Колючка для высшего эльфа или сиротка в академии

После быстрого завтрака со вкусным кафи, я мчалась по извилистым коридорам Голденхола, поправляя на ходу форму. В кабинет зельеварения влетела вихрем, чем разозлила преподавателя, мистера Зеленгара.

— Вы опоздали, — скривив сухие губы, мужчина поморщился.

— Простите, этого больше не повторится, — быстро отчиталась я.

— Присаживайтесь, — мистер Зеленгар молча указал мне на пустое место, в самом дальнем конце аудитории, которое…о боги, располагалось за одним столом с Кириэлем Найтвейном!

Что здесь забыл высокородный, он же даже не адепт?

— Хм, — замялась я стоя на месте, переводя ошарашенный взгляд с Кириэля на преподавателя.

— Вам особое приглашение нужно?

— Что? Ой, нет…просто, — слов на было. Высокородный заметил меня и демонстративно скрестив на груди руки, откинул стул на задние ножки. Подняв подбородок, наблюдал, качаясь на стуле, словно хищник перед броском.

Преподаватель, скрипнув мелом по доске, недовольно и устало выдохнул:

— Ну тогда сядьте быстро на место и не мешайте мне вести лекцию.

Выбора не осталось. Возникла мысль — сославшись на плохое самочувствие, покинуть кабинет. Сбежать и подальше.

Но так я буду выглядеть слабой, а вот этого я не хочу.

Обойдется! Я конечно не тот борец, каким меня описали в этой подленькой статейке из «веселой жизни адепта», но и не настолько слабая, что бы сбежать, заметив одну только его приподнятую бровь.

Переступив с ноги на ногу, я напряженно пропустила кислород через легкие и направилась к столу. Подбородок подняла повыше, показывая какая я гордая. Даже спина заныла от напряжения.

Достала все необходимое для записи и учебник, а сумку бросила на пол. Отодвинулась на самый край, опустила локти на столешницу и устремила взор в сторону профессора.

Высокородный пристально за мной наблюдал. Взгляд буквально жег. Я абстрагировалась, стараясь не придавать значения, а сама гадала — почему он здесь? Здесь, среди первокурсников.

Я почувствовала еще один взгляд. Темный. Он тоже здесь. Но его пребывание на лекции зельеварения логично. Меня он заметил и усмехнувшись, подмигнул.

Спасибо, выразил сочувствие.

Стул Кириэля скрипнул, а затем с гулким ударом опустился на четыре ножки.

— Даже не поздороваешься?

Это он мне видимо.

— Привет, — буркнула, не поворачиваясь.

— И все? Похоже моя персональная колючка мне не рада.

У меня дернулся глаз. Отставать он точно не собирался, а у меня в голове одновременно вспыхнуло миллион вопросов.

Что вчера произошло, когда он вернулся? Оценил уборку и почему такой спокойный? По другому же быть должно! Читал ли газету? Какую гадость опять затевает?

Я решила начать с самого безобидного, на мой взгляд, спросив:

— Что ты тут делаешь?

— Лекцию пришел послушать.

— Я знаю, что ты не адепт.

— С чего ты это взяла, колючка? — усмехнулся высокородный.

Тут я не выдержала и покосилась на него. Судя по довольному выражению, его очень забавляло происходящее.

— Ректор сказал, что ты здесь в качестве практиканта и куратора адептов из своего клана.

— Вот как? А ректор не упоминал, что для кураторской деятельности я могу составлять себе список лекций, которые могут пригодится?

— Да ты только сейчас это придумал, — я резко развернулась к эльфу, столкнувшись с надменным ледяным взглядом. Мистер Зеленгар шикнул и я снова переключилась на лекцию.

— Нет, ты можешь спросить Эштера. Я, кстати учился в Гераксе, с направлением на боевые искусства, так что лекции для первокурсников по зельеварению — мне ну очень интересны. Даже представить себе не можешь как, — с хорошо читаемым сарказмом в голосе пояснил Кириэль. Сделав небольшую многозначную паузу, добавил, — а теперь зная твое расписание, все лекции первого курса мне стали особенно интересны. Оказывается, в Гераксе я так много всего пропустил.

Да меня просто убили на месте. В прямом смысле едва со стула не упала. Пришлось вцепиться в столешницу и поерзать.

Так, Ксюша, дыши глубже и тише. Он просто сейчас тебя специально выводит на эмоции. Не поддавайся.

— Как тебе моя уборка? Есть претензии? — косо посмотрев в его сторону, анализировала реакцию.

Ее не последовало. На лице высокородного ни одна мышца не дрогнула.

— Сам удивлен, но ты справилась. А говорила, что чисто и убираться не надо. Оказывается, моя персональная колючка для уборки вполне годится.

Что? Я пропустила мимо ушей его язвительные заявления. Меня другое смутило — его все устроило? Это как? Я старалась сделать так, чтобы его эльфийская душа запылала гневом. А он сидит спокойненький, снова на стуле раскачивается.

Может лжет?

— Колючка, ты как-то подозрительно побледнела, — уголок губ Кириэля дрогнул в неком подобии оскала, — разве ты не должна наоборот, подрумяниться от похвалы?

— Обойдешься. Доволен уборкой, ну и отлично, — огрызнулась я, быстро вылавливая из лекции преподавателя несколько фраз и конспектируя их.

Я наивно полагала, что Кириэль отстанет. Но у него явно этого в планах не было. Он продолжал сверлить меня льдистыми глазами, вызывая нервную дрожь во всем теле.

Ну сколько можно?

Потом рядом зашелестела бумага и я покосилась в сторону эльфа. Думала, он наконец решил заняться делом и конспектировать лекцию, а то на желающего учить зельеварение даже близко не походил, но вдруг в его руках мелькнул тот самый выпуск «веселой жизни» и…

Меня накрыла паника.

Шестая глава

— Не открывай! — кричу, выхватывая у высокородного «весёлую жизнь».

Я так резко и в порыве паники вскакиваю, что не сразу понимаю, что я делаю. Остановить себя не успеваю. Успела только поймать удивление в голубых глазах и в этом момент я случайно завалилась на эльфа. Его стул, на котором высокородный раскачивался, провалился и мы, потеряв равновесие, оба полетели на пол.

Точнее я на землю, а он на меня, и я подумала — сейчас он меня раздавит, но в последний момент высокородный перевернул нас и я приземлилась на его торс.

Раздался грохот, поднялся столб пыли — как то плохо в аудитории убирались.

— Ну и что ты делаешь? — Кириэль внимательно смотрит мне прямо в глаза.

А вся аудитория смотрит на нас. Ой как стыдно, особенно после замечания мистера Зеленгара:

— Адепт Петрова, вы закончили валяться на высокородном Найтвейне?

— Ну…— моментально вскакиваю, отряхиваюсь и прячу за спиной местную газетенку, — прошу прощение. Вышло недоразумение.

Эльф поднялся следом и в отличии от меня был чертовски спокоен.

— Замечательно, а теперь, адепт Петрова, покиньте аудиторию, — профессор указал на дверь.

— Но как? — я по инерции бросила взгляд в сторону высокородного. Затем на профессора.

Найтвейна я так понимаю не выгоняют, а только меня.

— Покиньте аудиторию, адепт Петрова. Не заставляйте нас ждать. Вы лекцию задерживаете.

— Как скажете, — насупившись буркнула я.

Было у меня чувство, что все дело в том, что я новенькая и землянка. Шовинисты.

Проходя мимо темного, заметила в его руках скомканный лист бумаги. Поймав мой взгляд, он опустил руку со стола и я поняла намек — решил мне послание подкинуть.

Буквально на секунду наши руки соприкоснулись и я забрала скомканный кусок.

Спину припекло, словно от острого, раскаленного взгляда.

В чем дело?

Спонтанно обернувшись, я чуть не споткнулась. Высокородный зачем-то следовал за мной.

И я хотела возмутиться, но профессор вновь напомнил:

— Адепт Петрова, поторопитесь.

«Адепт Петрова» даже звучит нелепо. Закатив глаза, я покинула аудиторию с чувством осадка.

Сделав несколько шагов, развернула послание темного эльфа.

На скомканной бумаге красовались каракули с изображением подвешенного, на видимо виселице, человечка и подпись «его высокомершество».

Моя фраза, Харт запомнил, как я называла Кириэля и у меня это вызвало улыбку.

Выпрямив края правого бока бумаги, прочитала перечисления по пунктам того, что не любил сам Кириэль. Ну если я конечно правильно разобрала рваный почерк Харта. Местами совсем было невнятно.

Дверь аудитории зельеварения хлопнула за спиной и я быстро спрятала записку в карман. Параллельно попыталась засунуть «веселую жизнь» в сумку, но подлая газетенка никак не хотела там прятаться. В этот момент раздался голос высокородного, почти над ухом:

— И что это было?

Резко обернувшись, замялась на секунду и в результате не придумав, что ответить, спросила:

— Ты о чем?

— О твоей попытке убить наследника клана серебряного ветра, — он едва заметно приподнял бровь.

Что? Он шутит?

— Да кому ты нужен! — выпалила я, — не собиралась я тебя убивать.

— Покалечить хотела? — высокородный усмехнулся и посерьезнев, задумчиво выдал, — в общем, мой раб должен заботиться о моем благополучии, а не наоборот.

— Да ты сам виноват, ни надо было на стуле раскачиваться! Иди вообще на лекцию, это меня выгнали, а не тебя.

— Там стало скучно без Колючки.

— Твои проблемы, — громко фыркнув в ответ, собиралась его обойти, но высокородный преградил мне дорогу:

— Верни газету.

— Не верну.

Снова приподнимает бровь, да так надменно, с намеком на то, что споров не потерпит. В голове быстро формируется почти железный аргумент:

— Там скучные новости. Я можно сказать, спасла вас, ваше высокомершество, от скуки. Видите, задачу о заботе о вас выполнила.

— Неужели.

Непонятно — спрашивает или утверждает. Что в него в голове-то происходит и почему я так нервничаю?

Взгляд оценивающий, прям прожигающий.

Киваю:

— Именно так. Вам не будет интересно.

— Колючка уже стала разбираться в моих вкусах, — прищуривает глаза, — как забавно. Но может Колючка все-таки вернет мне выпуск, мои друзья обещали, что эта статья меня заинтересует. Я склонен им доверять.

Вытягивает руку и раскрывает ладонь. А я мотаю головой.

— Неа, не дам, думаю, ваши друзья ошибаются.

Пячусь назад, пряча за спину сумку с выглядывающей газетой.

— Колючка?

— Вы так напряжены, может я могу уже что-то для вас сделать? — спонтанно предлагаю.

Но вдруг сработает?

— Например?

— Кафи по рецепту моей бабушки.

— В твоем мире пьют кафи?

— Ну да. А так есть разные вкусные напитки и вообще много всего.

— Сначала газету. Или мне активировать метку? Эй, Колючка, ты куда?

Как можно дальше. Неслась на всех возможных скоростях, спотыкаясь на ходу. Кириэль мог активизировать метку в любую секунду, но почему-то этого не делал. Может были еще какие-то ограничения?

Я в любом случае торопилась и прошмыгнув в уборную, в ускоренном темпе уничтожила опасный для меня выпуск «веселой жизни».

— Если я когда-нибудь найду создателя этой газетенки, журналиста этой статьи и редактора — вам не жить! Прям обещаю, — рычала я.

И вот когда я истребила выпуск почти в пыль, метка запульсировала.

Поздно, высокородный, газетенки больше нет. Можешь теперь бегать по академии и искать другие экземпляры.

Кириэль вызвал меня в общую гостиную учебного корпуса.

Просторное помещение, обычно пустовало в учебные часы и только вечером наполнялось адептами. Вот только в этот раз мне совсем не повезло. Сам Кириэль был не один. Расположившись на диване в самом центре, он сидел в окружении своих.

Если я не ошиблась, то все эти эльфы присутствовали на ритуале, включая ту эльфийку, которая особо яростно жаждала для меня наказания. Кажется, ее звали Лиара. Подсев поближе к высокородному, она хлопая длиннющими ресницами и расплываясь в белоснежной улыбке, что-то активно рассказывала Кириэлю, а сам Кириэль безразлично слушал, закинув локти на спинку дивана.

Казалось, ему было просто невыносимо скучно, хоть его и развлекали все присутствующие.

А меня зачем позвал?

Подходить к компании я не решалась. Одного эльфа с горем пополам выдерживаю, а тут их почти десяток. Ужас!

Лиара меня заметила первая. Она так активно крутила головой, постоянно поправляя волосы, что было бы странно, если бы не заметила. Улыбка мигом растворилась и преобразилась в откровенную неприязнь.

— Смотри-ка, человечка явилась, — громко фыркнула эльфийка, — ты что здесь забыла? У нас частная вечеринка.

Эльфы громко засмеялись, оборачиваясь в мою сторону и только Кириэль вообще никак не реагировал, будто меня не было, даже не обернулся.

Но так было недолго.

Одно движение его руки и эльфы угомонились, быстро поднялись с дивана, кресел и направились к выходу из гостиной, окатывая меня ледяными взглядами. Лиара, так вообще словно случайно задела меня плечом.

И что дальше?

Переступив с ноги на ногу, я приблизилась к высокородному и взгляд случайно упал на придиванный столик, на котором разбросанные стопочкой валялись свежие выпуски «Веселой жизни».

Ой…

Высокородный подался вперед и щелкнул пальцами у моего лица.

Моргнула. Раз. Другой. Перевела ошарашенные глаза со столика на Кириэля и обратно.

Нет слов. Вот он меня зачем сюда позвал. Издеваться будет? Мстить?

Прищурившись — жду. С подозрением его рассматриваю. Ищу в чертах лица эльфа намеки. Что-то он больно спокоен. Сверлит меня в ответ глазами. Лицо непроницаемо. Совсем никаких эмоций.

Пауза затягивается и я начинаю нервничать.

— Знаешь, ты была права, — Кириэль снова откидывается на спинку дивана.

— В чем? — округляю глаза.

— Этот выпуск «веселой жизни адепта» действительно скучный. Не понравилось.

— Правда? — шевельнув одними губами, произнесла я.

Точнее выдавила из себя первое, что обозначилось в голове, а он кивнул.

Спонтанно покрутя указательными пальцами друг напротив друга — попыталась понять, а что вообще произошло.

Высокородный, выходит, газету прочитал, но… у него вообще статья не вызвала никакой реакции.

Серьезно? Правда?

Ой, а я то боялась…

У меня вдруг настроение поднялось, махнула рукой и радостно произнесла:

— Так я же говорила. Вот о вас, ваше высокородие, забочусь.

— Заботливая Колючка, — усмехнулся Кириэль, — как на счет еще раз проявить заботу?

— А?

— Хочу попробовать кафи по рецепту твоей бабушки с земли.

— Какой бабушки…? — я поспешно осеклась, прикусив кончик языка. Совсем забыла о том, что я сама упоминала бабушку.

На самом деле бабушку то я свою особо и не знала. Да, с ней много всего интересного было связано, но варка привычного мне кофе или по местному кафи— не значились. Не уверена, что бабушка хоть что-то готовила.

— Твоей бабушки, — уточнил высокородный.

— Ах, моей, — растянув губы в самую невинную из возможных - улыбок, делаю вид, что просто не поняла сказанное, — да да, конечно, моя бабушка варила отменный кафи. А вы попробовать хотите?

— Мечтаю.

— Ну тогда не смею вам отказать…— потирая висок на нервах, протяжно бубню я.

— Особенно, если учесть, что ты сама это ранее предлагала, — добавляет он.

— Ну да, было такое. Помню помню, — переступаю с ноги на ногу и ожидаю непонятно чего.

— Замечательно, я жду.

— Вам сюда принести?

Он серьезно думает, что я ему кофе готовить буду по мифическому рецепту моей почившей бабушки, с которой я даже толком не общалась?

Ну да, он действительно ждёт.

Вон как глазами в меня стреляет.

Говорит:

— Я жду.

Великолепно. Просто великолепно.

И угораздило же меня лишнего сказануть.

— Аааа, — закричала я, сжав кулаки, как только покинула общую гостиную и оказалась подальше от других студентов.

Двигалась в сторону своего корпуса. По дороге развернула список от Харта.

Так так так, что у нас тут есть?

Ага.

Перечитав перечисленные по пунктам вредоносные ингредиенты, задумалась…еще бы спросить у темного, как именно они действуют.

Вдруг еще отравят высокородного случайно. Такое вредительство в мои планы не входило.

Закинув перемолотые зёрна кафи, почему-то фиолетового цвета, но дающие во время варки насыщенный темно-коричневый оттенок обычного кофе и далее, распахнула шкафчик.

Много разных баночек. Рассмотрела их, сверилась со списком. Проговорила:

— Гобататиусы…это что? Фертрон…эммм? Левонный щавель…оно съедобно? Да что все это такое? — я принюхиваюсь к некоторым баночкам. Вроде пахнет как специи. Читаю дальше, — златоцвет и хотонец? Не поняла…так, кажется что-то похожее было у Харта.

Почерк у темного и правда неразборчивый. То ли златоцвет, то ли хотонец? Скорее всего что-то из этого подойдет.

Беру хотонец, на вкус не пробую, но аромат словно вообще отсутствует. На свой страх и риск добавляю немного в турку. Довариваю и выливаю в самую чудесную чашечку.

Вопрос в том, как донести и сохранить температуру?

Магией я пока владела плохо, но некоторые заклинания из бытовых были знакомы. Я немного ослабив браслет, наложила на чашку защиту от расплескивания и окутала слабой формой утепления, чтобы не остыло.

Кириэля застала на том же месте. Почти. Он расположился у открытого окна, рассматривая внутренний двор.

— Ваше кафи, ваше высокомершество, по фирменному рецепту моей земной бабушки.

Изогнув бровь, Кириэль принял кружку, а я раскрыла рот, наблюдая за тем, как он не сводя с меня глаз, сделал первый глоток.

— Довольно вкусно, — он пожал плечами и осушил всю кружку.

— Что правда? — у меня отвисла челюсть.

Я очень старалась скрыть разочарование в голосе.

На всякий случай решила за высокородным понаблюдать.

Вообще-то у меня скоро начиналась следующая лекция и я могла потратить это время с большей пользой — например, пообедать.

Но нет. Как ополоумевший учёный, я следила за действием кафи с хотонцом.

Поймав мой взгляд, Кириэль нахмурился.

— Может что-то еще, ваше высокомершество? Расслабляющий массаж…, — ой, едва успела язык прикусить, пока лишнего не сболтнула. Хотя уже сболтнула.

— Ты не поверишь, но я как раз хотел попросить. Надеюсь, Колючка его умеет делать не хуже, чем варить бабушкин кафи.

«ЧТО?!»

Завопило мое сознание.

— Вам послышалось, я имела ввиду, что могу попробовать вам еще кафи приготовить, — это я произнесла более спокойно.

На лицо Найтвейна упала тень. Направившись к дивану, он жестом поманил меня за собой и на ходу скинул куртку, оставшись в рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами.

Я не сдвинулась с места. Мне вообще показалось, что к моим стопам добавили гири и они стали неподъемными.

Моя челюсть как опустилась, так и не поднялась. А Кириэль кинул куртку на диван и плюхнулся рядом. Закинув ноги на кофейный столик. Откинулся на спинку, вытянув по ней руки и наклонив голову набок, посмотрел в мою сторону вопросительным взглядом.

Так он оказывается серьезно и не шутит?

— Чего ты ждешь, Колючка?

— Да вот хочу понять, что вы от меня хотите.

— Расслабляющий массаж, раз сама предложила.

— Я имела ввиду другое.

— А я это. Поторопись.

Ну спасибо, что хоть по глупости не упоминала массаж пяточек.

Как то этот эльф ведет себя не по-эльфийски.

Даже совсем не по эльфийки. Эту мысль я ему решила озвучить.

— А тебе не кажется…вам, ваше высокомерие…, — начала я и заметила, как он стиснул зубы. С чего бы вдруг? Не нравится придуманное мной прозвище? Придется потерпеть, я от его «Колючки» тоже не в восторге. — В общем, вы себя как-то не по эльфийски ведете.

— На земле знают, как себя ведут эльфы?

— Нет. Это мой личный вывод. На данный момент вы мои личные границы нарушаете.

— Наоборот, я предлагаю тебе нарушить мои, — усмехается он.

— Издеваетесь?

— Колючка испугалась? Не бойся, не укушу.

И я вспыхнула.

— Ошибаетесь, я вас не боюсь. Но прикасаться к вам не хочу. Вы мне не нравитесь.

— Взаимно Колючка.

Запрокинув подбородок, он какое-то время изучал потолок, чтобы через пару секунд опять меня ошарашить:

— Массаж сам себя не сделает.

Кажется я даже зарычала.

— Может еще станцевать?

— Может, но потом. Сейчас я очень хочу увидеть навыки земного массажиста, вдруг у тебя это тоже выйдет нормально.

Вот мерзавец! Слов нет, какой подлец! Да как этих негодяев эльфийских этот мир выдерживает?

Циничные! Честолюбивые! Высокомерные!!!

Запястье неожиданно нагрелось и поток моих негативных мыслей пробил потолок.

Он все-таки решил в очередной раз использовать свою власть, вот же….рррр.

«Как же ты меня бесишь» — думаю, а сама непроизвольно опускаю руки ему плечи. Заглядываю в лицо, он прикрывает веки. Удушила бы. Стараюсь ему под рубашку случайно не залезть пальцами и не зацепить обнаженную кожу, которая почему-то удивительно горячая и ее жар отлично ощущается через ткань.

Как -то неловко становится и щеки припекает.

Губы высокородного расплываются в довольную улыбку и я чувствую как краска новой волной бьет в лицо.

Ощущать под своими ладонями плечи высокородного, отмечать их стальную крепость и напряженность в районе шеи, довольно массивной кстати — так странно. Непривычно. В голове мигом образовывается сумбур.

Мне уже начинает казаться, что на пол под мои ноги подкинули дровишек и разожгли костер.

Я спонтанно сжимаю от внутреннего напряжения пальцы и будто трогаю камень, а ресницы Найтвейна в этот момент дрогнули и сам момент наполнился духотой и моей окончательной растерянностью.

Где-то вдали послышались голоса и звучали они далеким фоном, на который я не обратила сразу внимания.

Вот только эти пришедшие в общую гостиную адепты стояли совсем рядом, и наблюдали за тем, как я негодяю Найтвейну плечи массирую.

Хорошо знакомый звонкий голосок мигом меня отрезвил:

— Ты смотри какая нахальная человечка, еще и высокородного лапает!

Седьмая глава

От Найтвейна я отскочила как ошпаренная. Сам высокородный нахмурился и открыл глаза. Лениво посмотрел в сторону Лиары, потом на меня.

Сама Лиара не унималась:

— Кто тебе разрешил прикасаться к высокородному?

Она попыталась ухватить меня за локоть и в тот момент я окончательно пришла в себя, скинув ее ладонь.

— Лиара, угомонись, — спокойным, но резким голосом оборвал эльфийку Кириэль.

От его тембра повеяло холодной сталью. Да и сама атмосфера стала такой, словно вот-вот должен был грянуть гром.

Гостиная наполнялась адептами и все они стали свидетелями внезапной заварушки.

Очередного скандала и снова с моим участием.

Лиара разошлась не на шутку. Ревнует что ли?

— Я требую ответов! — выкрикнула она.

Было чувство, что обращается она к Кириэлю, но почему-то кричала на меня.

Сам высокородный вырос между нами стеной.

— Не смей приставать к высокородному!

— Да не нужен мне твой высокородный! — огрызнулась я, — он сам потребовал ему массаж сделать!

Упсс, язык — враг мой.

— Чтооо??? — эльфийка забавно выпучила глаза и несколько раз растерянно открыла и закрыла рот. Прям как рыба, которую выловили из аквариума.