Невеста с прицепом для Генерала-Дракона

Прямо там, не дав вернуться в примерочную, дракон хватает меня, собственнически прикрывает от глаз остальных и горячо целует.

А затем хрипло произносит:

— Берём. Всё берём!

Я могла бы понудеть о том, что у нас ограниченный бюджет, но решаю не сбивать настрой. И сдерживаюсь, даже когда он покупает мне две пары туфелек и украшения. С рубином, как кровь, как цвет моего платья. С сапфиром, как камушек в обручальном кольце, как цвет его невероятных глаз.

Сцепив зубы, то млея, то краснея, решаю, что начинать выносить ему мозг экономией нужно хотя бы после свадьбы.

А пока пусть мужчина побудет в сказке…

И я вместе с ним.

Мы целуемся, выходя из лавки, я слышу возмущённые шепотки продавщиц. Конечно же, о моей распущенности. Мне хочется смеяться, хочется танцевать, но я лишь сильнее отзываюсь на его торопливые уличные ласки.

Страшно представить, что ждёт меня в номере гостиницы…

Глава 6

Наши покои оказываются действительно большими. Три просторные комнаты, стены украшены лакированной деревянной мозаикой, мебели мало, но вся добротная и чистая. Шторы багровые и даже тюль тонкой работы имеется.

У меня бешено колотится сердце. От желания начинает кружиться голова, от страха хочется сбежать. Чувствую себя маленькой девочкой, совсем неопытной.

И подозреваю, что недалека от правды. Едва ли мой бывший муж сможет даже сравниться с тем, кто… Кто сейчас стоит за моей спиной, целует в волосы, обнимает за талию…

Алан отставляет в сторону сумку с покупками.

— Я приказал подготовить для тебя ванну, — шепчет горячо на ухо, заставляя меня дрожать всем телом.

Почему-то простые вроде бы слова звучат сейчас так будоражуще и интимно, что я краснею.

Дракон принимается снимать с меня пальто.

Затем прямо на пол летит платок. Верхнее коричневое платье. Среднее серое. Я остаюсь в белом. Самом нижнем, тонком.

Прямо напротив нас два больших окна. Солнце светит ярко, заставляя меня жмуриться, будто чтобы хоть так завернуть невозможную близость, страсть, возбуждение, томление и страх в тёплую тьму.

Хотя бы на мгновение…

Потому что дальше…

Я уверена… Дракон не из тех, с кем получится быстро, тихо и под одеялом.

Он целует меня в шею, заставляя откинуть голову ему на грудь, и бархатно застонать. Его горячие ладони в перчатках в какой-то момент оказываются под платьем, от неожиданности с губ срывается писк. И машинально стараясь скрыться, я вжимаюсь в его же твёрдое тело. Раскалённое, что чувствуется даже за слоями одежды.

Я в его власти. Почти обнажённая при свете дня и в его руках. Согласная на всё.

Он не снял даже кожаных перчаток, которые кажутся мне чертовски сексуальными. Не снял пальто, не скинул обувь.

Слишком занятый тем, чтобы открыть свой подарок.

В котором уже давно его дожидается трофей.

— Что это? — я не вижу его лица, но могу представить, как выгибается красивая чёрная бровь. Как он слегка склоняет голову вбок, словно зверь, примеряющийся к добыче.

— Ммм… О чём ты?

Алан разворачивает меня к себе и вдруг с хищной ухмылкой разрывает на мне тонкую, мягкую ткань. Белую. За которой лишь нижнее бельё, что я сшила сама. Красное. И с кружевом.

Я подготовилась… чуть-чуть.

Дракон рычит и поддевает пальцем одну из лямок. С плеча его цепкий взгляд падает пониже ключиц. Он начинает дышать гораздо чаще. И облизывается. После чего глазами спускается ниже и ниже.

Запускает руку в мои волосы, собирается поцеловать, но тут же в нетерпении разворачивает и опускает ладонь на мягкое пониже спины. Упругие половинки обтянуты атласной тканью. Дракон хрипло дышит мне в шею.

И шепчет с тёмной ухмылкой, обещающей всё возможное по-хорошему плохое:

— Как порочно…

Он зависает, рассматривая, казалось бы, каждую клеточку моей кожи. Даже не знаю, что его больше удивляет — трусики современного кроя и лифчик без косточек или отсутствие волосков на теле?

Как-то я попросила его потратиться на мешок сахара. А ещё на мёд.

Не только ради пирогов.

В один из вечеров я потратила несколько часов на эпиляцию.

Покажется ли ему это красивым?

Замираю из-за мгновения, наполненного сомнением. Достаточно ли я красивая для него?

Но Алан не даёт мне размышлять об этом долго.

Он подхватывает меня на руки. Зависает на мгновение напротив большой кровати и всё же несёт в ванную с тёплой водой, пеной и… лепестками роз.

Во-первых, неужели романтика в двух наших мирах имеет одинаковые символы?

Во-вторых… розы — зимой?

Дракон разошёлся и потратил целое состояние, чтобы провести часы неудержимой любви с той, кто и без того принадлежит ему. И сердцем — уже давно.

Эта мысль отчего-то отрезает по меньшей мере половину от моего смущения.

Алан отпускает меня на пушистый кремово-белый коврик перед ванной. Снимает перчатки и пальто. Снимает пиджак. Всё валится куда-то на пол, тут же забытое. И будто бы отвергнутое.