всерьёз! — зачастил он. — Извините, я понял. Шутка совсем не зашла. Просто мне это показалось забавным…

Он осёкся и переступил с ноги на ногу от неловкости.

Как это называют? Проскочить между каплями дождя? Вот как-то примерно так он себя сейчас ощущал.

Шутка. Зять пошутил. Очень смешно. Обхохочешься.

Вот только шутки тоже из ничего не рождаются. И неплохо бы прямо здесь и сейчас определиться с тем, что именно их выдавало.

— Дим, ты завязывай с такими шутками, — хмыкнул Терехов, мастерски изображая непонимание. — Откуда у тебя вообще такие мысли взялись? Ты же про Снежану? Никакие взгляды она на меня не бросала. По крайней мере, я ничего такого не заметил.

И тут он не врал. Он же реально за весь вечер ни разу с ней взглядом не пересёкся! Все усилия на то и уходили, чтобы держаться максимально отстранённо.

— Да я же по большому счёту в шутку, — продолжил оправдываться зять. — Просто когда Майя про наш визит в консультацию рассказала, вы стали вспоминать, как жену из роддома встречали. А Снежана прямо заслушалась.